Поиск осколков!

Подросток шёл вверх по реке. По пути ему встречались различные травы и деревья. На его маленькой спине был небольшой мешок с различными побрякушками. Он остановился около большого камня и, положив сумку рядом с камнем, подошёл к реке и взглянул на своё отражение. На него смотрел юноша с серыми глазами и чёрными волосами. — Я так похож на него. — подумал он про себя. Умывшись водой из реки, он заметил кучку заклинателей около леса, что спорили из-за компаса зла. Хмыкнув, он вновь задумался. — А ведь они пользуются недоработками. И сами не знают об этом. Может, сказать им? — ещё немного подумав, юноша взял мешок и прошёл мимо них. — Не хватает мне своих проблем? Да и не моë это дело. На горе Дафань находился древний погост. Большинство предков жителей поселка Ступни Будды были похоронены именно там. Иногда и неопознанные трупы получали местечко и деревянную табличку над головой. Несколько месяцев назад, одной тёмной и грозовой ночью, из-за ветра и дождя часть горы Дафань сошла вниз, прямо на погост, уничтожив множество старых могил. Несколько гробов оказались на поверхности, а после в них ударила молния, так что и гробы, и похороненные в них трупы обуглились дочерна. Случившееся крайне обеспокоило жителей Ступней Будды. После продолжительных молитв они вновь отстроили погост, полагая, что теперь всё будет в порядке. Однако с тех самых пор люди в поселке стали терять свои души. Первой жертвой стал один местный лодырь. Будучи жалким оборванцем, он целыми днями болтался без дела и никогда не работал. Из-за того, что лодырь любил залезать на гору и гоняться за птицами, он оказался там и в ночь, когда сошла её часть. Конечно, он перепугался до смерти, но, к счастью, остался жив. Занятно, что всего через пару дней после происшествия лодырь женился. Сыграли пышную свадьбу, а жених заявил, что отныне и впредь он намерен стать щедрым добродетелем и зажить счастливой жизнью с молодой женой. В первую брачную ночь жених напился до чёртиков и увалился в кровать. Невеста звала его, но он не отвечал. И только когда девушка как следует толкнула суженого, она поняла, что тело его холодно, а взгляд замутнён. От покойника его отличала лишь способность дышать. Пролежав в таком состоянии несколько дней, без еды и питья, он был, в конце концов, похоронен. Несчастная невеста стала вдовой, не успев вкусить прелестей семейной жизни. Второй жертвой оказалась А-Янь из семьи кузнеца Чжэна. Девушка только-только получила предложение руки и сердца, как на следующий же день её будущего мужа загрызли волки во время охоты в горах. Услышав такие новости, девушка пришла в то же состояние, что и городской лодырь. Но к счастью, через несколько дней её болезнь, вызвавшая потерю души, прошла сама по себе. Однако после А-Янь сошла с ума и теперь убегала на улицу и танцевала перед первыми встречными. Третьей жертвой стал отец А-Янь, кузнец Чжэн. Всего на данный момент от потери души пострадали семь человек. Для заклинателей это место было отличной возможностью прославиться. Но юноша направлялся сюда вовсе не для охоты за нечистью. Наставник послал его сюда за осколком души. И это был первый раз, когда он вышел в реальный мир после несколько лет обучения. День клонился к закату, и уже совсем скоро передвигаться через лес без факела станет невозможно. Юноша прошёл довольно порядочно, но до сих пор встретил всего пару заклинателей. Неожиданно впереди раздались крики о помощи. — Эй! Кто-нибудь! — Помогите! Голоса, мужские и женские, звучали чрезвычайно напуганно и, скорее всего, принадлежали живым людям. Обычно крики о помощи в подобных глухих местах были уловками злобных тварей для заманивания несведущих людей в ловушку. Однако юноша такому исходу событий весьма и весьма обрадовался. Чем злобнее тварь, тем лучше — плохо, если она окажется недостаточно злобной! Он повернулся в направлении голосов, но, сколько бы ни высматривал по сторонам, никак не мог найти ни людей, ни духов. Тогда он посмотрел наверх и вместо столь желанной им злобной твари увидел всего лишь заклинателей из сельского клана, встреченных им накануне у колодца, а сейчас беспомощно барахтающихся в огромной золотистой сети, подвешенной к веткам. Юноша насмешливо подумал: «Их лидер, мужчина средних лет, повёл свою группу разведать обстановку в этих лесах. Однако вместо поимки добычи, что могла бы принести им честь и славу, они сами попались в сеть, установленную здесь, скорее всего, каким-нибудь богатым заклинателем. Теперь им только и осталось, что висеть на дереве и жалобно звать на помощь.» Как только заклинатели увидели, что кто-то идёт, их лица посветлели, но тут же вновь понурились, поняв, что то был всего лишь обычный заклинатель с мешком, которого они встретили у реки. — Нити Сети божественного плетения, о них рассказывал наставник. — вспомнил юноша. — Эти нити кажутся тонкими только на первый взгляд. На самом деле её материал отличается особой прочностью: ни человек, ни божество, ни демон, ни дух, ни монстр не могут прорвать эту сеть. Только магическое оружие высшего качества способно разрушить её. Мужчина собрался вновь звать на помощь, как вдруг раздался хруст ломающихся веток и шелест листьев под ногами. Из тёмного леса вышел юноша в лёгких светлых одеяниях. Черты его лица несли в себе изящество, но в то же время и резкость, а между бровей красовалась метка цвета киновари. Он был ещё весьма юн. В руках юноша держал длинный лук, а за спиной виднелись колчан с оперёнными стрелами и сияющий золотом меч. Пышный белоснежный цветок пиона, вышитый лучшими мастерами, украшал его грудь. Тонкие золотистые нити искрились в полуночных тенях, окружая юношу необыкновенным сиянием. Юноша про себя присвистнул: «Какая роскошь!» Должно быть, этот юноша принадлежал к числу молодых господ Ордена Ланьлин Цзинь, поскольку вышитый белоснежный пион являлся узором клана Цзинь. Используя этот символ, клан сравнивал себя с гордостью государства. Пион, король среди цветов, неявно подчёркивал главенство Ордена Ланьлин Цзинь над всеми заклинателями, а метка цвета киновари означала «распахнуть двери навстречу мудрости и стремлениям; осветить мир алым светом». Молодой господин уже натянул тетиву лука и приготовился стрелять, как вдруг понял, что Сеть божественного плетения поймала всего лишь людей. После секундного разочарования его охватило раздражение: — Вы, дуралеи, постоянно путаетесь у меня под ногами! По всей горе установлено свыше четырёх сотен сетей, и уже десять из них были порваны такими же болванами, как вы! А добычи как не было, так и нет! Юноша вновь подумал: «Какая роскошь!» Даже одна Сеть божественного плетения стоила немало, а он установил четыреста за раз. Небольшой клан полностью бы разорился после покупки такого огромного количества сетей, но, разумеется, для великого Ордена Ланьлин Цзинь такая трата была каплей в море. И всё же беспорядочная расстановка целого вороха сетей в надежде как-нибудь да поймать злобную тварь явно была недостойна называться «ночной охотой». Выходило, что заклинатели клана Цзинь прогоняют прочь всех остальных, не оставляя им ни малейшего шанса на успех. Наставник называл этот клан павлиньим и порой — курятником. Лидер группы смиренно заговорил: — Пожалуйста, молодой господин, не откажите нам в любезности и опустите нас на землю. Сам не свой от досады на то, что добыча никак не шла в руки, юноша решил сорвать свою злость на неотёсанных деревенщинах, столь удачно подвернувшихся под руку. Он скрестил руки на груди и сказал: — Ну уж нет, вам придётся повисеть здесь, чтобы больше не мешать мне. Я отпущу вас, когда поймаю монстра, пожирающего души. Если, конечно, не забуду! Заклинатели вновь захныкали от неудачи на их пути. Юноша в жёлтых одеяниях ушёл, не обращая внимания на недовольства позади. Заклинатель с мешком уже тоже хотел уйти, как вдруг пролетел меч и освободил бедолаг из западни. Они плашмя упали на землю и принялись убегать. Сделав один шаг, они вновь попались в уже другую ловушку. Юноша, решив быть осторожным на своём пути, схватил длинную палку и пошёл дальше.