Chengxian Time-travel: А что было в Гусу?

- Я никогда не целовался с мужчиной! - гордо заявляет Цзинь Лин. Он откровенно подсуживает своему дяде в этой алкогольной битве, ведь он бы никогда...Погодите-ка! Цзинь Лин оглядывается на остальных, надеясь, что ему скажут "все путём, тебе просто показалось". Но нет. Они выпили, гуй задери! Все трое! Не нужно быть гением, чтобы понять, как так получилось. Но сам факт того, что будущие Глава Ордена Цзян, Старейшина Илин и даже Верховный Заклинатель когда-то в юности целовались, был странным. Очень странным. - Я никогда не целовался с девушкой, - вдруг выпаливает Вэй Усянь и пристально смотрит. Неловко отпивает из чаши Не Хуайсан и Цзян Чэн. Последний смотрит на брата с удивлением - столько флиртовать и ни разу не поцеловаться - это надо уметь. Не Хуайсан, напротив, совсем не удивлён. Уж он-то сразу рассмотрел эту гейскую ауру хорни-девственника. Троица новых знакомых сидит с красными лицами. - Да ладно-о, - тянет Цзян Чэн. И такого предательства от него не ожидал никто. Особенно Цзинь Лин. - У нас в Ордене просто запрещено до свадьбы, ну, - пытается оправдаться Лань Цзинъи. И даже он, негласно самый бесстыдный из них троих не может договорить вслух, скатываясь в неразборчивое бормотание. Цзян Чэн внезапно взрывается смехом и толкает поникшего Вэй Усяня локтем: - Ты проспорил, Вэй Усянь! Я же тебе говорил, что Второй Нефрит тебе даст разве что только в следующей жизни, в ты не верил! - Гуй задери, - хмурится Старший Вэй, - Да быть не может, что все настолько строго! Прям обязательно нужно замуж? Лань Сычжуй давится вином. "Они спорили на что?" Лань Цзинъи молча удивляется этому меткому "в следующей жизни". А Цзинь Лин просто обижен. Значит, сам дядя в молодости спорил на всякое, а ему всегда запрещал? - Я больше не буду с тобой спорить, - в расстройстве кидает книжку на стол Вэй Ин. - Эти идеальные кубики пресса тебе не достанутся, Вэй-сюн! - Хихикает Не Хуайсан и прикрывается веером. На заседании Совета Орденов он прикрывался точно так же! - И эти сильные руки, ага-а, - тянет Цзян Чэн. Даже Цзинь Лин, знающий своего дядю лучше всех, никогда не видел его таким. - И гуль с ним, - трясёт хвостом Вэй Ин и допивает свое вино до дна. Ему кажется это недостаточным, так что он подлазит под руку Цзян Чэна и ворует вино ещё и у него. Лань Сычжуй не знает как отреагировать на лёгкость, с которой один его отец отбросил второго. - Цзян Чэн же меня утешит? Цзян Чэн, отважно сражавшийся за вино, вдруг сдаётся. Они ждут чего угодно, но не того, что будущий Глава Цзян наклонится вниз и поцелует Вэй Усяня. Так легко, будто бы проделывал это так часто, что это вошло в привычку. Вэй Усянь отзывается с той же лёгкостью, а потом отстраняется, чтобы раскинуться на коленях брата. - Я хочу это зарисовать! - Восклицает Не Хуайсан, потянувшись за письменными принадлежностями, в то время как они, смущаясь до красна, пытаются найти свои челюсти. - Так? Или хочешь что-то более откровенное? - Пьяный, пьяный Старший Вэй игриво кладёт руку своему шиди на грудь. Цзян Чэн неожиданно противится: - Рисунок может попасть не в те руки, - качает он головой, - пересуды нам ни к чему, может плохо повлиять на репутацию Ордена. - Я потом поставлю на него печать, - Вэй Усянь подтянулся чуть выше и погладил чужую шею кончиками пальцев. - Если вложить ци только нас троих и поменять пару символов, то рисунок просто сгорит, если его увидит кто-то ещё. - Тогда хорошо, - расслабленно кивает Цзян Чэн и вновь целует брата. - Вэй-сюн, да ты просто гений, - отзывается Не Хуайсан, - почему не запатентуешь? - А я жадный, Не-сюн! - Громким шёпотом делится Вэй Усянь, - Не хочу делиться. Всё только для Ордена и близких друзей. Цзян Чэн кивает и тянет за ленту, распуская Вэй Ину волосы. - Смею надеяться, что я вхожу в их число, Вэй-сюн? - Хитрющим тоном уточняет будущий Верховный Заклинатель. Вэй Усянь хохочет: - А ты своей выгоды не упустишь, Не-сюн! - А как ты думал? - Не Хуайсан начинает уверенно торговаться: - Мне недавно выпал шанс разжиться стимулирующей ци травкой, и следующая партия книг уйдёт именно вам, соглашайся, Вэй-сюн! - А, черт с тобой, Не-сюн! - Вэй Усянь качнулся вперёд, показывая три пальца, как бы закрепляя обещание. - Завтра научу тебя их делать. Или если тебе нужно что-то конкретное, просто скажи в каком направлении мне двигаться. - Позже, - довольно качает веером Не Хуайсан. - Такое чувство, будто ты только что заключил сделку с какой-то нечистью, - задумчиво говорит Цзян Чэн, - и меня вдобавок утащил. Он недовольно подкидывает брата коленом, на что тот ойкает, но через секунду уверенно распластывается на коленях обратно. - О чем вы вообще говорите? - Спрашивает непонимающе Лань Цзинъи. - Что за талисманы? - О! Точно, вы же не знаете! - Не Хуайсан мило улыбается. - Вэй-сюн придумал отличный талисман конфиденциальности. - Все, что случилось в этой комнате - остаётся в этой комнате, - фыркает Цзян Чэн, - Как вы думаете, почему мы пьём здесь, не задумываясь о репутации Ордена? - Да кому ты брешеш, - вставляет свои пять юаней Вэй Усянь, - ты всегда думаешь о репутации. - Только тебе это не помогает, - продолжает Не Хуайсан, за что получает книжкой по лбу. Задыхающегося от хохота Вэй Усяня Цзян Чэн скинул с колен прямо на пол, что смех не только не остановило, но ещё и усилило. - Так что там за талисман? - Недовольно напомнил Цзинь Лин, ненавидящий упускать что-то из виду. - Если вкратце, то он просто не позволит никому из присутствующих настучать преподам о том, что мы здесь делаем. - Отсмеявшись наконец поясняет Вэй Усянь. - Мы же пьём здесь не только втроём, но и с незнакомыми ребятами тоже, - пожимает плечами Цзян Чэн, - не хочется потом огребать последствия. - Можно подумать, ты их огребаешь, - закатывает глаза Вэй Усянь. И получает призовой подзатыльник. - Я огребаю позор на свою голову, - фыркает Ваньинь в ответ. - Даже ланьская библиотека бывает полезна, - вздыхает Вэй Усянь, - а из-за Лань Чжаня я проторчал в ней сто-о-олько! Неловким жестом руками он пытается показать это "сто-о-олько" в размерах и едва не сбивает со стола вино. Цзян Чэн успевает его удержать. Притянув к себе брата, чтоб не размахивал руками, он, наконец, пояснил: - Он переделал заклинание, которое используют в сложных контрактах доверия, или при принесении высоких клятв, и сделал из него талисман ограниченного действия. Все, кто присутствует в комнате, не смогут потом донести до кого-то информацию о том, что здесь происходило, что очень удобно. - Как только вы зашли - он запомнил вашу ци, - кивнул Вэй Усянь, - для рисунка его придётся немного изменить, но принцип тот же. Только нужно будет его незаметно нарисовать, чтоб не испортить твоё творение, Не-сюн. Они знали, что Вэй Усянь был гением. Он создал абсолютно новый способ совершенствования, когда потерял возможность идти по старому. Он изобретал талисманы и артефакты, да, но... Как же странно было видеть, как он придумывает гениальные, абсолютно новые вещи для таких приземленных вещей, как пьянки с друзьями. И не только пьянки. Прямо сейчас ни один из них не заботился о репутации Ордена, они творили что хотели, вплоть до поцелуев друг с другом. Было ли ещё что-то, менее очевидное? Было. Внезапно понимает Цзинь Лин. Они пьют с разными людьми и тоже узнают чужие тайны, - под влиянием алкоголя и в мнимой безопасности люди имеют склонность разбалтывать секреты. Вот только если Вэй Усянь сумел создать этот талисман, то что мешает ему придумать способ обойти его действие? Милый и неловкий Не Хуайсан. Неуч, едва сформировавший золотое ядро. А также Верховный Заклинатель и, несмотря на все слухи, приличный Глава Ордена. Цепкий и хитрый, как бы не хуже Цзинь Гуаньяо. Цзян Ваньинь - раздражительный и прямолинейный. Вроде простой, как пять юаней, но в будущем воссоздал Орден Цзян буквально из пепла. Жесткий и волевой -  за такими людьми идут в бой, таким людям вверяют жизни. Вэй Усянь - будущий Старейшина Илин. Гений, тёмный заклинатель, не утративший благородства, но умеющий быть жестоким, даже беспощадным. Эти юноши, весело проводящие время вместе, станут будущим Поднебесной. Говорят, именно Не Хуайсан сверг Цзинь Гуаньяо. Говорят, Цзян Ваньинь не убивал Вэй Усяня. Говорят, Вэй Усянь отдал своему шиди свое золотое ядро. Что из всего этого правда? - А что за травка, Не-сюн? - Спрашивает Вэй Усянь весело, слава всем Богам, он не умеет читать чужие мысли. - Хорошая, или будет как в прошлый раз? - Курить травку - плохая идея, - бормочет Цзинь Лин, - мне дядя всегда говорил, что это ничем хорошим не кончится. - Да ладно, - закатывает глаза Цзян Чэн, - забудь про дядю, его же здесь нет. Ничего плохого не случится! Цзинь Лин задыхается от возмущения. " -Видимо, в будущем случится, - злорадно думает он, - если все детство ты мне вдалбливал никогда этого не делать!". - Один раз можно попробовать, - подмигивает своим будущим сыну и племяннику Вэй Усянь, - много вам все равно не достанется! " - Это плохо закончится, - отчаянно думает Лань Сычжуй, - просто ужасно." За один вечер со своим будущим отцом он нарушил столько правил, сколько не нарушал за всю свою жизнь. Но сегодня было весело и он многое узнал о своих отцах... Пожалуй, что-то из этого он даже предпочёл бы не знать. Они догадываются, что это плохая идея, но соглашаются. *** - Часть в курильницу - часть скурим так, - распорядился Не Хуайсан с неподдельным энтузиазмом. Он любил дурманящие вещества - это навеивало на него какое-то философское настроение. Вэй Усянь из всех возможных пороков больше всего тяготел к хорошему алкоголю, а вот Цзян Чэн не выделял ни первое, ни второе. Зато, опьянев, становился очень тактильным, чего в трезвом состоянии за ним не наблюдалось. Цзинь Лин был в недоумении. Дядя всегда твердил ему не пить в незнакомой компании и уж тем более - не курить всякие подозрительные травы. А теперь сам же нарушал собственные правила. И тот талисман для сохранения тайны - дядя никогда ему его не показывал! Обидно, как же обидно! После той первой пьянки они собрались, чтобы обменяться, так сказать, впечатлениями. - Когда Старший Вэй говорил, что он нарушил почти каждое правило Облачных Глубин, я не думал, что все было в таких масштабах, - говорит Лань Цзинъи. Цзинь Лин закатывает глаза. - А вот я почему-то совсем не удивлен. - Фыркает он, припоминая слова дяди. От Вэй Усяня одни проблемы! - Дядя не рассказывал мне про те талисманы, - добавляет он чуть тише. - Отец тоже, - хмурится Лань Сычжуй, - ты думаешь, что в нашем прошлом он их не придумал? - О-о-о нет, - тянет драматично Лань Цзинъи, - только не говорите мне, что мы уже облажались и изменили прошлое? - Возможно... - Лань Сычжуй тщательно припоминает оговорки Старшего Вэя об учебе в Облачных Глубинах, - Кажется, отца исключили раньше из-за того, что он подрался с Цзинь Цзысюанем. Они все косятся на Цзинь Лина. - Ой, - шепчет Цзинь Лин и тут же вздергивает нос, всем своим видом показывая, что извиняться не намерен. Как только они перенеслись из будущего, Старик Лань их проинструктировал, чтобы они не меняли будущее, так как это было чревато последствиями, но в первый же день он услышал, как какой-то Цзинь пренебрежительно отзывается о его матушке! Он не мог на это не отреагировать! Какого же было его удивление, когда оказалось, что этим Цзинем был его собственный отец! - В этот раз драки не случилось, - дипломатично отметил Лань Сычжуй, опуская тот факт, что в драку влез Цзинь Лин, за что ему прилетело от Лань Цижэня. - Ты хочешь сказать, что это настолько сильно повлияло? - Недовольно уточняет Цзинь Лин. - Ну, этого времени хватило Старшему Вэю, чтобы изобрести те талисманы, - пожимает плечами Лань Цзинъи. Впервые Вэй Усянь подловил их на следующий же день после драки, едва они успели отбыть наказание и выслушать еще одну лекцию от Старика Ланя. Старший Вэй красочно похвалил "отлично поставленный удар Лань-сюна" и пригласил их присоединиться к ним на вечерних посиделках. Красно-синий "Лань-сюн" в смешанных чувствах согласился. Странно ему, наверное, было принимать похвалу за разбитое лицо собственного отца! Разбитое, тем более, с помощью приемов, которым его научило будущее "я" отвесившего комплимент. Цзинь Лин морщится. - Это логично, - бормочет Лань Сычжуй, - ведь если он остался, то и их... встречи продолжились, а значит, вопрос конфиденциальности оказался довольно важен. – Ха, "встречи", - Цзинь Лин дергает головой. Ну, да, скорее тут подойдет "пьяные вакханалии", но Лань Сычжуй был слишком вежливым, чтобы прямо так и сказать. – Ну, да, - Лань Цзинъи закатывает глаза, - не думаю, что он хотел повторять тот опыт с переписыванием правил... Они замолчали, обдумывая каждый своё. - Что будем делать? - Прерывает застывшую тишину Цзинь Лин. - Есть два варианта, - Лань Сычжуй сосредоточенно сводит брови, - Либо мы просто оставляем все как есть, надеясь, что это не слишком повлияет на будущее... - ...Либо, можем попытаться подстроить исключение Старшего Вэя, - продолжает за ним Лань Цзинъи. - Помолвка! - Вдруг вскрикивает Цзинь Лин и все взгляды обращаются на его встревоженное лицо. - После драки дедушки прибыли в Облачные Глубины и расторгли помолвку! Лань Цзинъи тихо выругался под осуждающим взглядом Лань Сычжуя. - В этот раз они не приехали, - отмечает он. - Гуй задери, - шипит сквозь зубы Цзинь Лин. Ну, да, под вопросом стояло его собственное рождение! Что делать - они не знали. По итогам горячих обсуждений, они решили оставить все как есть, в надежде, что все как-нибудь само исправится. Признаваться в изменениях Лань Цижэню, или же менять что-то самим было слишком страшно - а ну как они что напутают и станет только хуже? Тем более, что Старик Лань не был тем человеком, который допустил бы будущее, в котором его гордость и любимый племянник спутается с Вэй Усянем. Они здраво опасались, что помощь Лань Цижэня переломит будущее еще сильнее. А рассказывать кому-то непросвещенному было идеей и того хуже! После занятий их подловил Вэй Усянь. - Приходите сегодня в нашу с Цзян Чэном комнату, - сказал он заговорческим шепотом и подмигнул. Они переглянулись. Стоило ли идти? Может ли это как-то поменять будущее, или это совсем не критично? - Пойдем? - Шепчет Лань Цзинъи воодушевленно. Цзинь Лин фыркает, но смотрит на Сычжуя украдкой. Тоже хочет пойти. - Давайте..? - Говорит Лань Сычжуй, но его предложение звучит больше как вопрос. Они идут, в первую очередь, на сделку с совестью, ведь не могут же они так сильно изменить прошлое одной небольшой пьянкой, верно? Завтра вечером они вернутся обратно, так почему бы напоследок не соприкоснуться с этим беззаботным прошлым еще разок? Может, еще немного, из любопытства и просто из желания побыть со Старшим Вэем, Главой Цзян и Верховным Заклинателем, как с простыми мальчишками. Какая-то часть их все еще смотрит на них, как на авторитеты и не может всерьёз им отказывать. Особенно - видя их такими юными и беззаботными. Не хмурящегося Цзян Ваньиня. Не опускающего виновато взгляд Вэй Усяня. Не смотрящего ожесточенно из-за веера, когда думает, что никто не видит, Не Хуайсана. Прошлое выглядит как сказка, где дорогие им люди живы, а война еще никого не искалечила. Как же все-таки жаль, что они не могут ничего изменить! В комнате Главы Цзян и Старшего Вэя кроме владельцев сидит еще и будущий Верховный Заклинатель. Возится с курильницей, ровняя что-то аккуратно. - Не бойтесь, - смеется Старший Вэй, - в этом нет ничего такого. Цзян Ваньинь посмотрел на него испытывающе. - Ты поспаивал всех наших адептов, теперь принялся за Ланей, что дальше? - Если Вэй-сюн приедет погостить в Цинхэ - я буду только рад, - приободрился Не Хуайсан. - А Глава Не-то как обрадуется! - Фыркает Цзян Чэн и будущий Верховный Заклинатель делает такое лицо, словно берет все свои слова обратно. - Может позже, - отмахивается Вэй Усянь, не обращая внимание на побледневшего приятеля. - Но точно не Ланьлин! - И не Цишань, - дополняет Цзян Чэн, - Вэни так зарываться начали, что им слово поперек не скажи. - Да помню я, - мрачнеет Вэй Ин, - Дядя Цзян говорил же. - Может, наоборот хорошо, если Вэй-сюн поспаивает им всю армию, - мечтательно тянет Не Хуайсан. - Правильно матушка говорила - ты оружие массового поражения! - Цзян Чэн закатывает глаза и толкает брата локтем в бок. - Но ты все равно меня лю-ю-бишь! - Хохочет Вэй Усянь, цепляясь за локоть обеим руками. - Да ни в жизнь! - Возмущается Цзян Чэн и пытается его оттолкнуть. - Вэй-сюн может побыть красавицей во вражеском стане, - Не Хуайсан смеется высоким голосом, как перезвон колокольчиков. - Вот соблазнит кого из Вэней и будет там править. - Чтобы там править - нужно соблазнять сразу Вэнь Жоханя, - говорит Цзян Чэн и увидев задумчивое выражение лица брата отвешивает ему подзатыльник. - Ты не будешь этого делать, гуй тебя задери! - Ладно-ладно, - отмахивается Вэй Усянь и снова получает. - Знаю я твое "ладно-ладно"! Они валятся на пол, пытаясь побороть друг друга, из-за чего у Цзинь Лина дергается глаз. - Они всегда так? - Спрашивает Лань Цзинъи, глядя на катающихся по полу Главу Цзян и Старейшину Илина, которые с ударов уже перешли на поцелуи. Они были в их компании неизменно чужими. Им сложно было воспринимать известных заклинателей их времени простыми мальчишками, коими те сейчас и являются. Тот же Цзинь Лин делает напуганное лицо каждый раз, когда говорит что-то провокационное Цзян Ваньиню. О Сычжуе и говорить нечего, хотя для него и в их времени привычно одергивать отца, когда тот фонтанирует очередной идеей. В этом времени гласом разума Старшего Вэя явно был будущий Глава Цзян. Что удивительно - тот его даже, пусть через раз, но слушается. - Вроде того, - неопределенно машет веером Не Хуайсан и разливает на всех вино. По комнате тянется странный непривычный аромат, который дарит приятную расслабленность. - Цзян-сюн, Вэй-сюн, не увлекайтесь. Те лениво распадаются и подползают к низкому столику. В благопристойной позе из них всех сидит один только Лань Сычжуй, что Старший Вэй сразу подмечает. - Ты прямо как Лань Чжань, - смеется он, - Он тоже весь такой правильный, даже пить совсем не умеет. - Ты пил с Хань... - Лань Цзъиньи получает локтем в живот и закашливается, - С Лань Ванцзи? Назвать его фривольным "Лань Чжань", у него язык бы точно не повернулся. - Ага, - довольно кивает Старший Вэй. И добавляет так, словно хвастаясь своей личной победой: - Он нас застукал однажды, вот и пришлось импровизировать. - Цеплять на ответственного за наказания экспериментальные талисманы - это не импровизация, - цедит будущий Глава Цзян, - Это идиотизм. - Сработало же! - Да нигуя! Вас обоих наказали. Лань Сычжуй обреченно прикрывает глаза. Он очень сильно любит своего отца, но иногда он бывает...немного слишком. - Зато вас - нет! - Настаивает Вэй Усянь, - Лань Чжань как проспался - потом и вовсе знать забыл, что вы со мной были! - Спасибо, Вэй-сюн, - мило улыбается Не Хуайсан. Вот уж кто был только рад избежать наказания! Лань Сычжуй немного расслабился, облокачиваясь на стол. Тело как-то странно потяжелело и ему вдруг захотелось спать. С трудом подавив зевок, он сосредоточился на разговоре. Глава Цзян вдруг покосился на Цзинь Лина и спросил: - А что на счет тебя? Ты как-то не шибко-то на Ланя похож. - Разве что устойчивостью к алкоголю, - гыкает Старший Вэй. - Эй! - Вскидывается Цзинь Лин. - Нормально у меня все с устойчивостью! - Я бы так не сказал, - бормочет Цзян Чэн, видя, как его будущий племянник умудряется навернуться сидя. Кого-то он ему сильно напоминал, вот только кого? - ...между прочим! - Продолжает возмущаться о чём-то Цзинь Лин. - Полегче, молодая госпожа, - бормочет Лань Цзинъи и заваливается боком на Сычжуя. Тот клюет носом, но выстаивает. - Ты кого молодой госпожой назвал, а? Гуй ты болотный - вот ты кто! Даже сидеть уже не можешь, а все туда же! - Болотный...гуй...- Прыскает Вэй Ин и хлопает ладонью по колену. Этому-то весело! Цзинь Лин вдруг смущается и скатывается в невнятное бормотание: - Так дядя противных Глав Орденов называет. Чтоб цензурно, но понятно. Цзян Чэн уже было открыл рот, чтобы что-то сказать, но с громким щелчком захлопывает его обратно. - Это твой дядя правильно, - кивает несколько раз мелко Не Хуайсан, - Дагэ тоже их как только не зовет. Правда, чаще все-таки нецензурно. - Ежели на диалекте-У, то можно сколько угодно браниться, - мечтательно тянет Вэй Усянь, - красиво же. - А у тебя, я смотрю, все мысли о Нефритовой Статуе твоей? - Шипит Цзян Чэн брату прямо в ухо. - Ревнуешь? - Одними уголками губ усмехается Вэй Усянь. - В Ланьлине еще красивая, - поддерживает Не Хуайсан и оба - Цзян Ваньинь и Вэй Усянь - синхронно кривятся. - Да у них даже брань напыщенная, - фыркает Вэй Усянь. - Ага, и преисполненная чувством собственной важности! - Нормальная у нас... у них брань! - Да, Цзинь Лин вырос по большей степени в Юньмэне, но, как Глава Цзинь, решил отстаивать свои культурные особенности до последнего! - А вот в Цинхэ и Юньмэне так рявкнуть могут, что только гулей пугать! Не Хуайсан печально вздыхает и кивает в подтверждение, в то время как юньмэнские братья всем свои видом выражают несогласие. Цзинь Лин вдруг зевает: - От этой вашей разжижающей ци пакости больно в сон тянет, - говорит он подозрительно, - а вам и нормально. Он оборачивается на своих товарищей и обнаруживает, что те уже спят. - Оно в первый раз всегда так, - говорит Вэй Усянь уверенно, - вам сейчас назад идти заметно будет, еще и нас за собой утянете, оставайтесь на ночь здесь. - Точно-точно, Лань-сюн, - Не Хуайсан всем своим видом показывал, что на наказание нарваться не хочет, - оставайтесь на ночь! - Это вообще-то наша комната, - закатывает глаза Цзян Ваньинь и беззлобно добавляет: - Устроили тут постоялый двор! - Да ладно тебе, Чэн-Чэн! - Вэй Усянь щипает своего шиди, заставив того ойкнуть от неожиданности. - Те двое уже отрубились, он один их не дотащит. - Вот еще, тащить их! - Бормочет Цзинь Лин. Веки тяжелели и ему и впрямь нестерпимо хотелось спать. - Ладно, останусь! Едва его голова касается скинутой на пол подушки - он засыпает. Во сне ему чудятся какие-то отголоски разговора, но проснувшись он их забывает. Да и какая разница? ...Сколько ты им подлил?... ...Нормально, просто снотворное... ...Столько намешать!... ...Да не переживай ты!... ...Сопереживание же только для нечисти... ...Все сработает, я переделал... ...Кого?... ...Давай его? Он всяко больше с нами знаком... ...Держите колокольчик наготове только!... ...Удачи, Вэй-сюн!... Во снах к нему приходит прошлое. На утро у них раскалывается голова и радует только одно - сегодня вечером они вернутся домой. Прошлое было веселым и безоблачным, - это в Облачных-то Глубинах! - но дома их ждали, и они больше не собирались задерживаться. Уже направляясь в ланьское хранилище артефактов, из которого они, в общем-то и попали в будущее, они видят, как сцепляются в драке Старший Вэй и будущий отец Цзинь Лина. - Я вынужден отправить письма Главам Цзян и Цзинь! Ваше поведение просто возмутительно! Цзинь Лин облегченно вздыхает: будущее взяло свое. Теперь все пойдет как должно, и он родится. Хвала Небожителям! Он чувствует легкую грусть из-за того, что они не могут ничего поменять, ведь это могло стереть их существование, но даже если они росли сиротами - сейчас-то уже все хорошо, верно? Они еще не знают, что будущее, в которое они вернутся - будет им совсем незнакомо. *** Когда новенькие ребята уходят - атмосфера в комнате сразу меняется. - Что-то понял, Не-сюн? - спрашивает Вэй Ин, откидываясь на брата. - Зависит от твоего ответа, Вэй-сюн, - задумчиво тянут в ответ, - как ты думаешь, возможны ли путешествия во времени? - Нет ничего невозможного, если стремиться его достичь, - фыркает первый ученик Цзян. - Тогда я практически уверен, что перед нами были гости из будущего. - Этот Лань Цзиньлин... - Бормочет Цзян Чэн, - почему мне кажется, что я не хочу знать, кто его дядя? - Потому, что скорее всего это ты и есть, - закатывает глаза Не Хуайсан. - Ты станешь строгим дядюшкой, - хмыкает Вэй Усянь. - Племянник пить совсем не умеет. Он меняется в лице и в его голосе проскальзывают ноющие нотки: - Шицзе все-таки выйдет за Павлина! Цзян Чэн морщится. - После всего, что этот ублюдок наговорил - он её попросту не заслуживает. - И то верно, - поддакивает Не Хуайсан, - А остальные двое действительно Лани. И оба хорошо знакомы с тобой, Вэй-сюн, но плохо знают меня и побаиваются Цзян-сюна. - Что будем с этим делать? - Спрашивает недолюбливающий их игры разумов Цзян Чэн. Его практичность сокращала время, когда эти двое выпендривались своими мозгами и заставляла переходить к сути. - По-хорошему, нужно не дать им спалиться ещё и перед другими людьми и дать им замкнуть временную петлю без потерь для их будущего. - Говорит Вэй Ин в редком для него приступе серьёзности. - А если по-плохому? - Спрашивает Цзян Чэн, не сомневаясь, какой выбор эти двое захотят сделать. - Если по-плохому, - отвечает ему Не Хуайсан, - Я хочу знать это будущее, чтобы дальше отталкиваться от того, насколько все плохо. Цзян Чэн вздыхает. Он собирается накурить своего будущего племянника и его друзей. Он ужасный дядя.