Навсегда

Гено Афтеру в этой жизни крупно не повезло. Порок души — врожденная патология, с которой долго не живут. При этом жизнь, к сожалению, не может быть полноценна. Хочешь дольше пожить? Тогда никаких сильных эмоций, стресса и физических перегрузок. Иначе есть большой риск того, что часть души расыплется в прах. В итоге его жизнь с самого начала была обречна на заточение в четырех серых стенах из сдержанности, страха, горя и несправедливости. Риперу Диазу в этой жизни тоже не повезло. Хоть он и родился в семье успешных бизнесменов, но он всегда был один. С самого детства. Мало внимания, мало любви, зато много-много одиночества. На него не хватало времени, потому что он не важен. Никому не нужен. И так продолжалось долго. Брошенный и забытый он не мог наслаждаться жизнью. И тоже оказался в заточении. В тесных стенах несчастья. Но в жизни же должен же быть и проблеск чего-то хорошего, среди всего этого мрака. И он был. С чем же им повезло в этой жизни? Ответ таков: встретиться с друг другом. И вот сейчас, лежа на больничной койке, дыша лишь с помощью ИВЛ, Гено вспоминает как все началось. Ему было тринадцать, когда Рипер перевелся к ним. И с самого начала тот заинтересовался Афтером. Ну а как же иначе? Это же такой нонсенс: кто-то не имеющий богатых родителей учится в частной школе. Но, в отличии от других, Диаз не стал гнобить его из-за низкого социального статуса. Однако это не мешало Гено игнорировать все попытки Рипера разузнать, что тот тут делает, почему все еще не перевелся, учитывая все обстоятельства, и, главное, от чего он такой холодный и замкнутый. Афтер хотел бы высказать все свое возмущение столь наглой любознательности, но все равно упрямо молчал, в ответ лишь мысленно считая до десяти и глубже дыша. Потому что главное — не злится. Не выходить из себя. Никаких эмоций. Эмоции — смерть. Для него буквально. А Рипер тем временем не унимался. Почему у Гено освобождение от физкультуры? Почему соблюдает какую-то непонятную диету? Почему пытается тайком пить таблетки? От чего те? Что-то не так с психикой? Чем увлекается? Что любит? Умеет ли радоваться? Улыбаться? Кошки или собаки? А, может, домашние грызуны или аквариумные рыбки? О чем мечтает? А думает? Или умеет ли он говорить? И много, много, очень много прочих вопросов, которые Гено слышал на протяжении всех дней. И, Боже, как же тот бесил его. Однозначно любознательность — это зло. Хотелось накричать. Дать затрещину. Послать матом далеко и надолго. Но он упорно молчал. Тогда Рипер поставил себе цель — разговорить Гено. Во что бы то ни стало. Честно говоря, он сам не знал почему так прицепился к нему, особенно если учитывать прошлый инцидент, но… Он просто не мог иначе. Что-то было в Афтаре такое, к чему хотелось прицепиться. Может, из-за молчаливости. Может, и вправду пробудился интерес к столь неприступной личности. Может что-то еще. В любом случае, Рипер не думал о причинах. Лишь о том как воплотить задуманное в жизнь. И, когда через пару недель ему должно было стукнуть четырнадцать, он кое-что придумал. В начале нужно было сделать так, чтобы Гено согласился прийти на вечеринку по случаю Дня Рождения. И потому Рипер стал с начала уроков до самого их конца упрашивать Афтера. Кидал записочки, приставал на переменах, прогуливал физкультуру, посвящая свободное время бесконечным просьбам: «Ну приди, ну пожалуйста». Как же Гено ненавидел Рипера в тот период. В конце концов, он сдался. Ведь даже мама стала уговаривать пойти в гости к однокласснику и подружиться там с кем-нибудь. А Гено не хотел дружить. Он хотел жить. Но ничего более не оставалось, кроме как сдаться и смиренно пойти на праздник. Как же Рипер обрадовался, узнав, что первый шаг в его плане выполнен. Второй — встретить гостей, дождаться, пока взрослые уйдут, и напоить всех собравшихся. Все, как оказались, были только за. Кроме Гено. Потому что таблетки и алкоголь несовместимы. Да и он не из «этих». А жаль. Но ничего страшного! Есть еще третий шаг — правда или действие! Ведь даже если Афтер выберет «действие», Рипер может сказать: «Нарисуй свой любимый предмет» или нечто подобное. Но Гено отказался играть. Все. Фиаско. Но делать нечего. Раз уж предложил, то нужно играть. А за одно придумать новый план. И он родился, когда после двух кругов ему задали вопрос: «Твоя заветная мечта?». — Жениться на Гено! Все молча охринели. — Ни за что! — раздался разгневанное из угла комнаты. — Ой, да ладно, все мы знаем, что я тебе нравлюсь! — раздразнивал его Рипер. — Я скорее сдохну, чем это станет правдой! — Это не пра-авда-а. Гено подавился воздухом от возмущения. Он мгновенно вскочил со стула и через пару гневных шагов оказался рядом с Рипером, где и начал свою яростную триаду: — Ты вечно ко мне лезешь! Суешь нос куда не следует! Задаешь тупые вопросы! И, Боже, не отстаешь от меня! И ты думаешь, что после этого ты будешь мне нравиться?! Ты даже не представляешь, как же ты мне надоел! Да я!.. Я ненавижу тебя! Получилось!.. Но… Это не то, чего ожидал Рипер. Совсем не то… Он не хотел такого. А потом Афтер неожиданно для всех упал в обморок. Суматоха. Неразбериха. Скорая помощь. Очнулся Гено без одной четверти души. И все из-за эмоций. И Рипера. Да. Виноваты они. И в тот миг он еще больше стал ненавидеть Диаза. Ну за что ему это наказание? Он спокойно жил и ни о чем не переживал, а теперь!.. И как все до этого дошло, Боже?! По возвращению школы Рипер в первую же перемену попросил прощения и возможность все исправить. Он не хотел такого. Чего Рипер тогда хотел?.. Он и сам не знает… Но точно не ненависти. Наверное, где-то на подсознательном уровне целью все-таки являлась дружба, а не удовлетворение любопытности. Да… Так, скорее всего, и есть. Он просто хотел перестать быть один. Все же стоило признать, что одиночество и в правду приелось. Но Гено встретил раскаяние игнором и рассерженым взглядом. Вероятно, уже ничего не исправить… Но Рипер не хотел так просто сдаваться. Да, определенно проще найти кого-нибудь, кто не питает к нему ненависти, но… Рипер уже как-то привязался к этому неразговорчивому скелету. Как? Это, видимо, останется одной из главной тайн человечества. Да и душе не прикажешь. И все же, что ему делать? Гено не желал разговарить с Рипером. Не хотел больше видеть того. И даже слышать. Ничего, кроме медленно убивающей злости, в нем не кипело к бесящему однокласснику. Эта ненависть мешала жить. Мешала спокойно спать, спокойно есть, спокойно учится, и просто напросто оставаться спокойным. И его мама заметила это. Узнав все, она устыдила сына. Рипер же просто хотел подружиться, не стоит же его ненавидеть за это! Ненависти заслуживают лишь те, кто специально причиняют вред. Слова мамы заставили Гено невольно задуматься. Да, Рипер определенно нанес ему колоссальный вред. Но… Он не специально. Откуда же тому знать про болезнь? Тогда за что его ненавидеть? За вечные расспросы? Но разве это не попытки узнать друг друга получше? Разве это не банальное предложение дружбы? За то, что раздражал? Вполне вероятно Рипер просто не понимал, что своей навязчивостью вызывает злость. Тем более тот, кажется, это понял, от чего и не подходит уже как пару дней. За то, что сказал что-то про женьбу на нем? Бред. Это же шутка. Глупая, но, по сути, безобидная шутка. Тогда за что?! Правильно — не за что… Все переосмыслив, Гено устыдился. Рипер действительно не заслуживает ненависти. Но что тогда делать? Подружиться? Но эмоции… Хотя так ли много эмоций приносит дружба? Его же не просят быть счастливым, радоваться каждому мгновению, переживать каждый день, как последний. Да и сама дружба — не источник чувств. Это же не любовь. Возможно, все не так уж плохо… И так, подсев к Риперу на следующий день в столовой, Гено тихо попросил: — Спроси меня о чем-нибудь? Удивленный Диаз лишь молча вытаращился на него. Он явно не ожидал такого поворота. Однако быстро прийдя в себя, тот прочистил горло и также негромко спросил: — Кошки или собаки? — Ну… Мне нравятся аквариумные рыбки… Они такие спокойные… И так они неспешно проболтали до конца перемены. После того разговора прошла неделя, полная таких же незамысловатых диалогов, что позволяли узнать друг друга немного лучше. А потом Рипер позвал его в гости. Гено, что не мог не вообразить страшные последствия, отказался. Диаз честно не понимал причину, и попытался выяснить, но получил лишь напряженное молчание. А после прошла еще пара недель за такими разговорами. И ничего не менялось. На все предложения провести время вместе вне школы Рипер получал отказ. Причина все также оставалась загадкой. Они встали в тупик и не знали, что делать. И Гено задумался о значении слова «дружба». Что оно значит? Можно ли эту пустую болтовню на переменах назвать ею? Разве дружба не подразумевает что-то нечто… Близкое? Что-то например раскрытие своих мыслей, чувств, желаний. Что-то сокровенное. Что-то, чем больше ни с кем не поделишься. Разве она не возникает при духовной близости? Привязаности? А как тогда они появляются? Когда проводишь с кем-то время, узнаешь знакомого получше и убеждаешься, что ему можно доверять. А нужно ли Гено это? Ради чего он вообще согласился на это? Эмоций? Они ему не нужны. Из-за симпатии к Риперу? Нет уж, увольте. А, может, просто любопытство? Ну… Может… Но разве тогда дружба стоит риска? Разве не глупо рисковать своей жизнью ради любопытства? Но тогда он не узнает, не убедится в том, что такое дружба. Не поймет почему ради нее могут свернуть реки и горы и от чего Рипер так желал той. А что он потеряет, если не узнает? Гено не знал. Но размышления толкнули к первому откровенному разговору. Остановив Рипера в пустом коридоре, он сказал: — Я не понимаю зачем нужна дружба. Диаз слегка опешил от такого заявления, но быстро отошел, улыбнулся и произнес: — Приходи ко мне сегодня на ночевку, я покажу, что дружить с кем-то — это здорово. Тогда и поймешь. В ответ снова напряженное молчание. Рипер в ответ на тишину лишь огорченно вздохнул и спросил: — Почему ты отказываешься? — Боюсь… — тихо пробормотал Гено. — Меня? — не понял Рипер. — Нет, — Афтер отвернулся и решился на негромкое и откровенное, — эмоций. — А чего их бояться? — скелет невольно повел плечами, — Они же тебя не убьют. — А если… А представь, что кто-то болен и может от них умереть. — Во-первых, такого не бывает. А во-вторых — тогда все равно нет смысла их боятся, ведь смысл жить? Разве жизнь не будет пустой? — Нет, ведь тогда стоит жить, чтобы найти как излечиться. — Так вся жизнь пройдет. Нет, ну ты сам подумай, если зациклиться на проблеме, то так жизнь пройдет мимо. Ты не будешь счастливым. — Можно стать счастливым потом. — А если ты не найдешь лечение? Так и будешь откладывать жизнь? А ты не подумал, что потом может быть поздно? Потом ты можешь начать сожалеть о том, что потратил время в пустую, ничего так и не поняв и не узнав. Объясни, какой смысл жить, если не настоящим моментом? Это… Что-то задело внутри. Заставило задуматься. Какой смысл жизни? Раньше он считал так: получит хорошее образование, станет врачом, найдет как изличить от врожденной патологии и заживет. Но теперь… Он задумался. Так ли в его плане все идеально? Действительно ли все так легко? Сможет ли он излечиться? Сколько на это уйдет времени? А если все действительно безысходно? Он так и умрет, ничего не успев понять и узнать? Не успев побыть счастливым? Если потом будет поздно? Если он до конца жизни будет жалеть, что не пробовал наслаждаться жизнью? Почему… Почему бы действительно не сейчас?.. Можно же… Как-нибудь… Осторожно… Да?.. И спустя минуту размышления, Гено рискнул: — Ладно. Я приду. Рипер аж засиял от его соглашения. Та ночь прошла бурно: сначала Рипер пытался заставить Гено танцевать под зажигательную музыку, после дал второй джойстик от новейшей приставки и показывал всю прелесть игр, а под конец они читали любимые комиксы Рипера. Гено по большей части чувствовал себя скованно и потерянно, однако… Это все равно оказалось весело. Впервые он чувствовал себя настолько яркую радость. И, о чудо, ничего не случилось. Он все еще жив. Вероятно, в дружбе действительно не было ничего смертельного. Кажется, эмоции и в самом деле не настолько губительны. Это заставило согласиться на еще одну ночевку. А потом не только на нее. Потом они куда только не ходили: кино, кафе, парк, боулинг, игровые автоматы, библиотека, и как раз даже в театр. У Рипера куча денег, он за все платит, предлагает посетить и более приличные места, к примеру, прокатиться на яхте его родителей или поужинать в ресторане с прекрасными видами, но Гено лишь сконфуженно отказывается и обещает, что деньги отдаст позже (все же его семья имеет крайне скромный достаток). Рипер болтает обо всем, но в тоже время ни о чем, не раскрывает чего-то по-настоящему личного, умалчивает о прошлом, в тоже время Гено обнажает душу, не говоря лишь о своей врожденной болезни. Рипер то и дело шутит, что они больше похожи на парочку попугаев-неразлучников, чем на друзей, Гено смущенно фырчит: «Не смешно». И так незаметно, потихоньку сближаясь и покоряя души друг друга, проходят месяца. Гено исполняется пятнадцать. Рипер предлагает отметить у себя, где они смогут остаться вдвоем, вдали от лишнего родительского контроля. Они решают провести его день рождения, как их первую ночевку. Тогда Гено впервые напивается, в конце концов, один раз можно, да и праздник же. Тогда он впервые танцует свободно, не стесняясь ничего и никого, смеясь вместе с Рипером и чувствуя себя окрыленной птицей. Тогда он впервые выпустил свою злость, пылающую из-за вечных проигрышей в играх, пытался мухлевать, тыкая Рипера локтем в бок, закрывая скелету обзор и наваливаясь на того. Тогда Гено впервые решился узнать насколько он хорош в роли актера озвучки и старался по театральному отыграть каждого героя, за которого он читал. Тогда Гено впервые ощутил себя настолько открытым и живым. Алкоголь и вправду творит чудеса. А когда они уже выдохлись и улеглись на кровать Рипер, такой же запыханный и в стельку пьяный, бесконечно долго смотрел ему в глазницы, а после медленно приблизился и также бесконечно долго целовался с ним. Гено стал задыхаться от нахлынувшего счастья. Тогда он осознал, что любит Рипера до потери пульса. Тогда Гено быстро отрубился — его душа лишилась еще одной части. Осталась половина души. Гено не винит его. Он не боялся смерти. В конце концов, он осознал, что проживает хорошую жизнь. Чувства определенно стоит того. Жизнь определенно была неполноценной без них. Он определенно не жалеет, что сблизился с Рипером. Однако он боялся кое-чего другого: оставить Рипера одного. Но можно же как-нибудь осторожно любить и при этом не задыхаться каждый раз в востороге и счастье? После того случая на ночевке, казалось бы, все легко и понятно: чувства взаимны, что ведет к романтическим отношениям, но… Рипер начал избегать его. Гено хотел с ним поговорить спокойно, разобраться, что случилось. Он предполагал, что, вероятно, Рипер боялся быть недопонятым. Но Афтер все равно не понимал почему бы им просто не поговорить. Вскоре это начало раздражать. А раздражение, в конце концов, переросла в злость. И необдуманный поступок: под конец второй недели избегания, он прижал Рипера к стене, схватив того за груди и наорал на того. Гено кричал, что Рипер беспросветный идиот, если считает, что его чувства невзаимны. Кричал о том, как устал за эти две недели. Кричал о том, что тот эгоист, ведь он, черт подери, скучает. Кричал, что стоило просто поговорить, а не играть в догонялки. Рипер сказал, что тот не понимает. — Не понимаю? Так объясни! Рипер заплакал. Гено замолк. Смотря на мокрые глазницы своего друга, он мог только растеряться. Слишком неожиданно. После целой вечности молчания, Афтер глубоко выдохнул, смягчился и стал уговаривать Рипера все рассказать. Они пропустили урок. Но Рипер в конце концов поддался объятьям и мягкой ласке, и тихо произнес: «Я приношу одни несчастья». «Тогда почему я такой счастливый?», — встретилось ему в ответ. Рипер молчал. Он колебался. Они простояли еще минут десять в оглушающей тишине, прежде чем Рипер все рассказал. Он рассказал, что в детстве у него был лучший друг, самый близкий его душе монстр. Он мог доверить тому все, даже самые страшные тайны. И все было у них было хорошо. Пока друга не сбила машина. На смерть. Когда Рипер пошел в школу, он познакомился с одной девочкой. Постепенно они сблизились. Она помогла перестать ощущать себя одиноким. Помогла справиться с потерей самого дорогого. Она стала самым близким ему человеком. И все было хорошо. Пока она не скончалась от рака. Рипер решил, что он проклят и поклялся, что когда перейдет в другую школу он больше ни с кем не сблизится. Но появился Гено, такой странный и притягательный и все испортил. Может, Афтер и вправду обладал какими-то неведомыми чарами, а, может, просто загрызло одиночество и скорбь по другу. В любом случае, когда он осознал, что они действительно стали близки, и что, еще хуже, у него есть чувства к Гено. Тогда им, на пьяную голову, было решено оттолкнуть его, разорвать их отношения. Поэтому и случился тот поцелуй. Какого же было удивление Рипера, когда ему ответили. А потом не нашел ничего лучше, кроме как начать избегать. Гено был в шоке. Сначала он молчал, не зная, что сказать. Потом, спустя пару минут, он начал рассказывать о своей жизни. Как та была пуста без эмоций. Как он был одинок. Как он был несчастлив. Как Рипер все изменил. Как теперь прекрасна его жизнь. Он рассказал все, ничего не скрывая, кроме своей болезни. После они молчали. Долго. Прозвенел звонок. Каждый думал о своем. Пока Рипер не предложил встречаться. И они стали еще на один опасный шаг ближе. Они начали встречаться. И все шло хорошо. Гено старался контролировать свои эмоции. Ему не хотелось, чтобы от души отделилась еще часть. Но и бросать Диаза не хотелось. Рипер сначала держался обособленно, но потом выбросил все мысли о том, что проклят. И они были счастливы. Прошло пять лет. Они закончили школу, стали снимать вместе квартиру и учится в одном ВУЗе. Гено хотел стать врачем, чтобы лечить больных и найти лекарство от порока души, Рипер же поддержал его идею и тоже увлекся медициной. Да, Гено все еще хранил в тайне свою болезнь, но разве оно им мешает? Да. Мешает. Когда Рипер сделал ему предложение, Гено снова задохнулся от счастья, как тогда, при первом поцелуи. И лишился большей части души. От души осталась одна девятая часть. Врачи рассказали Риперу о болезни Гено. Сначала, из-за слишком плохого состояния Гено, того не пускали к нему. Однако, спустя пару дней, Рипер здесь. Прямо перед умирающим Гено. — Почему ты не рассказал о своей проблеме? — тихо начал Рипер. — Не хотел, чтобы ты знал… — честно признался Афтер. — Что тебе поможет? — осторожно спросил скелет. Гено отвернул голову к стене. На Рипера смотреть оказалось невозможно. Не хотелось знать, как тот отреагирует на обреченное: «Пересадка души». Ничего не хотелось. Кроме как горько заплакать. Это же так несправедливо. — Ясно, — сухо бросил Рипер и, медленно встав, вышел из палаты. Гено все-таки заплакал. Ему было так жаль, что он оставит свою семью. Рипера. Тот перенес так много смертей, выдержит ли он потерю еще одного близкого? Боже, и почему Афтер не отступил, когда узнал о всей истории Диаза? Зачем он продолжил их отношения? Гено корил себя. Но не жалел о проведенных годах. Он был действительно счастлив и ни на что бы не променял эти моменты на что-либо другое. Однако… Он не мог не сочувствовать Риперу. Перестать думать о нем он тоже не мог, от чего провел весь день в тяжелых мыслях о любимом. А на следующий день Гено сообщили, что нашелся донор. Это выбило из колеи. Это странно. Это… Так не бывает. Все слишком хорошо, чтобы быть правдой. Операцию назначали тем же утром, так что много поразмыслить об этом не дали. Проснулся Гено уже со здоровой душой. И первое, что ему захотелось сделать после того, как он отошел от наркоза — позвонить Риперу. Но в ответ были лишь одни гудки. А потом одна из медсестр подошла к нему и передала записку от какого-то скелета. И Гено принялся ее читать. «Привет, Гено. Или лучше написать здравствуй? В общем, это Рипер», — начало уже насторожило: почему если он что-то хотел сказать, то не пришел сам? — «Я хочу тебя кое о чем попросить: пожалуйста, проживи счастливо всю свою жизнь. У тебя было так мало время на счастье. А еще у тебя было много планов. У тебя впереди великое будущее. Я верю, что ты многого добьешься. А я… Я и так был счастлив большую часть моей жизни. Я прожил определенно хорошую жизнь. И все благодаря тебе. У меня не было особых целей, да и вряд ли я чего-то добьюсь великого в этой жизни. Так что… Надеюсь ты сможешь понять почему я это сделал» — сделал что?.. — «Я люблю тебя. Живи счастливо. И, пожалуйста, ни в чем себя не вини. А еще помни: я всегда буду с тобой. Внутри тебя бьется моя душа». Душа разрывалась вместе с ним от плача.