Вскрытые эмоции

В убежище раздался треск ломающихся костей. — Ну? — Страйкер с вызовом посмотрел на связанного пленника, тонкая нога которого безжалостно хрустнула в стальной хватке его руки. Но Столас держался, молчал каждый раз, когда каблук чужого сапога вонзался в его грудь, оставляя в ней новое отверстие, ведь пообещал самому себе терпеть и не проронить из глаз ни единой слезинки перед похитившим его мудаком. — Хорошая попытка, — вымученная улыбка принца на удивление ковбоя выглядела до ужаса нахально. Ну, ещё бы! Он ведь был всего-навсего украден. Украден, связан, лишён магии, но однозначно не сломлен, а значит, ехидство было его главным козырем. — Однако, в постели Блиц обращается со мной гораздо грубее. Вместо ответа на чужую колкость в многострадальную ногу Столаса было категорично воткнуто заточенное лезвие кинжала. Правда, даже оказавшись с насквозь пробитой щиколоткой, принц и не подумал о том, чтобы измениться в лице. — Нож Блиц-и больше и бьёт гора-а-аздо глубже. — Умничаешь, да? — Страйкер отшвырнул ногу заказного пленника, неспешно присев рядом с её обладателем. — Посмотрим, как ты запоёшь, когда захлебнёшься собственной голубой кровью и будешь стоить не дороже, чем могильная плита, под которой тебя похоронят. Приставленное к шее демона лезвие, то самое, что совсем недавно лишило его возможности ходить без боли на какое-то время, вновь не произвело на Столаса должного эффекта, выдавив из него не более, чем короткий презрительный смешок. — Блиц говорит мне гораздо более грубые вещи, с гораздо более острыми предметами у моего горла. — Тц, — Страйкер презрительно уронил тело, приподнятого за загривок принца обратно на рельсы, отдалившись от него в попытке успокоить растревоженный чужими словами ум. Однако, это не помогало. Ковбой нервно шагал из стороны в сторону, ясно осознавая, что сможет обрести покой, лишь выместив на высокомерном ублюдке Гоэтии всю свою злость. Лишь убив его. — Наивная птичка верхушки, ты ведь совсем не понимаешь в каком положении оказалась твоя задница… — Страйкер вновь подошёл к пленнику, с упоением пнув его в бок. — Ну, так я объясню: твоя собственная жена заказала твоё убийство, твоя смерть неизбежно настигнет тебя уже через несколько минут, твоя магия не поможет тебе выбраться, как бы ты не старался, а твой ручной бес не прибежит спасать тебя, как бы сильно ты этого не хотел. Столас зажмурился, дав себе короткую передышку на то, чтобы отринуть грустные мысли, вернув лицу напускное высокомерие. — Откуда тебе знать прибежит он сюда или нет? Блиц-и полон сюрпризов… — Твой обожаемый Блиц совсем не тот, кем ты его себе воображаешь, — очередной удар сапогом под дых не заставил себя долго ждать. — Он всего-навсего трахает твою дырку и воспроизводит грязные образы твоей извращённой фантазии в реальность. Однако, он не любит тебя, птичка, не примчится за тобой с минуты на минуту, не будет оплакивать твою кончину, и, будь уверен, не принесёт на твою могилу даже самого убогого цветка. — Ты… ошибаешься… — А ты… — занёсший нож над чужой головой Страйкер вздрогнул, услышав мелодию звонка собственного телефона. — Алло?.. Ну, я тут типа убиваю его… Столас практически не понимал слов разговора, идущего между наёмником и его собеседником на другом конце провода. Однако, догадаться о том, кто именно прервал несостоявшуюся казнь демона было не сложно. Слишком уж открытой была ЕЁ ненависть по отношению нему. — Что ж, — Страйкер потянулся, презрительно разбив смартфон о стену, по окончании диалога. — Хорошие новости, пернатый! Твоя королевская сука говорит, что больше не хочет твоей смерти. Правда… — рука ковбоя вновь сжала лицо принца, приставив нож к его щеке. — Она не уточнила в каком именно состоянии следует вернуть тебя обратно, а я уже разошёлся и вряд ли смогу устоять перед соблазном сломать тебя окончательно. — Тебе не сломать то, что уже сломано, — на этот раз глумливая усмешка Столаса растянула губы своего обладателя гораздо более сдержано. — Блиц причинил мне столько боли, что во мне попросту не осталось эмоций, способных утолить твою жажду страданий. — Вот как? — наёмник сильнее прижал нож к щеке пленника. — Что ж, если он оказался лучше меня во всём, то теперь это дело принципа. Я непременно найду способ заставить тебя рыдать… Влетевший в убежище фургон прервал речь Страйкера, не позволив ему закончить. Это было I.M.P, вот только импов, вступивших в ожесточённый бой с наёмником, оказалось всего двое: Мокси, Милли, но не… *** — Блиц! — Столас открыл глаза уже в больничной палате. Он был перебинтован, его кровать окружало множество подаренных почитателями цветов. Однако, вокруг не было ни одной живой души. Смс, пришедшее от Блица, несло в себе явно сожалеющий подтекст. Но на предложение принца навестить его в любой момент, ответа так и не последовало… Осознав, но не приняв это, демон устало перевернулся на бок, только собравшись провалиться обратно в спасительный сон. Однако, в этот самый миг его потухший взгляд внезапно обнаружил на прикроватной тумбе записку и вазу с цветами, заметно отличающимися от тех, что были расставлены вокруг кровати. На секунду принца окутало небывалое тепло. Он приблизил к себе небольшую открытку, напрочь позабыв о сне, несколько раз поцеловал бумагу, украдкой глядя на бутоны и думая о том, что оставить такую красоту мог лишь… «Даже самого убогого цветка, птичка, даже самого убогого…» Из глаз Столаса непроизвольно потекли слёзы.