Двойная Реинкарнация: Необычное Перерождение Обычного Одиночки

Раздался звонок, со звуком которого урок подошел к концу. Тут же послышалось шуршание, скрежет ножек стульев по деревянному полу и шелест страниц. Я тоже начал убирать все свои вещи со стола в портфель. — Наконец-то учеба закончилась, — парень, сидящий на одну парту впереди меня, поднял руки вверх и потянулся. — Три месяца без домашнего задания — лучшее время года. — Нормальные люди называют его летом, если ты не знал, — съязвила его соседка по парте, накидывая сумочку на плечо. Она единственная в нашем классе использовала ее вместо рюкзака. Я встал, надевая портфель, и задвинул стул. Треть учеников и даже учитель уже покинули класс, хотя со звонка не прошло и полминуты. Никогда не понимал, как им удается настолько быстро все собирать. — Ты намекаешь, что я ненормальный? — спросил парень наигранно грустным голосом. Девушка отвернулась и начала уходить, и парень поспешно протиснулся между стульями и моей партой, догоняя ее. С самого начала средней школы они были парочкой, и увидеть одного из них без своего партнера было большой редкостью. Парень обвил девушку руками вокруг ее плеч, останавливая ее. — Хватит обижаться. Обещаю, завтра мы вместе пойдем в молл, купим тебе новую одежду, — с каждым словом он говорил все тише, его губы приближались к уху девушки. — На вечер, как ты и хотела, я подготовил билеты в кино, а потом… — в конце его слова превратились в шепот, так что я не мог услышать их. Однако было легко догадаться о том, что он сказал, по покрасневшим ушам одноклассницы. Я сжал зубы. Меня тянуло блевать от этой парочки. Мало того, что они вели себя так, словно вокруг них никого не было, так они еще и заблокировали проход, вынуждая меня дожидаться окончания их представления. Казалось, словно они умрут, если не будут устраивать подобные романтические драмы хотя бы раз в неделю. Девушка наконец-то вырвалась из рук парня и пошла вперед быстрыми шагами. Парень последовал за ней, его походка так и сочилась самодовольством. Видя его перед собой в школе каждый день, я не мог не думать о том, как сильно мы отличались. Не только тем, что у него, в отличие от меня, есть девушка. Его рубашка и брюки обтягивали рельефные мускулы, в то время как моя одежда удерживала толстый слой жира. У него было красивое лицо, дорогая прическа. Наверно, единственное, в чем мы были похожи — это наши оценки. И у меня, и у него они были одинаково хорошими. Не знаю, что перевешивало: моя зависть или ненависть к нему. Скорее всего, они находились на одном уровне. Проход освободился, так что я пошел вперед, смотря под ноги, чтобы случайно не встретиться с кем-нибудь взглядами. Пройдя между двумя рядами парт, я свернул направо, в сторону выхода из класса. До выхода оставалось несколько шагов, вскоре я должен был оказаться в коридоре, однако остановился прямо перед дверным проемом. Потому что в нем, уперев руки в бедра, стояла староста. Мне не пришлось поднимать голову, чтобы посмотреть ей в лицо, поскольку она была в два раза ниже меня ростом. — Стой! — крикнула она, несмотря на то, что я уже стоял. Шум вокруг стих. Я не мог этого видеть, но чувствовал, как все сейчас смотрели на нас. — Ты собираешься уйти и до следующего учебного года не связываться с нами, верно? — спросила она с широкой улыбкой. Мой мозг, казалось, отключился. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что мне нужно ответить на вопрос. — Ну, э-э-э, — начал я, но остановился, не зная, что сказать. Староста закивала головой. Лямки ее красного рюкзака контрастировали с ее белой блузкой. — Угу-угу. Вижу, что так и есть, — она подняла правую руку и указала своим пальцем на мой нос. — Сейчас мы всем классом пойдем в кафе. И ты обязан пойти с нами, несмотря ни на что. Многие из нас больше не встретятся, поэтому нам нужно собраться вместе как можно скорее, чтобы отпраздновать окончание средней школы. Меня приглашают в кафе? Староста, как и большинство моих одноклассников, раньше не разговаривала со мной. До этого мы даже не здоровались, а сейчас она обращалась ко мне напрямую. Моим первым порывом было отказаться. Все свободное время я проводил дома, и моя философия заключалась в том, что мир за экраном компьютера — это единственная стоящая вещь в жизни, а остальное — лишь то, что необходимо для ее поддержания. Но что это за чувство в моей груди? Почему-то, когда я смотрел на улыбку старосты, то чувствовал приятную легкость, которой никогда раньше не испытывал. Неужели это надежда? Надежда на то, что все еще есть кто-то, кто может принять меня. Я обдумывал, как лучше ответить, когда послышался звук приближающихся шагов. Новое незнакомое чувство сменилось тревогой. Кто-то из моих одноклассников остановился за мной. — Эй, староста, — сказал парень с низким голосом, — тебе не следует подходить к этому жирдяю. Это может быть опасно для тебя. Улыбка сошла с лица старосты. Теперь она смотрела на того, кто стоял правее меня. — Ты мне запрещаешь общаться с одноклассником? Я вообще-то староста, и это одна из моих обязанностей, — веселые нотки пропали из ее голоса. Парень хмыкнул. — Ты перевелась сюда в прошлом году, поэтому много не знаешь. От него лучше держаться подальше. Особенно если ты девочка. Я почувствовал, как во мне начинает закипать злость. Он сказал это с полной уверенностью, словно это был очевидный факт. Староста нахмурилась. — Что ты имеешь ввиду? — Это животное… Оно пыталось изнасиловать одноклассницу. Четыре года назад, после уроков. Можешь спросить об этом у любого. Все это подтвердят. Лицо старосты ничего не выражало. Она взглянула куда-то вглубь класса, после чего она перевела глаза обратно на меня. Это могло не быть очевидным, но я хороша знал такой взгляд. Староста смотрела на меня с отвращением. Я почувствовал, как мое лицо налилось кровью. Я думал, что меня уже не беспокоит мнение других. Что мне плевать, что обо мне думают одноклассники, пока они меня не трогают. Однако почему-то именно в этот момент я не хотел, чтобы меня опускали в чужих глазах. Я развернулся, мои губы задрожали. — Это ложь! — закричал я, — Тогда она подставила меня, и вы все ей поверили, даже без доказательств! Парень широко раскрыл глаза, они налились кровью от ярости. — Ложь, говоришь. Тварь, — зарычал он. — Из-за тебя ее оценки скатились до самого дна. Она бросила нашу школу. Перешла на домашнее обучение, в то время как ты, — он схватил меня за воротник, — продолжаешь жить так же, как и раньше, словно ничего не случилось. Гнев прошел также быстро, как и нахлынул. Страх остудил мой пыл. — Н-но это правда, — уверенность пропала из моего голоса. Он отпустил меня, отошел назад на один шаг назад. Затем он повернул туловищем, его кулак ударил меня в лицо. Староста пискнула. Я шагнул назад и уперся в стену. Положил руку на подбородок, куда пришелся удар. — Я все время терпел тебя, видя тебя каждый день в классе. Но больше я не буду сдерживаться. Ты сам виноват. Он занес ногу назад и ударил меня в колено. Я нагнулся, вспышка боли заставила меня застонать. Я смотрел на одноклассников, ища помощи. Никто не пытался прекратить это, не бежал искать учителей, чтобы они остановили его. Я видел, как все просто стояли и смотрели, без капли сочувствия. Парень схватил меня за шею и со всей своей силой толкнул вперед. Мои ноги заплелись, я потерял равновесие. Я вытянул руки, чтобы опереться на них при падении, но моя голова ударилась обо что-то, прежде чем я оказался на полу. Я почувствовал, как нечто влажное течет по моей щеке. В ушах зазвенело, зрение начала окутывать тьма. — Э-эй, ты в порядке? Чувствуя головокружение, я медленно повернул голову и увидел над собой парту. Ее угол был окрашен алым цветом. Все, что находилось дальше, стало размытым. Что-то начала трясти меня за плечо, все звуки сливались в один. Мое зрение постепенно погрузилось во тьму.