Мрак. Зеркальный звон

Мы не сразу привыкли к тому, что здесь работают ночью. Олечке это очень мешало спать раньше. Сейчас — не мешает, очень уж много нам приходится переживать каждый день, и спит она крепко. К счастью, то, что делаем мы, можно сделать и до большого наплыва клиентов. В любом случае, мы уже привыкли. И я привыкла, что долго слышу разные звуки, как бы ни старалась шумоизоляция. Но… Но то, что мы теперь услышали, было никак не привычным звуком, никак. Визг. Настолько ужасный, что Оля подскочила на кровати. Настолько жуткий, что я похолодела. Мы и словом не перекинулись, просто бросились к окну вдвоём. Но даже я, как ни старалась, ничего там не увидела. — Может, это совсем на улице, перед Королевством? — Тогда можно попробовать увидеть с кухни. Ты или я? — Я. С тебя сегодня уже хватит, Яля. Милая, добрая Олечка. Я не стала с ней спорить, и кивнула, но сейчас не от страха, совсем нет. От чувства, что остаться в комнате и ждать, мучительно вслушиваясь, будет куда тяжелее, и намного лучше пойти и увидеть, что ничего не случилось. Может ведь ничего наконец не случаться, хотя бы чуть-чуть? Хотя бы одну ночь! И все равно, со всей надеждой, я подбежала к двери, когда Оля вышла, и прижалась к ней, напрягая слух. Визг затих, и это было ещё, ещё хуже, как будто означало, что ничего уже не поделать. Не успеть. Сначала слышны были только тихие спешные шаги Оли, потом к ним добавились более тяжёлые — Аксал, затем совсем громкие и опасные. Они бежали по этажу, по всему этажу, будто что-то искали, а потом резко стихли. Коротко зашикали рации охранников. — Восьмой, — у всех охранников Королевства голоса ровные и безразличные, низкие. И этот не выдавал ничего совсем, — здесь госпожа Асырк. Она мертва. Я прижала ладони к лицу, чтобы не дать себе кричать. Мертва! Мертва, прямо внутри Королевства?! Почему? Зачем? Как?! Оля… Все ещё в кухне, шепчется с Аксал. Еще один шик раций. — Что с ней, Восьмой? — Её зарезали. — Оставайся там. Шестой сообщит хозяевам. Я не выдержала. Быстро открыла дверь. — Олечка, вернись, скорее! Юркнула обратно. Я вся дрожала. Я не могла понять. Как же такое могло случиться?! Закрыла глаза. Слышны были только шаги. Оля возвращалась, Аксал оставалась на месте, может, надеясь, что услышит из кухни больше. — Яля, что случилось? Рот открылся, а сомкнуться, чтобы произнести хоть одну букву не захотел даже на секунду. Мысли все перепутались, стали цепляться за все, что было в обед. Нет-нет, там ведь совсем другое, правильно?.. — Ну Ялечка, ну что такое? — встревоженная Оля положила обе руки мне на плечи. Как ей сказать, что здесь, у нас, больше не безопасно? Как объяснить, что сюда пробралась?.. Пробрались… Я ничего не успела сказать: снова раздался визг, но в этот раз он был другой. Я узнала голос Анидаг. Она была зла, напугана, но не так, не так как та, на кого напали. — Госпожа Асырк найдена убитой… — выпалила я, потому что от крика Анидаг Оля совсем побелела. Самое страшное, что смерть Асырк не способна задеть сама по себе и пугает именно фактом. Здесь, сегодня, внутри Королевства!.. И достаточно близко, чтобы даже Оле был слышен визг. — Её нашли зарезанной. Олечка ойкнула, что-то громко шлепнуло. — Не позорь себя, — я не нашла ничего лучшего, чем просто озвучивать Оле все, что сама слышу, только потише. Намного потише. Впрочем, Нушрок и так говорил очень тихо, но до тяжести твёрдо. Будто у него такое случалось каждый день и он чётко знал, что с этим делать. — Не нужно всех клиентов оповещать о смерти старой крысы, — голос у него не дрогнул, и никакого стыда за такие слова о той, что лежала мертвая в нем не слышалось. А меня почти выворачивало от того, что я повторяю. — Ближайшим дверям продлить сеанс бесплатно, остальных провожать до дверей, не используя этот коридор. Пригнать уборщиц, пускай оттирают хоть до следующей ночи, но ни пятна не должно остаться. Тело убрать тихо, в его собственную комнату. Ещё раз: никакого шума. — А это что? — голос Анидаг в присутствии отца ломался. Она, наверное, и старалась не кричать, да только едва это могла. — Клок бумаги. — Нет, не клок, отец, здесь написано… — она замолчала, и я замолчала тоже, глядя в Олины строгие и тревожные одновременно глаза. Мы давно знаем, как все обстоит, и какие главные люди в королевстве. И все равно как сложно поверить в слова Нушрока. Взять и очистить, будто Асырк была только пятнышком, мешающим гостям счесть наше Королевство безупречным. Мы, ненавидевшие её, не смогли бы так, но он может. И может Анидаг, хотя Асырк служила ей вернее некуда. — «Перед вами первая, но последней ей не быть. Такое же случится с каждым, кто решится присвоить себе чужое. Особенно же, чужое имя и чужую судьбу». Олечка жалобно всхлипнула и обняла меня; я прижала её к себе в ответ. Неужели в записке от убийцы речь про нас?! Неужели кто-то нас раскрыл, неужели из-за того?.. Нет. Наверное, нет. Я постаралась улыбнуться, хотя ничего хорошего мне в голову и не пришло. — Наверное, речь о Герде, Олечка. Асырк забрала её, хотя не должна была совсем. И Герда носит чужое имя, и жила жизнь за девочку Герду. Лучше думать так. Лучше верить так. Все равно очень страшно. И Герде нужно помочь, если идут за ней, может быть, сейчас счёт идёт на минуты! Оля выпрямилась, глядя мне в глаза с той же ровно мыслью. Но выскочить за дверь и побежать к Герде нам не пришлось. Пока отвлеклись друг на друга, громкий стук тяжёлых каблуков Анидаг уже приближался к кухне. — Она идёт сюда… — Кто? — Анидаг! — Прячься, Яля, — тут же как будто весь страх у неё прошёл, шёпотом велела Оля. Но я покачала головой. Я знала, что я не смогу, совсем не смогу, ни за что не смогу усидеть на месте, если эта гадина сделает такое с Олей! — Нет, ты прячься. Если она к нам, то я хотя бы смогу ответить на её вопросы, я была в доме Сноквин. Оля сжала мои ладони. Несколько мучительных стучащих каблуками Анидаг секунд. Затем выдох. — Ладно. Я тоже как будто выдохнула. Смогла сделать вид, что ничего не знаю, и только жду, чтобы узнать, пока Анидаг кричала Аксал, чтобы не мешала ей ходить. Я сжала ладони в кулаки. Гибель верной служанки ни за что не сделает Анидаг добрее. Никого бы не сделала, но её!.. Она даже не постучала. Просто открыла дверь и все. И встала передо мной, словно бы спокойная, ледяная. Я заглянула ей в глаза снизу вверх, и увидела лишь желание впиться клыками в горло. Отступила на шаг. — Это из-за тебя произошло, — прошипела она, не трудясь ничего объяснить. — Что произошло? — а мне все равно было очень стыдно спрашивать, все равно очень противно играть в непонимание. — Асырк убили, и все это по твоей вине, — процедила Анидаг. И на секунду мне вдруг поверилось, что так оно и есть. Ведь это я выдала Элю, и за ней погнались. Эля предупреждала, что если выдам, проблемы будут у нас обеих, и вот, вот!.. Но почему ей убивать Асырк? Почему не меня?.. Я бы смогла её остановить, я это знаю! — Почему по моей?! — я даже не смогла… Не смогла сделать все как надо. Не смогла выглядеть достаточно потрясенной, но Анидаг даже не заметила. — Ты что-то знала, ты неспроста мешала Асырк забрать эту куклу. Но не сказала, в чем дело, специально не сказала. Я отступила ещё, не сводя глаз с Анидаг. — Нет, сказала! Сказала, не нужно брать Герду, и все, что могла сказать! Будь у меня причины, я бы обязательно!.. — Если не знала, чья она, почему же это её было не нужно брать? — Анидаг будто хотела задушить меня, говорила, гипнотизировала. — Потому что… — разве есть слова, чтобы ей объяснить, почему разбитую несчастную голую куклу нельзя забирать сюда, к нам? Но другого ответа у меня нет все равно. — Это жестоко брать к нам такую, как она. Анидаг рассмеялась, на страшной ноте. — Жестоко? — она больше не могла говорить так спокойно. — Пойдём, я покажу тебе, как убили Асырк, чтобы ты знала, как выглядит жестокость! — я сжалась, мотая головой. Нет, не могу, не могу, никак не могу пойти и смотреть на такое! — Жестокость здесь, в нашем королевстве, и тот, кто убил её, может все ещё слоняться внутри. Как он мог попасть сюда? — будто я должна была отвечать на это, как на экзамене, не унималась Анидаг. — Без пропуска не войти… Она продолжила бы, конечно, продолжила, но я, вздрогнув, выдала именно то, что подумала: — Сегодня у Сноквин я узнала одну из служанок. Если Асырк рассказала вам… Это была не просто какая-то Эля. Это была Ряцыр. Может быть, она просто оставила у себя пропуск? Или украла чужой, когда уходила! И мне было очень страшно верить, что так оно и есть. Может быть злость и отчаяние привели к этому! И теперь она может быть здесь!.. Анидаг вдруг снова рассмеялась, а вот ответила резко, с презрением: — Чушь. Ты правда веришь, что Ряцыр просто ушла, а мы ей позволили? После того, как она вела себя с нашими клиентами? После того, как хамила, грубила и все портила? Она не могла никого убить. Потому что мы сами убили её.