I don’t like skinship

До совершеннолетия Хенджин был открытым и тактильным ребенком. Но все мы взрослеем, все мы меняемся — этими словами успокаивал себя Феликс. Ли всегда любил скиншип и была бы его воля, он бы всю планету обнял. Многие говорили, что не встречали человека добрее и теплее, называя его «солнышко». Раньше Хенджин никогда не отказывал Феликсу в объятиях, а зачастую даже первый начинал лезть. Сейчас все изменилось, Хван стал больше времени проводить один в своей комнате и избегать любого взаимодействия. Возможно, Ли слишком сильно себя накручивал и видел проблему там, где ее не было, но ему действительно не хватало Хенджина. Он скучал. В голове постоянно крутились вопросы: «Возможно, я сделал что-то не так?», «Может, я его чем-то обидел?». Но Хван продолжал мило беседовать с Феликсом, не выказывая раздражения или обиды. Со временем Ли смирился, особенно, когда и другие мемберы стали упоминать в разговоре, что Хенджин не любит скиншип. Пришлось научиться держать себя в руках и свести физические контакты до минимума. Чем меньше Феликс касался, тем больше он смотрел, стараясь впитать все образы и моменты, когда не мог прикоснуться. Скользил по телу, проводил по бедрам, обнимал за плечи, держался за руки, но исключительно взглядом. Он постоянно твердил себе, что не надо быть жадным, надо довольствоваться тем, что есть, ведь у них прекрасная дружба, и не стоит ее портить и рушить. Но ему все равно не хватало тех долгих объятий, сколько бы он ни пытался себя убеждать. Существует несколько языков любви, и для Феликса главным выражением любви однозначно были прикосновения. Когда он осознал и принял свои чувства к Хенджину, то желание физического контакта достигло своего пика и стало необходимо как воздух. Все внутри замирало, когда Хван обнимал его со спины, а когда они переплетали пальцы на репетициях, то Феликс был готов визжать и пищать от счастья. Было так приятно ощущать вес тела в моменты, когда Хенджин ложился к нему на плечо или просто облокачивался в дороге. Теперь не осталось практически ничего и Ли мог только с грустью вспоминать старые моменты, просматривая видео с фанкамов. Они все также гуляли вместе, общались на важные и глубокие темы, но даже, когда Феликс приходил к Хвану ночью посмотреть фильм, то тот ложился спать на диван. Хенджин определенно изменился, но Ли любил его полностью и без остатка, поэтому принимал любые перемены в чертах возлюбленного друга и был рядом. Они ведь все равно остались близки, пусть даже, если не физически, то ментально. ֎ ֎ ֎ — Начинается время танпхуна, не хочешь сходить погулять? — предложил Хенджин, отрываясь от экрана телефона. — Хочу, куда пойдем? — тут же обрадовался Феликс. — Я со школьных времен не был в национальном парке гор Сораксан, думаю, там будет красиво, особенно сейчас. — Хван что-то отметил в карте на телефоне. — Хорошо, заедешь за мной завтра? — спросил Ли, на что Хенджин кивнул. Феликс долго думал, что надеть и остановил свой выбор на удобных черных джинсах, мягком кардигане, а сверху накинул кожанку. Довольный своим видом он несколько раз покрутился перед зеркалом, оценивая себя со всех сторон, и в качестве последнего штриха смазал губы вишневым блеском. Буквально через пару минут зазвонил телефон, оповещая хозяина о том, что Хван пришел и ждет внизу. Выйдя на улицу, Ли невольно застыл, засмотревшись. Хенджин был как всегда безупречен. Если бы они сейчас снимались в клипе или дораме, то на этом моменте включилось бы слоумо, а мелодия сменилась на что-нибудь романтическое. На Хване было светлое пальто, волосы аккуратно уложены, хотя вредный ветер то и дело пытался их растрепать. Услышав Феликса, Хенджин развернулся, встречая его с улыбкой. В руках он держал два стаканчика с кофе, один из которых тут же протянул Ли. — Выбрал самый сладкий, — мягко улыбнулся Хван. — Привет, спасибо, — Феликс спрятал смущение, отпивая напиток. Хенджин постоянно был таким: добрым, заботливым, внимательным. В него просто невозможно было не влюбиться. Каждый раз, когда Феликс говорил себе перестать на что-то надеяться и пытался отдалиться, то Хван аккуратно заходил в его жизнь, сообщая, что его брауни был самым вкусным на свете или, что в новом образе тот похож на фею и невероятно очарователен. После подобных слов сердце начинало предательски стучать, а по лицу расползалась глупая улыбка. Ли был не властен над своими чувствами. Невозможно заставить себя разлюбить, когда объект твоей любви — Хван Хенджин. А тот все время был рядом, но в тоже время всегда держался на расстоянии. Поначалу это бесило, но потом Феликс привык и смирился, не пытаясь переступить невидимую черту. Они выбрали маршрут через водопады и пошли к ним, наслаждаясь красивыми видами природы. Деревья пестрили разнообразными цветами: зеленые, красные, желтые, оранжевые листья падали на землю из-за порывов ветра. Солнце спряталось за тучи и, только редкие лучи смогли пробиться, озаряя кроны деревьев. По пути им встретился храм тысячи Будд, статуи которого впечатляли своими размерами и тем, что отличаются не только размерами, но и внешне. Осмотрев интересное сооружение и сделав парочку фотографий, Феликс и Хенджин двинулись дальше, наслаждаясь прогулкой и компанией друг друга. Они прошли к водопаду по тропинке через бамбуковый лес, и их взору предстало поистине захватывающее зрелище. Падающая вода шумного и величественного водопада Пирен выглядела как дракон, взлетающий к небу, поэтому его и прозвали «Летящий дракон». Все это время они не переставая обсуждали различные новости, новые фильмы, музыку и просто делились мыслями. — Знаешь, порой я совсем не чувствую жизни, она словно просачивается сквозь пальцы где-то между работой, выступлениями, расписанием и домом, — признался Феликс, не в силах оторвать взгляд от бушующего потока воды. — Но, когда я вижу что-то настолько потрясающее, то сразу же оживаю, обретая счастье. — Было время, когда я изо всех сил старался обрести счастье, но процесс обретения не приносил мне самого счастья, — Хенджин улыбнулся, глядя на восторженного Феликса. — А теперь я просто надеюсь, что счастье все равно есть и будет, как это суждено, что не надо специально искать, ведь твое счастье придет к тебе само. — Совершенно с вами не согласен, мистер Хван Хенджин, — Феликс сделал наигранно серьезный тон. — То есть, если ты влюбишься, то не будешь предпринимать никаких действий, а просто будешь ждать и надеяться, что каким-то чудом чувства окажутся взаимны? — Сложно сказать. Думаю, что любовь - это, когда ты ничего особенного не желаешь и не ждешь. Если это действительно любовь, то можно быть довольным просто самим человеком рядом и общением с ним. А если у вас постоянно есть какие-то ожидания и требования к партнеру, то это будет тяжело и эгоистично. — Хенджин всегда глубоко подходил к любому вопросу. — Но, к сожалению, думаю, я из тех, кто наоборот многого желает, — уже тише добавил он. За прогулкой и разговорами они не заметили, как погода резко ухудшилась, ветер стал в разы сильнее и начал пробирать до костей. Дождь постепенно набирал силу и начальные покрапывания сменились крупными и частыми каплями. Опомнились они, когда осадки градом лились на землю, а ветер практически сносил с ног. Их одежда явно не располагала к подобной погоде, поэтому надо было срочно найти место для укрытия. — Мы слишком далеко от выхода, чтобы успеть вернуться, — прокричал Хенджин сквозь порывы ветра. — На том указателе написано, что слева будет пещера Гымгангуль. Укроемся пока в ней, — Феликс схватил Хвана за руку и быстро потащил в нужном направлении. Буквально за пару минут они преодолели необходимое расстояние и забежали под каменный свод, отряхиваясь от дождя. — Ох, зря я пропускал день ног с тренером, — еле отдышавшись, сказал Хенджин. Ли осмотрелся, про себя отмечая, что, видимо, до главного входа в пещеру они все-таки не успели добежать, так как данное место было шириной и длиной всего несколько метров и не имело другие входы и выходы. — Для временного укрытия сойдет, — заключил Феликс. — Боже, а что, если нынче сезон дождей продлится дольше, и теперь нам придется как-то выживать в этой пещере ближайшую неделю?! А если уровень воды настолько поднимется, что нас затопит? Что нам делать? — Хенджин не находил себе места, то и дело хватаясь за голову. Феликс на это лишь усмехнулся. Он находил драматичность Хенджина весьма очаровательной чертой, поэтому не стал прерывать его причитаний. Ли снял с себя кожанку, стряхнув с нее капли и постелил на землю около каменной стены. Подойдя ближе к Хвану, Феликс положил ладонь на его плечо и немного надавил, чтобы тот наконец-то сел и успокоился. — Не переживай, настолько сильный ливень продлится не дольше часа, а затем по прогнозам будет обычная пасмурная погода, так что мы немного переждем здесь, а потом пойдем домой, — мягко проговорил Ли, сидя напротив Хенджина на корточках. — Такое ощущение, что это не просто сильный дождь, а какое-то пребывание под водой, — шумно выдохнул Хван, восстанавливая дыхание. — И спасибо, твоя уверенность успокаивает, — он медленно приходил в себя, видимо, накатившая паника постепенно отступала. — Единственное… — Феликс запнулся. — Я промок, да и на улице довольно-таки прохладно, а нам все равно придется здесь сидеть, — он намекал, как мог, но, кажется, Хенджин совершенно не понимал, к чему тот клонил. — Ты хочешь развести костер? — искреннее удивился Хенджин. — У нас нет сухих дров и зажигалки. Да и я вообще-то не об этом, — Феликс поборол в себе желание ударить ладонью по лбу. — Ты не против, если я сяду к тебе? Просто рядом будет теплее, — он мягко посмотрел на Хвана. Хенджин уже намеревался подвинуться, освобождая место рядом, как Ли быстро уместился у него между ног и устроился удобнее, не встретив сопротивления. Феликс сжался от холода и немного отклонился, ощущая лопатками вздымающуюся грудь. Они не обнимались так уже целую вечность, поэтому теперь Ли сполна наслаждался прикосновениями. Хван тут же обвил руками его талию, накрывая своим пальто. Феликс чувствовал, как постепенно тело переставало дрожать от холода, и как тепло Хенджина согревало. Он ощущал себя самым счастливым на свете, переплетая пальцы с пальцами. Было настолько комфортно и уютно, будто он находился дома, укутавшись в плед, а не в промозглой пещере посреди парка. — Извини меня, — вдруг прошептал Феликс, откидывая голову на грудь Хвану. — За что? — Хенджин даже немного приподнял корпус от стены. — За то, что тебе приходится обниматься, ты же этого не любишь. Особенно со мной… Шум дождя успокаивал, он был таким медитативным и усыпляющим, что каждая клеточка тела невольно расслаблялась. В детстве Ли частенько засыпал дома у дедушки под стук капель, вот и сейчас понемногу начинало клонить в сон под воспоминания о лете и доме. Феликс наблюдал за водой, которая стекала с такой силой, что образовывала стену и сложно было разглядеть, происходящее за ней. Он задумался, насколько же они здесь задержатся и успеют ли на последний автобус, как вдруг его размышления прервал Хенджин: — На самом деле, — он остановился на полу-слове. Ли уже успел подзабыть, о чем они говорили до этого, так как посчитал, что тот диалог достиг своего логического завершения. Но теперь он макушкой чувствовал, как Хван отчаянно старался подобрать слова. Феликс решил его не прерывать, боясь спугнуть. Было понятно, что тот на что-то решался и искал в себе силы и уверенность. Теплое дыхание Хенджина на шее вызывало табун мурашек, поэтому Ли сильнее сжал ладони в руках, молча поддерживая. — Все дело в этом, — снова оборвал себя Хван. Он крепче обхватил талию Феликса и притянул к себе максимально близко. В первую секунду Ли не осознал произошедшее, но затем начал ощущать, как что-то упирается в его задницу. Как ни странно это не пугало, а даже наоборот вызывало интерес. — И нет, это не телефон и никто мне не разменивал 1000 вон монетами, — тихо прошептал Хван. Хенджин положил голову на плечо Феликсу, прячась в нем от смущения. Ли не видел, но понимал, насколько ему было неловко в данной ситуации. Хван стеснялся говорить на подобные темы и даже избегал просмотра дорам с рейтингом 19+, поэтому происходящее сейчас наверняка заставляло его краснеть. — Нет, это не из-за отсутствия близости, и не из-за того что я похотливый извращенец, хотя… — Хенджин встряхнул головой, стараясь говорить ровно. — Раньше мне нравилось обниматься с тобой, прикасаться к тебе, гладить тебя. Мне и сейчас нравится, просто… — он ненадолго замолчал, нервно теребя кардиган Феликса. — Просто потом все стало ощущаться по-другому. Когда я понял, что ты мне нравишься в романтическом плане, то мне стало не хватать дружеских рукопожатий, мне хотелось все чаще и дольше прикасаться к тебе. Те ничтожные секундные объятия только распаляли меня, по итогу оставляя ни с чем. Со временем все становилось хуже. Мне хотелось целовать тебя, каждый раз, когда ты наносил тинт на свои прелестные губы. Когда ты их кусал или облизывал, хотелось прикоснуться к каждому доступному участку кожи. В общем, да, я стал слишком жадным… — он снова замолчал, переводя дыхание. — Из-за этого любое твое прикосновение постоянно активизировало поток фантазий и вызывало возбуждение, поэтому я решил минимизировать физический контакт, чтобы не нарушить нашу дружбу. — Я рад, — по лицу Феликса расползалась улыбка. — О, я не о твоем состоянии. Просто я думал, что сделал что-то не так и как-то оттолкнул тебя или обидел, так что реальная причина мне нравится намного больше… Тем более, что наши желания совпадают… В этот момент Феликс перестал ощущать дыхание Хенджина на плече и почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Ли не переставая перебирал кольца на руке Хвана, ожидая от того дальнейших действий. Хенджин осторожно зарылся носом в волосы Феликса и начал прерывисто вдыхать аромат шампуня. Как же все-таки приятно узнать правду и самому открыться, надеясь, что больше не придется избегать прикосновений. — Можно я кое-что сделаю? — прошептал на ухо Хенджин. — Можешь делать все, что захочешь. — Феликс прикрыл глаза. Хенджин провел кончиком носа по линии шеи, вдыхая древесный аромат духов, хотелось насладиться моментом, поэтому он не торопился. Размеренными движениями Хван перешел на плечо и осторожно поцеловал оголенный участок кожи, отодвигая вырез кардигана. Он прикоснулся губами к яремной вене и начал посасывать ее, оставляя красноватые метки. Ли плавился от его прикосновений и как кот ластился для новых. Хенджин был готов подарить этому солнышку весь мир, а для Феликса он и являлся миром. Хван так долго ждал возможности его поцеловать, что сейчас было сложно себя контролировать и хоть в чем-то сдерживать. Он прикусил кожу на загривке, немного оттягивая ее зубами и посасывая. Руками пролез под кофту и выводил непонятные узоры по телу, очерчивая линии пресса и нежно оглаживая слегка выступающие ребра. Ограничивать себя не было ни сил, ни желания, поэтому он сильнее сжал талию Ли, оставляя новый засос уже на плече. Феликс развернулся насколько это позволяло их положение и притянул Хенджина к себе для поцелуя. Наконец-то он смог прикоснуться к столь желанным губам, почувствовать их мягкость, провести языком по нижней губе и немного прикусить ее. Ли столько времени грезил о поцелуе, что сейчас всего было мало, желание буквально прожигало его насквозь. Феликс приоткрыл рот и почувствовал, как их языки переплелись в каком-то невероятном порыве. Все происходящее было одним сплошным безумием, но сильная тяга к прикосновениям Хенджина выбивала все мысли из головы. Феликс попытался развернуться, так как хотелось сидеть лицом к лицу с Хенджином, чтобы наблюдать за его эмоциями, любоваться проступившим румянцем на щеках, аккуратно заправлять мешающиеся пряди за ухо, но его прервали: — Кажется, дождь утих. Нам надо успеть добраться до дома, — пытаясь отдышаться, произнес Хван. С милым, конечно, рай и в шалаше, и в пещере, но дома все-таки поуютнее будет. Поэтому Феликс недолго думая, согласился на предложение Хенджина. Дождь все еще накрапывал, поэтому они выбежали из своего укрытия и направились в сторону остановки. Феликс звонко смеялся, пока Хенджин пытался его догнать, отчаянно причитая о том, что сейчас выплюнет свои легкие. Приближаясь к выходу из парка, Ли взял его за руку, придавая сил и мотивации дойти к назначенной цели. К счастью, автобус пришел быстро и долго мерзнуть на остановке не пришлось. Они пробрались в самый конец автобуса и заняли местечки в углу. — Сначала я проклинал дождь, думая, что он испортил свидание, и нам придется возвращаться домой раньше. А теперь я безумно рад дождю, ведь благодаря нему я смог признаться, — сказал Хенджин, переплетая их пальцы. — Так это было свидание? — Феликс приподнял голову, смотря на Хвана. — Конечно! Ли решил не уточнять, каким образом он должен был об этом догадаться, а просто улыбаясь, положил голову на плечо Хенджина и прикрыл глаза, слыша уже через пелену мыслей: — Поехали ко мне? Феликс на это лишь согласно угукнул и провалился в сон до самого Сеула. Хенджин осторожно разбудил Феликса, когда они подъезжали к остановке. Ли почувствовал теплую ладонь, которая нежно поглаживала щеку, а затем начал различать голос Хвана сквозь пелену сна. Он открыл глаза и начал оглядываться, сонно потирая глаза, а когда понял, что они уже подъехали к дому, то радостно выскочил из автобуса. Уже изученной дорогой Феликс прошагал к общежитию, будто именно он вел к себе в гости, а не наоборот. — Тебе надо принять горячий душ, чтобы не заболеть, — сказал Хван, как только они переступили порог квартиры. Феликс всегда был рад погреться в душе, поэтому, забрав у Хенджина махровый халат и полотенце, скрылся в ванной. Он настолько часто оставался здесь в гостях, что ему были выделены пара полок в шкафу и в тумбе, где расположились его вещи и необходимые принадлежности. Однако Ли все равно предпочитал таскать одежду у Хвана, так как она была его и пахла им. Некоторое время Феликс просто стоял, наслаждаясь теплыми струйками воды, которые отогревали его замерзшие руки и ноги. Постепенно усталость отходила на второй план и вместе с этим в голову вновь лезли мысли о долгожданном поцелуе. На полке он заметил знакомый гель для душа и тут же воспользовался им, распространяя по ванной приятный аромат. Ли неспешно водил по телу руками, наслаждаясь запахом геля и думая о произошедшем в парке. Интересно, насколько далеко Хенджин был готов зайти… И был ли готов… В любом случае, Феликс может помочь решиться сегодня ночью, да и подготовить себя было не лишним. Он начал аккуратно толкаться пальцами внутрь, растягивая себя для проникновения. Поначалу Феликс испытывал дискомфорт, но затем, когда привык и расслабился, процесс подготовки стал проходить намного легче. Сильно растянуть себя не получалось, поэтому Ли сделал только самые необходимые манипуляции, полностью омылся и вышел из душа. В этот момент Хван как раз шел его проверять, так как тот пропал в ванной на добрых полчаса. Благо в отличие от Феликса Хенджин долго в душе не задержался, а то бы Ли умер от нетерпения, поэтому через несколько минут он уже был полностью готов и сушил влажные волосы. Выйдя в одном полотенце на бедрах, Хван тут же двинулся в сторону Ли, заранее раздевая его взглядом. В одно мгновение Хенджин повалил Феликса на кровать, нависая сверху. — Ты пахнешь мной, — прошептал Хенджин, распахивая халат и ведя носом по коже в районе ключиц. — Конечно, я же мылся твоим гелем для душа, — Феликс попытался придать голосу невозмутимость. — Мне нравится, — Хенджин облизнулся, приходясь губами по шее. — Мне купить такой же? — Лучше будем мыться вместе. — Читал, что экономия воды, помогает природе… — закончить Феликс не смог, так как его утянули в поцелуй. Хенджин целовал страстно и ненасытно, переплетая языки и толкаясь настолько глубоко в рот, что приходилось прерываться, чтобы вдохнуть кислород. Он переходил к шее, с обожанием зацеловывая каждый сантиметр и самозабвенно наблюдая за реакцией. Хван умело чередовал нежные поцелуи, слегка касаясь губами, и пылкие укусы, оставляя следы на молочной коже. Феликс не мог отвести взгляд, рассматривая красивое подтянутое тело. Косые линии пресса уходили за линию полотенца, которое сильно мешалось, так что Ли потянулся к нему и убрал явно лишнюю в данный момент вещь. Хван был невероятно прекрасно сложен, будто самый умелый скульптор постарался над своим лучшим творением. Сложно было поверить, что такой человек существовал, не то, что этот человек сейчас целовал его грудь. Хенджин игрался с сосками, прикусывая и оттягивая их зубами. Феликс не смог сдержать стон, на что Хван улыбнулся, помечая эрогенную зону возлюбленного новым засосом. Он спускался все ниже, вожделенно вылизывая кубики пресса и переходя на тазобедренные косточки. После чего приподнялся, забрасывая ногу Феликса себе на плечо. Сквозь подрагивающие ресницы Ли ловил на себе взгляд потемневших глаз полных страсти и обожания. Хенджин целовал бедра Феликса, а отрываясь нашептывал комплименты. Он был словно демон искуситель, готовый завлечь в свои сети пленительными речами и чарующими движениями. То, что началось с безумного порыва, постепенно становилось тягучим вожделением. Хван обхватил ногу Ли и прошелся языком по ступне, вызывая у Феликса тихий смешок, после чего резко приблизился и впился в губы, оставляя ногу в районе плеча. — Люблю твою растяжку, — обрывисто выдохнул в губы Хенджин. — О, поверь мне, тебе и другая моя растяжка понравится, — игриво улыбнулся Ли. Кажется после этих слов уровень влечения достиг своего апогея, и Хван вновь жадно впился в губы. Он вдавливал Ли в кровать, вылизывая рот и, напоследок укусив нижнюю губу, отстранился. Хенджин отошел, ненадолго оставляя Феликса, чтобы достать из тумбочки смазку, и затем удобнее устроился между разведенных ног. Тут же животная страсть сменилась лаской и заботой, словно кто-то переключил рубильник. Хван выдавил смазку, распределяя ее по пальцам и начал осторожно вводить. Первый палец действительно вошел без сопротивления, но, когда он добавил второй, то Ли сжался и тихонько ойкнул. Хенджин принялся зацеловывать Феликса, отвлекая от растяжки, пока стенки не начали поддаваться. В такой момент ему как никогда был важен комфорт любимого. Он разводил пальцы, насколько это было возможно, после чего менял угол проникновения и вновь толкался. Феликс постепенно расслаблялся, позволяя уже трем пальцам входить в него на всю длину. Хенджин немного подогнул пальцы, после чего услышал полноценный стон и мольбы о том, чтобы действие повторили. Хван снова и снова касался заветной точки, пока Ли выгибался в пояснице и извивался в его руках, срывая голос. Феликс был бесподобен, Хенджин был готов поклясться, что все музеи мира заблуждаются, выставляя свои экспонаты, ведь самое прекрасное произведение искусства сейчас лежало у него на кровати и выстанывало его имя. Когда Феликс был уже достаточно растянут, то Хенджин вынул пальцы и открыл смазку, обильно смазывая член. Он приставил головку ко входу, нависая над ним и толкнулся на половину, следя за реакцией. После того, как Ли привык, Хван снова толкнулся, входя уже полностью. Он прислонился лбом ко лбу, концентрируясь на дыхании Феликса, чтобы сдержать себя и не сорваться на бешеный ритм, ведь так хотелось вытрахать из его мальчика всю душу и доставить ему невероятное наслаждение. Феликс сам подался вперед, вовлекая Хенджина в поцелуй и говоря ему, что тот может начинать двигаться. С каждым толчком Хван все сильнее и глубже входил, доводя Ли до звездочек под веками. Он кусал кадык, оттягивая кожу зубами, и зализывал ранки. Феликс ощущал невероятное единение тел, когда вы настолько близки, что делите одно дыхание на двоих. В углу глаз начали скапливаться слезы от переизбытка чувств, и, заметив это, Хенджин тут же их слизал и изменил угол проникновения. Хван был невероятным, шедевр на миллиарды вон. Его грудь часто вздымалась, а по всему телу стекали капельки пота. Феликс никогда не думал, что человек мог настолько красиво выглядеть, когда потел, но от Хенджина невозможно было оторвать взгляд. Длинные прядки прилипали ко лбу и шее, а на щеках красовался румянец. Ли ощущал, как с каждой секундой влюблялся все сильнее и, срывая голос, не переставал произносить имя любимого. Хван приподнял корпус, разворачивая Феликса на бок, и начал точно попадать по простате. Ли стонал, срывая голос и царапая спину Хенджину. Все тело отдавалось пульсацией и плавилось под напором. Завтра Ликс точно не сможет ходить… Но зачем вылезать из кровати, когда рядом такой мужчина? Хван положил руки на талию Феликсу и ускорил темп, оставляя на коже красные полосы от пальцев. Ли ощущал, как по всему телу растекалось удовольствие. Он потянулся к своему члену и начал водить по всей длине в такт толчкам. Было слишком приятно, слишком прекрасно, просто слишком. Не было сил оттягивать приближающийся оргазм, поэтому Феликс ускорил движения рукой и кончил, пачкая ладонь и покрывало. Хван продолжал входить в чувствительное тело, но толчки стали прерывистыми и хаотичными. Внутри Ли было настолько невероятно, что было трудно хоть с чем-то сравнить. Он так идеально сжимал член и ярко откликался на все действия, что Хенджин забывал, как дышать и моргать. Он старался запомнить каждый вздох Феликса, поймать каждый взгляд, отпечатать на подкорке сознания каждый стон, но глаза предательски прикрывались от накатившего наслаждения, а с губ слетало рычание. Хенджин действительно был жадным и, чем больше он получал, тем больше ему хотелось. Ли был невероятный и сочетал в себе солнечную доброту с дикой сексуальностью, и Хвана вело от этого контраста. Он вбивался в тело любимого еще несколько минут, после чего вышел, кончая в свою ладонь. — Теперь мне хочется касаться тебя постоянно, — чуть отдышавшись, сказал Хенджин. — Я не против, — улыбнулся Феликс. — Но на людях это будет проблематично, — драматично вздохнул Хенджин, вытирая сперму. — Может, ты привыкнешь и перестанешь из-за меня возбуждаться? — Как рядом с тобой можно перестать возбуждаться? Или ты давно в зеркало не смотрелся? Я даже в том, что земля круглая не настолько уверен, как в том, что не перестану тебя хотеть! — Хенджин экспрессивно выкинул салфетки, промахиваясь по ведерку для мусора. — Будешь моим парнем? — отсмеявшись, спросил Феликс. — Я уже, — прозвучало заветное. Они обнялись и вновь начали целоваться.