Часть 17
18 мая 2024 г., 23:26
Вот почти — двадцать пять.
Я лежу на осколках былого,
Собирая себя и лаская свою кровать.
Я как — сломанный винтик
— Безжизненная пустыня.
Не начертанный богом блистать
И покорно сиять.
Просто сломанный винтик,
Разбитый в своих ожиданьях.
Без треклятого места в стрелках бегущих часах.
Так и катиться к чертовой матери это старанье,
Заставляя безбожно молчать и истошно кричать.
Так и сломанный маленький, маленький человек.
Разучился казалось последнему — что умел.
Говорить и писать как положено — между страха.
Сочинять к слову то, что летит даже если не смел.
Те слова, что поют в не поющей совсем душе,
Придавая неведомой и не ломающей силы.
Почему то молчит… Все молчит говоря о себе.
И вдруг екнут слова: «А все это…» «А это всё ты ли?»
Для чего ты боролся? Поэт. Меланхолик и трус.
Ты теряешь последнее, что невозможно поди отнять.
И изъять невозможно — ты смог
Свою душу действительно — потерять…
Посмотри же. Коль страшно в глаза заглянуть.
Посмотри в свою душу. Там ты не увидишь себя.
Так ли страшно, коль ты никому совершенно не нужен,
И не греются люди у твоего огня?
— Ничего не осталось.
Ни веры, ни правды, ни счастья.
Нет надежды, любви и всех перечисленных лиц.
Ничего не осталось. И ты посмотри — не остался.
И так кажется…что здесь и вовсе никак не спастись.
Вот почти 25. Это намертво вбитые цифры.
Ни стихов о любви. Ни друзей, что с тобой заодно.
Прекратилось, что было. И может ли повториться?
Повториться не сможет. А превзойти — не жду.
