Трудности отношений

Морозный воздух скользил меж стен и потолков, пробирался под форму и легкие летние куртки. Белые, покрытые грязным снегом, а местами и кровью деревья выглядели удручающе, а избитые дороги, что так и норовили сбить с ног, нагоняли ощущение усталости. Казалось, весь мир вымер, оставив наедине друг с другом класс 3 — 2. Они перебрались в новое место по местонахождению близ Сеула. Осталось совсем немного. Заброшенное, когда-то собиравшее десятки, а то и сотни тысяч людей здание опустошено, нет ни провизии, ни одежды. Вообще ничего нет. Они проходят мимо, даже не обратив внимания, перед ними другая цель. Пейзаж вокруг выглядит настолько уныло и пусто, что даже вечно веселый Чиёль как-то взгрустнул. Вообще ему, разумеется, было тяжелее остальных — смерть брела за ними по пятам, а Кимчи не очень-то любил смотреть на замерзшие, попадающиеся на пути истерзанные трупы его ровесников и людей помладше. И чтобы помочь делом и отвлечься, он, возможно, слегка переоценил свои возможности, предлагая помощь в перевозке других найденных ими по дороге вещей. Провизии было не так уж много, зато одна тележка чего стоила, и теперь к паршивому настроению прибавилась еще и раздражительность, растущая с каждой минутой всё сильнее. Вместо того, чтобы чувствовать свою важность и нужность, он ощущал лишь грусть вперемешку со злостью. Скрипучая ржавая телега перемещалась с большим трудом по замерзшей земле, а колеса то и дело попадали в мелкие колдобины. Несколько раз Чансу предлагал свою помощь и ровно столько же раз Чиёль вежливо, как он любит, с улыбкой ему отказывал, кое-как поспевая за остальными. Чего стоило натягивать ему эту улыбку представить себе сложно. Перед ним шли Нара и Сучхоль, теперь уже новоиспеченная парочка. У бедного парня каждый раз поднималась волна разочарования, а в глазах начинало неистово щипать, стоило ему на месте самодовольного одноклассника представить себя. Сам виноват, из-за своей «тормознутости» он так и не смог признаться девушке в симпатии, и теперь огребает, наблюдая за счастливой Нарой лишь со стороны. Новость об их отношениях до сих пор гуляла среди «своих», зачастую парни смотрели на Чиеля с разочарованием и сочувствием, но нашлись и те, кто был рад позлорадствовать над неудачей товарища. Ильха, например. Кимчи почти было смирился, пробивая взглядом твердую почву под ногами, да только ход замыкал тот самый Квон, то и дело подгоняющий и без того несчастного одноклассника. Постоянно тыча дулом винтовки в незащищенный затылок, он посмеивался, указывая на держащихся за ручку Нару и Сучхоля, нашептывая что-то неразборчивое за спиной. И Кимчи бы разозлился ещё пуще и послал всех их, гордо шествуя впереди, да только неясные толчки и неуместные высказывания прямо под ухом почему-то не мешали, лишь отвлекали от ненужных размышлений, а потому Чиель молчал, изредка кивая головой на очередную глупость, потехи ради сказанную Ильха, стараясь лишний не поднимать головы и не глядеть перед собой. Они почти было дошли, но тут Хирак вдруг, совершенно внезапно, впрочем как он и любит, устал. Потирая ногу, он медленно осел прямо на землю, начиная скулить как дворовый пес. Рана давала о себе знать: еще несколько дней назад на очередном задании он повредил ногу, а после не мог какое-то время передвигаться, так что теперь произошедшее сказывалось даже на его огромной выносливости. Сколько бы его не уговаривали, он категорически отказывался идти дальше, хотя до конечной точки оставалось не так и много, по подсчётам Чансу, скоординирующего чёткий план передвижения. Какие-либо уговоры, увы, шли безуспешно. — Хирак, не будь ребенком, вставай! — благородный рыцарь Сучхоль, черт бы его побрал, тщетно пытался поднять уставшего друга на ноги, вцепившись руками в плечо, — ну же, всего ничего! Оглушительный крик раздался по округе. Кимчи встревоженно вскинул голову. Пожалуй, Сучхоль напортачил, потому что спустя секунду, висевшая на плече винтовка, благополучно приземлилась точно на больную ногу пострадавшего. Медленно опустив взгляд в низ, солдат застыл. — Айщ… Тупой ты идиот, что ты делаешь вообще?! Ах, больно, как мне больно! — вцепившись чуть выше места удара кричал Хирак. Ему было действительно больно, и некогда притворная гримаса боли и ругань сошли на нет, ведь Сучхоль попал точно по израненному месту. Стоило видеть лицо этого недогероя, в душе Чиель ликовал, наблюдая за тем, как Нара первая выходит из строя, спеша на выручку. Сам же он остался на месте, пока вокруг парочки не собрались все, поглядеть забавную сцену ругательств и извинений. — Не нужны мне твои извинения, отвали! Даже Ильха, доселе лишь со скучавшим видом наблюдавший со стороны, присоединился к остальным, распихивая толпу и пробираясь к лучшему другу. — Ты как? — он обеспокоено присел напротив, осматривая место ушиба, то и дело снизу вверх поглядывая на «обидчика». Удар пришелся чуть ниже колена и заместо едва зажившей раны, появилась новая. — Ну, что скажешь, Сучхоль? — Ильха поднялся, вытирая запачканные в земле руки о маскировочные штаны, — Сам потащишь его? Лицо не выражало ровным счетом ничего враждебного, однако Ильха был настроен серьезно, а потому ещё больше пугал. Кимчи видел его таким и раньше, когда ему приходилось сталкиваться с Квоном во время очередных ссор. Он всегда выглядел дико и пугающе, но смотрел… Смотрел всегда также, как сейчас смотрит на Сучхоля.Снисходительно, потому и Кимчи никогда не боялся его, а угрозы и нападки не воспринимал до конца всерьёз. Потому что Ильха смотрел так. В его взгляде читалось беспокойство и любовь. Да, он любил их всех, даже Кимчи, Ёнсу и прочих недотёп. И тогда, когда классу 3 — 2 суждено было разделиться, Кимчи с остальными пропали а после нашлись, чуть было не погибшие и уставшие, с раненной Соён на руках, Чиёль, наконец, смог увидеть как действительно относился к нему Ильха всё это время. «Я рад, что ты жив» — и улыбка уставшая, но счастливая. И после они уже никогда не расставались, Ильха бы не позволил. Они полюбились ему, и он не мог долго злиться. Они его семья. Сейчас, Чиель снова понимал как же сильно был прав, примечая ту решительность и защиту. Ильха всегда защищает своих, и стоит кому посягнуть на его «семью», тому не поздоровится. — Конечно, — Сучхоль выглядел невозмутимо, пусть и признавал свою вину, — я готов помочь. — Ага, и как ты это сделаешь, идиот? — снова раздался громкий возглас Хирака. Он, кое-как приподнявшись и оперевшись на плечо Боры, корчил недовольное лицо, пока Тэман натягивал ему на лицо шапку. –… Да отстань, Тэман, блин! — Так никто не увидит твою кислую мину. — высокий, он ловко отскочил в сторону, уклоняясь от удара. — Ах ты… Ай! Холодало, подул сильный ветер, и Хирак, кое-как добравшись до друга, покачнувшись, упал точно на спину Ильха, обнимая того сзади. Пошел мелкий дождь, каплями оседая на розовые от холода лица. Постепенно напряжение сошло, они не могли долго друг на друга злится. Все посмеялись с очередной сцены, и только после слабых восклицаний пострадавшего, решили выдвигаться. Сучхоль, уже прощенный, снова встал во главе строя, предварительно водрузив на плечо вещи Хирака, выстраивал всех по порядку. Вечно ему всё прощают. Вот Ильха снова о чем-то с ним переговаривается, уже улыбаясь очередной несмешной шутке, приобнимая радостную Соён за плечи. Кивок головы в сторону и он переводит взгляд на Кимчи, задумываясь. Засуетились девушки, поднимаясь с земли и поднимая тяжелые вещи, снова занимая своё место в строю. Чиёль, выдернутый из своих мыслей сильным толчком в плечо, встрепенулся, хватая в руки тяжелую железную ручку тележки. — Эй, Кимчи! — он поднял голову, удивлено смотря на подошедших лучших друзей. — М? — Подвезешь же нашу раненную принцессу? — с усмешкой задал вопрос Ильха, придерживая смеющегося Хирака под плечо. — А то, боюсь, сам не донесу. Он смотрит прямо, чуть ли не в душу заглядывая. Пугает. Кимчи зависает, отвечая на странные гляделки. У Ильха глаза черные, вездесущие, одним своим взглядом он показывает собственное превосходство — таким как он не нужны слова или действия, лишь взгляд, прожигающий дыру. Последнее время он часто смотрит так, пусть Чиель этого и не замечает, как и случайных к нему прикосновений, неожиданно становившихся почти регулярными. Он смотрит насмешливо, облизывает пересохшие губы и подмигивает, а Кимчи снова приходит в себя, отводя пугливый взгляд. — Да, конечно! — он отходит, помогая высокому и так хорошо слаженному Квон Ильха водрузить тяжёлого одноклассника. Хирак тяжело падает на дно тележки, мыча что-то нечленораздельное, пока друг почти нежно укрывает его каким-то грязным одеялом, найденным в горе лежащих под парнем вещей, любезно похлопывая по голове. — Отдыхай, страдалец, — утешающая улыбка и легкий кивок. — скоро станет легче. Кимчи смотрит на него долго, моргая, пытается понять, Ильха ловит его взгляд, хлопая по плечу. — Давай, Кимчи, работай. Стоит названному окинуть встревоженным взглядом разложившегося на груде вещей Хирака, он обреченно выдыхает, обходя тележку и взяв в руки широкую железную ручку. — Всё, можем идти? — громкий голос Чансу звучит будто из далека, Кимчи выдыхает снова, опираясь животом о тяжёлое железо. Звуки исчезают, стоит чужой холодной руке коснуться его запястья, отодвигая. — Подвинься, я помогу. Аккуратно, чтобы не ударить о железо, отодвигает парня в сторону, вставая рядом. Кимчи, сглатывая, поднимает голову, удивленно заглядывая в глаза напротив, рука на его запястье почему-то обжигает, пусть на улице и зима. Ильха снова нежно улыбается, поглаживая кончиками пальцев покрасневшие костяшки. — Плохо себя чувствуешь? — наклоняется, всматриваясь в бледное лицо напротив, — я помогу. — Повторяет. Он острожно убирает руку, устраиваясь удобнее, берёт один из концов тележки, сгибая в локтях руки. Смотрит прямо, игнорируя направленный на него взгляд Чиеля. — Можно. — выкрикивает, толкая. Почему же так жарко зимой, на мёртвой улице?