Плач друга

Евгений Семененко. Мы подружились с Камилой, когда ей было 17. Сейчас ей уже 19 и мы всё ещё общаемся, но уже намного реже. Я влюбился в неё сразу, но, как мне казалось, признаться тогда же было бы ошибкой. Я хотел сделать это на её восемнадцатилетие. Но этого не случилось. У неё появился парень. Теперь я не смел ей рассказать о своих чувствах. И уже никогда это не сделаю. *** Сегодня мне позвонила Камила, вся в слезах. Я не понимал ни одного её слова, но сразу же выбежал из квартиры и поехал к ней. К счастью, она жила от меня не так уж далеко. Всё это время я не выпускал телефон из рук, пытаясь следить за дорогой, и успокаивать её. Я гнал так быстро, как мог. — Всё будет хорошо, я уже скоро буду у тебя. Плач Камилы утихал. — Прости меня, пожалуйста. Это были её последние слова, перед тем как она отключилась. Моя нога впилась в педаль газа, ещё чуть-чуть. Пожалуйста ничего не натвори, потерпи. Светофоры шли ко мне навстречу, горя зелёным светом. Моё сердце бешено колотилось, будто оно сейчас разорвётся, дыхание сбивалось. Я быстро выбежал из машины и встал у подъезда. В домофоне набрал номер квартиры Камилы, но она не открывала. Поэтому начал звонить всем, но никто не отзывался, пока из подъезда не вышла бабушка. Я сразу же, как ненормальный, побежал на второй этаж, старушечка что-то прокричала вслед, но я её не слышал. К моему счастью, дверь Валиевой была открыта. Увидев её сидящей на полу, в спальне, сердце начало биться ещё сильнее. — Камила, что с тобой? Она подняла свою голову, её глаза были покрасневшими, и взгляд был у неё пустой. Она посмотрела на меня и опять заплакала. Я не знал чем помочь, поэтому присел рядом с ней и обнял, это было единственным, что мог сейчас сделать. Камила положила свою голову на моё плечо и плакала. Не знаю, сколько мы так просидели, но Ками так и уснула на моих плечах. Я аккуратно поднял её и положил на кровать. Сам лёг на диван. Уснуть сразу не мог, меня мучали мысли, что её так сподвигло. Неужели это всё из-за парня? С утра я проснулся рано. Камила всё ещё спала, поэтому умывшись, я решил приготовить завтрак, пытаясь не шуметь. Я сделал её любимый тост с авокадо и с красной рыбой. Поставил чайник. Судя по всему, Валиева проснулась, из ванной прозвучал звук, как течёт вода из крана. Вскоре девушка пришла на кухню. — Привет, — Ками пыталась улыбаться, но было видно, что ей тяжело это делать. — Привет, садись кушать, а чай скоро сделаю. — Спасибо, не стоит. Прости, но я не хочу есть и пить тоже. — Кусни хотя бы раз, пожалуйста. Девушка прокрутила тарелку, взяла один тост, немного откусила и положила на место. — Спасибо. Спасибо за то, что помнишь, что я люблю, и прости, что не ем. — Ничего страшного. Мы так и продолжили сидеть молча. Я не знал, как начать разговор, но чувствовал, что нужно это сделать. — Камил. Она посмотрела на меня и улыбнулась всё с той же натяжкой. — Камил, ты как себя чувствуешь? — Всё хорошо, уже намного лучше, чем вчера. Спасибо что приехал. Но думаю, тебе уже пора обратно. У тебя же должна быть тренировка? Я совсем забыл про это, но зачем мне она, когда моей подруге плохо, чтобы Камила не говорила, я не уйду. — Нет, у меня сегодня выходной. — Посреди недели? — Да, так вот получилось. Так что мне спешить некуда. Ты ведь тоже свободна? Одевайся, пойдём на прогулку. Сколько тебе времени нужно? — Я не хочу. — Камила, я же не отстану от тебя, либо ты сама, либо я сам тебя потащу. — Ну хорошо. Мне не так уж и много надо, а тебе? Тебе же ещё домой надо будет? Давай определимся с временем и там уже встретимся. — Ты, наверное, не поняла. Но я тебя буду ждать здесь же. Так что иди собирайся. Валиева посмотрела на меня, будто бы убедиться, что я не вру, и вышла из кухни. Пока я ждал её, написал Алексею Николаевичу, что сегодня у меня никак не получится прийти на тренировку и, возможно, завтра тоже, и что попозже всё объясню. Выключил чайник, поставил тосты в холодильник. Камила зашла на кухню одетая в черные спортивные штаны и в свободную белую футболку. — Я всё. *** В машине мы ехали молча, звук исходил только от радио. Из всех песен меня привлек Киссколд «Когда ты улыбаешься». Тогда я внимательно изучил лицо Валиевой, она смотрела задумчиво вперёд. Как бы мне хотелось, чтобы она улыбалась, и для этого я попытаюсь сделать всё. *** Наконец-то мы доехали до назначенного места, это был парк Дубки. Мы дошли до Финского залива. Камила остановилась и начала смотреть на воду. Здесь было холодно, несмотря на тёплую погоду, пожалуй из-за прохладного ветерка. Я взял свою кофту и положил на плечо девушки. — Спасибо. Став рядом с ней, тоже начал смотреть на волны. — Камил, пожалуйста, расскажи что случилось. Она не шевельнулась, все также смотрела на залив. Но спустя какое-то время начала: — Я была уверена, что у нас всё хорошо. А возможно пыталась это сделать, не предавая значения странному поведению Кирилла (парень Камилы). Валиева замолчала, мне оставалось только ждать. — Какая же я глупая. Она нервно засмеялась. — Ужас, насколько сильно я люблю внушать себе, что всё хорошо. Представляешь, мне говорила одна моя знакомая, что видела, как он обнимается с другой. Я решила, что она просто хочет разлучить нас, и успела поругаться с ней, только с ней. Чем я тогда думала. А через несколько дней она присылает фото, где Кирилл обнимается с какой-то девушкой. Даже тогда у меня не вызвало это ревности, но просто из любопытства я подошла к нему и спросила: кто это? Он наорал меня, а я даже не поняла почему. В итоге только поняла, что это его бывшая одноклассница, вот они встретились, поэтому и обнялись. Ну я и поверила, хотя там выглядело всё неоднозначно, точно не так, что это бывшие одноклассники. Камила покачала головой. — Я не могу, такая дура. А я ведь из-за него бросила фигурное катание. Я не верил словам девушки, она всегда утверждала, что просто устала от катания, но дело оказалось в другом, а я даже не заметил. — Чувствую, что ты удивлён. Ну да, тогда у меня был период, когда я была готова на всё ради него, тогда меня наполняло чувство влюбленности. Глупость. Жалела ли я, что бросила всё ради Кирилла? Бросила и своё дело, и свой дом. Очень сильно, но хоть одно радовало, что ты теперь находился ближе, хотя расстояние между нами только увеличилось. Он же ревновал меня ко всем, вот и пришлось меньше общаться, с большинством людей я полностью разорвала всё, а с тобой не смогла, поэтому редко, но всё же виделась с тобой, втайне от него. И ты же помнишь, что мы с тобой недавно встретились. Камила вздрогнула. — Так вот, как-то я не туда пошла, я же про другое начала. Киря, хах, странно его так называть, так противно звучит, Киря. Он знал, как меня разбить, искусный манипулятор, и, видать, ещё садист. Ему нравилось меня по-медленному убивать. До сих пор не могу простить себя за то, что пошла на поводке чувствам, что решила начать с ним встречаться. Теперь всё это расхлёбывать. Он сумел сделать это, разбить меня. Знаешь, ведь некоторые применяют физическое насилие, а ему этого и не надо. Слова. Слова — его оружие и моя слабость. Спустя полтора года он видать наигрался со мной и решил бросить. Бросить тонуть в болоте. Он сам мне признался, что изменяет меня, ещё вдобавок сказал о том, что меня окончательно убило. Прости, но я не расскажу тебе его слова, тебе не стоит это знать. Всё это было вчера. После его слов, мне и стало плохо, я не хотела жить. Но моё сердце сказало позвонить тебе. И теперь я не знаю правильно я сделала или нет? Может не стоило тебя беспокоить и я бы уже ничего не чувствовала. Но прошлое не изменить. Девушка замолчала, и вряд ли уже продолжит. Я взял её руку. — Ты сильная девочка, и ты правильно сделала, что позвонила мне. Тебе ещё жить и жить. Ты забудешь его, найдёшь себе парня, который будет любить тебя и беречь тебя, всегда поддерживать. — Как ты? — Лучше, чем я. Камила внезапно повернулась и обняла меня. — Я благодарна тебе за то, что ты всегда рядом. Я ничего не ответил. Меня беспокоило то, что он мог такого сказать, что чуть не лишил жизни человека. Мне хотелось прибить его, заставить страдать, за то, что он сделал с ней. — Пойдем еще прогуляемся? — предложила Камила. Я не мог ей отказывать, и мы пошли дальше. Внезапно на лице Камилы появилась такая беззаботная улыбка. *Мальчишка стоял у небольшой лужи. Он смотрел на него такими весёлыми глазками. Недалеко подбегал отец, пытаясь уговорить ребёнка не лезть туда. Но было поздно. Дитё оказалось в луже, при этом ещё и упав в него. Когда папа поднял его, он уже был полностью обмокшим этой водой. Осталось лишь довольное лицо мальчишки и непонимающее — отца.* Скоро Валиева опять вернулась к своему задумчивому виду. Но в этот момент я был самым счастливым, ведь на лице Камилы появилась улыбка, хоть и не так уж надолго, но зато искренняя. Доехали обратно мы только к вечеру. В машине не было той тишины, мы общались о моих тренировках, о природе, погоде, животных. Также Камила ещё раз упомянула о Кирилле, сказав мне, что не надо к нему лезть. Вытянула из меня обещание, что я не подойду к нему и ничего не сделаю. Теперь придётся держать своё слово. Я попросился с ночлегом к Камиле, она разрешила остаться. Мы попили чай и легли по своим местам.