единый танец, единая мелодия

— иногда мне кажется, что я начал ненавидеть тебя сильнее. федор глотал ртом воздух, пытаясь отдышаться после в танца в непозволительно быстром темпе — дазай снова решил повеселиться и сыграл мелодию на несколько счетов быстрее. паскуда. — видел бы ты себя сейчас, — осаму заливался хохотом, смотря на красного и вспотевшего достоевского, — а я считаю, это — довольно полезная практика для такого дохлика вроде тебя. — пошел нахуй. достоевский сел на пол, опираясь спиной на зеркало и жадно пил воду. несмотря на многолетние занятия балетом выносливости у него больше не стало, поэтому любое ускорение ритма выбивало из него все живое. хотя, возможно, просто курить меньше надо. — еще разок? — о, как же федор ненавидит эту ухмылку. — я сейчас твою голову об этот рояль разобью. — какой злой. пошли курить. — погнали. младшие коллеги федора по балету слушали весь диалог из-за двери, удивляясь, как они могу позволить себе так разговаривать друг с другом. достоевский — профессиональный балерун, участвующий в известных по всей стране чемпионатах и получающий первые места, многие мечтаю получить от него хотя бы получасовой мастер-класс. дазай — известный пианист, покоряющий сердца как своей внешностью, так и мелодиями, которые он создает, тысячи балерунов и балерин надеются, что хотя бы раз в жизни смогут выступить под композицию, созданную им и специально для них. но возможность танцевать под музыку осаму выдалась только федору, а возможность создавать музыку для него выдалась только дазаю. и сейчас они матерят друг друга в танцевальном зале. легендарный дуэт. привычка курить вместе у них появилась после знакомства в кофейне, где подрабатывал федор. в начале достоевский правда был готов убить этого назойливого и вечно флиртующего парня, а сейчас работает вместе с ним и покоряет публику. хотя убить он его и сейчас хочет. — еще раз так сделаешь, и я правда разобью твою голову о рояль. — силенок не хватит. — я тебя ненавижу. — ты меня любишь. — приходится. курить вместе приятно, но намного приятнее работать друг с другом. а еще приятнее знать, что вы единственные, кто вообще может себе это позволить. как бы достоевский не ненавидел выходки дазая во время репетиций, он не может отрицать его талант. то, какую музыку он создает для публики и для федора лично, восхищает. его мелодии подобны картинам известных художников, на которые достаточно коротко взглянуть, чтобы ощутить весь спектр эмоций, которые вкладывал автор. дазай вкладывает в свои произведения всего себя, каждая нота прямо касается его души и отражается в итоговой композиции. услада для ушей, не иначе. осаму живет музыкой, осаму живет публикой, которая впитывает его творения. еще осаму живет федором — единственным человеком, который может передать всё скрытое в мелодии движениями. всегда аристократичен, изящен и свободен. на достоевского невозможно не смотреть: он всегда будет ловить на себе восхищенные взгляды публики, когда выступает с очередным номером. номером, как всегда отличным от остальных. великий композитор и великий балерун — никто и представить не мог, что когда-то такой симбиоз произойдёт не только в дораме. сложно отрицать то, насколько дазай и достоевский подходят друг другу. и как коллеги, и как пара. — какой-то ты тихий, — фёдор не привык поворачивать голову во время разговора, поэтому лишь одними глазами следит за заметно затихшим дазаем. — думаю. — ого, ты умеешь. и о чем думаешь? — о музыке. о тебе. — как романтично. осаму особенно любит создавать музыку, когда она касается федора. когда своей музыкой он может показать тот взрыв чувств, которые фёдор у него вызывает. и дазай прекрасно знает, что достоевский сразу улавливает все эмоции, которые он хочет передать. улавливает, понимает, а после создает танец-ответ; танец-взаимность. фёдор танцует с малых лет, но никогда танцы не приносили ему такое же удовольствие, как сейчас. возможно, дело в известности и профессионализме, но скорее дело в его личном пианисте. передавать свои чувства через творчество — их общая привычка. и пока зрители наслаждаются красивой музыкой и захватывающей картиной, они обмениваются любовью. — пошли, нам еще репетировать. — напомню, еще раз ты выкинешь что-то подобное, останешься и без головы, и без рояля. — конечно-конечно. они улыбаются. дазай знает, что федор ничего с ним не сделает, ведь тот живет его музыкой не меньше, чем он сам. федор знает, что дазай не решит снова повеселиться и сорвать репетицию — уйдёт в музыку и будет краем глаза наблюдать за достоевским, танцующим специально для него. удивительный пазл двух душ и двух искусств. они принадлежат только друг другу, и все об этом знают. без музыки дазая танцы федора были бы не такими чувственными; без танцев федора музыка дазая была бы не такой значимой. они едины и не имеют право на существование без друг друга.