Как познакомились мои руководители

— Не доверяю этому коротышке, — в тысячный раз за неделю сказала Микаса. Она произносила это тихо, чуть слышно, но каждый раз словно подбирала момент, когда все замолчат, и в полной тишине её мрачный голос звучал зловеще и пугающе. Вот и теперь ребята, болтавшие про предстоящую экспедицию, оглянулись на подругу, как будто она только что предложила поймать за стеной титана и сделать его своим питомцем. Хотя у неё уже был домашний титан. Пусть и не совсем домашний. Это было светлое время, когда кадеты сто четвёртого выпуска после вступительной церемонии были включены в состав Разведывательного отряда и дислоцированы в старый замок, где содержали Эрена. Скорбь по трагедии Троста затмилась решимостью отомстить, а страх перед титанами уступил место надежде на победу. Надежде, дарованной человеком, внезапно обратившимся в титана и внесшим свой вклад в отвоевание укрепрайона. Правда, и шумиху Эрен устроил изрядную. Но с тех пор вёл себя как обычно — орал, буйствовал, упрямствовал, но никому не вредил, а потому никто ничего не имел против его компании. По утрам ребят гоняли на тренировках — разминка, верховая езда, полёты на УПМ, днём — заставляли зубрить устав и наставляли по поводу построения и порядков в грядущей экспедиции. После этого обычно шла суровая уборка, в которую припрягали всех новичков, хотя командор освободил их группу от дежурств на первый месяц, позволяя адаптироваться к смене обстановки. А вечерами, после ужина, у новобранцев оставалось немного времени, чтобы встретиться и поболтать. И, как ни странно, новички из сто четвёртого собирались одной кучкой, даже если не были особенно дружны. Всё, через что они прошли, сплотило, создав узы крепче дружеских, объединив их в своеобразную семью. И даже вечно вредная Имир приходила посидеть со всеми — хотя возможно, в её случае причина была только в Кристе. Вот и теперь они сидели в небольшом садике замка под одичавшей яблоней и наслаждались ясным летним вечером. Солнце уже почти село, и Эрен заметно нервничал — его скоро должны были запереть в карцере, а он, разумеется, не хотел. И Микасу это тоже напрягало. — Коротышке нельзя доверять, — повторила она, словно пытаясь донести до тупых неопровержимую истину. — Кому тогда можно, если не доверять руководству? — Райнер слегка пожал плечами. — Мы обязаны полагаться на наших командиров. В этом долг солдата. — Он не мой командир, — тихо возразила Микаса. — И кто знает, что они заставляют Эрена делать на испытаниях? Вдруг вскрывают? Вдруг без наркоза? — Да ничего такого! — взвился Эрен. — Я просто пытаюсь превратиться в титана. — Это нормальный эксперимент для человека, который может превращаться в титана, — поддержал друга Армин. — Он Эрена за человека не держит, — глаза Микасы вспыхнули мрачным огнём. — Ты сам видел, как капитан его избивал в суде! — Я уже говорил, Микаса, это было частью плана, — Эрен повторял это каждый день, но Микаса всё равно не поверила. — Так было нужно, чтобы спасти меня от военной полиции. Командор Эрвин всё продумал. — Тогда ему тоже нельзя доверять. — Микаса-а-а. — А я думаю, командору Эрвину можно доверять, — сказала Саша, жуя. — Он со мной хлебушком поделился, — и она продемонстрировала полусъеденную булку в руке. — Ври больше, — сказала Имир. — С чего бы ему делиться с тобой хлебом? — Я встретилась ему на пути три раза и делала голодные глаза, — похвасталась Саша. — Я вам говорю, он добрый мужик. — Нельзя ему доверять, если он заманивает девушек булками, — зловеще произнесла Микаса. — Прозвучало не очень, — заметил Жан, и парни заржали. — Булками выходит успешнее, чем конской мордой, — фыркнул Эрен. — Чё сказал?! — Жан вскочил. — Что слышал! — Эрен вскинулся тоже, уже обрадованный и готовый к дружеской драке, но Микаса успела схватить его сзади за пояс и рывком усадила рядом с собой. — Не ссорьтесь, — печально попросила она. Эрен сердито засопел. Жан показал ему «от локтя», но тоже послушался и плюхнулся на своё место. — Микаса, не волнуйся, пожалуйста, — вмешалась Криста. — Командор Эрвин никому не вредит, он просто сидит у себя в кабинете. — Он приставил к Эрену этого коротышку, — Микаса сегодня была особенно упрямой. Все считали это завистью: ну как же, капитан с её ненаглядного Эрена сутки напролёт глаз не сводит, а ей на общение остаётся лишь час перед отбоем. — Как мы можем доверить Эрена человеку, про которого ничего не знаем? У него даже фамилии нет. — Да что там о нём знать, — фыркнул Эрен, которому кислая рожа капитана уже оскомину набила, и который считал, что знает о своём новом начальнике абсолютно всё. — Он… ну… это… невысокий. Строгий. И сильный. — Ого, какие факты. Всю подноготную раскрыл, — съязвила Имир. — Я ещё много что знаю! — Эрен оживился. — Короче, капитан любит чистоту и порядок, значит, он порядочный. — А ещё он любит чай, значит, он чайный, — брякнул Жан. — Хорош ржать, а то в стойло отведу. — В отличие от некоторых, моё стойло в сухой уютной казарме, а не в подземной камере за решёткой, — фыркнул Жан. — Да я тебе сейчас!.. — Эрен снова вскочил, засучивая рукава. — Эрен, не надо, — Микаса опять дёрнула его назад. — Жан прав. Капитану доверять нельзя. Жан гордо дёрнул бровями — мол, я прав, все слышали? — Да Жан такого не говорил, это ты сама сказала! — возмутился Эрен. — Что пристала? Капитан крутой! — Он опасен. — Да жить вообще опасно! Микаса грустно замолкла и погрузилась носом в шарф. Повисла неловкая и неприятная тишина. — Микаса, Райнер прав, — мягко и примирительно сказал Армин. — Мы — солдаты, и не должны подозревать руководство. Наше дело — подчиняться. И для этого можно вообще ничего не знать о том, кто отдаёт приказы. — О, о, о! А я знаю! Знаю ещё про капитана! — воскликнул Эрен, хлопнув себя ладонями по коленям. — Я знаю, что командор Эрвин нашел капитана Леви в Подземном городе! — В смысле «нашёл»? — переспросил Конни. — Он же не монетка, чтобы под ногами валяться. — Вряд ли в Подземном городе под ногами валяются монетки, — меланхолично заметил Бертольд. — Неважно! — заявил Эрен. — Ну что, Микаса? Тебе достаточно фактов? — Теперь точно нет, — мрачнея, ответила Микаса. — Что капитан делал в этом Подземном городе? — Дела какие-то. — Эрен. Вдруг он был вне закона? — Ага, Петра сказала, что он был известным бандитом. Имир расхохоталась. Микаса встала. — Я потребую передать тебя другому начальнику, — заявила она, всем видом выражая, что не позволит, чтобы надсмотрщиком Эрена был преступник. — Да брось, Микаса, — Эрен закатил глаза. — Он же единственный, кто сможет меня остановить. — Я смогу. — Тебя вряд ли поставят моей начальницей. Микаса замолкла, размышляя. Возможно, ей нравилась перспектива стать начальницей Эрена и постоянно держать его в безопасном месте, но только такой перспективы у неё, увы, не было. — Давайте успокоимся, — сказал Армин. — Петра не может утверждать, что капитан Леви был преступником. Это ведь было до её прихода в разведку, а значит, она сама ничего не знает. А слухи всегда искажены. Особенно про руководство. Вы вспомните, сколько небылиц у нас про инструктора Шадиса рассказывали. — Верно! — согласился Эрен. — Микаса, давай так. Я узнаю о прошлом капитана, а ты перестанешь его ненавидеть и подозревать. Идёт? Микаса помолчала. — Идёт, — согласилась она, наконец. — Но я тоже проведу расследование. Нет, вы все проведёте. И если вы узнаете хоть что-то плохое про этого капитана — я не допущу, чтобы он командовал тобой, Эрен. — Вообще-то от тебя ничего не зависит, — тихо пробормотал Бертольд, но его никто не услышал. — Детектив Спрингер к вашим услугам! — взорал Конни. — Выведем этого фуфлыгу на чистую воду. А, о! Чистую воду! Пха-ха-ха! Чистую! Парни, вы поняли, да? Чистая вода! — Поняли, — Жан закатил глаза. — Можешь не объяснять. — Ну типа капитан — чистюля, любит чистоту, и чистая вода! Пха-ха-а! — не унимался Конни. — И в кого он такой тупой? — риторически спросил Райнер. Ребята пожали плечами. К примитивному юмору Конни они привыкли уже давным-давно. * * * Своё следствие Эрен начал прямо сразу. В тот вечер его запирал в камере Эрд, и именно он оказался первым допрошенным. — Слушай, Эрд, — сказал Эрен, пока они вдвоём спускались по лестнице в подвалы замка. — У меня важный вопрос. Эрд обернулся. — Какой? — спросил он. — Если ты про булочку, которой тебе не хватило за завтраком, то это Оруо виноват. — Ого, — Эрен почесал в затылке, лохмача и без того встрёпанную шевелюру. — Вообще я хотел спросить про капитана Леви. Но кстати надо отомстить Оруо. Я думал, в Разведотряде не принято воровать. — Да он не воровал, — фыркнул Эрд. — Он прикусил язык над подносом, забрызгал булки кровью, и несколько штук пришлось обковырять. А обковыривать взялась ваша новенькая, Браус, ну и… больше никто этих булок не видел… А что ты хотел спросить про капитана Леви? — О! — Эрен оживился. — Я слышал, что капитан был преступником в Подземном городе и проиграл командору Эрвину, и так попал в разведку. Это правда? — Ага, — Эрд заговорщически понизил голос. — Я тоже слышал, что капитан проиграл командору. В карты. — В карты?! — Да, — таинственно прошептал Эрд. — Значит, дело было так. Командор Эрвин тогда сам ещё был капитаном. И играл он в карты лучше всех, никто внутри стен не мог с ним сравниться в мастерстве. Потому что командор Эрвин — хитрый и умеет блефовать, как бог! Он уж и всех разведчиков обыграл, и Пиксиса обыграл, и даже главнокомандующего Закклая обыграл, даже короля, говорят, вызывал на раунд, да королю недосуг было. И вот, слыл наш командор лучшим игроком, которого никак невозможно победить. Но стало ему скучно каждый раз побеждать, и начал он искать достойного противника, чтобы показать свою удаль, но и чтобы игра была интересной, а не выигрыш со второго хода. — О-о, — удивился Эрен, заходя в свою камеру. У него было ощущение, словно он слушает сказку перед сном. — И прослышал командор Эрвин, тогда бывший капитаном, — продолжал увлёкшийся Эрд, — что под землёй в центре живёт игрок, которому нет равных. Что игрок этот жульничает как дышит, и обыграть его никто не в силах. И вот, решил командор Эрвин поставить своё умение блефовать против умения того игрока жульничать. А игрок тот был капитан Леви. — Ага, — кивнул Эрен, усаживаясь на койку. Эрд запер дверь и прислонился к решётке плечом. — И вот, встретились они однажды в подземной таверне, — говорил он одухотворённо. — Два хитреца, каких свет не видывал. Весь Подземный город сбежался посмотреть на тот турнир. И бились они так, что все вокруг только ахали. Игра шла жаркая, народ переживал, кто за капитана болел, кто за командора. А ставки они такие сделали: мол, если командор Эрвин проиграет, то он каждый месяц половину своего оклада будет капитану Леви отсылать. А если капитан Леви проиграет, то он каждый день станет приходить к командору Эрвину играть в карты. И как ты думаешь, Эрен, почему по вечерам капитан к нему в кабинет ходит? — Ого, — удивился Эрен. — Вообще-то я об этом не думал. Значит, командор Эрвин победил? Даже такого опытного жулика? — Ещё как победил, — подтвердил Эрд. — У капитана Леви была отличная комбинация карт. Почти лучшая, какая только бывает, и был он уверен в себе на все сто. Но командор Эрвин сидел спокойный-спокойный, даже на свои карты не глянул. Ещё и ставку увеличил, мол, весь оклад до последней монеты тебе буду отдавать, если проиграю. Капитан и занервничал: мол, как так можно быть уверенным в победе, даже не глянув на свои карты. Значит, мол, у этого парня железные яйца и стопроцентная уверенность в победе. Ну, разочаровался наш капитан, цокнул языком и спасовал. А у командора Эрвина карты были не особо хорошие, но блеф-то прошёл на ура. Вот он и победил. И пришлось капитану Леви каждый день к нему ходить да играть. А поскольку из-за Сины каждый день кататься невозможно, пришлось капитана Леви тут в замке и поселить. И вот, говорят, он заинтересовался, зачем это мы за стену катаемся, и стал с нами на экспедиции ездить. Так и вышло. — О, — Эрен счёл историю довольно неожиданной, но не имел оснований не доверять крутым опытным разведчикам, а потому принял информацию к сведению. — Тогда я рад, что капитан больше не бандит. — Не бандит, — Эрд снова понизил голос. — Но в карты с ним не играй. Обжулит до нитки. Как-то он с Гюнтером играл — выиграл вчистую! — О, — согласился Эрен. — О. — А теперь спокойной ночи. Мне с утра на кухне дежурить, — сказал Эрд и удалился. * * * Следующую историю про капитана Леви Эрен услышал ещё до завтрака. С утра к нему пришёл Оруо, чтобы отпереть дверь, и юный титан сразу начал с вопроса в лоб. — Оруо, слу-ушай, — позвал Эрен, одной рукой потирая заспанный глаз, другой — заправляя рубашку в штаны. — Тц, — отозвался Оруо, с пафосным видом оправив шейный платок. Его попытки подражать капитану порой были более чем успешны, и одна лишь Петра отказывалась это признавать. — Ты что-то хотел, сопляк? — Хотел, — закивал Эрен. Он уже привык к этим закидонам и знал, что Оруо на самом деле даже более простой и дружелюбный, чем остальные ребята из отряда особого назначения. — Я тут узнал, что капитан Леви жил раньше в Подземном городе, но проиграл командору Эрвину и попал в Разведку. Ты что-то об этом знаешь? — Тц, — сказал Оруо и оглянулся через плечо, словно хотел убедиться, что капитан не стоит у него за спиной. — По правде, это дело тёмное, но командор Эрвин с ним уже завязал. — С чем? — недопонял Эрен, вскинув брови. — С картами? — Да с какими картами, — Оруо фыркнул. — С подпольными боями. — Ого! — А ты что же, не знал? — Оруо снова таинственно понизил голос. — Командор Эрвин раньше крепко любил подраться. Вот прямо настолько, что если нос никому не разобьёт — значит, день прожит зря. — Да? — удивился Эрен. — Но командор Эрвин выглядит таким спокойным и приличным… — Это сейчас он остепенился, — Оруо пожал плечами. — А по молодости был тот ещё задира. Ты думаешь, откуда у него горбинка на носу? Пе-ре-лом! — Я даже не знал… — Эрен хлопнул глазами. — А что с капитаном Леви? — А он-то как раз командора и остепенил, — Оруо поднял ладонь, призывая дождаться, пока он расскажет всё по порядку. — В общем, наш Эрвин раньше был дюже драчливый. Шлялся по бойцовым ямам в разных городах и деревнях, и в конце концов попал на арену в Подземном городе, где проводят самые крутые бои без правил. И там — клянусь! — дошёл до самого верха турнира. И в последнем финальном бою выходит против него подземный чемпион — капитан Леви. — Ооо! — удивился Эрен. — Да-да, а ты думал, где капитан так драться научился? Так вот. Капитан Леви на командора как набросился — и пошло месилово. Капитан у нас сильный, быстрый, ловкий. Эрвин за ним не поспевал, даже прикрываться не получалось. И понял, что сейчас его в шаге от вершины позорно и бесславно поколотят. А проигрывать он очень не любил. И вот, когда капитан Леви его уже повалил и собрался нанести последний удар, командор Эрвин его решил подкупить. «Уступи мне победу, — говорит, — а я тебе всем, что хочешь, помогу. У меня, — говорит, — большие связи». — Нечестно! — возмутился Эрен. — А это командора Эрвина не интересовало, — сказал Оруо. — Ты разве не слышал, что он у нас стремится к победе любой ценой? — Слышал, но я думал, речь идёт о победе над титанами… — Речь идёт о любой победе, — ответил Оруо. — Ну так вот. Капитан Леви подумал и согласился. Позволил себя на лопатки уложить, а взамен потребовал пропуск на поверхность. «Внизу, — говорит, — я всех уже побил. Хочу себе противника посильнее да покрупнее!» Вот командор Эрвин и позвал его с титанами сражаться. Они и сильные, и крупные — как раз под стать мощи нашего капитана. — Это да, — не мог не согласиться Эрен. — А командор Эрвин почему перестал драться? — Ну, — Оруо снова фыркнул, — командор разок на кого-то замахнулся, а капитан взял и сломал ему нос. И с тех пор командор руки не распускает. — Командор боится капитана? — Эрен не поверил своим ушам. — Именно, — важно кивнул Оруо. — Это ещё с того подземного боя, где капитан его чуть не уделал. Да ты сам за ними последи. Капитан Леви весь Разведотряд под каблуком держит, это я тебе точно говорю. Поверь опытному человеку. Эрен не был уверен в том, что Оруо не заливает. Но последнее утверждение вполне походило на правду. Капитан Леви здесь был неоспоримым авторитетом, которого все вокруг боялись ослушаться. Только вот услышанная история кардинально расходилась с версией Эрда. А значит, кто-то брехал и следовало продолжать докапываться до истины. * * * После завтрака Эрену полагалась тренировка вместе со всеми, и лишь потом — исследования. Леви ещё в первый день сказал, мол, насрать, во что ты там превращаешься, а солдаты должны держать себя в форме. Эрен был в какой-то мере согласен, хотя и думал теоретически, что даже если он вдруг разленится и потолстеет — его титан останется таким же поджарым и могучим. Впрочем, капитану не перечил. Себе дороже. Леви за каждый лишний вопрос мог назначить дополнительный десяток отжиманий, и Эрен не был таким дураком, чтобы это провоцировать. Капитан и сам провоцировался. Ветер ему платок в лицо сдует — плюс круг по полю. Комар на нос сядет — плюс круг по полю. В общем, это был очень вредный и доставучий начальник, с таким не забалуешь. Но крутизна перевешивала, поэтому Эрен не вредничал и не выделывался, а старался, как мог. Он хотел стать ещё круче, чем капитан — и тогда можно будет не слушаться его приказов. Эрен даже прикидывал, как скоро сможет дослужиться до офицерского звания. Выходило, что если он научится управлять своим титаном и крошить тех, кто за стеной — весьма себе скоро, оставалось только потерпеть. По пути на тренировку Эрен приотстал и поравнялся с сонной Петрой, которая шла последней. После двух услышанных историй он решил, что лучше всего расспросить её саму. В конце концов, Петра первая закинула эту сплетню. Значит, слышала что-то ещё. Может, даже рассказала бы в тот раз, если бы капитан не всплыл на горизонте. — Петра, пст, Петра! — позвал Эрен. — А? Что? — Петра вскинула голову, словно только проснувшись, и мило улыбнулась. — Ой, Эрен, доброе утро! — Мы уже здоровались в столовой, — напомнил Эрен. — А, ой. Да. Прости. Я не совсем выспалась, — Петра немного порозовела. — Писала письмо семье. Эрен нахмурился. Как-то раз Петра писала свои «письма семье» прямо на улице, и те разлетелись от порыва ветра. Эрен помогал собирать листки, и ненароком прочёл что-то вроде «Дорогой дневник, сегодня капитан Леви выглядел очень мужественно…» Оруо тоже поднял один листок, и остаток дня умничал больше обычного. Наверное, ревновал. А Петра тогда двое суток ходила красная от смущения. И больше не писала «письма» в людных местах — только ночью в казарме. Из-за чего периодически казалась невыспавшейся с утра. Как бы то ни было, уж она-то должна была знать о прошлом капитана, если являлась его ярой фанаткой. — Ты что-то хотел? — спросила Петра, заправляя прядку волос за ухо. — Ага, — подтвердил Эрен, глянув вперёд, на спины шагающих сослуживцев. — Ты как-то говорила про прошлое капитана Леви, ну, что он жил в Подземном городе, был бандитом и всё такое. В общем, я хотел спросить поподробнее. — О! — глаза Петры загорелись. Вообще она была ужасной сплетницей, хоть и казалась со стороны милой и безобидной. Убедившись, что парни идут достаточно далеко впереди и не услышат их разговора, она подошла ближе и понизила голос. — Я расскажу. Только это грустная история. — Грустная? — удивился Эрен. — Очень, — Петра закивала. — Наш капитан, он… Ох, да, он был бандитом, но бандитом добрым и щедрым. Он грабил у богачей и всё до последней монетки раздавал бедным. Его знали и любили все в Подземном городе. А ещё у него была своя шайка благородных бандитов. Они были порядочными и правильными ребятами и очень любили капитана. А он… Он любил лишь одного человека. — Кого? — удивился Эрен. — Его сердце навек было отдано прекрасной деве, — ответила Петра, моментально расчувствовавшись. — Я не знаю её имени. Но она была дочерью главы преступной группировки, которая хотела уничтожить Леви. Однажды между этими кланами случилась война. Банда Леви билась отважно, но врагов было больше. Они сумели захватить базу Леви, убили его друзей, а его самого взяли в плен. Глава группировки пытал его и избивал, но Леви ничего ему не сказал и не отрёкся от своих целей. А ночью та смелая девушка помогла ему бежать, и сама бежала вместе с ним. Они скрывались вдвоём, скитались по тёмным улицам и спали на чердаках под одним старым плащом. И хоть они были голодны, хоть и мёрзли — их любовь согревала их и давала силы идти дальше. Они хотели возродить дело Леви, продолжать помогать бедным. Но однажды… Апчхиии! — Будь здорова, — сказал Эрен. История была увлекательной, но он и понятия не имел, что хмурый и вредный капитан мог когда-либо питать к кому-то романтические чувства. — Дать платочек? — Спасибо, у меня свой, — Петра достала платок из нагрудного кармашка и звучно высморкалась. — Ох. У меня, наверное, аллергия… Так, на чём я закончила? Ох, да. Капитан и его возлюбленная скитались по трущобам, нигде не находя приюта. Люди боялись злодейской группировки и не хотели укрывать у себя беглецов. А за них уже назначили награду. Капитана требовали живым или мёртвым, а его любимую — только живой. И их двоих искали все, кому не лень. А меж тем в Подземном городе поднялся уровень бандитизма, ведь больше некому было противостоять шайке злодеев. Творилось ужасное, и даже полиция не могла справиться с разбойниками. И тогда пришёл к главе разбойников начальник военпола и спросил — что вам, собаки, надо, чтобы вы перестали мучить мирных людей? А злодей сказал — достань мне этого нахала Леви и верни дочь, тогда и я прекращу свои набеги. — Похоже на сюжет романа, — задумчиво произнёс Эрен. — Мама что-то такое читала. — Все романы пишут по реальным событиям, — важно сказала Петра. — Я тоже люблю их читать. Но тут всё было совсем по-настоящему. За капитаном и его любимой начала охотиться ещё и полиция. Но капитан умело сбегал и от них тоже. На самом деле он мучился чувством вины, что из-за него страдают люди, и будь он один — пошёл бы и сдался негодяям. Но его возлюбленная молила его остаться, а он не мог устоять перед её слезами. И вот, полиция тоже отчаялась их найти. И тогда позвали под землю лучших разведчиков, потому как те более ловкие и умелые. Это сейчас у нас по несколько экспедиций в год, а до падения Марии экспедиции проводились очень редко, и поэтому разведчики рады были подзаработать хоть немного на стороне. В числе прочих спустился под землю и наш командор Эрвин. — И ему удалось поймать капитана? — догадался Эрен. — Именно так! — Петра просияла, обрадованная, что её рассказом действительно заинтересованы. — Командор Эрвин сумел отыскать капитана Леви и победил его, ведь капитан был совсем истощён от голода, потому что всю еду отдавал своей девушке. Командор Эрвин связал их обоих и, как бы они его ни молили о милосердии, отвёл к главе бандитов. «Прекрати набеги на невинных людей! — сказал он. — Вот те, кого ты искал! А других оставь в покое и дай им жить мирно и счастливо!» Главарь лишь рассмеялся на эти слова, ведь он обещал прекратить набеги лишь затем, чтобы ему предоставили беглецов на блюдечке. И конечно, это была ложь. «Сперва, — сказал он, — я прикончу этого нахала, что мешал мне властвовать над Подземным городом!» И метнул большой и острый нож прямо в сердце капитана Леви! Эрен даже запереживал, хотя прекрасно знал, что вон он капитан, живой и здоровый, и сегодня опять заставит мыть полы. Петра сделала страшные глаза. — Но его возлюбленная закрыла его собой! — прошептала она дрожащим от чувств голосом. — Она поняла в тот миг, что её счастье было менее важно, чем счастье целого города. И отдала свою жизнь, чтобы капитан Леви мог спасти всех остальных. «Иди, — прошептала она, умирая у него на руках. — Ты будешь великим человеком, а я — лишь тень за твоей спиной». И капитан Леви взметнулся, полный горя и ярости, бросился на главу разбойников и прикончил его! А командор Эрвин, видя такое самопожертвование, понял, что ошибся, и помог капитану Леви сражаться. Они бились бок о бок с целым кланом бандитов и в конце концов сумели победить! — А… — Эрен поднял руку, словно на уроке. — А откуда ты узнала, что именно сказала эта девушка перед смертью? — Это… Это моё дело! — Петра надулась. — Или слушай историю, или я обижусь! — Ладно, прости. Петра помолчала, хмыкнула и снова защебетала. — В общем, капитан Леви и командор Эрвин избавили Подземный город от гнета бандитов. Потом капитан похоронил свою возлюбленную, и с тех пор он всегда грустен, ведь его сердце навек разбито и никогда не найдёт утешения. Он вечно печален, и может, лишь новая любовь снова заставит его сердце биться. Эрен подумал, что у Петры вряд ли есть шансы стать этой «новой любовью», но решил не комментировать, чтобы её не обидеть. Вообще он мало понимал в сердечных делах, поэтому предпочитал не умничать на этот счёт. — А потом командор позвал капитана в разведку? — предположил Эрен. — Да, — подтвердила Петра. — Подземный город уже был освобождён, а наверху ещё требовались сильные и отважные воины. И вот капитан Леви продолжает сражаться, и с каждым ударом по коже титана ему кажется, будто он снова и снова мстит за свою утраченную любовь. Вот. Конец. — Ох, — только и сказал Эрен. Почему-то ему казалось, что все сегодня сильно привирают. * * * После тренировок были стандартные исследования. На отдалённом от штаба поле — в целях безопасности. Сегодня Ханджи изучала скорость титанического исцеления и тыкала Эрена иголкой в подушечку пальца. Было немного больно, но заживало мгновенно, Эрен даже не успевал ничего толком почувствовать. Хотя и возмущался для приличия. Капитан Леви тоже возмущался — мол, очкастая, если этот сопляк вдруг превратится в титана, мы твоих костей не соберём. Ханджи на это лишь безумно хихикала и продолжала своё дело, то и дело оставляя в пухлом блокноте какие-то записи. Потом Эрена снова заставляли попробовать превратиться, и у него снова ожидаемо не получалось. И отряд снова радовался — очевидно, ребёнок нравился им куда больше какого бы то ни было титана. Потом Эрена заставили бегать по лужайке кругами, и после каждого круга Ханджи замеряла ему пульс. К счастью, лужайка была гораздо меньше, чем тренировочное поле. Где-то круге на четвёртом прискакал командор Эрвин собственной персоной. Эрен выкатил грудь колесом и постарался бежать пободрее — всё-таки, руководство смотрит. Командор и правда смотрел некоторое время, стоя возле капитана Леви. Потом они о чём-то начали болтать, и Эрен лишился высокоранговых зрителей. Командор являлся, наверное, единственным, с кем капитан Леви был не прочь потрепаться. Он, конечно, заявлял, что общительный, но подчинённым отвечал кратко и на «отвали», а вот с командором, кажется, мог балакать часами. Причём увлечённо и заинтересованно, и даже без привычного мрачного похуизма на роже. А теперь они так увлеклись беседой, что про Эрена вообще забыли. Даже отошли чуть подальше — наверное, опять какие-то сверхсекретные планы обсуждали. Эрен решил, что вечером надо будет поспрашивать капитана про эти планы. Правда, тот обычно не отвечал или слал лесом, а Петра шикала и говорила, что планы руководства на то и секретны, чтобы быть для всех секретом. А Оруо добавлял, что новобранцы вообще не имеют права требовать ответа у командиров и должны просто выполнять приказы. Эрен сердился — не мог он тупо выполнять приказы, ничего не зная! К тому же, он был не просто новобранец, но ещё и титан! Он Трост спас! Поэтому наверняка имел право что-то знать. А он, как Микаса верно заметила, ничего не знал даже про само начальство. — Эхей! Тормози! — скомандовала Ханджи. Эрен даже не понял, что уже успел пробежать следующий круг. — Ну-ка. Что на руководство пялишься? Шею свернёшь. — Да я так… — Эрен остановился и, пытаясь отдышаться, протянул ей руку. Ханджи сноровисто ухватила его за запястье, нащупала тремя пальцами лучевую артерию и вытащила часы из нагрудного кармашка. — Командир Зоэ, — позвал Эрен, вдруг породив мысль. Он ведь мог узнать о прошлом капитана прямо сейчас, у неё! Вопрос бы не выглядел неуместным ввиду наличия обоих участников поблизости. А ещё — ходили слухи, что Ханджи пришла в Разведотряд раньше, чем Леви, а значит, имела более достоверную информацию, чем какие-то там Петры. — Слу-ушьте, у меня вопрос. — Тьфу ты, сбилась! — Ханджи вскинула шутливо-сердитый взгляд. — Эрен, помолчи. Я понимаю, что трудно, но ты постарайся, ага? — Да я только спросить хотел, — попытался оправдаться Эрен, но тут же обиделся. — И вы всегда больше меня говорите, командир! — Руководству можно! — Ханджи довольно гы-гыкнула. — А мелочь должна молчать в тряпочку. Ты думаешь, зачем тебе капитан тряпочки выдаёт? Чтобы пыль протирать? А вот и нет, чтобы в рот напихал и заткнулся. — Да я вообще молчу!!! — рассердился Эрен. Видимо, рассердился излишне громко, потому что на другом конце поля командор и капитан синхронно обернулись, присмотрелись, убедились, что он пока не превращается в титана, и лишь после этого продолжили диалог. — Да я тихий! — шёпотом вознегодовал Эрен. — Тогда помолчи, дай пульс сосчитать, — фыркнула Ханджи. — Считайте, — Эрен замолк, снова покосился на болтающих. — Я вот только хотел спросить, а как капитан Леви познакомился с командором Эрвином? Они кажутся хорошими друзьями. — Да уж не враги, — Ханджи вздохнула. — Я опять сбилась. Хорош под руку говорить, бестолочь. Эх, ладно. Пошли водички хлебнём. Хочешь? — Конечно! — оживился Эрен. День стоял горячий. Он даже куртку снял и бегал в своей всесезонной фуфайке, но всё равно было жарко от шпарящего с вышины солнца. — А вы расскажете про капитана и командора? Да, да? Ну пожалста! — Расскажу, расскажу, — Ханджи хохотнула с коварным видом. Она выглядела так, словно знала всё, и Эрену, несмотря на усталость от бега, захотелось скакать за ней вприпрыжку. Казалось, ему вот-вот откроются все тайны мира, похлеще чем те, что могли таиться в отцовском подвале. — Я слышал, что капитан жил в Подземном городе, — начал Эрен, умело подводя главу исследовательского отдела к началу истории. — Хо-хо, — Ханджи обернулась, сверкнув стёклами очков. — Конечно. Его там вывели. — Вы…вели? Откуда? — Из пробирки, — улыбка Ханджи стала безумнее. — Ты разве не знал, что наш капитан — плод исследовательского эксперимента? Ты думаешь, почему я так его люблю? Я надеюсь, что он однажды согласится на вивисекцию. — На что?.. — Ох, Эрен, — Ханджи по-хозяйски сгребла его за плечи, не позволив попятиться. — Слушай. Некогда под землёй в центре находилась огромная лаборатория, где проводили опыты над живыми существами. Говорят, там и титанчиков вывели с помощью чудовищных экспериментов, а когда те стали грозить людям гибелью — титанов выкинули подальше и построили стены, чтобы они не вернулись. — Да?! — удивился Эрен, впервые поставленный перед такой информацией. — Да, — Ханджи важно кивнула. — Представляешь, как жалко? Это как отвезти кота в другой город и выбросить, чтобы он не нашёл дорогу обратно! А титанчики, может, скучают по нам. Потому и идут к людям. Надеются отыскать хозяев. — Но они нас едят! — возмутился Эрен. — Это от любви! — Да всё вы заливаете! — Охо-хо-хо, — Ханджи рассмеялась таким тоном, что Эрен не понял: то ли она подтвердила, что шутит, то ли имела в виду: «ох, хотела бы я шутить, мальчик мой, но всё это — страшная правда». Эрен нахмурился. — Ладно, а что с капитаном Леви? — спросил он. — Если титанов вывели больше ста лет назад… — Леви тоже вывели больше ста лет назад, — заявила Ханджи, округлив глаза за стёклами очков, и притянула Эрена ближе. Шаг у неё был неровный, никак не выходило подстроиться. — Лёвушка у нас — карликовый титан. Его вывели вместе с гигантскими, да только когда те сбежали и разрушили лабораторию — Леви не смог сбежать из-за своей маленькости. Так и остался сидеть в клетке. А потом ещё и потолок рухнул, и его там завалило. И сидел он там сто лет, потому и рожа кислая. — Да всё вы врёте! — возмутился Эрен. — Как знать, как знать, — Ханджи ухмыльнулась от уха до уха. — Ну, раз ты не хочешь слушать дальше… — Хочу! — заявил Эрен. Они дошли до сваленных под молодым деревцем вещей, и Ханджи наклонилась за бутылкой воды. Эрен нетерпеливо засопел и призадумался. Вообще капитан был удивительный. Нечеловечески сильный, быстрый и выносливый — и впрямь как генетический эксперимент. Не ровня другим. Может, Ханджи не так уж и врала. Но «карликовый титан»… — А что, что там было дальше? — поторопил Эрен. Ханджи выпрямилась, с высоты влила в себя поллитра воды, утёрла губы тыльной стороной ладони и довольно крякнула. — Хааа, водичка! — прокомментировала она, ткнув в Эрена бутылку и немного расплескав ему на одежду. — На-ка, хлебни. Эрен отпил. Вода была тёплой, но в пересохшее горло потекла, как благословение. — В общем, — Ханджи тоже оглянулась на объект своего удивительного рассказа. Тот по-прежнему о чём-то спорил с командором, причём спорил увлечённо и с почти довольной миной. — Короче, сидел Леви в клетке сто лет, не ел, не пил, поэтому он у нас такой низенький и бледный. — Да? — Да, да, — Ханджи убедилась, что её ещё слушают, приободрилась и продолжила: — В общем, однажды Эрвин поехал в столицу, но заблудился в лесу и провалился под землю. — Да врёте вы, так не бывает! — Эрен насупился и отпил ещё. — Бывает, бывает, — заверила Ханджи. — В нашем мире чудес полно. Итак, провалился командор под землю и встретил там… — она выдержала таинственную паузу, — встретил там… гигантскую волшебную многоножку, которая захватила его разум! — Ну командир Зоэ! — Эрену хотелось засмеяться, но он почему-то обиделся. Он не любил, когда его держали за дурака, а эта женщина над ним явно подшучивала. — Ладно, ладно, — Ханджи довольно захихикала. — Эрв нашёл под землёй клетку с карликовым титаном Леви. И его освободил. Конец. Всё. Пошли бегать дальше. — Петра сказала, что капитан проиграл командору, — обиженно сказал Эрен. Кажется, вся история была брехнёй собачьей, но ему хотелось как-то вставить свои пять копеек — я, мол, и сам кое-что знаю. — Да, в камень-ножницы-бумага, — подтвердила Ханджи. — Ну командир Зоэ! — Леви хотел проткнуть Эрва ножницами и сожрать — он же титан и голодал сто лет. А Эрв его стукнул камнем, завернул в бумагу, и Леви присмирел, — пояснила Ханджи. — С тех пор и дружат. — Всё вы врёте! — Эрен закрутил бутылку крышечкой и насупился. — Я проверяла твою доверчивость, — улыбка учёной растянулась до ушей. — Ну всё, хорош чесать языками. Вперёд, бегом марш! А то карликовый титан и тебя ножницами вспорет. * * * Поскольку варианты с более-менее дружескими личностями Эрен перепробовал, оставалось только пойти ва-банк и спросить у самих участников произошедшего. «Ну командор-то мне не будет заливать! — думал Эрен, отважно шагая после обеда в кабинет, где по прибытии в замок засел Эрвин со своими бесконечными документами. — Он мужик серьёзный и ответственный, вряд ли станет врать». Эрвин ответил на стук в дверь не сразу — сперва в кабинете раздалась какая-то возня, и Эрену даже послышался торопливый шёпот, но потом безукоризненно-вежливый голос пригласил подчинённого войти. Эрен шагнул в кабинет, но ничего подозрительного не увидел: командор сидел за столом, заваленным бумагами, перед ним лежал какой-то документ, и никаких лиц, с кем можно пошептаться, не наблюдалось. «Стареет, — подумал Эрен. — Наверное, сам с собой говорит». — Что тебе, Эрен? — спокойно спросил Эрвин, а сам приподнял стул под собой и придвинул немного вперёд. «А может, он с ногами на стуле сидел? — догадался Эрен. — Потому и не впустил меня сразу, что сапоги надевал!» Эта мысль сразу заставила проникнуться симпатией к командору, сидящему с поджатыми под попу ногами, и Эрен приободрился. — Добрый день, командор Эрвин! Рядовой Йегер, разрешите спросить! — вытянувшись в струнку, выкрикнул он, стукнув себя кулаком в грудь. — Конечно, спрашивай, — добродушно разрешил Эрвин. — Что-то случилось? — Нет, не случилось, просто я… Ну… — Эрен понял, что его вопрос как будто слишком личный и замялся. Одно дело — сплетничать с болтунами из своего отряда или даже с Ханджи, и совсем другое — спрашивать такие вещи у начальства. Но Эрен был парень рисковый. — Командор Эрвин, а расскажите, как вы познакомились с капитаном Леви! По штабу ходит столько слухов и сплетен, что я не знаю, чему верить. А мне надо знать. Капитан ведь мой непосредственный руководитель. Под столом что-то двинулось, словно Эрвин ударил коленом об столешницу снизу. И тут же зачем-то сунул руку под стол. Может, голенище подтягивал. — Ну, Эрен, — сказал он с лёгкой улыбкой. — По правде всё было довольно прозаично. — Да? — Да, — Эрвин достал руку из-под стола и будто бы расслабился. — На самом деле Леви наняли, чтобы убить меня. Эрен с секунду колебался, потом издал возглас негодования. — И вы туда же! — воскликнул он. — Я думал, хотя бы вы не будете надо мной прикалываться! Разрешите отбыть, мне ещё окна мыть на третьем этаже! И вылетел из кабинета, сердитый, что даже командующий всем Разведотрядом над ним вздумал шутки шутить. Эрвин выждал с минуту, потом отодвинулся, выпуская из-под стола капитана Леви. Тот выпрямился, отряхнулся, зыркнул злобно. Подойдя к двери, захлопнул её поплотнее, потом вернулся, присел на подоконник и сложил руки на груди. — Зажимать мне рот было не обязательно, — фыркнул он. — Я не такой идиот, чтобы кричать на подчинённых из-под твоего стола. Эрвин усмехнулся. — Но у тебя же хватило авантюризма спрятаться под мой стол. — Потому что тут негде приткнуться. Стульев нет. Диван твой в Трост вывезли. Я мог сидеть на нём с важным видом, и Йегер бы зассал и свалил, едва меня увидев. А сейчас — на чём сидеть прикажешь? На полу? Пошли, Эрвин, посидим на полу. Пикник устроим. — Не ворчи, — Эрвин улыбнулся. — Просто я редко вижу, как ты прячешься от подчинённых. — Да он задолбал. — Ты — его кумир. — Не вижу ничего хорошего, — проворчал Леви. — Он слишком громкий. И тупой. И приставучий. И упёртый. — Зато исполнительный и старательный. — Эрвин, — Леви вздохнул. — Ты так его расписываешь, как будто впариваешь мне на рынке хрень, которая мне даром не нужна. Туфлю бабскую или собачью упряжку. Тебя, может, и прёт с личного титана, но по мне это просто очередной надоедливый сопляк. — Не ворчи, — попросил Эрвин, обернувшись к документам и потирая переносицу. — Хочешь завтра отгул? — Хочу. Дай. — Дам. Только заявление напиши. — Опять твоя бюрократия. — Что поделать. * * * Даже командор начал сказки рассказывать! Наняли, чтобы убить! Ха, конечно, так Эрен и поверил. Даже версия Оруо с подпольными боями уже не казалась такой глупой. А вариант Эрда про карты вообще выглядел правдой правдивой. В общем, это было фиаско. После такого Эрену ничего не оставалось, кроме как спросить капитана Леви лично. В конце концов, Микаса была права, и он имел право знать такие вещи о своём командире. Правда, командира никак не получалось найти, и Эрену удалось пересечься с ним лишь спустя пару часов в коридоре, куда Леви явился с мрачной рожей, дабы проверить чистоту окон. — Капитан, капитан! — обрадовался Эрен. «Опять щенячьи восторги», — явственно читалось в закатившихся на миг глазах Леви. — Капитан, а я вас ищу по всему штабу! — Лучше бы делом занялся. — Капитан, а я вас хотел спросить! Леви промолчал, приблизился к окну, тщательно осматривая стёкла на свет. Придирчиво сощурился. — Капитан, я хочу спросить про вас и командора, — не унимался Эрен. — Расскажите, как вы встретились! Я слышал так много сплетен, что решил спросить у вас лично! — С чего ты взял, что я тебе отвечу? — Леви недовольно поджал губы. — Эрен. Поди сюда. — А? — Сюда иди! — Леви недовольно указал большим пальцем на раму. Почему на краю стекла разводы? — Я сейчас домою! — Естественно. — А вы расскажете про ваше прошлое, капитан? Мне надо знать, а то Микаса сердится и не доверяет вам, и хочет пойти к командору и попросить, чтобы он передал меня другому руководителю. — Какое счастье, — сухо хмыкнул Леви. — Надеюсь, Эрвин согласится. — Ну капитан! — Тц. Я не собираюсь обсуждать с тобой свою жизнь и своё прошлое, — отчеканил Леви. — Иди за тряпкой. — А если я помою окна, вы расскажете? — не унимался Эрен. — Нет. — А если я потом ещё помогу с уборкой? Капитан, что мне сделать после мытья окон? — Перевернуть табуретку и сесть. — Но если я её переверну, она будет сидением вниз. — Если ты её перевернёшь, появятся целых четыре посадочных места. Заткнись и займись делом. Эрен и правда замолк, пытаясь понять, что там с табуреткой и зачем на неё садиться. Тем более, кверху ножками. Это должно быть неудобно, да и баланса никакого. Пока Эрен думал, Леви уже ушёл. Стало очевидно, что от него рассказа тоже не дождёшься. * * * — А у меня не спросил, — обиделся Майк, когда после ужина Ханджи подняла тему опроса Эрена. Почти все уже разошлись из столовой, остались лишь четверо людей за офицерским столом, слишком увлёкшихся разговором и не спешащих сдавать тарелки. — А я, между прочим, лично присутствовал при поимке нашего карлуна. — У меня Эрен спросил, — недовольно сказал Эрвин. — Но не дал даже договорить. Решил, что я его обманываю. Я. Обманываю. Что за неуважение к руководству? — Это из-за меня, — довольно призналась Ханджи. — Я-то всё знаю, но боялась ляпнуть лишнего, поэтому сочинила бред позаковыристее. — Ну спасибо, — проворчал Леви, лениво потягивая чай. — Выставила нас идиотами. Хотя чего ещё ожидать от психически нездоровой бабы? — А ты сам-то? — Ханджи округлила глаза. — «Не скажу, не скажу!» Жмёшься, как будто правда что-то неприличное скрываешь. — С хуя ли ему знать про причины моего трудоустройства? — огрызнулся Леви. — Это моё дело. — Ханджи, не лезь, — одёрнул Эрвин учёную. — Ты ведь знаешь, что на самом деле это совсем не весёлая история. Ханджи картинно вздохнула и смахнула притворную слезинку со стёклышка очков. Леви с силой пнул её под столом, и она негодующе заойкала. — А я, — сказал Майк, — даже хотел бы, чтобы меня тоже спросили. Я бы рассказал сказку про Белоснежку. — Какую нахер Белоснежку, — не понял Леви. — Как эта сказка вообще относится к моему прошлому? Майк усмехнулся, довольный тем, что смог заинтриговать. — Хорошая история, — сообщил он. — Значится, в роли Белоснежки у нас Эрвин. — С какого? — не понял Эрвин. — У меня нет злой мачехи, и вообще… — Да нет, — Майк добродушно хохотнул и откинулся на стуле, крутя в пальцах вилку, словно фокусник. — Слушайте же, дети, сказку о Белоснежке. Не, о Блондивласе. Давным-давно в далёком королевстве в этом самом замке, где мы сейчас сидим, жил-был красавец мужчина, почти такой же красивый, как я. Был он высокий голубоглазый блондин, и не только птички и бурундуки — все девки сбегались полюбоваться. Но был он топографический кретин: однажды поехал в столицу и заблудился. — Это я топографический кретин? — возмутился Эрвин. — Да я вас каждую вылазку по карте веду! — Чшш, — Ханджи похлопала командора по плечу. — Не перебивай рассказчика. — И вот, заблудился Блондивлас, и застала его ночь в глухой чаще леса, — флегматично продолжал Майк, не обращая внимания на этот выпад. — Было стрёмно, деревья стали похожи на титанов, и драпанул Блондивлас галопом ешё глубже в лес. И нашёл в лесу маленькую хижину. Эрвин вздохнул и закрыл глаза ладонью. — Хижина оказалась пустая, — сказал Майк. — Блондивлас отважно завалился в неё, сожрал, что нашёл, и лёг спать. Только кроватка была слишком короткая, пришлось ноги на изножье закинуть. А хижина та принадлежала подземному гному. Леви открыл было рот, но видимо, и сам захотел послушать, как гном обошёлся с наглым гостем, поэтому спокойно отпил чай из своей чашки. — И вот, — сказал Майк таинственным тоном, — Утром припёрся в хижину гном. Был он криминальный и ночами вершил тёмные делишки. А днём, соответственно, дрых. И вот, смотрит гном — завтракать нечем, на полу натоптано, а на кровати здоровенный мужик храпит. — Я бы въебал с ноги, — тихо прокомментировал Леви. — Гном въебал с ноги, — согласился Майк. — Разбудил, значит, Блондивласа и заставил его убираться, стирать и мыть посуду. Ханджи довольно загоготала, повиснув на плече Эрвина. — Про гроб, про гроб расскажи! — потребовала она. — Я расскажу, — Леви отставил чашку в сторону и помрачнел. — Гроб, блядь, из горного хрусталя. Чистый, прозрачный, как слеза. Бутылку моющего средства угробишь, пока отмоешь. А Эрвин туда полез в грязных сапогах и пыльной куртке. — Гном снова въебал с ноги, — повторил Майк, подытожив услышанное. Ханджи не удержалась и загоготала, захлебнувшись от восторга. — Умереть спокойно не дадут, — пытаясь сдержать улыбку, буркнул Эрвин. — Ты же не рассчитывал на поцелуй? — цыкнул Леви, закатывая глаза. Майк запрокинул голову и тоже басовито расхохотался, крайне довольный своей выдумкой. * * * Эрен выразил своё негодование друзьям, когда они привычно встретились после ужина, чтобы немного поболтать. — Все меня обманывают! — пожаловался он. — Каждый рассказывает про капитана что-то своё, я не знаю, кому верить! — Я тоже порасспрашивал! — отчитался Конни. — Мне сказали, что капитан Леви был сапожником, потом сказали, что он работал чистильщиком канализаций, а потом сказали, что он был не из подземного города, а служил королевским поваром! — Поваром?! — оживилась Саша. — Давайте заставим его что-то приготовить! Котлеты! Стейк! Мясное суфле! — Заставить можно, да готовить не из чего, — фыркнула Имир. — Но он был охотником, а значит, сам поймает дичь! — Да не был он охотником. И поваром не был, — сказал Райнер. — Я видел, как он прикончил тех титанов в Тросте. Повара так не могут. Этот человек явно всю жизнь сражался. — А мне кажется, он был не королевским поваром, а королевским уборщиком, — заметил Жан. — Припряг меня сегодня протирать столы во всей столовке. Там дежурные были! Что за дела? — Вы с Эреном слишком громко спорили во время еды, вот вас и наказали, — пояснил Армин. — Да! — гордо воскликнул Эрен. — Я мыл окна и не жаловался. А ты, Жанчик, капризный мальчик. — Чего-о?! — лицо Жана вытянулось ещё длиннее, и он вскочил. — А ну вставай! Решим это по-мужски! — Решите, кто из вас хороший мальчик? — уточнила Имир. — Кристочка, закрой глаза, тут будет порнуха. — Эй! — обиделся Жан. — Давай решим! — Эрен тоже вскочил, проигнорировав высказывание Имир, потому как не понял, о чём она. — Сейчас набью твою конскую морду, осёл! — У ослов морда ослиная, идиот! — напомнил Конни, довольный, что сегодня смог поумничать. Обычно у него получалось говорить только глупости. — Кто ещё кому набьёт! — воскликнул Жан, хватая Эрена за ворот. — Пусти, кофту порвёшь! — рассердился Эрен, петушась и предпринимая агрессивные наскоки. — Ты её уже три года носишь, пора менять! — Жан тоже разозлился. — Ох, не три, — тихо вздохнул Армин. — Мы должны думать о том, как уничтожить титанов, а не о том, что надеть! — Эрен распалялся всё больше. — Мы не девчонки, чтобы модничать! — Девчонки тоже не модничают, — проворчал Райнер, покосившись на шарф Микасы, который она почти не снимала. Из-за чего он лихо и крепко пах потом, особенно в тёплый сезон. Микаса стирала его, но помогало ненадолго. — Если это — мода, то я — титан. Бертольд незаметно ткнул его локтём под рёбра. — А, чёрт… — опомнившись, протянул Райнер. К счастью, его никто не слышал — все были увлечены «дракой» Эрена и Жана. Те, как обычно, наскакивали друг на друга, как дерущиеся воробьи, сердито переругивались и очевидно ждали, пока их растянут. До того, чтобы подраться на самом деле, у них обычно не доходило, но оба явно наслаждались во время этих петушений. Оба ершились, но не решались нанести первый удар, а когда Микаса их разнимала, оба начинали стандартное «Да если бы не она, я бы тебя размазал!» В общем, самоутверждались, как могли. Вот и теперь Микаса подняла голову, и тёмные глаза грозно сверкнули в лучах заходящего солнца. — Сели ОБА, — тихо, но жёстко произнесла она. — Да я… — начал было Эрен, но был привычно схвачен за ремень на бедре и мощным рывком возвращён на место. Жан, еле успевший отпустить его, едва не упал. — Да мне можно драться, Микаса! — вспылил Эрен. — У меня все синяки мигом заживут! — Ха-ха, сам признал, что я наставлю тебе синяков! — Жан с гордым смешком вскинул голову. — А я тебе кости поломаю! — обиделся Эрен. — Ха! И тебя сразу выкинут из разведки как буйного неадеквата! — Я тебя раздавлю титаном во время экспедиции! — И это ты называешь честным мужским боем? — Да много ты понимаешь! — Заткнитесь уже, — попросила Имир. — У моей Кристы сейчас голова заболит от вашего кретинизма. — У меня уже болит, — чуть слышно проговорила Микаса и подняла глаза на Жана, который тут же поспешил вернуться на своё место и принять респектабельный вид. — Жан. А ты узнал о прошлом капитана Леви? — Дался ей этот капитан, — проворчала Имир. — Может, влюбилась, — брякнул Райнер, умилённо смотря, как Криста тихонько плетёт венок из одуванчиков и не влезает ни в какие споры. — Я-я-а-а… — протянул Жан, который о прошлом капитана вообще не думал и узнавать не пытался. — Ну я поспрашивал, мне сказали, что там какая-то загадочная история… — Понятно, — Микаса вздохнула. — Неужели никто не узнал правды? — Ты сама не узнала, — напомнил Эрен. — Микаса, уймись. Если даже командор стал мне заливать, значит, правду мы никогда не узнаем! — Я узнаю, — Микаса встала с героическим видом. — Я дотошная. Дотошнее всех вас. И я добьюсь правды, даже если придётся вытрясти её из капитана лично! — Ой, господи, театралка, — Имир закатила глаза. — Микаса, я с тобой, — определилась Саша. — Вдруг получится вытрясти из капитана не только правду, но и что-то вкусненькое? — Нет, — Микаса драматично вытянула руку в останавливающем жесте. — Это мой долг. — Какой такой долг? Микаса промолчала, оглянулась напоследок на закат, поправила шарф и беззвучно удалилась. Все переглянулись и продолжили болтать о разной ерунде. * * * До кабинета капитана Леви Микаса добралась уже после отбоя. Но твёрдо решила не нарушать своего решения и не отступаться. Тем более, что из-под двери ещё пробивался свет. Просто зайти и спросить — что может быть проще. Если ей за это назначат дополнительное дежурство — что ж, оно того будет стоить. Безопасность Эрена превыше всего. Собравшись с духом, она постучала в старую дверь. В кабинете что-то двинулось. Стукнуло, потом закопошилось. — Кого черти несут? — недовольно вопросил голос капитана. — Рядовая Микаса Аккерман по важному делу! — из-за двери отчиталась Микаса. — Разрешите зайти, капитан! Леви вздохнул. Матюгнулся. — Ну заходи, — буркнул он. Микаса осторожно приоткрыла дверь и проскользнула в кабинет. Внутри было аккуратно и почти уютно, насколько можно создать уют из маленькой, пустой, заброшенной комнаты. Тесное помещение, стол с аккуратной стопкой документов, придавленных пресс-папье, ровно лежащая грифельная палочка, пустой стеллаж. На столе — зажженная масляная лампа, озаряющая всё вокруг приятным тёплым светом. За столом — привычно хмурый капитан, сосредоточенно буравящий ночную гостью тяжёлым взглядом. Микаса почти оробела. Сильная и отважная — но она всё ещё оставалась совсем юной девушкой, а юным девушкам всегда неуютно, когда на них из полутьмы пристально смотрит руководство. — Тебе что, устав не писан? — сухо вопросил Леви. — Отбой пробили. Ты должна быть в казарме. — Я… — Микаса собралась с духом, вспоминая, что весь этот визит — ради безопасности Эрена. — Капитан. Я пришла сказать, что не доверяю вам. — Я вообще никому не доверяю, — равнодушно парировал Леви. — Но я не шляюсь по вашим казармам, чтобы каждому об этом напомнить перед сном. — Мы ничего о вас не знаем. Кем вы были раньше? Как командор Эрвин затащил вас в разведку? Почему вы скрываете ваше прошлое? — Я просто о нём не распространяюсь, — Леви казался слегка раздражённым. — Ты же не рассказываешь всем подряд о своём. Микаса поджала губы. — Вам доверили Эрена, — сказала она. — Вы в ответе за его жизнь. — А ещё я в ответе за жизнь каждого, кого твой Эрен может прикончить, если вдруг станет титаном. И что дальше? Микаса открыла рот, подбирая слова, но Леви перебил, не особенно заботясь о её мнении. — Почему ты считаешь, что мне нельзя доверять? — спросил он мрачно. — Только потому, что ты чего-то обо мне не знаешь? А тебе можно доверять? А твоему Эрену? Ты скажешь «да», но у меня нет оснований для такого доверия. Можешь не доверять в ответ. Мне безразлично. Микаса поняла, что упёрлась в стену попрочнее, чем Мария. — Иди спать, — Леви откинулся на спинку стула. — И успокойся — я буду прикрывать твоего любимчика, даже когда хочется его придушить. У меня есть и приказ свыше, и своя голова на плечах. Если командор сейчас поручит тебе какую-то незнакомую девку, которая превращается в титана, а в жизни бесячая, тупая и приставучая, ты что, её убьёшь? Зная, что тебя за это могут саму отдать под суд? Зная, что эта девка, возможно — шанс для всего человечества? Микаса вздохнула, сознавая его правоту. — Нет, — тихо произнесла она. И неожиданно ощутила полное спокойствие. Не только за себя, но и за Эрена. Может, она и не стала доверять капитану полностью, но неприязнь к нему угасла, и этого было достаточно, чтобы осознать, что под опекой этого человека Эрен в безопасности. — Доброй ночи, — сказала Микаса и быстрой тенью покинула кабинет. Возможно, Леви собирался сделать ей выговор за брожение в неположенное время, и следовало улизнуть до того, как он об этом вспомнил. * * * Когда она ушла, Леви подождал немного, потом отодвинулся на стуле, позволяя Эрвину выбраться из-под стола. Тот, по причине куда больших габаритов, выполз оттуда с недовольным кряхтением. — И кто мне сегодня делал упрёки за укрытие под столом? — развеселился Леви, смотря, как командор разгибается и выпрямляется во весь рост, потирая затёкшую шею. — У тебя в кабинете тоже негде прятаться, знаешь ли, — заметил тот. — А после отбоя мне находиться тут… как-то подозрительно. — Взял бы два листа со стола и сделал вид, что по делу зашёл, — Леви насмешливо фыркнул, выдвинул ящик стола и достал две чашки и маленький заварочный чайник. — Сходишь к себе за стулом? А я пока на кухню сгоняю, воду вскипячу. — Конечно. Леви поднялся, достал из второго ящика стола банку с чаем, потряс над ухом. — С чего я вдруг всем стал так интересен? — проворчал он. — Сперва Эрен, теперь эта… чёрт, опять забыл её имя. — Микаса, — напомнил Эрвин. — Неважно, — Леви фыркнул. — Какая им разница, как я попал в разведку и кем был до этого? — Ну, — Эрвин улыбнулся, — детям всегда интересно узнать, как познакомились их родители. — Тц, — Леви попытался пройти между ним и столом, но был прижат к краю столешницы. — К тому же, — Эрвин поймал его взметнувшуюся руку, смотря сверху ласково и в то же время с вожделением, — Ты особенный, Леви. Ты единственный вступил в Разведотряд, не закончив кадетку. Единственный, кто самостоятельно научился летать на УПМ. Если бы я не знал твою историю, я и сам горел бы желанием её узнать. — Ты и так горишь желанием, я смотрю, — скептически заметил Леви, выгнув одну бровь. — Определённо. — Гладил мою коленку под столом. При ребёнке. Извращенец. — Есть такое, — Эрвин улыбнулся, положив руку ему на талию. — Пусти, мы ещё чай не пили, — деловито потребовал Леви. — А с каких пор, — Эрвин склонился ближе, — требуется пить чай, чтобы поцеловать тебя? Леви некоторое время смотрел ему в глаза, задрав голову. Потом оперся о столешницу позади себя и запрыгнул на неё, усаживаясь поудобнее. — Действительно, — согласился он, хватая Эрвина за нагрудный ремень и притягивая ближе для поцелуя. * * * За завтраком Эрен сам подсел к Микасе. Она выглядела успокоившейся, не бросала на капитана злые взгляды поверх столов, и это значило, что она точно что-то узнала. Эрен даже надумал, что она и капитан ночью подрались, и Леви проиграл, и поэтому ему пришлось всё рассказать. И это было зачётно. Хотя капитан Леви не мог проиграть какой-то девчонке, даже очень сильной — это сразу низвергло бы его из ранга кумиров Эрена, а Эрен такого вовсе не хотел. — Ну как, Микас? — позвал он, плюхаясь рядом. — Ты что-то выведала? — Угу, — жуя кашу, отозвалась Микаса. — Что, что? Расскажи! Микаса вздохнула. Медленно дожевала, проглотила. Запила. — Он не сказал напрямую, — сказала она. — Но когда я спросила, почему капитан скрывает своё прошлое, он сказал, что и я скрываю своё, и у нас общие причины. Поэтому, Эрен, я думаю, что капитан Леви и командор Эрвин встретились почти так же, как мы с тобой. — Что? — Родителей капитана убили, а его самого похитили и хотели продать в рабство. А командор его спас. — Микас, слушай… — И взял его домой. — Микаса… — И повязал ему шейный платок. — Да ты тоже заливаешь! — не выдержал Эрен. — Микасаааааа!