все без ума от Игоря

Даже клонящееся к закату солнце не могло скрыться от самой высокой башни в городе. Стеклянные фасады здания Вместе начали рябить в глазах ещё задолго до того, как Игорь оказался у контрольно пропускного пункта. Всё казалось таким ясным и логичным, как только Хазин до сих пор до этого не додумался, конечно все дороги ведут к известному миллиардеру Сергею Разумовскому, кто ещё, если не он, может дать информацию о том, кто же выложил это злополучное видео. Несколько минут спустя после разговора с секретаршей, майор уже стоял около прозрачных дверей роскошного офиса и впервые за день чувствовал себя неуверенно. За стеклом с кресла встал юноша с волосами цвета осеннего дня, весь аккуратный и чистый, в неброской, но качественной одежде небезызвестного бренда. Он смотрел на Игоря, на его ссадины на лице из-за множества сегодняшних драк, на старую поношенную футболку, местами порванные джинсы. Они оба, сами того не осознавая, застыли лишь на пару секунд, такие разные, но одинаково растерянные. — Добрый вечер, я майор полиции, — мужчина зашёл и протянул руку рыжеволосому юноше — Игорь Гром. — Здравствуйте, я Сергей. — Разумовский чуть замялся — Создатель… мм… ну, Вы, наверное, знаете кто я. — Иначе меня бы здесь не было. — Жаль. — программист лишь через секунду понял, что сказал это вслух, и, в попытке скрыть свой нелепый и неуместный флирт, добавил — Жаль, что такие нерадостные обстоятельства Вас сюда привели. — М… ну да. — взгляд майора забегал по помещению, он не понимал, показалось ли ему или юноша и правда просто немного запнулся — Я по одному вопросу… — Да, я уже удалил видео, но, сами понимаете… — Сергей вышел из-за стола и подошёл ближе к полицейскому — это интернет, чем больше пытаешься что-то оттуда убрать, тем больше это распространяется. — Да, как с Бейонсе. — это просто вырвалось, Игорь и сам не знал откуда у него эта информация, видимо как-то видел в глупой утренней тв-программе для подростков. — Пх.. — юноша поперхнулся смехом, явно не ожидая такого комментария от служителя закона — И правда, этот пример лучше всего иллюстрирует мои слова. Гром неловко выдохнул, смотря в мраморный пол. Этого парня, видимо, легко рассмешить, несмотря на всю помпезность его самопрезениации. Сергей тоже чуть дернул головой в бок в попытке спрятать улыбку. — Я вообще хотел узнать кто это видео записал. — Игорь хмурясь поправил кепку. — Из-за системы шифрования это невозможно будет узнать. Я уже говорил об этом Вашему коллеге из ФСБ, тому, мм… не очень приятному молодому человеку. — Петру, да. — Гром понял намек, этот парень знает, что майора полиции здесь быть не должно — Он попросил меня… дополнительно выяснить… — Игорь. — спокойным голосом перебил Сергей — Всё в порядке, я никому не сообщу, что Вы здесь были. — Спасибо… — как-то отмазываться, когда тебя поймали за руку, было бы глупо — Так Вы создали систему, которой не можете управлять? — Каждый должен иметь право на своё мнение. — Но ненависть – это не мнение. Сергей остановился как вкопанный, в аргументе Грома не было ничего неочевидного, ничего, чего бы сам парень не знал, но раньше никто так с ним не разговаривал. — Знаете что… — Разумовский обернулся, собираясь закончить диалог, но, увидев перед собой абсолютно чистый и беззлобный взгляд майора, понял, что уже слишком давно не вёл такого честного спора — да, ненависть – это не мнение, но люди имеют право ненавидеть то, что им не нравится. — Пусть ненавидят сколько хотят, но это даёт им право убивать? — Нет, нет, конечно нет… — разговор превращался в пересказывание прописных истин — Но не я даю им в руки оружие убийства. — Вы даёте им нечто большее чем оружие, – это чувство общности и веры в бравое дело когда-то… — Игорь, я умоляю, не опускайтесь до апелляции к нацизму. — Сергей вновь перебил собеседника, определив логическую цепочку рассуждений — Вы полицейский, и должны прекрасно знать, что, если человеку не дать в руки пистолет, то он забьет кого-то до смерти кулаками, потому что настоящая опасность не в оружии, а в желании им воспользоваться. Теперь поверженным выглядел уже Гром, спорить с этим аргументом было бесполезно. Взгляд заметался по комнате в поисках чего-то, на что можно перевести тему, и в поле зрения удачно появился огромный вендинговый аппарат с кучей напитков и снеков. — Ого, это всё для Вас? — реакция полицейского была по-детски восторженной. — Ну да. — юноша несколько смутился от такого неподдельного интереса к его небольшой странности — Хотите? Попить или шоколадку? Чипсы? — Хах, конечно. — Гром вновь воодушевился, рассматривая приличный ассортимент не здорового перекуса. Есть хотелось сильно, но если бы они продолжили этот спор о моральных аспектах социальных сетей, то аргументы от человека с крабовыми чипсами в руке были бы недостаточно весомыми. Поэтому выбор пал на какую-то банку кофе с мало знакомыми символами на этикетке. Пальцы быстро набрали номер продукта на светящейся панели. — Даже не представляю, как при таком количестве всякого фастфуда прямо под боком, Вы выглядите так хорошо. Неловкий комплимент застрял в горле, а банка с напитком остановилась на середине пути, будто ещё больше пытаясь пристыдить Игоря за язык без костей. В растерянности полицейский собрался хорошенько постучать по автомату, чтобы хоть как-то развеять неловкость. — Нет, Игорь… — парень тут же оказывается рядом с устройством, что-то нажимает на панели и банка стремительно падает вниз — Современные проблемы в большинстве случаев решаются перезагрузкой. Жаль, что идиотскую реплику Игоря уже не перезагрузить. Сергей погружает руку в нижний отсек аппарата, ловко выуживает оттуда жестяную банку и подаёт Грому. Они на пару секунд касаются пальцами и юноша отводит лицо, рыжие локоны падают на глаза. — Вы тоже… хорошо выглядите. — он произносит это уже совсем смущенно глядя в пол. И это портит всю ситуацию окончательно. Теперь всё даже более неловко чем если бы парень сделал вид, что ничего не услышал. Но с другой стороны выяснять здесь тоже больше нечего, поэтому полицейский, взяв себя в руки, решает попрощаться. — Игорь, стойте, — уже у самого выхода его догоняет программист, успев ухватить что-то со стола — вот, моя визитка. Звоните, если будут вопросы или… Он так и не заканчивает предложение, а Гром не уверен, что хотел бы узнать что это за «или». Из центра города до небольшого отделения местного МВД путь не очень далёкий, но время на подумать есть, однако толку от этого нет совсем. Как бы Игорь не пытался размышлять о деле, в голову раз за разом приходило только прощание с Разумовским. Почему парень был так радушен? Он со всеми так общается? Гром не много знал о юном миллиардере, но, кажется, читал даже где-то, что Сергей затворник и не особо любит общаться с людьми. Визитка, протянутая в последний момент, как будто на что-то намекала, но не настолько прозрачно, насколько было нужно. — Я составил рапорт, — воодушевлённый голос Дубина вырывает из раздумий сразу же по приезде в участок — и, кстати, кое-что интересное обнаружил, посмотри… — Дим, позже. Парень едва замирает, пару раз быстро моргает и вновь семенит за Игорем. Майор никогда не называл его по имени, всё «стажёр» да «малой», а тут вдруг это уставшее, но тёплое «Дим». — Подожди, — продолжает Дубин, стараясь не дать смущению сбить себя с мысли — ты видел уже новое видео Юли Пчелкиной? — Кого? С экрана тонкого смартфона на Грома смотрит обворожительная девушка, в которой невозможно не признать ту загадочную незнакомку, жертву ночного нападения. Её волосы алеют на фоне темной стены, прямые, совсем не кудрявые и не выгоревшие. И к чему была эта нелепая маскировка в тот вечер, ведь если Игорь знал бы кто такая Пчелкина, то узнал бы её и с париком, а если бы не знал, то и парик не нужен. — Значит полиция знала о Чумном Докторе и всё это время бездействовала… — настойчивый женский голос прорывается в сознание через слабенькие динамики — До сих пор неизвестно что случилось с Кириллом Гречкиным, его семья отказывается общаться с прессой, а самого парня никто не видел с момента покушения. — Игорь, а откуда у неё мой рисунок Чумного Доктора? — робко вмешивается Дубин. — Так, займись-ка холодильниками. Всё, мой рабочий день окончен. — Подожди, куда ты? — стажёр не дожидается пока майор оденется и уйдёт — Я с тобой. Гром уж было собрался разразиться короткой гневной тирадой о том, как фреон опасен для человечества, но откуда-то сверху раздался привычно недружелюбный голос. — О, майор, уже уходите? — Хазин скалился, опираясь на перила второго этажа — Пятница, сокращённый рабочий день, да? — Вам бы тоже отдохнуть, Пётр Юрьевич, — грубо передразнивает манеру общения Игорь — а то выглядите так себе. — Ну пойдём, передохнём. ФСБшник расслабленно спускается вниз, вынимая из кармана пальто пачку на вид дорогих сигарет. Через несколько минут мужчины уже стоят в курилке около участка, поджигая ароматные сигариллы родом из Доминиканы. — Я тебя сразу предупрежу, что у меня тут нет особо времени с тобой зубы скалить, — Гром делает первую затяжку — дела. — Пфф… — Хазин чуть давится дымом от смеха — Какие дела, Игорь? Нужно опросить всех родственников пропавших… м… холодильников? — Ты после колледжа вообще продолжал процесс взросления или забил? — майор заносит прямую ладонь над головой бывшего однокурсника — Рост, смотрю, не изменился, да и шутки тоже. — Старые шутки для старого Грома. — Хазин ловко перехватывает занесённую над его головой руку собеседника и опускает на уровень своих плеч — У тебя, майор, тоже из признаков взрослого мужчины только борода на лице. Игорь уже начинает собираться с силами, чтобы придумать ещё более едкий комментарий, но в какой-то момент обнаруживает, что его рука всё ещё безвольно висит в воздухе, придерживаемая пальцами Хазина. Он какое-то время тупо пялится на огрубевшие пальцы собеседника, пока ФСБшник сам не замечает свою оплошность. Пётр быстро отпускает ладонь Грома и сконфуженно делает очередную затяжку, перекладывая сигариллу в освободившуюся руку. — Что там с делом Чумного Доктора? — майор прерывает неловкую паузу. — Ну нет, не для твоих ушей информация, — Хазин чуть воодушевился, понимая, что никто не собирается смеяться над ним — узнаешь о деле Чумного Доктора из новостей, когда мы его закроем. — Никогда не узнаю, получается. — Игорь, — Пётр заводит руку в волосы, чуть сжимает челюсть в предвкушении матерной перепалки, но останавливается на полуслове, ловя на себе взгляд Грома, такой глупо заворожённый, что ссориться больше совершенно не хочется — ебало завали. Гром еле заметно улыбается, он прекрасно знает, что должно было начаться, но так и не началось. Эта странная особенность Хазина удивляла его ещё в колледже – насколько бы парень не был разъярён, стоило посмотреть ему бесстрастно в глаза, зацепиться взглядами, и Петя вдруг сдувался как красный воздушный шарик. Игорь грубо тушит сигариллу о подошву ботинка, и бросает на прощанье: — Если будет нужна помощь в деле Чумного Доктора, то всегда можешь не обращаться ко мне! — Себе лучше помоги. — наигранно ядовито цедит Хазин в спину уходящего полицейского. Вечер выдаётся каким-то не по-питерски приятным, солнце скрывается за горизонтом обшарпанных домов, но тепло ещё долго не уходит с нагретых за день улиц. Жаль, конечно, убивать такой прекрасный вечер на взлом с проникновением, но Игорь и не ценитель эстетики времени суток. Квартира, в которую он вероломно врывается, находится в центре города, приличная, опрятная, убранная, за исключением осколков разбитого окна на полу, ну, с кем не бывает, хозяйка потом всё подметёт. Игорь стоит на кухне, заваривая себе чай, так, будто всю жизнь здесь прожил. Поэтому даже немного удивляется, когда во входной двери раздаётся звук поворота ключа. — Ну привет, — он негромко начинает из темноты — чаю? — Твою мать! — девушка явно не ждала гостей, ещё и в такое время — Ты ещё что здесь делаешь?! — Жду извинений. Из прихожей раздаётся звонкий смешок и дверь в квартиру захлопывается с металлическим лязгом. В свете уличных фонарей красные волосы пылают будто затухающие угли костра. — За что? — блогерка уже абсолютно спокойно наливает себе стакан воды, чуть касаясь плечом рукава коричневой кожанки. — Ты собираешься ёрничать? — А ты? — Собираюсь. Ответ смешит девушку и она едва не давится водой. Тихо хихикнув, она встаёт прямо напротив Грома, смело заглядывая ему в глаза, проводит аккуратными пальчиками по жесткой щетине. — Игорь, мне жаль, что твоя доброта, которую ты всеми силами пытаешься скрыть, служит тебе лишь напоминанием, что не зря ты её скрываешь. — Пчелкина отводит руку от окаменевшего лица полицейского — Но я просто ищу возможности для достижения цели, само по себе это никакое не злодейство. Ещё какое-то время майор стоит, не решаясь выдохнуть набранный в лёгкие воздух. Слова звучат разумно, но отпечатки её пальцев на щеках не дают вдуматься в смысл сказанного. В момент опустевшая голова не в состоянии поддерживать эту насмешливую линию диалога. — Раз уж ты любишь размышлять о доброте и злодействе, — Игорь почти полностью выходит из оцепенения — то подумай на досуге, будет ли «добрый» человек заливать водой твой ноутбук. Только в этот момент голова блогерки вдруг дёргается в сторону ванной, шум бурлящей воды становится абсолютно отчетливым в тихой пустой квартире. Её выражение лица никак не меняется, она всё еще самоуверенная и бесстрашная. И, боясь увидеть последствия своего собственного триумфа, Игорь решает удалиться. Он не хотел бы наблюдать, как из сильной, уверенной в себе женщины, Юля становится испуганной, злящейся девчонкой. Но что-то внутри подсказывает ему, что никакой потоп не сможет испугать юную журналистку. Мяч для тенниса, украденный из участка, отскакивает от стены подъезда многоэтажки, Гром ловит его без колебаний. Путь до дома не такой уж далёкий, а чувство свершившейся пакостной мести подстегивает завершить день прогулкой по остывшим питерским дворам. Мяч снова бьётся о стену уже на лестничной клетке хрущёвки, но на этот раз мужчина останавливается в ступоре на последних ступенях около своей квартиры и снаряжение для тенниса падает куда-то между лестничных пролётов. У двери в его квартиру какое-то небольшое собрание, состоящее из огромного мужика и дремлющего на обшарпанной старой табуретке мальчишки. — Гречкин, какого хера ты тут делаешь? — басит с лестницы майор. — Твою, мать, Игорь, — Кирилл мотает сонной головой и потирает глаза — у тебя смена три часа назад кончилась, где тебя носит?! Гром аж роняет челюсть от такой наглости. Ситуация напоминает какой-то комедийный скетч про женатую пару, вот только Игорю что-то нихрена не смешно. — Что тебе нужно? — он обходит амбала и встаёт около своей двери, ища ключи от квартиры в кармане джинс. — Я хочу забрать свою одежду. — юноша невинно улыбается. — Серьезно? — Игорь совершенно не верит в эту очевидно выдуманную причину, одежда в таком состоянии, что из неё ничего кроме половых тряпок не выйдет — Заходи. Без этого только. Гром указывает взглядом на громилу и Гречкин даёт тому отмашку, а сам юркает в неосвещенное помещение. — Слушай, мне, конечно, плевать, что с тобой сделает этот ворон-пиротехник, если найдёт, — полицейский снимает свою кожанку и вешает на крючок в прихожей — но тебе бы лучше скрыться где-нибудь, где тебя искать не будут, и ещё пару таких ребят нанять. — Игорь указывает пальцем на закрытую дверь, подразумевая за ней ушедшего двухметрового качка. — Я уже. — Кирилл расплывается в дурацкой улыбке — Теперь я живу здесь. Выражение лица Грома нужно было видеть, брови нахмурились так, что, казалось, вот-вот сольются воедино. Гречкин взрывается от смеха, понимая, что только что сказал. — Да не пугайся так, дядь, — он кладёт руку на плечо собеседнику — в смысле мне батя в этом доме хату купил, я теперь твой сосед. — Да… — Игорь наконец выдыхает весь воздух, который готовил для праведного гнева — Ещё лучше. Из своей квартиры я хотя бы тебя выгнать мог, а из дома… — У тебя есть че поесть? — моментально переводит тему юноша и направляется к заведомо пустому холодильнику — М… ну как обычно, ничего. Я сейчас во Вместе-еде закажу. — Ты сейчас свои шмотки заберёшь и пойдёшь ужинать к себе в квартиру. — Гром с грохотом захлопывает открытый холодильник. — Твою мать, Игорь, — самодовольное выражение лица парня сменяется на какое-то измученное, он громко вздыхает — ты мне жизнь спас. Ты не хочешь денег, не хочешь славы, даже меня ты не хочешь! Майор замер на секунду, пытаясь понять не послышалась ли ему последняя фраза, но, судя по уверенности на лице Гречкина, он совсем не оговорился. Впрочем, что ещё можно было ожидать от человека, который свои грязные намеки перестал делать только когда его чуть не прикончили. — Позволь мне хотя бы заказать тебе ужин, окей? — Кирилл разочарованно мотает головой — И я могу уйти, если не хочешь ужинать со мной. Мажор выглядит опустошенным, уголки губ опущены к линии подбородка, брови сведены вместе. Ему вряд ли когда-либо отказывали, но то, с какой готовностью он собирается отказаться от своей изначальной цели, чтобы Игорю было комфортнее, почему-то подкупает. — Я буду шаверму. — полицейский достаёт две видавшие виды чайные чашки и включает электрочайник — И можешь остаться. Кирилл с лёгкостью выдыхает, будто от этого зависела вся его жизнь, что, впрочем, не так далеко от правды. Они ещё какое-то время смотрят меню ресторанов в приложении Вместе-еды и парень уговаривает Игоря взять попробовать ещё что-то новое, кроме шавермы. — Типа шаверму с картошкой? — Игорь мотает головой — Она мне не нравится. — Да дядь, «что-то новое» – это что-то новое, а не новая вариация твоей еды вокзальной. Курьер в фирменной одежде фиолетовых оттенков появляется у дверей буквально через пол часа после заказа. Гром вскакивает с кухонного стула, останавливая Кирилла, направляющегося к двери. — Пхах — юноша едва сдерживает смех — ты думаешь, что курьер из Вместе тоже хочет меня убить? — Я думаю, что он может тебя узнать. Кирилл сводит брови, немного думает и кивает головой, поджимая губы. Ему бы следовало об этом подумать, никто не должен знать, где он находится. Игорь благодарит доставщика и ставит на стол два огромных пакета с контейнерами. Среди кучи разных блюд оказывается сложно найти маленькую шаверму, но она уже и не кажется такой аппетитной, когда выбор настолько велик. Они едят и обсуждают сложившуюся дурацкую ситуацию. Игорь выясняет, что сразу после написания заявления Кирилл отправился к отцу и они договорились об усиленной охране и жилье, где парень сможет затаиться пока преступника не поймают. Мужчину мало удивило, что, когда Гречкину позволили выбрать жильё, он тут же ткнул известный адрес и отказался даже рассматривать другие варианты. Богатый отец выкупил для сынка две квартиры, одну – самому парню, а вторую, по соседству, – для трёх вооруженных охранников. — Ясно. — подытожил мужчина после того, как все изысканные блюда были съедены — Я только не понял, а как твой отец вообще отреагировал на то, что тебя пытались убить? Юноша застыл с вилкой в руках. Он открыл рот, собираясь что-то сказать, но тут же сжал губы. Почему-то такой простой вопрос поставил его в легкий ступор. — Да никак, на самом деле. — Гречкин едва слышно вздохнул, отправляя вилку с кусочком десерта в рот — Как будто так и должно быть. — Мда… папаша… — Игорь тяжело набрал воздуха — а на первый взгляд кажется, будто тебе повезло с родителем. — Ну, он хотя бы богатый. Было бы грустнее, если бы он и не любил меня и был ещё нищим при этом. — юноша слегка виновато улыбнулся — Игорь, а какие отношения у тебя были с твоим отцом? Я погуглил на сайте МВД… он был таким молодым… когда… — Да, он рано умер. — мужчина виновато уставился в пол — Он не был образцовым отцом, много времени проводил на работе, но я точно знал, что он меня любит. Разговор быстро ушёл в русло семейных драм и ещё часть вечера ушла на обсуждение родителей. В какой-то момент, расслабившись в диалоге окончательно, Игорь даже рассказал едва знакомому собеседнику историю смерти отца. Кирилл сидел ошарашенный на протяжении всего рассказа, а потом молча встал и обнял мужчину за плечи. — Это не твоя вина, а этого меркантильного уёбка, — Гречкин заботливо гладил тёмные волосы — просто ужасное совпадение, ты вовсе не виноват. Они замирают на какое-то время, пальцы путаются в тёмных вьющихся волосах, руки не слушаются, щетина приятно щекочет шею. Кирилл думает, что уже давно переборщил со временем объятий, и пора бы отпустить чужие плечи, как вдруг сильные руки аккуратно ложатся ему на спину. Игорь оглаживает большой ладонью светлые волосы на голове и неуверенно хрипит: — Спасибо. Ты тоже не виноват, что твой отец такой мудила. Собеседники одновременно тяжело вдыхают и отстраняются друг от друга с грустными улыбками. Юноша помогает убрать кухню и собирается уходить в свою квартиру на этаж ниже. — А шмотки свои не заберёшь? — Гром насмешливо выгибает бровь — Ты же за ними пришёл. — Ммм… извини, очень тороплюсь, давай я завтра за ними зайду. — Кирилл игриво хихикает и неожиданно чмокает мужчину в щечку, ненадолго замирая, будто сам от себя такого не ожидал — Спокойной ночи. — Ага… спокойной… Майор ещё некоторое время нахмурившись смотрит в глубину подъездных пролётов, вслушиваясь в торопливые удаляющиеся шаги и силясь понять, что только что случилось и с каких пор он так спокойно реагирует на подобные выходки мажора. Когда Чумной Доктор убивает владельца мусороперерабатывающего завода, Игорь уже спит.