Mission of the scientific commission

Джонхана трясет от нервов. Он стоит у себя в квартире посреди просторного зала, возле школьной доски, которую притащил сюда несколько дней назад. Из-за волнения зеленым цветом маркера, который все это время был у него в руке, истыканы точками все бледные руки. Он судорожно сглатывает и смотрит на единственного члена комиссии, сидящего на его диване. Он планировал еще какие-то таблицы рисовать, основные поинты своего доклада прописывать, но обо всем об этом тупо забыл, комкая вслух слова презентации. Джошуа не двигается уже двадцать три минуты. На пятой минуте Джонхан хотя бы выдохнул, убедившись в том, что он дышит. Сидит на диване и держит в руках папку, в которой в аккуратной последовательности сложены все листы с печатным текстом исследования чувств к нему. С текстом этой НАУЧНОЙ РАБОТЫ — Пожалуйста, — Джонхан даже не ожидает, что его голос будет настолько дрожать, — не молчи больше. У меня сейчас нервы сдадут. — Джонхан, ты… И все. Джошуа тупо смотрит на листы в своих руках, водит пальцами по скользкой поверхности файла и молчит. Джонхан стоит с распахнутыми глазами и, кажется, будто его зрачки пульсируют в ритм колотящегося сердца. И каким-то совершенно невероятным образом терпит это молчание еще семь минут. Но психика наконец-то выдает системную ошибку. — Забудь. Он срывается, пытаясь как можно скорее скрыться с места преступления, но не успевает даже открыть дверь, потому что Джошуа, моментально реагируя, подскакивает и хватает его за руку, разворачивая на себя. Держит за тонкое запястье, которое при желании может сломать, кажется, одними пальцами, настолько аккуратно, что от трепета сводит мышцы. Смотрит. Молчит. Смотрит. Смотрит. Смотрит. А потом просто целует, так и не найдя нужных слов. Он тут же поднимает руку и длинными пальцами путается в отросших белых волосах Джонхана, сжимая их у корней и посылая мурашки по всей коже головы. Сцеловывает все еще не заданные вопросы и весь дальнейший поток этого бредового инопланетного признания, сжимая запястье, ласково, но настойчиво раскрывает чужие губы своими и гладит их языком. Отстраняется, чтобы вдохнуть, скользит по щеке пальцами и лбом касается лба. — Я молчал, потому что думал, что если сразу заговорю, меня разорвет, — сбивчиво выдыхает Джису в чужой рот и снова тянет на себя. Он, пятясь, садится на диван и дергает за руку, заставляя Джонхана приземлиться на его колени, ногами по обе стороны от бедер. — Уважаемый субъект исследования, — говорит Джису рвано, пытаясь охватить ладонями все тело разом и нацеловаться между буквами и вдохами, — вам присуждена степень магистра. Джонхан закидывает голову со стоном, когда чувствует ладони под своей футболкой, но тут же возвращается, утыкаясь носом в чужую шею. — Скажи нормально. — Ты самое дурацкое существо из всех, кого я когда-либо знал. Я не понимаю, как ты можешь существовать вообще. — Скажи нормально. — Джонхан цепляется пальцами за рубашку, чувствуя каждый миллиметр прикосновения пухлых губ к своей шее. Он изо всех сил старается держаться в реальности, чтобы успеть услышать оценку своей работы прежде чем отлететь в эйфорию физических ощущений. — Там перевод на китайский и английский, Джонхан, ты поехавший. — Это Хансоль и Джунхви помогли. — Комиссия посовещалась и ставит вам оценку «отлично». — Джису щелкает замком ширинки, слова совершенно срываются с ритма и выбиваются из гладкого контекста. — Да скажи ты нормально! — Джонхан подается ладоням, обнимает за шею и чуть прикусывает мочку уха от нахлынувшей истерики чувств. Вроде как, ответ уже понятен, но слишком хочется услышать окончательный вердикт, произнесенный вслух. Джису смеется прямо в шею, отрываясь наконец от нее, гладя пальцами по оставшимся от поцелуев пятнам, и смотрит глаза в глаза. — Я тоже тебя люблю, Юн Джонхан. И я поверить не могу, что тебе понадобилось провести исследование, чтобы это выяснить, потому что я был уверен, что палюсь каждый раз, когда просто на тебя смотрю. Джонхан задыхается, но отвечает только: — Они все тоже так сказали. И после уже позволяет делать с собой все что угодно, забивая на метафоры и афоризмы. Папка с научной работой летит на пол, пальцы путаются в волосах и царапают спину, подаваясь ритмичным и срывающимся на хаотичные движениям. А еще в умных научных работах часто используются латинские слова quod erat demonstrandum* * — что и требовалось доказать