Брат, неужели пришла наша минута счастья?

Прошло более четырёх месяцев, новый Владыка Цинцзин добился много в освоении своей должности. Юэ Цинъюань тоже продолжает учиться быть лучшим Главой, братья начинают замечать на его лице усталость.   Система всё так же молчит. Только мысли не дают покоя Юаню. Столько лет прошло, он молод, и даже не постесняется сказать, красивый молодой человек. В его крови гуляют табуны диких лошадей.   Мечты о той "свободе" продолжают распускаться в сердце. Дни тянулись, разное время для различных людей. Для нашего злодея Цинцю они тянулись, как часы ожидания и обретённой лёгкости, Юэ Цинъюаню дни же казались долгими неделями учёбы, сам того не замечая, он стал забывать о себе. Юаню иногда мелькают дни, словно слова вырвавшиеся из рта болтуна, но бывает и как для человека, что ждёт своей участи в комнате с клинком. Новый Лорд Байчжан так и тренируется с холодным оружием, заглядывая к близнецам одинокими и спокойными вечерами. Пики Цяньцяо и Аньдин всё продолжают традицию злости и недовольства на пик воителей. Копиям нравится пить с Му Цинфаном чай: тот знает толк в искусстве заваривания, после его творений напряжение с плеч уходит.   Так прошёл год, второй, третий, слухи о демонах уже забылись, а вот слава культиваторам и школам продолжается. Золотые ядра и меридианы ещё крепче засели в обществе и иерархии дворян и не только.   Собирая вещи, Юань думал о том, как изменился окружающий мир с тех пор, когда он ещё был собачкой У Яньцзы. Старый хрыч не смог поставить на них метки рабов, телесные ничего не показывали, их можно вырезать. А вот магические У Яньцзы не может использовать, так как использует тёмную энергию, что отталкивает, а не подчиняет. Братья давно сдали все места, в которых промышлял их "старший" и его напарники.   Сначала их хотели отправить в комнату пыток или чего-то подобного, но всё обошлось. Поисковые отряды были отправлены и всё подтвердилось. Подозрительным близнецам всё ещё не доверяли, а может стали даже больше подозревать, но им дали больше возможностей для прогресса.   После становления учениками Цинцзин они начали расследование: откуда пришёл Юэ Цинъюань, почему стал Приемником, что стало с ним за эти годы, и почему он пропал. Информации было очень мало. Пришёл от каких-то дворян, что разорились, стал учиться, оказался талантом, но был своенравным. Пошёл за мечом, но ушёл вместе с ним в Пещеры ради подчинения древнего и прославленного меча. — Уже уходишь? — позади послышался голос, что был подобен водопадам. — Прости, но мне пора. Помнишь наше обещание? — Власть и свобода. Жаль, что время расставаться снова так быстро пришло. Заглядывай хоть почаще, это единственное моё желание. — Конечно! Как же я могу оставить такого истеричного юношу, как ты, одного?!   Оставил. На целых пять лет. Снова предал брата. В конце мелкого туннеля появился свет. — Наконец-то! Я буду жить! Уже думал, что помру в этих катакомбах,   Молодой мужчина встал на ноги и выпрямил спину, что-то хрустнуло в его позвоночнике, но тому не было до этого дела. Позади он услышал шарканье и хлюпанье, повернувшись, он увидел открытую пасть червя, что летел на его тело.   Светлый и нежный, но по-деревенски одетый культиватор шёл по улочкам базара. Все продавцы пытались впихнуть ему свой товар, видя в его ухе и манерах деньги.   Юань потёр серьгу и отошёл на обочину дороги, не очень приятный запах пота и еды ударял ему в лицо и вызывал тошноту, но юноша упрямо сдерживался.   Вдруг ему послышался звук одежд и удара среди шума, люди стали обходить одно место, а когда Цинцю́ посмотрел на точку удара, увидел женщину, что сдерживала слёзы, глядя на упавшие и растоптанные лечебные травы и овощи.   Сердце неприятно кольнуло от этой сцены. Женщина напротив стала яростно ругаться, в её речи было много оскорблений и неприязни. Один мужчина держал бедноодетую за руку, а второй стоял за госпожой и с ненавистью смотрел на упавшую. Как оказалось, простолюдинка врезалась в дочку купца, и та собиралась наказать провинившуюся. Упавшая была бледна и, видимо, больна. Большие синяки были под её глазами, и, глядя на неё, можно было увидеть старуху. Довольно знакомое выражение и состояние лица и тела. Именно так выглядели люди, которым братья и остальные рабы, и не только, продавали "лекарства".   Старые раны приоткрылись, и желание помочь стало сильнее. Цинцю́ вошёл в круг людей. — Добрый день, что вы тут делаете, дамочка? Оскорбления невинных запрещены и строго караются. — Какой добрый? У вас глаза ослепли? Эта грязная женщина врезалась в меня! Только поглядите на мои одеяния! — на одежде богатейки и правда было пятно, но оно не стоило жизни или, как минимум, инвалидности, по мнению Юаня. — Просто посмотрите, когда Вы вылезали из кареты и врезались в девушку, эти двое просто смотрели, а сейчас заступаются за вас, как преданные слуги. Не думаю, что вина была этой простолюдинки, которая просто шла домой с покупками.   Женщина поняла его и посмотрела на своих слуг, те занервничали. Вместо того, чтобы остановить карету на дороге в предназначенном месте, они поставили её около ресторана и выходили на прохожих.   Женщина начала злиться на слуг и ругать их, а когда она посмотрела в сторону юноши с серьгой и веером, того и след простыл. Она вдруг что-то осознала и повернулась обратно к карете. На сегодня ругательств ей уже достаточно. Но недостаточно наказаний.   Заплаканная старушка оказалась на руках молодого человека. Тот с лёгкостью держал её и вещи больной. Он рассматривал травы и хмурился. — Они ненастоящие. Это просто бурьян в горах, что продают под видом лекарств. — Что? Неужели? — на уставшем лице появились слёзы и ярость, — Эта старуха потратила все деньги на них! — Эх, бабуля, не сердитесь. Я хоть и выгляжу, как остальные, но довольно богат.   Женщина на его руках округлила глаза, и её щеки покрылись слабым румянцем. — Бабуля?! Мне всего-то тридцать семь! Ох, возможно, я и правда постарела, давно меня такой красивый, стройный и богатый мужчина на руках не носил. — Кха, — странник подавился, но вскоре начал смеяться, — я Цинцю́, а вас, молодая леди, как зовут? — Эту служанку зовут Сюин. Но можете называть тётушка Ин! — Тогда рад с вами познакомиться, тётушка Ин! Я видел у вас много овощей и фруктов, вас кто-то ждёт дома? — Да, сынок. Он не мой, сама я бесплодна, поэтому его я люблю, как родного. — Ему очень повезло с матушкой. Я вот свою почти не помню, нас с братом просто выбросили на улицу после её смерти. Ваш сын везунчик! — Ох, бедные дети... За что же вам такая судьба, если не секрет? — Вы пахните той частью деревни, ваш край? — он дождался удивлённого кивка и начал рассказывать свою историю жизни: — Наша мать была первой красавицей на деревне, но полюбила плохого человека, и тот её бросил ради богачки. Родила она двух сыновей, что были, как две капли воды. Но счастливой не стала и вскоре заболела, детей отдала матери-вдове. Так она и умерла в одиночестве.   Женщина в его руках замолчала, а её кулаки сжались. — У меня тоже так было... Полюбила я вдовца-молодца, да оказался он гнилым. Обрюхатил и сбежал. А я молодая, дура ещё, решила ждать. Родила сына, да тот и дня не прожил, как умер. А спустя пару месяцев я нашла мальчика в реке, когда стирала. Спасла мальчика, а тот таким красавцем оказался. Ло Бинхэ назвала дитятко то. Сердце читателя замерло. Спустя столько лет система кинула сообщение с описанием.   [Лу Сюин, 38 лет. Приемная мать главного героя] — "Тупая система! Я и без тебя это понял! Безродная ты железяка!" — Ло Бинхэ? Очень холодное имя, — Юань немного успокоился, услышав чужой смех снова.   В эту же секунду женщина на руках указала на старенький дом. Юноша пошел к нему. С каждой секундой его горло сжимало все сильнее в тески. Он поставил женщину на землю, и та отворила дверь. Внутри их ждал маленький мальчик, что тихо сопел. — Заснул, — прошептала ласково тётушка. — Куда поставить? — немного засмотревшись на чёрную макушку в небольшой постели, культиватор отмер. — Поставьте в тот угол, там прохладно. — Хорошо.   В доме были голые стены и пол, но что-то создавало непередаваемый уют, что отзывался пустотой в сердце. Было всего одно помещение, стол, шкаф, кровать, печь и два немного кривых стула. — У вас так уютно, хотел бы я, чтобы в моём доме было так же. — Я рада, надеюсь вам повезёт с женой. — Благодарю, но жениться я не собираюсь. В конце концов я человек свободный, не смогу оберегать её и не хочу обременять любовью. — Вы так благородны. — Спасибо вам, вот, держите, — сказал молодой господин и достал маленькую сумочку. — Что это? — Цянькунь, на нём нет печати, поэтому любой откроет. — Что?! — воскликнула женщина, и маленький комочек в одеяле шевельнулся.   Женщина закрыла себе рот рукой, а юноша нервно сглонул. — Держите, в нём мало места, но я положил туда нужные вам травы. Живите как можно дольше для сына и себя. — "И меня, дорогая тётушка Ин", —  добавил в мыслях Шэнь.   В немного помутневших глазах напротив появился яркий свет. Надежда открыла путь дальше. — Спасибо, спасибо! Я всегда буду рада вам! Счастья вам!   Лу Сюин утерла слёзы счастья и тяжело присела на стул. Шэнь Цинцю́ же подошёл к кровати. — "Он не спит, так почему же притворяется?"   Он потянул руку к одеялу и отодвинул его. Его встретили маленькие черные бусинки, что влажно блестели.   Сердце молодого господина остановилось. — "Какой... Какой милашка! Это меньшее, что можно ожидать от главного героя!"   Его пальцы дотронулись до чужого лба, и ребёнок немного сжался. Тёплая и шершавая рука прошлась по гладким волосам. Позади них послышалась счастливая усмешка. — Правда милый? — Очень. — Спасибо вам, дяденька! Я всегда буду помнить вас! — маленький мальчик немного приподнялся и поставил руки перед собой. — "Можешь, пожалуйста, помнить обо мне только хорошее, как о матушке? Окей, маленький герой?" — Благодарю тебя, а теперь мне пора, был счастлив с вами встретиться! До встречи, тётушка Ин, маленький братец Ло! — парень счастливо и спокойно вышел из дома и помахал в последний раз.   Как только культиватор скрылся в ближайших кустарниках, он осел на землю. Голова нещадно болела и звенела.   [Опасность! Опасность! Полное изменение сюжета! Предупреждение о наказании! Наказание готово к испол...]   Следующее мгновение перерождённый уже не помнит. Проснулся он уже в лесу, когда его ногу ело какое-то огромное насекомое.   Призвав Хайфэн из Цянькуня, Юань лёгким движением убил насекомое и осмотрел ногу. Рана была небольшой, но нещадно болела. Шэнь Цинцю́ достал мазь и протер рану, та сразу перестала кровоточить и так сильно болеть. — Едок кладбищ. Раньше эти демонические насекомые размножались в трупах, поэтому их постоянно находили на кладбищах. После вылупления личинки съедали трупы изнутри, раньше ими пользовались для нахождения различных людей или групп. Почему падальщик начал есть живого человека?   Ещё раз залив рану спиртом и лекарствами, Шэнь встал. Он осмотрелся и понял. Вокруг него тысячи мелькающих взглядов Едоков, и только что Цинцю́ убил их сородича.   Через пару мгновений из-за рукавов полетели сотни талисманов.   [Хост так силён!] — Дорогая системушка, где же ты была столько времени? — юноша запульнул талисман в кучу насекомых.   [Главная система вызывала меня, после начались предзагрузки, обновления и исправление над ошибками.] — Ты пропала на несколько лет! У других система — золотой палец, а для меня ты просто календарь!   [Хост слишком груб. Системе стало скучно и грустно, прощайте] — Вот же стерва!   Спустя пару часов близнец вышел из пещер весь в грязи и пыли. Улица встретила его холодным ветром, зарослями и ночью. — За что мне всё это? — в тёмно-зелёных глазах навернулись слёзы.   В таких скитаниях прошло несколько месяцев. Одежд и припасов хватало с головой, но господин так и не решался использовать всё слишком часто. Всё это переросло во многие мелкие и не очень шрамы.     И глядя на воду сквозь пелену былой любви.     Всё хочу я сказать тебе сейчас,     Что более ждать я не намерен, хоть разорвись ты на куски.     Прошли те чувства молодые, прощай, любимая, лишь в прошлом, навсег... О! Что это? Труп? — прошептал под конец Шэнь.   Перед его глазами предстал труп мужчины около 30 лет. У него была довольно богатая одежда, но лица не было видно. Оно было вырезано. Рук и ног не было в разных местах, но срезы были очень точными и быстрыми.   За спиной раздался приглушённый звук падения. Когда Цинцю́ обернулся, то его встретил лежащий на листьях труп. На этот раз у него не было груди. Откуда-то сверху послышался звук хруста костей, подняв глаза наверх, бывший читатель увидел сотни человеческих частей тела. — Кукольник?! Какого черта я забрёл на его свалку?   Рвотный рефлекс заработал и тошнота подкатила к горлу, но, сдержав её и приняв хладнокровие, Юань решил сбежать из этого проклятого места.   Только он развернулся, как увидел тонкие и почти прозрачные нити паутины. Те порезали только два его пальца и, скорее всего, намеревались лишить его руки. — Блять.   Увидев новые нити, мужчина быстро увернулся и разрезал их. Его руки ловко вытянули из Цянькуня противоядие. — Пока-пока, братец Кукловод   Так, разрезая все препятствия на своем пути Хайфэнем, он двигался вперёд. Позади слышались всхлипы и цоканье хитиновых ног, но те больше не волновали перерожденного. — Главная задача — выбраться.   Спустя пару часов он дошёл до равнины. Голова кружилась от яда, а кровь из пальцев всё никак не хотела переставать литься. — Плохи мои дела, — прошептал заклинатель.   Он посмотрел на красные луны в небе. Опустив голову, он стал выдумывать стихи:     И две луны на небе, ярко освещая алым путь, смеются над странником несчастным.     Стекает с бледных пальцев кровь, на некогда прекрасных волосах ошмётки грязи.     Тело всё в ранах и пыли, глазам картине не верит он в дали.     Кем ты стал, моя милая Весна... Его шаг постепенно замедлялся, и всё его тело расслаблялось. Только сейчас он понял, насколько же устал за эти четыре месяца.   Достав записную книжку, Юань записал стих и вздохнул. — Надеюсь Цзю понравится