Малыш

— Ты не тронешь его, — Яньцин почти что рычит.       Как мелкий щенок       Он делает шаг назад, крепко сжимает рукоять своего меча. По телу пробегает мелкая дрожь, невольно челюсти сжимаются сильнее. Старается закрыть собой Дань Хэна, что был тяжело ранен. Клинок направлен на врага и нужно лишь немного времени, пока восстановится сила. Дыхание сбивается, и он пытается это скрыть, дышать размерено через нос и иногда намерено не вдыхать. — Малыш, ты боишься меня? — Блэйд довольно ухмыляется и делает ответный шаг вперёд.       Яньцин чувствует нарастающую тревогу, которую пытается подавить. Его рука не дрогнет, и он вступит в бой даже ценой собственной жизни. Обещал сам себе схватить сбежавшего преступника, но умирать не собирается пока что. Не стал ещё Мастером мечей. Ещё рано. — Не смей меня называть так, — он ненавидит, когда к нему обращаются, словно к ребёнку.       Пусть он ещё недостаточно подрос, чтобы с ним считались не из-за положения в армии, а из чувства уважения, но он никому не позволит так о себе говорить. Однако сейчас не та ситуация, чтобы бездумно бросаться на врага. Да, вспыльчивый, но не глупый. — И что же ты сделаешь? — ещё шаг, он разводит руки в сторону, словно сдаётся, но неизвестно, что ещё мог приготовить. — Я знаю, что ты сейчас бесполезен.       Отрицать правду тяжело, но Яньцин кусает себя за язык. Лишь бы не сорваться, не повестись на такую детскую провокацию. Нужно потянуть время и выдержать. — С чего такая уверенность? — он пытается быть язвительным, но лёгкая дрожь в голосе почти выдаёт его неуверенность.       Кажется, что по виску скатывается капля пота от напряжения. Сердце начинает стучать быстрее и хочется собственноручно его заглушить, будто его ритм слышно за километры. А если двинуться, что будет тогда? — Ты дрожишь, словно заяц при виде хищника. Не старайся храбриться, это не поможет. Если ты смог бы, то уже ударил. Думаешь, я ничего не сделаю и буду послушно стоять с клинком в мою сторону? — Блэйд хрипло засмеялся и подошёл ещё ближе.       Тело будто онемело. Мышцы задеревенели и не слушались. Организм активно подавал сигналы об опасности, но они словно терялись по пути к мозгу. Мысли лихорадочно бились о черепную коробку, а в ответ ни-че-го. — Молчишь? А жаль, мне нравится твой голос.       Он совсем близко и по позвоночнику ледяные мурашки, заставляя невольно вздрогнуть. Яньцин не может пошевелиться и с неприязнью во взгляде смотрит, как Блэйд приближается, и расстояния между ними почти не остаётся. Вот чужая рука, обтянутая кожей чёрной перчатки тянется к лицу, и дыхание замирает, как и сердце внутри грудной клетки.       Пальцы касаются подбородка, ведут линию по челюсти, касаются уголка губ и Яньцин морщится. Ему неприятно и он резко хлопает по руке Блэйда, подкатывает лёгкая тошнота и лёгкие сжимаются болью от пробежавшего страха. Сложилось ощущение, что вонзили меч между лопаток и горит в этом месте особо сильно. — Не трогай меня, — глаза начинают покрываться магическим светом. — А тебя никто не спрашивает, — Блэйд резко скидывает маску хищной игривости, его глаза так же наполняются светом, но он страшит своим кровавым блеском.       Миг и Блэйд резко нападает. Всё происходит за доли секунды и Яньцин падает на лопатки, не успев вовремя отреагировать. Дыхание будто заблокировали, невозможно даже вскрикнуть и лишь беззвучно открывает губы. Меч выпадает из руки, откатываясь в сторону, что дотянуться становится трудно. Чужие пальцы хватают за шею, не давая сделать и глоток спасительного воздуха.       Страх перед силой парализует и Яньцин старается вырваться из хватки, цепляется за руку, стараясь разжать пальцы. Он слабеет и перед глазами темнеет мир, но алые глаза являются единственным ярким пятном.       Влажный горячий язык касается губ и проникает в рот, вызывая ужас вспышкой в мозгу. Хочется укусить, но челюсти не двигаются. Дыхание восстанавливается, и шумный вдох через нос обжигает носоглотку.       Блэйд целует жадно, готовый забрать с собой помимо первого поцелуя и жизнь лейтенанта. Зубами он впивается в губы, прокусывая до крови, которая тут же попадая в рот, наделяя это особым смыслом. Яньцин дёргается всем телом, но это кажется всё таким бесполезным. Его будто отравили, околдовали, что угодно! Он не принадлежит сам себе. — Я приду за тобой, малыш, — горячее дыхание касается уха и лёгкий смешок в конце.       Блэйд резко отскакивает, уклоняясь от летающих мечей. Яньцин тут же приходит в себя и всё встаёт на свои места. В руку возвращается оружие, и он тут же поднимается, откашливаясь. Горло болит и, кажется, что уже затягиваются синяки от пальцев, но это лишь кажется. Он готов напасть здесь и сейчас, но уже поздно. — Твоё время ещё не пришло… — губы Блэйда растягиваются, и он довольно улыбается, указывая на Яньциня.       И он ему верит на слово.