Кисло-сладкий

Кайзер любил сладкую вату с самого детства; она всегда была такой воздушной, яркой, а откусывая часть, на зубах оставались кристаллики сахара, пока ванильное облако таяло на языке. Щеки потом были ужасно липкие и рот сводило от приторности, еще шею саднило от сухости, но перебивать привкус водой совсем не хотелось. Сладкое-сладкое облако — мечта каждого ребенка. И особенно он любил мечтать о своем ванильном царстве, где все было бы из ваты, вкусной и блестящей. Замок, мебель, небо — все это можно было бы откусить. Кто бы мог подумать, что влюбленность будет ощущаться такой же. Такой же воздушной, яркой, сладкой-сладкой, прямо как самая настоящая вата. Признаться себе стыдно — Кайзер до сих пор бережет свои грезы о сахарном мирке. Его внутренний ребенок буквально кричал от счастья, ощущая что-то знакомое. И этого чувства хотелось до дури больше. Но как же тянуло стошнить внутреннего взрослого. Взрослого, который добивается звания лучшего бомбардира. Взрослого, который пообещал себе не отвлекаться на глупости. Взрослого, который терпеть не может иррациональные чувства. И этот взрослый обожает вкус опаляющей кислятины. Чужие растоптанные чувства, скорченные от отчаяния лица, сломанные мечты.. Полная мерзость. Но Кайзер готов поклясться: этот кислый вкус самый лучший. К нему медленно привыкаешь и он никогда не надоест, а без него пропадает весь интерес. На него подсаживаешься как на иглу.. Хочется все большей дозы, ибо с каждым разом конца туннеля не следует. Когда сладости хотелось невыносимо сильно, Взрослый со всей злости стискивал все чувства в огромный шар, а потом скидывал в пропасть. Это стало привычкой. Кайзер должен идти к цели, а не думать о какой-то эфемерной детской мечте. И царство свое воздвигнет сам, и на троне восседать будет лишь он, и каждая живая душа склонит перед ним голову. Почти получилось, только Ноа мешает. Сильно мешает. А потом появились другие противники. Для Михаэля это словно игра в кукольную войну. Каждого проигравшего настигала участь быть поглощённым. Вкус у них был восхитительный — ужасно кислый. Лицо уже не сводит. А какая участь настигла бы Кайзера? Никакая, ведь он не проигрывает. Только один все никак не сдавался, начиная игру из раза в раз. Он сбегал из цепких рук, настигал врасплох и... Боже, еще немного и Кайзер бы остался без головы. Хотя нет, голова все же не на месте. Фраза "Битва выиграна, но война продолжается" подошла бы как никогда кстати. И выиграл в ней Исаги, тот самый упрямый протестант. К ужасу Кайзера, последствия были невообразимы настолько, что он пожалел о своем появлении в Блю Локе. Его внутренний ребенок радостно взревел, и крик этот раздавался в голове оглушительным эхом. "Интересно, какой Исаги на вкус?" Кайзер был ужасно зол. Этот клоун обыграл его только из-за парочки обстоятельств, но задетое самолюбие больно давило на глотку. Хотелось пролезть глубоко рукой и вытащить этот ком горечи. Проигрыш отдавал только таким привкусом. "Его личико такое красивое, прямо как у слащавого принца с этих японских комиксов для школьниц. Как они там.. Сёдзе, верно? Интересно, насколько его губы сладкие" От чего-то сжимались зубы. Сердце билось так быстро, так громко. Кайзер сжал руку на груди, следя за тем чтобы оно вот-вот не вырвалось, и вырваться оно хотело от жгучей злобы, ни от чего другого. "А его шея сильная и мощная на вид. Что если её укусить? У неё будет такой же вкус, как у ванили?" Голова ужасно болит и легкие стискивало от недостатка воздуха. Михаэлю было противно от самого себя, а еще ему жутко хотелось кислоты. И в один день он получил, что хотел — поток кислого моря, почти что океана. Исаги проиграл ему всухую, вдребезги! Их разница в очках была огромной и Кайзер был до жути доволен собой. С гордостью смакуя заветные цифры в голове, он отвернулся от табло и уставился на Исаги, предвкушая увидеть его растоптанную гордость. Только.. Почему он улыбается? Почему как-то по-глупому смеется? Почему в его взгляде одно удовольствие, а не разочарование? — Это был фееричный матч, ублюдок. Даже не надейся, что я не отыграюсь. Почему? Почему? Почему? Почему?! Почему, почему, почему почему почему.... Почему так сладко? Нет, кисло-сладко. И Кайзер улыбнулся только шире. Что-то там, глубоко в груди, разлилось нечто теплое, окутывающее с головы до ног. Этого чувства хотелось больше до потери пульса. Он облизнул пересохшие губы. — Ну давай, Йоичи, покажи мне еще парочку клоунских выступлений, раз так хочется. И в один день он получил что хотел — сладчайшие острова посреди кислого моря, почти что океана. Оу, конечно Кайзер не мог позволить себе так быстро исчезнуть с этого сказочного курорта. Резким рывком поддавшись вперед, он потянул Исаги за футболку и впился грубым поцелуем. Прямо так, перед всеми, очень очень просто и по-детски. Совершенно безрассудно. Без разницы, что подумают другие, плевать, что подумает Йоичи, это только его вкус, мало кто поймет. Но поняли. Брюнет еле слышно промычал и довольно ответил так же резко, яростно кусая губы. Даже в такой момент игрушечная война. Но какая же вкусная, просто крышу сносит. Кайзеру показалось, что он и Йоичи оказались на этом самом сладком острове, посреди кислотного моря. Такие мягкие, липкие прикосновения к коже и ужасно давящий на разум жгучий воздух. Было бы славно остаться на этом острове навсегда.