sexual feeling

Юнги сильно выгибается на кровати, опускает руку к влажной промежности и делает щелчок камеры. Красиво. Переворачивается на живот, приподнимает бёдра, заводит руку назад и делает ещё один. Восхитительно. Кладёт телефон на стол рядом и садится прямо напротив: голый, возбуждённый, мокрый и неудовлетворённый. Смотрит в камеру пронзительно, высовывает язык и облизывает широко искусанные алые губы. Медленно ведёт рукой вниз, зажимает пальцами клитор и громко стонет, запрокинув голову назад. Хочется горячего крупного члена в себя. Желательно прямо сейчас. Чтобы повалили на живот, заткнули рот и грубо втрахивались в податливую мокрую дырочку до яркого оргазма. От одних мыслей Юнги течёт на кровать. Забивает на телефон и падает на спину, широко разводя ноги и вводя в себя три пальца разом. Трахает грубо, сильно, чувствует, как по анусу стекает вязкая смазка и впитывается в кровать, оставляя за собой огромные светлые разводы. Опять придётся перестилать постельное бельё, но ему сейчас на это так плевать. Хочется только одного: кончить. Но желательно на чьём-то члене. Обычные оргазмы от собственной руки не приносят уже никакого удовольствия и разрядки. Он за эту неделю перепробовал всё: новенький вибратор с семью уровнями мощности, большой дилдо обычный, дилдо с собачьим узлом на конце, которые в самый ответственный момент «эякулирует», тёрся о подушки, как сука в течку, пытался кончить с душем — ничего из этого больше не приносило удовольствия, а постоянно возбуждённый клитор болел, когда тёрся о ткань шёлкового белья. Юнги просто нужен качественный трах. Ему нужны эмоции. Доминирование. Власть. Хочет быть оттраханным до звёздочек перед глазами, чтобы слюна по подбородку стекала и имя собственное забылось. Но такого мужчины по близости не было, так что оставалось лишь кончать, рисуя в воображении желаемое. Юнги хватает пару резких движений, чтобы с обессиленным криком повалиться на спину и тяжело задышать от пресного оргазма. Наспех вытирает руку о простынь и хватается за телефон, бегло просматривая все фотографии. Удаляет около трёх и сохраняет охуенные четыре и последнее видео. Тяжело сглатывает и, набрав рандомный неизвестный номер, который ему по приколу скинул Чимин, загружает все файлы и отправляет. Не успевает даже передумать, как они оказываются прочитанными. И ему действительно становится страшно. Соглашаться на подобную авантюру под влиянием соджу было круто и интересно, а вот сейчас становится по-настоящему страшно. А вдруг там кто-то знакомый? А вдруг там кто-то важный в их стране? А вдруг просто коллега отца или матери? Расскажут всё, покажут ещё в деталях и засмеют. И что ему потом делать? Ответ приходит слишком быстро и пугает ещё сильнее. From: noname Это отвратительно и безнравственно. Я намерен сообщить о вас в полицию. Юнги бледнеет на глазах. Кидается к телефону и дрожащими руками печатает ответ, не попадает по буквам, опечатывается, но отправляет, как есть.

From: Yoonie Простите меня, я ошибся номером, это должно было быть у моего парня. Пожалуйста, не нужно полиции.

Ответ приходит также быстро. From: noname Такие вещи вообще не следует отправлять. Во-первых, это опасно, во-вторых, просто не культурно. На первый раз прощу, но это лишь потому, что у меня сегодня хорошее настроение. Юнги громко выдыхает с облегчением и счастливо улыбается, откидываясь обратно на спину и печатая слова благодарности.

From: Yoonie Спасибо! Огромное спасибо! Больше такого не повторится, обещаю.

Его сообщение прочитано, но остаётся не отвеченным. Юнги пишет пару ласковых слов Чимину о его «чудесной» идее и, откинув телефон, закрывает глаза, позволяя себе выдохнуть и расслабиться.

***

Как произошло то, что происходит сейчас, Юнги вообще не знает. Просто на улице поймал взгляд мужчины, что рассматривал его с каким-то странным интересом. Потом увидел его в торговом центре у дома. А после вечером на телефон пришло сообщение от того самого неизвестного номера с предложением о встрече. В отеле. В девять вечера. В пятницу. Судя по люксу и самому отелю, мужчина был очень даже состоятельным. А ещё, фотография на аватарке профиля, которую загрузили этим же вечером, буквально заставила Юнги согласиться. И он не прогадал. Потому что сейчас лежит почти обнажённый под горячим мощным телом. Его ручки над головой обхватили одной властной, с длинными красивыми пальцами, а вторая сейчас играется с его чувствительными бёдрами. Юнги хнычет, плачет, утыкается лицом в подушку и елозит, пытаясь хоть как-то уменьшить эту сладостную пытку, но получает лишь грубый укус в ягодицу. Хоть плачь, серьёзно. — Малышка, ты такая непослушная, — тихо шепчет голос за спиной, проникая меж плотно сведённых бедёр к влажно текущей промежности. — Такая сладкая киска. Как жаль, что я впервые её увидел на фото. Мне хотелось бы сделать это наоборот. — Что именно? — хрипит Юнги и сжимается весь от возбуждения, когда слышит заветные слова. — Сначала оттрахать тебя, а после получать от тебя фотографии на работу. Юнги натурально скулит. Пытается сжать бёдра сильнее, но крепкая рука между ними не даёт этого сделать, и поэтому он просто срывается на бессвязный плач, умоляя мужчину взять себя скорее. Но он медлит. — Знаешь, всю жизнь я был безумно правильным гражданином. И я действительно считал, что такие фотографии отправлять должно быть постыдно и запрещено. Но ты и твоя текущая киска меня завела. Даже если я не хотел себе в этом признаваться. Но увидев тебя на улице, такого маленького и миленького, в своей крохотной юбочке, которая даже не прикрывает половину задницы, я понял, что хочу натянуть эту задницу на себя до громкого шлепка. Как думаешь, сможешь принять мой член в себя разом? — тихо шепчет на ухо и улыбается, когда плач Юнги только усиливается. — Смогу, смогу, правда, только... я так хочу сейчас… — Джин. Чтобы знал чьё имя стонать, сидя на моём члене и грея его, как хорошенький малыш. Юнги громко стонет, когда его переворачивают на спину и входят одним плавным глубоким толчком, даже не раздеваясь. Джин имеет его идеально. Грубо, глубоко и чувственно, но властно, как и хотел Юнги. А потому, цепляясь за его горячую мощную спину, обтянутую офисной белоснежной рубашкой, он тихо постанывает ему на ушко и удовлетворённо про себя отмечает, что такого мужчину он от себя не отпустит.