Купальня

Се Лянь буквально падает от усталости. Раньше казавшиеся лëгкими, задачи падали на него, словно нежданный град, ударяя по больной спине. Линвэнь, будто за что-то мстя, закидывала его задачами, ещë когда он не успел закончить предыдущую. За эти пять дней он не успел ни разу присесть, да съесть засохший маньтоу, лежавший в рукаве на экстренный случай. Бегая туда-сюда, он совсем забыл о еде, да и усталость перевешивала это чувство. Во время его заданий в голове был лишь образ мужа, его ласковый голос и руки, но поджимающее время и сложности не давали даже связаться с ним, лишь беспокойство клубком засело в груди. Вдруг что произошло, пока его не было? Или Сань Лан попал в беду? Се Лянь хмурится, отгоняя мрачные мысли. Это уж совсем глупо, как он может сомневаться в нëм? Он идëт по небесам, плюя на осанку и игнорируя то любопытные, то слишком внимательные взгляды других небожителей. Устало выдыхает, спрыгивая с облака, и надеется, что оставшейся энергии хватит на сжатие тысяча ли. Вспоминает про маньтоу, но поджимает губы, думая, что даже есть будет ленно. Корит за такое пренебрежение к телу, выводя знак на первой попавшейся стене; и, наконец, спокойно выдыхает, оказываясь в Игорном Доме. Сань Лан сказал, что всë это время будет здесь, но как его найти среди всей нечисти? Небожитель растерянно оглядывает ревущую толпу и на ватных ногах прикладывается к косяку, но внезапно его заключают в объятия, а холодные губы любовно проходятся по основанию шеи. Се Лянь вздрагивает от неожиданности и с тихим вздохом укладывается на надëжное плечо. Сань Лан, видя упадническое состояние мужа, подхватывает его на руки и небрежно бросает кубики. Они тут же оказываются в одном из коридоров Дома Блаженства. Хуа Чэн, прижав ещë сильнее к себе уставшее тело, осыпает его лицо поцелуями-бабочками, заставляя усталость уступить под напором ласк. Но дальше позволить небожитель не может. Он сжимает руку на талии, безмолвно прося остановиться и поставить его на пол. Хуа Чэн удивлëнно поднимает брови и аккуратно ставит пошатывающегося небожителя на пол. - Что-то не так? - Тревожно спрашивает демон, беспокойно глядя чëрным глазом. - Нет... Нет, Сань Лан, не беспокойся, мне просто надо помыться, а то я с дороги грязный, да и от меня плохо пахнет, - объясняет Се Лянь, но тут же хмурится, увидев пятно на красных одеждах. - О, нет, я уже испачкал тебя. Снимай кофту, я застираю. Беспокойные руки тут же скользят по одеждам, намереваясь снять, но их перехватывают другие, более холодные, не давая ничего сделать. Поочерëдно целуют их, а после прижимают к щекам. - Мой муж такой заботливый, но он совсем не умеет заботиться о себе. Ты хотя бы ел эти дни? - Беспокойно спрашивает Хуа Чэн, заглядывая в глаза любимому. - Ну да, - неловко говорит Се Лянь, отводя взгляд. Врать Сань Лану не входило в его планы, но заставлять волноваться выше его сил. На щëку ложится холодная рука, приподнимая лицо, а в лоб прилетает лëгкий поцелуй. Щëки тут же вспыхивают. - Гэгэ совсем не умеет врать, - хитро подмечает демон и глядит на разволновавшегося заклинателя. - Прости, я не хотел тебя волновать, Сань Лан, - виновато качает головой Се Лянь. - Я только рад позаботиться о своëм Гэгэ, - радостно опровергает Хуа Чэн, захватывая небожителя в объятия. Первый поцелуй прилетает в макушку. Дальше пальцы приподнимают голову, давая доступ к покрасневшим ушам. Потом холодные губы осыпают лицо, проходясь по заалевшим щекам, дрогнувшим векам, по носу, завершая свой обход на долгожданных губах. Сладко сминая их, Се Лянь не сдерживает дрожащего вздоха. Но на красные одежды ложатся руки, мягко отталкивая от себя. - Что-то не так? - Встревоженно спрашивает Сань Лан с блестящими от слюны губами. - Нет, я просто... Я грязный после поездки, и... И я, мне надо смыть с себя пыль после дороги, - задыхаясь, отвечает небожитель. Был большой соблазн поддаться на невербальные уговоры, но ему не хотелось предаваться любви грязным. Так что решение для начала помыться хоть и далось тяжело, но всë же его надо исполнить. Лицо напротив улыбается, ничего не сказав, а карий глаз зажигается хитрым огоньком. Любовно переплетает мозолистые пальцы со своими и снова выбрасывает вперëд кубики. Миг, и они стоят среди большой купальни, наполненной паром. Одежда пропитывается влагой, становясь сырой, и прилипает к телу. Се Лянь благодарно выдыхает; температура в помещении заставляет его щëки ещë больше раскраснеться, а тело тут же облокачивается на рядом стоящего Сань Лана. - Надеюсь, Ваше Высочество разрешит этому мужу позаботиться о тебе, - на ухо шепчет Сань Лан, обнимая принца за талию. Се Лянь только может кивнуть в ответ и благодарно прижаться губами к шее. Его садят на кушетку, поочерëдно снимая одежду. Потëртые сапоги, пояс, верхнее ханьфу, штаны, да нижние одежды. Небожитель не раз представал перед мужем в неглиже, но это до сих пор смущает. Чувствовать себя настолько открытым, желание довериться родным рукам, щемящие нежность и благодарность - это всë настолько переполняет, что он тут же обхватывает руками лицо и целует. Жадно, будто дорвавшись до воздуха, что ему необходим, только сейчас поняв, что ему не хватало эти пять дней, не выходило из его головы. - Я так скучал по тебе, - отрываясь, произносит Се Лянь и прикасается своим лбом ко лбу, закрывая глаза. Пару минут в таком положении - и душа будто заново восстанавливается, собирается по кусочкам, а усталость немного отстаëт от разнеженного тела. - Я тоже, Гэгэ, мне тебя не хватало, - шëпотом говорит Сань Лан, кладя руку на затылок и снова целуя. - Гэгэ такой красивый, - оторвавшись, с любовью произнëс он. Порозовевшие щëчки и блестящий взгляд не могли скрыть свою реакцию на действия Хуа Чэна, как и само тело, что было похоже на пластилин. Зарывшись в волосы, одна рука массирует кожу головы, растрепав хлипкий пучок; другая нежно обводит сначала шею, плечи, а после касается груди. Ещë один поцелуй глушит тихий вздох Се Ляня, но руки протестующе сжимаются на чужих одеждах. - С-Сань Лан, нам... Мне, мне нужно помыться. - Да-да, Гэгэ, я помню, - улыбаясь, говорит Хуа Чэн и ласково проводит пальцами по розовым щекам. Любовь и восхищение своим возлюбленным расцветает в груди букетом и плавно перерастает в желание позаботиться о нëм. Демон ловко подхватывает Се Ляня на руки и несëт до большой купальни в горячую воду. Да, Се Лянь уже давно не ощущал подобного чувства. Он будто в четвëртый раз вознëсся, но уже прямо-таки в райское место, где нет ни заданий, ни обязанностей, а только эта прекрасная ванна и его любимый муж. Тело, привыкшее к изнурительным походам, сну где попало (хоть на сырой земле), да только засохшей или не первой свежести пищи; оно хочет остаться здесь навсегда и не вылезать больше никогда из горячей воды. Небожитель испустил долгий выдох и вконец расслабился. Сань Лан, скинув с себя верхнюю одежду, на колени опускается перед бортиком, где лежит голова Се Ляня, и растирает в руках мыльный корень. - Ммм, Сань Лан, ты меня совсем разбалуешь, - на выдохе произносит Се Лянь, наслаждаясь массажем головы и шеи. Ополоснув волосы из ковшика, демон качает головой, хотя Се Лянь все равно не видит, и возражает: - Гэгэ, ты достоин всего наилучшего в этом мире! - Спасибо, но мне нужен только ты, - мыча, признаётся Се Лянь, хватаясь за бортик. Тело настолько расслабилось, что кажется, он сейчас упадëт, хотя точно знает, что крепкие руки его мужа и удержат, и защитят. - Тогда я готов предоставить тебе это наилучшее. - Сань Лан за подбородок поворачивает голову и мокро целует. По расслабленному телу прокатывается волна удовольствия, которому Се Лянь не хочет противиться. Он давно отказался от обета на пути самосовершенствования, чтобы быть к любимому ещë ближе, в том самом смысле. Конечно, щëки у него вспыхивают каждый раз, когда он только думает об этом или Сань Лан начинает упорно намекать, но он старается отбросить ненужное смущение и показывать, насколько ему нравится. Вот и сейчас, небожитель не стал прикрываться, давая демону увидеть разнеженное тело и полувставший член, но так хочется растянуть удовольствие. - Ммм, Сань Лан.. - Оторвавшись от желанных губ, шепчет принц. - Да, Гэгэ? - С хитрой улыбкой спрашивает Хуа Чэн, разминая спину руками. - Мхм, да, вот здесь!.. - Чуть ли не стонет Се Лянь, наслаждаясь массажем. Он чувствует себя горячей глиной, что мнут и так, и этак, заново собирая в едино. - Не знал, что моему мужу нравится массаж, - проходясь губами по разгорячëнной коже, подмечает Хуа Чэн. - Только от моего дорогого Сань Лана, - отвечает небожитель, закатывая глаза от удовольствия. Кровь приливает к размявшим мышцам, покалывая; в груди разливается тепло, насылая небольшую сонливость на принца. Но демон не даëт сну захватить его сокровище в свои сети. Крепкие руки с усилием проходятся по бокам, вырывая вздох из приоткрытых губ, и спускаются к бëдрам. - Не время спать, Ваше Высочество, - на ухо говорит Хуа Чэн взбодрившемуся Се Ляню. Тот ничего не говорит, лишь хватается за плечо любимого, стараясь не потеряться в ласках. - Давай, иди сюда, хочу сделать тебе массаж ног. - Хуа Чэн дарит поцелуй за ухом и легко поднимает расслабившегося небожителя. Кладëт его на расстеленное полотенце, обтирает, иногда проходясь по оголëнной коже губами, и нежно спускается к стопам. Се Лянь выдыхает сквозь сжатые зубы. После горячей ванны любое движение ногой откликается болью, а сами мышцы словно камень. - Гэгэ больно? - заботливо уточняет Сань Лан, потихоньку разминая пальцы на стопе. В ответ прилетает напряжëнный кивок - Тогда я помогу Гэгэ. Демон оставляет на каждом пальце поцелуй, надавливает на особо болючие точки на стопе и двигается к икрам. - У моего Гэгэ такие сильные ноги. - В противовес цепким движениям Хуа Чэн лишь подушечками пальцев ведëт под коленкой и дарит поцелуй. Се Лянь уже и не знает куда девать себя от ласки. Кажется, он медленно сходит с ума, а может, уже давно сошëл. - Но им тоже нужен отдых. - Сань Лааан, - несдержанно стонет небожитель от первого прикосновения к внутренней стороне бедра. После ловких пальцев демона всë тело горит, и прохладных касаний каждый раз не хватает. Своими движениями демон неосознанно крутит тумблер чувствительности его тела, всë прибавляя и прибавляя. Хуа Чэн мирно поглаживает бëдра заклинателя, но даже от такого простого движения Се Лянь часто дышит и закатывает глаза. Ему уже до безумия хочется почувствовать своего драгоценного супруга в себе, но Хуа Чэн, наоборот, никуда не спешит. Он обхватывает стоящий член, медленно лаская его, и сильнее разводит ноги. Опускаясь вниз, он тут же присасывается к нежной коже и оставляет покрасневшие метки. От такого Се Лянь несдержанно стонет и толкается в руку, стараясь урвать как можно больше моментов удовольствия. Внезапно Хуа Чэн убирает руку и небожитель разочарованно мычит, а после удивлëнно чувствуя что-то очень мокрое и мягкое прямо там. Хуа Чэн вылизывает его, попутно проходясь руками по напряжëнным бëдрам. - Ахм, кхм... Сан, Сань Л-лан! - Звонко зовëт Се Лянь, когда язык с упорством взвинчивается во внутрь. Следом к языку добавляется и один палец. Памятуя о долгом расставании, мышцы упрямо сжимаются, но через некоторое время под напором Хуа Чэна становятся мягкими и податливыми. - Сань Лан! Х-хуа Чэн! - Да, любовь моя? - Демон хитро смотрит в помутневшие глаза небожителя и без просьб целует приоткрытые губы. Спустя минуту Се Лянь уже начинает задыхаться от страсти поцелуя и жара во всëм теле (на самом деле, жар доставляла рука его дражайшего супруга, ритмично двигаясь уже двумя пальцами внутри него), но оторваться от желанных губ кажется преступлением, да и сил на какое-либо сопротивление не остаётся. Вымотанное тело просто принимает дарующуюся ласку и даже не думает поспевать за быстро утекающей реальностью. Хуа Чэн везде: его губы терзают его в поцелуе; рука, сменив ритм, тремя пальцами медленно и тягуче врезается в нутро; а другая рука сжимает бока и подрагивающий живот, совсем мимолëтом проходясь по стоящему члену. Не остаётся и цуня, где бы ни был его любимый демон, и его это полностью устраивает. - Ваше Высочество, приготовьтесь, - отрываясь, в губы шепчет Сань Лан и следом же сцеловывает громкий стон с опухших губ. Он медленно входит, стараясь как можно меньше причинить боли отвыкшему телу, и целует и кусает шею и ключицы, отвлекая от не самого приятного начала. Но двинувшись ещë немного вперëд, тело под ним вздрагивает и начинает мелко трястись, а с губ слетает несдержанный стон. Се Лянь и не знает, что думать и чувствовать. Вся его концентрация уходит вниз, там, где он сливается в единое со своим супругом, там, где копится его удовольствие, грозящее выйти в скором времени. Се Лянь кусает пару раз бледную кожу шеи, надеясь оставить хотя бы пару меток в этот вечер на любимом муже, зная как быстро заживает и проходит любое ранение на этом теле. Раньше его этот факт радовал, сейчас же приходится досадно выцеловывать подставленную шею с осознанием, что через пару часов не останется и следа. Хуа Чэн, видя настрой любимого, ещë сильнее двигается, гонясь за удовольствием. Кладëт руку на член и медленно, в разрез быстрому темпу, начинает ласкать. Сначала Се Лянь и вправду наслаждается, довольствуясь этим комбо, но после начинает возмущëнно мычать и сильнее толкаться в руку, в попытках ещë быстрее, сильнее, да хоть что-нибудь сделать с огнëм внутри него! Хуа Чэн, хоть ему и нравится ласкать и ублажать мужа до помутнения сознания, сейчас у него не было цели довести до изнеможения; наоборот, он хочет как можно больше доставить ему удовольствия. Се Лянь стонет на ухо демону, цепляясь рукой за шею и дëргая косички. Рука ускорила темп, через минуту "доводя" небожителя до небес. Сань Лан продолжает двигаться, продлевая чужой оргазм, пока сам не кончает в своего мужа. Демон валится на Се Ляня, гладя его по бокам и целуя зажмуренные глаза. После пары минут в таком положении демон поднимается и поднимает на руки Се Ляня. - Ну вот, опять мыться надо, - хитро говорит Хуа Чэн, целуя небожителя в лоб, и идëт к одной из купален.