Луна

       — Доброе утро, — улыбнулся Зед, когда Незнайка появился на кухне. — Как спалось?        — Нормально, — блондин сел за стол, и ему тут же подали чашку с крепким горячим чаем. Блондин покосился на запястье товарища, на котором красовался здоровенный фиолетовый синяк, и тот поспешил опустить рукав кофты.        — Клиенты разные попадаются, — пояснил он, отведя взгляд в сторону. — В том числе и пьяные, и просто неадекватные…        — Ясно. Сильно тебе досталось?        — Да нет. Такие потасовки обычно не очень долго длятся.        — М… — Незнайка понимающе кивнул. Краем глаза он заметил, как новый товарищ покраснел, но решил не акцентировать на этом внимания. — Ты вернулся под утро и так ни разу не прилёг…        — Ничего. Сегодня всё равно выходной. Отосплюсь. Куда пойдёшь, если не секрет? — Он сел напротив, отпив напиток из своей кружки.        — Для начала с подругой увижусь. Немного неловко просить, но можешь немного за Незабудкой последить, пожалуйста?        — Конечно. Не вопрос.        — Спасибо. Я честно ненадолго.        — Не переживай. У меня завтра полдня свободно, так что да.        Наспех умывшись, одевшись и позавтракав, Незнайка покинул квартиру Зеда и отправился на поиски Звёздочки. Если ему не изменяла память, она должна была жить где-то поблизости, на конце улицы. Брать с собой велосипед малыш не стал.        Вопреки оживлениям бежать пришлось довольно далеко и как можно быстрее. Хоть сегодня и был выходной, малышка могла пойти куда угодно — Незнайка это прекрасно знал. В голове царил хаос: во что он влип, кто этот господин Лун, как обращаться с крохами — вопросов было много, и только журналистка могла на них ответить. По крайней мере, малышу казалось, что она знает очень и очень много.        Добравшись до нужного двора, блондин подошел к одному из подъездов и позвонил в домофон, набрав номер квартиры. Спустя несколько гудков ему так никто и не ответил. Незнайка дёрнул железную дверь на себя, та не поддалась, оставшись закрытой и намертво приделанной к сильному магниту с другой стороны. Малыш выругался.        — Вы к Звёздочке? — К нему подошла малышка со вьющимися золотыми волосами. Красивая такая и худая. Одета она была в короткую юбочку, капроновые колготки, белый топ и кожаную куртку. Незнайка обернулся и выпрямился, расправив плечи и пригладив свою растрепавшуюся шевелюру.        — Да. А как Вы?..        — Ах, просто видела, как Вы набирали номер её квартиры. Она моя соседка и давняя подруга. Много говорила об очень хорошем малыше, что так похож на Вас. А она раньше с малышами не особо общалась.        — Ясно. Значит, это я и есть. А можно как-нибудь зайти в подъезд? Мне очень надо с ней увидеться, да только…        — Её дома нет.        — А где же она?        — Не знаю, — блондинка пожала плечами. — Но вроде утром, когда мы случайно встретились на лестничной клетке, сказала, что ненадолго по делам отойдёт, — малышка приложила палец к пухлым розовым губам, задумавшись. — Упомянула, что сначала на работу заглянет, а потом будет где-то на Ясной улице. Можете там поискать.        — Спасибо Вам огромное, — Незнайка кивнул.        — Да не за что, — она обворожительно улыбнулась, и малыш побежал дальше.        Незнайка обыскал весь район, даже заскочил на работу подруги — как же ему повезло с памятью! Помнил все телефонные разговоры и адреса —, но там никого не оказалось, кроме охранника и совсем ещё юного малыша-журналиста. И оба не знали, где бродит Звёздочка. Поняв, что ждать её в газете бесполезно, он отправился на Ясную. Вопреки названию, там было темнее, чем в каком-либо другом месте Лунного города. Даже под мостом светлее. Блондин остановился около кафе, вход в которое был украшен маленькими разноцветными цветочками. Помимо него на улице были лишь стоявшие в один ряд двухэтажные жилые дома из камня, чьи двери вели сразу на дорогу, предназначенную и для машин, из для пешеходов одновременно. Она была настолько узкой, что проехать там мог только один автомобиль, а прохожие, которых сейчас здесь совсем не было, в такие моменты прижимались к стенам или заходили в узкие и тёмные пространства между домов, которые вели к более оживлённым местам.        Незнайка сел на деревянную лестницу кафе, засунув руки в карманы куртки.        — Вам чего-нибудь принести? — Коротышка в белом фартуке, которого блондин не сразу заметил, перестал подметать и вопросительно взглянул на него. — Чай, кофе?        — Нет, спасибо.       — Может, зайдёте внутрь? Кажется, скоро начнётся дождь.        — Я кое-кого жду просто.        — Как скажете. Если что, заходите, не стесняйтесь, — хозяин заведения скрылся в помещении. Оттуда повеяло теплом. Дверь захлопнулась, звякнув напоследок колокольчиком.        Малыш тяжело вздохнул, уткнувшись лбом в сложенные ладони. Что-то у него в последнее время всё идёт из рук вон плохо. В такие моменты обычно и осознаёшь, что тебе не хватает каких-то знаний, настолько ценных и важных, от которых многое зависит, и поэтому приходится мучиться.        С крохами Незнайка столкнулся впервые, когда прибыл на Луну. Более маленьких коротышек можно было встретить в каждом дворе. Они бегали, играли в мяч, некоторые ходили с рюкзачками за спиной и в строгих костюмах. Выглядело забавно даже тогда, когда «пришелец» узнал о существовании школ, где малыши и малышки познавали различные науки на раннем уровне. Но от этого становилось не менее смешно от одного только взгляда на их серьёзные моськи.        Вдалеке, где-то на другой улице, послышался громкий свист и унисонный топот кирзовых сапог. В одной из узенький подворотней застучали каблуки ботинок — кто-то бежал навстречу кафе. Незнайка машинально поднялся со ступеней, вглядываясь в пространство между домами. Каково было его удивление, когда оттуда на дорогу буквально выпала тяжело дышащая Звёздочка.        — Ты откуда? — Незнайка тут же подскочил к ней, помогая подняться. Признаться, малышка выглядела не менее удивлённой, чем он. Она ошарашено похлопала глазами и смотрела так, будто пыталась понять, кто стоит перед ней.        — А ты тут откуда?        — Тебя искал! — Чуть ли не прокричал на усю улицу блондин. Отчего-то сердце в груди колотилось, как бешеное. Он переживал, волновался, и вид у Звёздочки был каким-то чересчур потрёпанным.        — Бежим, — она отряхнула короткую красную юбку и схватила блондина за запястье.        — Куда? — Ноги сами собой понесли Незнайку прочь от подворотни по каменной улице за журналисткой.        — За мной погоня!        — Да чтоб… — Незнайка проглотил ругательство. Если за Звёздочкой снова гонятся полицейские, значит она опять вляпалась по самые уши с какой-то деятельностью, настроенной против политики глав Лунного города. «Вот же неугомонная!» — Промелькнуло в голове малыша.        Несмотря на бег, взгляду всё же удалось зацепиться за торчавшую из кармана чёрной кожанки листовку зелёного цвета. Надпись так и кричала: «Долой зав…ды!». На более мелкий шрифт Незнайка даже смотреть не стал — и так всё понятно. Экологи борются с загрязнением окружающей среды. Впрочем, от прояснения легче не стало. Малыш наоборот ощутил прилив злости, уже во всю мысленно ругая подругу. Ладно он. Он — долбан, ему ещё простительно, хотя даже последний дурак поймёт всю опасность подобного поведения, но чего ей на месте не сидится? Если раскроется, что документы на самом деле поддельные, а Звёздочка — всё та же Звёздочка, сбежавшая с Острова, то вся их некогда спокойная, если её можно было таковой назвать, жизнь превратится в настоящий ад или в пыль. Разница не велика.        Звёздочка заметно замедлилась, а вскоре и вовсе остановилась, тяжело дыша. Бежать дальше смыла не было. Улица тянулась далеко-далеко, а все мелкие переулки между домами исчезли.        — Плохо дело, — выдохнула малышка. — Так они нас догонят.        — Может объяснишь, на кой чёрт ты вообще туда полезла? — Не вытерпел Незнайка, чудом не сорвавшись на полноценный крик. Хотя кричать хотелось жутко. Только он понимал, что от этого толком ничего не изменится и Звёздочка явно будет не в восторге, может, даже испугается.        — Это, по-твоему, сейчас самое важное? — Воскликнула брюнетка. Крик толпы полицейских послышался совсем рядом. — Они здесь! Что будем делать?        Незнайка впервые оказался в столь отвратительном и нервном положении. Когда надо было думать, думать и ещё раз думать. Вот только думать некогда, а решение нужно принимать чуть ли не спонтанно и желательно так, чтобы всё обернулось в их пользу. Малыш посмотрел по сторонам. Вокруг непрерывной и ровной стеной возвышались дома. Ничего. Свист раздался где-то за углом, совсем рядом.        Глаза блондина переместились на Звёздочку. Та смотрела на него с надеждой, ожиданием, будто он был героем сказок, который всех и всегда спасал, и у Незнайки что-то ёкнуло в сердце от осознания, что он действительно единственный, кто может что-то сделать. На него рассчитывают. Его ждёт Незабудка. Ему нельзя снова в тюрьму.        Шаги послышались рядом, полицейские вот-вот готовы были повернуть. Громкий свист разнёсся по всей округе. Сердце пропустило удар. Времени не осталось.        Незнайка схватил Звёздочку за руку, прижал спиной к стене, чуть притянул к себе за талию, слегка нагнулся и поцеловал в губы. Неумело, но не менее нежно, закрывая её лицо от посторонних глаз ладонями, что положил ей на щёки. Как раз в этот момент мимо них пронёсся отряд полицейских. Они дружным строем убежали дальше, громко крича и не отнимая ртов от свистков, не обратив на преследуемых никакого внимания. План сработал.        Простояв так ещё буквально пару минут, Незнайка отстранился от Звёздочки, и та тяжело задышала, жадно глотая воздух. От смущения щёки её пылали, как два красных мака, которые росли на Земных полях, и оттого она казалась ближе, родней. А Незнайка стоял и улыбался, как дурак. То ли адреналин в голову ударил, то ли душа ликовала от тайного и неизвестного желания, о котором малыш не подозревал, то ли ещё что-то.        — Ты… Ты… — Она поднесла пальцы к губам и опустила взгляд.        — Я тебя спас, — как можно невозмутимее сказал Незнайка, мигом убрав улыбку с лица, хотя у самого сердце в груди билось, точно вольная птица в клетке. Но он старался казаться спокойным и вести себя так, будто ничего не произошло. Подумаешь, поцелуй. Это во благо, во спасение, обыкновенное прикрытие. Тут нечего краснеть.        — Да ну тебя… — отмахнулась Звёздочка, но в её голосе всё-таки проскользнул тихий смешок.        Они направились в обратную сторону, свернули в первую попавшуюся арку и через какое-то время вышли на оживлённую улицу со снующими туда-сюда коротышками. В отличие от той дороги, где они совсем недавно находились, тут было шумно, музыка вместе с громкими разговорами и рычанием моторов смешивались в одну единую какофонию, и Незнайка с непривычки поморщился.        Звёздочка завела его в кафе, где они сели за самый дальний столик. Народу там было полно, что позволило расслабиться. Из-за толкучки и просторного помещения увидеть их будет сложно, а благодаря практически кричащим посетителям разговор никто не услышит.        — Я всё ещё жду объяснений, — Незнайка сложил руки в замок, и Звёздочка передёрнула плечами.        — Часть работы, — проговорила она, отведя взгляд из-под полуопущенных длинных ресниц в сторону. — Всё ещё пытаемся решить что-то, веря в разум других.        — Дураки, — недовольно буркнул Незнайка, и малышка тяжело вздохнула. Сама прекрасно понимала, поэтому уже успела незаметно выкинуть оставшиеся листочки в мусорный бак.        — А ты сам-то… — вновь подала она голос. — Зачем искал меня?        — Посоветоваться хотел.        — Насчёт чего?        — Насчёт всего.        — «Всего» — это чего же?        — Ну… — Незнайка замялся. Признаться, он даже не знал, с чего начать, взвешивая каждую новость, чтобы выяснить, какая является более значимой. Брови его то хмурились, то поднимались вверх, пальцы поочередно двигались — он считал события, преобразовывая их в килограммы, которые наклоняли чашу весов то в одну сторону, то в другую. Наконец малыш снова посмотрел на Звёздочку и покачал головой. Светлые пряди упали ему на лицо. — Знаешь некого господина Луна?        — Как не знать? — Тяжело вздохнула журналистка. — Я про него очень давно одну статью писала. Лестную, прошу заметить. Я его уважала за столь радикальные и свежие взгляды, да только потом поняла, что всё это бред сивой кобылы. Он оказался той ещё двуличной мразью, — она осеклась и прокашлялась. — Извини. Неподобающе выражаюсь.        — Ничего.        — Так… а что случилось?        — Это он подстроил тот взрыв.        Звёздочку будто ледяной водой окатили. Она вздрогнула, округлив большие голубые глаза, и прижала руку к груди.        — Какой кошмар…        — Это ещё не вся песня, — грустно усмехнулся Незнайка. — Отец его умер, и теперь он заправляет нашим заводом.        — Боюсь, он превратит его в невесть что, — поделилась мыслями Звёздочка.        — Он уже, — малыш нахмурился, и мрачная тень легла на его лицо. — Лун грезит о революции. Знаешь, что он сказал, когда увидел меня? Он восхищался. Для него взрыв полицейского участка — настоящий праздник, красочное зрелище, а то, что страдают ни в чём неповинные коротышки, ему плевать. Это развлечение. Игра такая. Зато от гнёта богачей избавляет, запугивает, поднимает дух народного единства.        — Это ни к чему хорошему не приведёт, — покачала головой Звёздочка. — Уйдут старые — придут новые. Лун пересоздаёт ту же систему, что была до него. Он молод, богат, и, по сути, ему большего не нужно. Да, его бесят олигархи, но своей революцией он добьётся лишь хаоса и нового старого мира, где пьедестал будет уже у молодых богачей. А те, уж поверь мне, ещё хуже, чем их отцы и деды, — она помедлила, а затем понизила голос практически до шёпота. — Они глупы. С ними Лунный город ждёт бесконечная гражданская война и полное отсутствие контроля. Ты представляешь, что будет? — Незнайка понимающе кивнул. — Мой тебе совет. Держись от этого Луна подальше.        — Так я уже. Уволиться хочу. Да, потеряю высокую зарплату, зато причастным к этому не буду. То же самое и с почтовым делом. У вас есть вакансии? Жить на что-то надо ведь.        — Да, у нас есть свободное место в отделе новостей спорта… — растерялась Звёздочка. — Но ты особо так не бушуй…        — Я не могу иначе. Я больше не хочу, чтобы из-за меня кто-то страдал. И так уже дров наломал.        — То, что тебе подложили бомбу, — не твоя вина.        — Однако в том выстреле замешан только я, — вздохнул Незнайка, закусив губу. Глаза защипало, и он проморгался, чтобы сдержать выступившую на них влагу. Звёздочка испуганно ахнула, и её плечи чуть приподнялись, напрягшись. Малыш помрачнел ещё больше. Его голос понизился до хрипа. — Я убил... На сей раз не косвенно, а своими собственными руками.        — Ты… Как… Нет, не может быть, — замотала головой малышка. — Я отказываюсь в это верить.        — Мне пришлось. Это был подручный Луна.        — Даже если так, то всё равно…        — Он угрожал Незабудке, — перебил Незнайка Звёздочку, и та замерла с раскрытым ртом. Она удивлённо похлопала глазами и непонимающе наклонила голову набок. Малыш вздохнул, массируя виски. — А вот это уже второй вопрос. Ты же малышка, значит должна знать, как заботиться о крохах.        Журналистка поперхнулась воздухом, закашлявшись и побив себя по груди кулаком. После секундного шока она ошеломленно уставилась на друга.        — Боюсь спросить, откуда у тебя кроха.        — Взрыв в полицейском участке, — кивнул Незнайка. Больше слов не требовалось — Звёздочка и так его поняла.        — Это большая ответственность. Теперь тебе нужно о ком-то заботиться, беспокоиться о его благополучии и…        — Именно поэтому я хочу поменять свою жизнь, — снова не дал ей договорить Незнайка. — Раньше у меня не было цели, как таковой, а теперь есть. К тому же, в центре про меня явно уже давно забыли.        — Да тебя теперь вообще не узнать, — хмыкнула Звёздочка, скользнув взглядом по его внешнему виду. — Вот что. Продавай квартиру и переезжай ко мне.        — Я так не могу… может, рядом с тобой сниму что-нибудь…        — Дорого. А вдвоём справиться легче, — возразила малышка, улыбнувшись. — Работать по-очереди будем, и твоя Незабудка без присмотра не останется, и няню нанимать не надо, и вообще всё самое хорошее, что только может быть. Кстати, а где она сейчас?        — У моего знакомого.        — Ну, вот и хорошо. Поспеши. Значит, жду тебя у себя.        — Погоди-погоди, не так быстро, — осадил её Незнайка. — Мне ещё нужно вернуться к себе, вещи собрать, уволиться, с друзьями попрощаться и прочее…        — Понятное дело, что не прямо сейчас, — улыбнулась Звёздочка. — Просто знай, что я тебя жду.        — Здравствуйте, — к их столику подошёл официант, подав меню. — Извините за столь долгую задержку — посетителей сегодня много, а рук не хватает. Может, желаете воды?        — Вот и ещё одна свободная вакансия, — улыбнулась малышка, слегка качнув головой в сторону официанта. Незнайка усмехнулся. — Да, нам воды, пожалуйста, — она хитро посмотрела на него. — Увлажняйся. У тебя очень сухие губы.        Щёки блондина вспыхнули.

***

       — Ракета к полёту готова! — В унисон объявили Винтик со Шпунтиком. — Вот список тех, кто летит.        Коротышки тут же окружили их, внимательно разглядывая выставленный вперёд лист бумаги. Они переговаривались, заглядывали через плечи друг друга, чтобы посмотреть и прочитать.        — Вот видишь, Ромашка, — улыбнулась Мушка, положив руку на плечо подруги. — И мы летим.        — Не зря я ту тему с невесомостью три ночи мучила, — сквозь слёзы улыбнулась та, не веря собственному счастью.        — То есть, наземная станция будет работать круглосуточно, — удостоверился Гусля.        — Всё верно, — кивнул Шпунтик. — Работаете в две смены: кто-то в ночную выходит, а кто-то — в дневную. Тебе как удобнее?        — Как хотите, — пожал плечами музыкант.        — Пилюлькин! — Окликнул лежавшего на диване доктора Винтик. — Не хочешь посмотреть?        — И так всё ясно, — отозвался тот, не отрывая глаз от книги.        Работа была проделана колоссальная. Те, кто до этого дня в физике был полнейшим профаном, теперь знали и умели чуть ли не всё, на что были способны мастера и учёные. Огромная наземная станция, отвечавшая за связь с Землёй и мониторигом, работала исправно. Новая ракета была практически полностью готова к полёту. Дело оставалось за малым: настроить автопилот, компьютерную систему «Знайка-2» и натаскать запасов. Планировалось совершить операцию быстро, однако никто не мог точно утверждать, что их ждало на Луне — это пока что были сплошные доводы и теории.        Ночью, когда все, узнав о своих обязанностях, разошлись спать, Пилюлькин, не привыкший в последнее время ложиться раньше двух-трёх часов ночи, вышел на улицу и направился к ракете. Войти в неё мог каждый желающий, однако теперь его ждало там целое приключение и мощная система сигнализации, способная разбудить весь Цветочный город. Впрочем, конкретно сейчас доктора ждал там кое-кто другой. Вернее сказать, не ждал вовсе.        Знайка, ушедший с самого утра на станцию и в течение дня больше не появлявшийся в поле зрения товарищей, всё ещё возился с проводами и платами под пультом управления, бубня себе что-то под нос и изредка тихо ругаясь. Увлечённый работой, он не сразу заметил характерный звук открывающейся двери ракеты, а потому вздрогнул, ударившись головой о панель, когда услышал шаги.        — Поаккуратнее. Так и безо лба остаться недолго, — заметил Пилюлькин. Знайка вылез из-под пульта управления и, не без его помощи в виде протянутой руки, встал, отряхнувшись. Доктор качнул головой и поджал губы, оглядев его с головы до ног. — Иди, поешь.        — Не хочу, — учёный распустил волосы и снова завязал их в маленький хвостик, но уже в более аккуратный. Пилюлькин заглянул ему через плечо и недовольно хмыкнул, увидев на рабочем столе около пульта управления пустые кружки из-под кофе.        — А я сказал, чтобы ты шёл ужинать, — глаза его сверкнули каким-то недобрым блеском, и взгляд похолодел. Знайка и бровью не повёл, лишь тяжело вздохнул. — Это не дело.        — Работы много.        — Винтик и Шпунтик сказали, что всё готово.        — Не совсем, — малыш покосился на пульт управления. — Искусственный интеллект барахлит.        — Это твой мозг барахлит! — Раздался на всю ракету электронный голос Знайки. Учёный закатил глаза, ударив себя ладонью по лбу.        — Он нормально функционирует, но такой болтливый. Жуть. Причём постоянно болтает не по делу. «Знайка-1» был не таким.        — Потому что ты должен идти спать! Нечего тут двадцать четыре на семь сидеть!        — Смотри-ка. Дело говорит, — улыбнулся Пилюлькин. Знайка несогласно надулся. — Давай. Пошли.        Доктор взял несколько грязных кружек. Учёный снова залез под пульт управления, быстро вернул все детали на место, закрыл, выполз обратно и забрал остальные чашки. Вместе с Пилюлькиным он покинул ракету, не забыв запреть её, чтобы никакие любопытные носы не могли туда залезть. Хотя, помимо Незнайки никто бы даже не подумал пробраться в космический корабль. Но лишняя предусмотрительность всё равно не помешала бы.        Спустившись вниз по лестнице и встав на вымощенную большими плитами взлётную площадку, Знайка вдохнул полной грудью свежего воздуха, от которого за день успел отвыкнуть, потому что в ракете пахло бензином и чем-то горелым, а такой привилегии, как открытое окно, там не было, и выйти наружу тоже не предоставлялось возможности из-за загруженного графика; и задрал голову, посмотрев на звёздное небо.        — Как думаете, доктор, — начал он особо тихим голосом, и Пилюлькин, ушедший вперёд, резко затормозил, обернувшись, — что мы там увидим?        — Если не два трупа, то двух напуганных и тощих, как жердь, малышей точно найдём.        — Умеете приободрить.        — Я предпочитаю суровую реальность, — отрезал Пилюлькин, направившись дальше. — Не стой столбом. Иди. Холодно.        — Сердца у Вас нет, — хмыкнул Знайка, однако последовал за ним.        — Есть у меня сердце. Четырёхкамерное, пока что всё ещё нормально бьётся и кровь качает.        Не то чтобы доктор не волновался. Наоборот переживал побольше остальных, однако в подобных ситуациях старался не поддаваться панике, сохранять ясность ума и оценивать происходящее как можно трезвее, потому что забыться и огородить себя от страхов внешнего мира светлыми фантазиями каждый дурак может. А он был далеко не дурак, хоть и хранил на самой дальней полке стеллажа одну заветную бутылку. Но это не для посторонних глаз.