давай проводим багровый закат, пока свет не поглотит нас.

Легко вообразить в голове свои различные мечты, но тяжело воплотить их в реальность, как ни старайся. Правда? Даже если мир окончательно сломается, разобьётся на мелкие осколки, и стеклянный шар мелким крошевом упадёт под ноги — не забудь. Помни о том, чего ты хочешь. «Глупости», — думал он, провожая взглядом ледяных голубых глаз последние лучи солнца раз за разом, проклиная в душе этот закат. Словно застряв во временной петле, он снова и снова приходит сюда и смотрит. Глядит в пустоту, будто бы пытаясь запомнить нечто очень важное и значимое, но золотистые нити света лишь нежно гладят по щекам, после чего навсегда пропадали в бездне глухой, непроглядной тьмы. Уйдя за горизонт, утром солнце уже не то — перерождается, проходя цикл заново каждый день. И даже не ясно, для чего всё это нужно. Нет ни малейшего представления о том, для чего он приходит сюда и просто смотрит. Постепенно теряет надежду, кричит, плачет, но всё равно приходит к закату, чтобы взглянуть на солнце в последний раз. Словно одинокая, затерявшаяся среди пустоты и миллиардов мерцающих звёзд луна. Прекрасная, но такая одинокая без солнечного света. Без него она — жалкий кусок материи. [Где моё солнце?] Интересно, так же чувствует себя Ева, проклятая всё время перерождаться и теряться в кольце из собственных перерождений? Возможно. Бедная девочка, не заслужившая подобной судьбы для себя, в отличие от него — намертво привязанного к одному месту, откуда уйти невозможно. Мир уничтожен, всё закончилось давно, но почему он всё ещё... И уже не больно в груди — там, где находится сердце, покрытое толстым слоем льда, чтобы никто не смог ранить. Уже хватило. Он просто устал. Нет никаких сил идти дальше, познавать новое, может, другие миры. Там скучно. Эвиллиос, некогда в действительности напоминавший ад, не сравнится с иными реальностями. Нет острой необходимости в глупом продолжении, где нет того, по чему тоскует душа. Как и в прошлые дни, ветер тёплый и мягко треплет светлые волосы, так и норовит, играясь, вырвать ленту и унести в неизвестную даль. Возможно, было бы и вправду лучше, уйди он тоже? Кто знает. Нет желания покидать последнее, что осталось. . . . Безумно не хватает чего-то. Быть может, тепла, которое давным давно покинуло его тело. Хотелось сломать всё, нарушить любую логику и разбить на куски собственные мечты, лишь бы ещё раз увидеть яркий огонёк в глубине глаз и ощутить, как замирает сердце от редкой улыбки на кукольном лице, так похожем на собственное. Следовало сказать раньше, а не думать об этом сейчас, когда уже поздно. Лучше сделать и жалеть, чем жалеть, что не сделал. Увы, момент исчез навсегда, и не вернуть обратно ту минуту, когда слова застряли в горле. Гензель не успел: опоздал. На долю секунды, на какое-то мгновение, но опоздал. Как и всегда. Сказать обо всём, что терзало душу острыми лезвиями, что не давало покоя с тех пор, как он всё понял... Он бы на блюдечке преподнёс целый мир — силой забрал и подарил. Ему ничего не стоило выполнить любое желание. Отдать собственные сердце и душу на хрустальном подносе, лишь бы увидеть заветную улыбку на лице. Он готов был отдать самого себя в жертву ради единственного человека, но в итоге потерял едва ли не самое дорогое. Молиться богам глупо: они покинули этот мир, так что им плевать на его мольбы. Наверное, стоит всё-таки покинуть это место. Слишком тяжело здесь, даже если оно пропитано всеми его горькими чувствами. Гензель издал тихий вздох, не решаясь подняться с земли. Его взгляд вновь устремился в тёмное небо, к ярким звёздам и луне. Там, далеко-далеко, было одиноко, что грусть разъедала изнутри. . . . А ведь так хотелось крепко обнять и никогда не отпускать, услышать биение — синхронное с собственным — сердца и ощутить, как кровь приливает к щекам. Просто быть рядом и шёпотом говорить что-то несвязное, лишь бы не уходить. Возможно, не потребовались бы даже слова, ведь и так всё понятно. Нежно сжать ладони в своих и оставить отпечаток поцелуя на губах. Наверное, всё это возможно. ...В собственных мечтах, разумеется. Давай проводим багровый закат, пока свет не поглотит нас.