недоразумение

— Эй, тут кто-нибудь есть? Мне срочно! Сгорбившемуся под прилавком Кавеху, может быть, тоже было срочно. Срочно найти это тупое жабье сердце, чтобы сварить, наконец, мазь от прыщей своей плаксивой кузине и в очередной раз заречься иметь дело с родственниками. То им скидку, то вообще бесплатно, то эффект длился меньше ожидаемого. Он зельевар, а не бог, в конце концов! И жабьи сердца, вообще-то, на прошлой неделе подорожали. — Эй! — чей-то визгливый голос снова донесся до ушей, и Кавех, закатив глаза, вылез из-под прилавка. — Да здесь я, здесь… — одними губами поворчал он перед тем, как нацепить на губы доброжелательную улыбку. — Чем я могу вам помочь, госпожа? Госпожа была полтора метра ростом, худенькая и определенно чем-то недовольная. В ее темных глазах отчетливо читалась гордость, а расправленные плечи и высоко поднятый подбородок говорили о том, что гордости этой было чересчур много. Кавех таких не любил — Кавех вообще мало кого любил, но вот таких особей с трудом переваривал. Однако приходилось терпеть и пресмыкаться — работа такая, чтоб ее. — У меня заказ. Срочный, — девушка вмиг замялась и даже немного покраснела. Кавех едва глаза не закатил. Ну вот, очередной заказ на смазку или какое-нибудь средство от раздражения в паху. Может, даже от диареи. Видали, знаем. — Можете, пожалуйста, поконкретнее? — улыбнулся мужчина, заправляя мешающую прядь за ухо. — Мне нужно… — девушка сделала несколько шагов к прилавку и, воровато оглянувшись, понизила голос до шепота. — Приворотное зелье. Сколько стоит? Замерев на месте, мужчина обдумал чужие слова и смог только ошарашенно спросить: — А? — Что тут непонятного?! — вмиг разозлилась девушка, все еще говоря шепотом. — Мне срочно нужно, чтобы один конкретный мужик влюбился в меня по самые яйца, носил на руках и повел под венец! Чтоб покупал мне дорогие подарки, обеспечивал и смотрел влюбленными глазами! Секс хороший тоже не помешал бы. Ну, сколько с меня? Кавеха словно по голове стукнули, причем конкретно так приложили. И с чего он вообще взял, что эта конкретная девица будет смущаться, заказывая смазку? Да она скорее про эту смазку больше знает, чем Кавех, который своими руками ее делает! Какое бесстыдство, какое хамство! — Мне очень жаль, госпожа, но с такими заказами вам в другую лавку, — улыбка Кавеха, специально отрепетированная для таких клиентов, рисковала посыпаться на глазах. — Приворотные зелья незаконны, а у нас тут все по закону — не придерешься. — Я готова заплатить тройную цену, — настаивала леди, нервно постукивая по стойке тонкими пальцами с длиннющими ногтями. Такими глаза выцарапать — раз плюнуть. — Я готов вызвать полицию, если вы продолжите настаивать. Девушка, пристально осмотрев Кавеха и его напряженный вид, обиженно фыркнула. — То есть не договоримся? — Боюсь, что нет, — ну все, улыбка пошла трещинами, и Кавех даже боялся предположить, как сейчас выглядел. Скорее всего, как заебанный зельевар в шаге от того, чтобы начать варить яд. А выпьет он его сам или любезно подарит вот этой барышне — это уже другой вопрос. — У вас все? Задумчиво промычав, девушка опустила взгляд в пол и, о божечки, всхлипнула. Только не это, нет-нет-нет, Кавеха жизнь к такому не готовила! Как же это, куда, что? Он совершенно не умел успокаивать людей! — Госпожа, только не нужно плакать, я вас умоляю! — взвыл мужчина, нервно оглядываясь по сторонам. Зоркий взгляд наткнулся на стопку салфеток, и Кавех, недолго думая, отдал клиентке сразу все. Та посмотрела в ответ с благодарностью и, горько всхлипнув, изящно, подобно аристократке, промокнула уголки глаз. — Я уже не знаю, что делать, — продолжая шмыгать носом, поделилась своим горем девушка. — Он вообще меня не замечает, а я же… Я же… Я же красивая… Красивая ведь? — она подняла взгляд, полный надежды, а Кавех отчаянно и часто закивал, мол, самая красивая, лучше всех, огонь! — Ну вот, а он не замечает… Я и платье новое куплю, и туфли, и сумочку! А она знаете, сколько стоит? — громко и совсем не изящно высморкавшись в салфетку, девушка топнула ногой в недовольстве. — Может, он… ну, по мужчинам? — зацепившись за собственную догадку, девушка просветлела лицом и снова с надеждой посмотрела в глаза Кавеха. — Конечно, — Кавех активно закивал, упираясь локтями в прилавок и с энтузиазмом добавляя: — Такую женщину мог не заметить только глупец или тот, кто в женщинах не заинтересован. Девушка вмиг зарделась от полученного комплимента и опустила взгляд, весело хихикнув. Кавех возмущенно подумал, что этот безымянный мужик испортил день им обоим: и девушке, которая и правда была очень хороша собой, и ему, бедному, который теперь должен был со всей этой драмой разбираться. — А вы милый, — улыбнулась девушка, ненавязчиво касаясь пальцев Кавеха. Так к нему обычно прикасались разные неприятные типы в баре в конце улицы, намекающие, что не прочь были бы провести с ним бурную ночь. Пока Кавех не начинал осыпать их проклятиями и угрожать своим — несомненно влиятельным — супругом. — Я гей, — удивленно подняв брови, сказал мужчина, но руку выдергивать не стал. — Я так и подумала, — сжав его пальцы, клиентка знающе кивнула. — Поэтому сходу и сказала, зачем пришла. Думала, вы поймете. Как это сразу?! У него что, на лбу написано? — Вы просто такой аккуратный, и маникюр у вас лучше, чем мой, — видимо, поняв его недоумение, девушка решила пояснить. — И волосы просто замечательные. Это какое-то особенное зелье? — Ага, — вяло отозвался Кавех. — Шампунь называется. Несколько испорченных салфеток полетело в мусорное ведро, а потом поступило предложение попить чай. Все равно же конец рабочего дня, клиенты вряд ли появятся, а посплетничать Кавех любил, почему нет? Может, перемывание косточек поможет девушке, наконец, отпустить и жить дальше. Мужиков, что ли, мало вокруг? Скорее слишком много. И сальные взгляды каждого третьего ловить на себе Кавеху уже поднадоело. Переместившись за прилавок и усевшись на высокий стул, девушка с благодарностью в глазах приняла небольшую чашку и рассказала все: и то, как они с безымянным познакомились, и как она впервые поняла, что что-то екнуло, и как пыталась привлечь чужое внимание, и как отчаянно ловила каждый взгляд. Они вместе работали и сталкивались каждый день, оттого влюбленность произошла быстро и свалилась, как пианино на голову. — Дорогая, тебе не нужны такие отношения! — фыркнул Кавех, подливая леди еще чая. — Мужики — они как драгоценности: всегда можно найти лучше, нужно просто присмотреться к другому магазину. Не расстраивайся. — Ты так много знаешь об отношениях… — задумчиво протянула девушка. — Встречаешься с кем-то? — Я уже три года в браке с одним холодным эгоцентристом, который помимо своей работы не видит ничего, — Кавех снова фыркнул, но улыбку сдержать не смог. Все-таки Хайтам не был так плох на самом деле. На самом деле даже слишком хорош. Клиентка завистливо ахнула. — А как же кольцо? — Мы оба носим кольца на шее, — пояснил Кавех, невольно касаясь собственной. Встретив заинтересованный взгляд, он все же вытащил из-под одежды тонкую цепочку и продемонстрировал красивое серебряное кольцо, на внутренней стороне которого была гравировка. — Так удобнее, — пожал плечами он. — Красивое… — протянула клиентка, коснувшись кольца. — Хорошо, что хоть кто-то из нас счастлив. — У тебя все будет хо- Внезапно дверь в лавку хлопнула, и они, одновременно вздрогнув, повернули головы в ее сторону. На пороге показался мужчина — высокий, невероятно привлекательный и с ног до головы мокрый. — Я опять забыл зонт, — вздохнул мужчина, зачесывая назад челку, и, наконец, поднял взгляд. — Аль-Хайтам, — девушка вмиг подорвалась и, схватив ту самую злополучную стопку салфеток, побежала к мужчине. — Вот, возьмите, вы так промокли… — Ты? — брови Аль-Хайтама удивленно приподнялись, а взгляд резко перевелся на растерянного Кавеха, подпирающего прилавок спиной. — Что здесь происходит? — спросил он, заметив пустые чашки, распакованную пачку печенья и заплаканные глаза девушки. — Мы общались, — фыркнул Кавех, сложив руки на груди. — А ты почему не дома? — Это я хотел у тебя спросить, — ровным голосом ответил Аль-Хайтам, игнорируя протянутые салфетки. — Уже девять вечера, ты в курсе? — Уже девять? — вот это они, конечно, засиделись. — Я не заметил, как пролетело время. — Вы что, знакомы? — удивилась девушка, застыв. — А, это мой муж, — отмахнулся Кавех, попутно начиная убирать чашки и сладости. — Я тебе про него рассказывал. — Холодный эгоцентрист, значит? — девушка испуганно округлила глаза и спрятала руки за спину. — Знаешь, дорогой, я, наверное, пойду… У меня… дела… — Но как же… — Кавех растерянно обернулся, однако клиентки, которая так ничего и не купила, уже след простыл. — Странно… Тяжелый взгляд мужа, застывшего у двери, облизал его с головы до ног, заставив фыркнуть и улыбнуться. Хотелось бы сказать, что, промокнув под дождем, тот выглядел нелепо, но нелепостью там и не пахло. Мокрый Хайтам равно сексуальный Хайтам. В горле ожидаемо пересохло, и Кавех, сглотнув, качнул головой, чтобы прогнать наваждение. Дома, все дома. — Зачем она приходила? — сквозь тишину прорезался низкий голос Аль-Хайтама. — Проблемы в личной жизни, — Кавех пожал плечами. — И ты решил ее наладить, распивая с ней чай? — взгляд мужа стал на тон темнее, и за пределами спальни это обычно означало, что тот злился. Кавех удивленно нахмурился. — Ты ревнуешь, что ли? — Пф, — тот фыркнул, делая несколько шагов к Кавеху, и оставил на его губах короткий поцелуй. — Как будто ей что-то светит. — Не говори так! Она хорошая. — На прошлой неделе ты говорил по-другому. — О чем ты? Спустя три минуты: — Так это та самая стерва, что клеилась к тебе на работе?! Она пришла за приворотным зельем! Вот гадина! — Не говори так! Она хорошая, — передразнил Хайтам, каверкая его голос, за что получил тычок в ребро и гневный взгляд. — Ненавижу тебя. — Взаимно. — Никогда не пей и не ешь ничего из ее рук. — Буду только из твоих. — Люблю тебя. — Я тебя тоже люблю.