утонуть

внутри меня снова пусто - идеальное чувство

      Знаете ли вы, насколько тяжело человеку жить, когда он не знает в чем смысл этой самой жизни? Будни кажутся однотипными и серыми, ничего абсолютно не приносит удовольствие. И вот наступает очередной новый день. День, который наполнен надоедливыми лицами одноклассников, руганью учителей и никому ненужной псевдо заботой родителей. Девушка просыпается от настойчивого будильника под ухом, совсем тихо матерится себе под нос, проклиная и телефон, и школу, и только-только начавшееся утро. Как только она откладывает будильник, то вновь ложится на мягкую подушку, которая действовала для нее не хуже, чем магнит. Прикрывает глаза в надежде заснуть заново, но все планы рушатся, как только доносится голос мамы.       – Дана, вставай! – кричит с кухни мать, – У тебя сегодня диктант первым уроком, только попробуй мне опоздать. Девушка все же открывает глаза и пытается собраться силами и мыслями. Чертов диктант, так не вовремя и не к месту. Встать с постели на самом деле сложная задача, особенно для той, которая заснула под утро. Но матери, конечно, об этом знать необязательно, и без ее нравоучений она уже ненавидит этот день.       – Каша на плите, не иди на голодный желудок, – тараторит мама девушки, – я опаздываю, буду поздно. Если что пиши, – это она уже говорит чуть ли не за дверью, действительно торопится. В голове у Даны возникает гениальная идея – прогулять сегодня школу. Но она быстро смахивает эту навязчивую мысль, потому что классная руководительница оповестит об этом обязательно мать, а ругаться с ней девушке не хотелось от слова совсем. И так в последнее время в их жизни были слишком частые споры и ссоры. Девушка пошла принимать душ, потому что это единственное, что сможет ее взбодрить. После душа она не спеша собиралась в школу, потому что родитель умудрился разбудить её за час до занятий. Синяки под глазами были размером с марианскую впадину, именно поэтому она обильно наносит консилер под глаза в надежде хоть как-то исправить ситуацию. Попытки оказались тщетными, и она забросила идею хоть как-то привести себя в презентабельный вид. Накрасив ресницы тушью и бальзамом губы, девушка оставила свое лицо в покое. Оставалось выпрямить волосы и одеться. Справившись с оставшимися задачами, Дана направилась в школу. Предчувствие чего-то плохого не оставляло девушку ни на минуту. Но такое бывало часто, поэтому она вновь отбросила свои мысли. По прошлому опыту было ясно – если дать тревоге завладеть тобой, то все закончится уж очень плачевно.             \       – Хей, Кис, – обращается светловолосый к своему другу, – выглядишь хреново. Может вчера не надо было так накидываться?       – Твоя всратая забота мне не сдалась, так что отвали, Хенк, сам разберусь, – отвечает парень, выдыхая дым от сигарет прямо в лицо собеседнику. Дружеская идиллия была нарушена подошедшими одноклассниками. Курить около школы так себе затея, слишком много лишних слушателей и «а можно сигаретку». И неожиданно Локонов, немного поверив в себя, закидывает руку на плечо Кисы.       – Я тут слышал о твоих вчерашних похождениях, Кис, – улыбаясь и громко делится Сева, – это какая по счету?       – Я, в отличие от тебя, Локон, их не считаю, – сбрасывая руку надоедливого блондина, отвечает парень.       – Да ладно тебе, но я думал, что Вика не из тех, кто трахается со сомнительными парнями.       – А ты и думать умеешь. Локон, ты меня сегодня удивляешь, – ехидно отвечает Кислов, – Ты меня только что назвал сомнительным парнем? Мне плевать, что за девушка. Если я захочу, то пересплю с кем угодно. Среди парней поднимается одобрительный галдеж. Уверенность Кисы завораживает абсолютно всех: что девушек, что парней. Одному Всеволоду такой расклад не нравится.       – Прям вот с кем угодно? Может тогда поспорим? – вдруг выдает Локон, и все замолкают, удивленно смотря на двух парней, – Я выбираю тебе девчонку, и ты должен переспать с ней в течение двух-трех недель. Ну как? – парень думал, что одноклассник откажется, ведь считал свое предложение глупым.       – Что мне за это будет?       – Что хочешь. Ну например, тысяч двадцать, либо сам можешь предложить, что хочешь, – для Локона такие деньги не были проблемой, отец давал ему столько, сколько он просил. С Кисой же совсем другая ситуация. Он не то, чтобы нуждался в деньгах, но всегда считал, что лишних бабок не бывает. Тем более в его ситуации: мать-одиночка, которая работает до ночи в салоне, чтобы предоставить сыну все самое лучшее, и его сомнительная не внушающая доверие подработка.       – Сорок, и я согласен. Меленин хватает своего друга за руку и пытается вразумить, что спорить с этим клоуном не стоит. Ведь он может выдать после этого, что угодно.       – Хорошо, Кис. Но я уверен, ты проиграешь.       – Не чеши языком, Локон. В течение дня жду имя, – бросая окурок на землю, говорит Ваня.       – Я уже выбрал, – ухмыляется Локонов, – Дана. Дана Соколова. Дана Соколова. Киса пытается вспомнить, что за девчонка, но у него ничего не выходит. Хотя он знает почти всех в школе. И понимает, что Локонов не спроста выбрал именно ее. Скорее всего, она была из той категории, которая просто хотела спокойно окончить школу и уехать с приморского городка. То есть в глазах Кислова она была серой массой. От этого парню только легче. Он не знает ее, с ней нужно только переспать и забыть об этом. Всё легко и просто. Спор есть спор, сорок тысяч есть сорок тысяч.