Однажды в Хабаровске

Мерседес S-класса последней модели спокойно ехал по привычному маршруту, за его рулём был его хозяин, Азаан, рядом с которым на переднем пассажирском сидении находился Рустам, его возлюбленный. Всё было как обычно, Вознесенский подвозил своего ценного сотрудника до дома после ночной смены, а сам, после, должен был ехать в главный офис своего похоронного бюро. И вроде Майоров должен был быть доволен тем, что его подвозят до дома, но в автомобиле слышались только споры и плевки в сторону друг друга. — Вот вроде сдавал на нормальную машину, на механике, а сейчас что.. Ездишь на этом.. У меня даже слов нет, как назвать эту штуку. — хмыкая и фыркая бурчал Рустам, развалившись на удобном сидении. — Да чем тебе так не нравится мой автомобиль? — хмурясь и поглядывая на собеседника, говорил Азаан, — это буквально та же марка, как и у тебя. Только на автомате. Я вообще не знаю как ты свой нашёл на механике, они тоже зачастую на автомате. — Не произноси то, что при мне нельзя произносить. Нашёл и я этому несказанно рад. Моя ласточка ходит как часики до сих пор! Я этому способствую. — немного обиженно ответил Майоров, после чего добавил — Ты не понимаешь, в твоём этом автомате совсем души нет. А на механике ты должен чувствовать. Чувствовать и слушать автомобиль, в палке есть свой шарм, а главное особая близость к агрегату. — подняв указательный палец вверх, произнёс он, причём с такой гордостью и душевностью, прямо чувствовалось, как ему важно тыркаться с механикой. Вознесенский сначала даже промолчал на это, а потом задумался и выпалил мысль, таким образом подкалывая любовника. — Значит со своим «Кабаном» тебе приятнее ебаться, чем со мной? — после этой фразы повисла гробовая тишина, а затем Рустам медленно повернул голову к собеседнику, с таким лицом, что надо было точно останавливать автомобиль и бежать, но Азаан знал, за рулём ему точно ничего не сделают.. Так ведь? Что-то напрягающее всё равно было. — Ты дурак или да? Я может и ебусь с его ремонтом, периодически, но как ты умудрился вообще это сопоставить? — с удивлением спросил Майоров, хоть и хмурился от того, как неприятно ему было данное сравнение. Азаан ничего не ответил на это, поэтому снова воцарилась тишина. Но благодаря этому, он поподробнее рассмотрел своего пассажира. — Опять не пристёгиваешься? Ремни безопасности не просто так сделали.. У меня машина реагирует на то, что ты без ремня едешь, у тебя подушка безопасности работать не будет. — уже спокойно подметив это, он чуть сильнее сжал руль. — Нет, и не буду. Ты знаешь моё отношение к ремням. Когда понадобится, хер из них выберешься. — уверенно ответил Рустам, после чего вздохнул и снова развалился в кресле. Заметив это, Азаан усмехнулся, оставшись с ухмылкой на лице и дальше. — У себя в машине ты так не разваливаешься на сиденьях. Удобно сделано, скажи же, очень даже. — кратко глянув на своего возлюбленного, он вернулся к слежке за дорогой. — Да ну.. Ладно, салон у него и вправду гораздо удобнее. Но чего ты хочешь, это уже бизнес класс. У меня нет таких денег на него, но и свою ласточку я менять не собираюсь. Я уже к ней привык. — Майоров сначала не хотел ничего признавать по поводу автомобиля, но затем буркнул, на что Вознесенский посмеялся. — С твоей стороны это приятно слышать, хоть что-то тебе здесь нравится. — не прекращая улыбаться, тот посматривал на Рустама, который уже немного покраснел от смущения. Пока между ними было молчание, Азаан задумался, а потом хитро заулыбался, чем вызвал непонимание, а затем напряжение у Майорова, который решил подать голос первым. — Ты чего там так хитро лыбишься..? Даже не вздумай снова что-то начать или учудить. — предупредил Рустам, пытаясь чем-то пригрозить. Какое-то время Азаан не отвечал, ведь они уже приехали во дворы к Майорову, где первый припарковал автомобиль прямо напротив нужного подъезда и заглушил мотор, так же хитро улыбаясь повернув голову к любимому. Сказать, что Рустам был очень напряжён этому, ничего не сказать, он буквально вжался в кресло, пытаясь как будто с ним слиться. Вознесенский, в свою очередь, отстегнулся, отодвинул кресло и убрал ключ зажигания в карман, после чего поднялся и почти перелез на Майорова, поставив колено на сиденье между его ног, а рукой дотянулся до рычага, откинув спинку и вместе с ней своего возлюбленного, переводя его в почти горизонтальное положение. — Ээ.. Азаан Святозарович, ты чего творишь?! — уже переходя в состояние некоторой паники, говорил Рустам, рукой уперевшись в грудь нависающего. — Я предложить хотел.. Давай опробуем удобство этих сидушек? А если прямо, то давай займёмся сексом? Может тебе тогда больше понравится мой автомобиль. — хитро улыбаясь, говорил Вознесенский, постепенно наклоняясь ниже к лицу любимого. — Чт.. Прямо здесь?? Ты чего.. Тут окна вкруг! И вообще-то людное место, детская площадка и двор, чёрт возьми. — немного заикнувшись, поспешил ответить Рустам, насильно отодвигая от себя любовника. — Да, прямо здесь. — спокойно ответил Вознесенский, улыбаясь, — у меня тонировка вкруг, если кто-то захочет здесь что-то увидеть, то ему придётся подойти вплотную. И шумоизоляция у меня здесь очень хорошая. — ухмыляясь, постепенно Азаан взял за руку Рустама, которой он отталкивал, после чего убрал её наверх, прижав к изголовью кресла. Майоров понимал, что Вознесенский сейчас на любое возражение найдёт ответ, но даже так, пока он не был готов на такие отбитые для него действия. — Азаан, нет. — отведя взгляд и отвернув голову, сказал покрасневший Рустам, которого эти действия со стороны любовника выбили из колеи, — давай в другой раз, когда-нибудь… — тихо буркнув последнее, он сжался, — сейчас я устал после ночной смены, да и девочки ждут дома, у Лиды сегодня выходной. Азаану не надо было больше слов, чмокнув любимого в щёку, он вернулся на своё место и открыл дверь. — Хорошо, Рам, давай тогда покурим хотя бы? — усмехнувшись, произнёс Вознесенский. У него тоже было сегодня дел по горло, но в какой-то момент он даже подумал, что может их либо перекинуть на своих замов, либо на другой день и тогда делать двойной объём, но ради Рустама он был готов на подобное. Но, раз не сложилось, значит так и должно быть. К подобному Азаан относился более, чем спокойно. На его предложение Рустам покивал головой и вылез из автомобиля, подходя ближе к Вознесенскому и доставая свои сигареты. Поделившись с любимым, они от одной зажигалки подожгли кончики сижек и втянулись, после чего выдохнули куда-то наверх. Курили они в абсолютной тишине. Майоров первым докурил, поэтому, приобняв партнёра на прощание, ушёл к подъезду, вскоре скрываясь за его дверью. Азаан же, внимательно проследил за ним, докуривая свою сигарету, а после перевёл взгляд на окно его квартиры, устало вздохнув. Тем временем Рустам прошёл в квартиру, где его уже встречали девочки. Приобняв обоих и погладив по плечам, мужчина прошёл вместе с ними на кухню. Сейчас как раз время подходило к завтраку. Было заметно, что Лида и Фима ещё не совсем проснулись, последняя даже ещё ходила в пижаме. Таким образом они собрались на кухне, где позавтракали, а затем началась обыкновенная рутина. Лидия приступила к уборке по дому, Серафима ей помогала, бродя за ней хвостиком и периодически перетаскивая вещи с места на место. Рустам, в свою очередь, после завтрака ещё пытался им чем-то помочь, но затем сел на диван и уснул. Больше девочки его не трогали, а периодически удивлялись тому, как он может сидя спать при таком количестве посторонних шумов, которые включали в себя включённый телевизор. Постепенно заканчивая с наведением порядка, Лидия и Фима оказались свидетелями того, как Майоров буквально упал на диван, что смотрелось забавно и они даже посмеялись, после чего мужчина подорвался и посмотрел на них сонным и непонимающим взглядом. От этого они засмеялись громче, но быстро успокоились и заверили Рустама в том, что всё хорошо и он может дальше отдыхать. Тот, в свою очередь, помотал головой и так и сделал. Обед Майоров пропустил, как раз проспал, но вот на ужине они все начали подтягиваться на кухню. Ничего не предвещало беды, но, пока Серафима ещё не дошла, а Лидия готовила, подошедший Рустам как раз словил её взгляд, который говорил о том, что им предстоит серьёзный разговор. Вздохнув, мужчина сел за стол и покрутил кистью руки в воздухе, таким жестом позволяя женщине начать его. Она же, повернувшись к собеседнику, скрестила руки на груди и вздохнула, немного собирая мысли в голове. — Слушай, я думаю, что нельзя больше скрывать от Фимы наши личные жизни. Уже становится слишком заметно, как ты сближаешься с Азааном. У нас девочка не глупая, думаю, что она уже могла догадаться. Ей нужно сказать и не игнорировать… мы как никто другой влияем на её жизнь. — довольно тихо начав, Лидия пыталась прислушиваться, чтобы Серафима не пришла заранее. — Ты права, Лида, но.. Так и сказать? Типа: «эй, Фима, я встречаюсь с Азааном, у нас серьёзные отношения»? Я просто.. Я не знаю что делать в таких ситуациях. Надо ли оправдываться? — вопросов было много, теперь даже стало заметно, что Рустам начал немного волноваться. — Ну я.. Я тоже не знаю, если честно. Но надо сказать как есть. — теперь и Лидии стало более беспокойно, всё-таки они всё это время заменяли девочке родителей и эти новости могут её как-нибудь задеть. — Кстати, — привлекая внимание собеседницы, Майоров поднял взгляд на неё, — что у тебя по личной жизни? Неужели ты ответила Лилии на то письмо и встретилась с ней лично? — Нууу.. Да? — довольно осторожно ответила женщина, сжав подол фартука руками. — И? — немного протянув, Рустам наклонил корпус, попытавшись так приблизиться к Лиде. — Ну что, что.. Что ты вообще меня сейчас здесь пытаешь? У нас ничего нет, мы просто встретились один раз. И всё… и договорились на другую встречу. — скрестив руки на груди, Красноокова договорила и надула губы, отведя взгляд. — Понятно.. Смотри, чтобы не закончилось как в прошлый раз. Я очень надеюсь, что у неё мозгов с того момента прибавилось. И проблем не возникнет. Я в следующий раз не буду сдерживаться. И даже не посмотрю на её статус. — решительно ответил Майоров, отводя взгляд в сторону прохода. — Хорошо, Рустам, я тебе обещаю, что всё будет хорошо. — Лидию умилило то, что он за неё так волновался, поэтому она не могла ему соврать, теперь всё точно будет хорошо. Тем не менее, по прошествии нескольких минут, как они закончили разговор, на кухню пришла Серафима, которая на ощупь нашла стул и села за стол. Лидия в этот момент уже накрыла на него, поэтому все устроились на своих привычных местах. Постепенно женщина поглядывала на хозяина квартиры, призывая его начать разговор. Тот, немного помявшись, выдохнул. — Слушай, Фима, мы бы хотели тебе кое-что рассказать.. — спокойно и ровно начал Рустам, а девушка, в свою очередь, подняла голову и внимательно стала слушать, — это касается наших личных жизней с Лидией. Я думаю ты понимаешь, что мы с ней не состоим в отношениях, выше дружеских или семейных, как у сестры и брата. Так вот… Азаан мой любовник. В этот момент Лидия хотела открыть рот и рассказать про себя, но тут же ответила Серафима. — А, ты про это. Да я в принципе уже поняла. — спокойно ответила девушка, продолжая жевать ужин. — А.. Как это… мы вроде.. Пытались хорошо скрываться… — Рустам даже немного выпал, от чего начал делать большие паузы. — Нуу.. Как тебе сказать.. В принципе да, но до того момента, как Азаан не проболтался. — пожав плечами, Фима повернула голову в сторону приёмных родителей. — А.. В смысле?.. — не успел договорить Майоров, как Красноокова его перебила. — Когда это?! — даже приподнявшись со стула, женщина упёрлась ладонями в столешницу и наклонилась к девушке. — Нуу.. Когда Рустам был в дневную смену, а Азаан про это забыл и приехал за ним вечером, когда никого из вас ещё не было. Ну я открыла ему, всё-таки друг семьи, почему бы нет, никогда не предавал. — сделав уточнение, Серафима продолжила, — он зашёл, спросил про тебя, я сказала, что ты на смене в день сегодня, на что он сначала вроде спокойно отреагировал, а потом начал то ли от усталости, то ли ещё от чего, в общем чуть ли не в истерику впал от того, что забыл про то, что у тебя в жизни происходит. Я смотрела на этот цирк не очень долго, решила подколоть дядьку, ну и спросила про то, что жена ты ему, чтобы он так волновался, ну а он был этому так удивлён, что выпалил, цитирую: «не жена, но потенциальный муж!». А потом он понял, что сказал, но уже было поздно. О! — внезапно что-то вспомнив, девушка даже подняла указательный палец в воздух, а потом усмехнулась, — твой метод, па, чтобы вывести кого-нибудь на чистую воду, прекрасно сработал на Азаане. Долго вытягивать не пришлось, он сознался в том, что любит тебя и вообще хотел бы жить с тобой вместе, но это может произойти только тогда, когда я уже буду более самостоятельной. Ну.. Вроде и всё. Поэтому про тебя знаю. А вот про тебя, ма, совсем ничего. У тебя тоже там роман какой-то? — заинтересованно Фима повернула голову к Лиде и была готова её слушать. Оба родителя пребывали в шоке. Рустаму даже стало стыдно за своего партнёра, от чего тот сжал голову руками, опустив её. Теперь в мыслях обоих пронеслась фраза: «готовься получить пиздюлей, Святозарович». Причём Лидия ещё хотела сделать немалый выговор Майорову, но пока решила воздержаться. Тем более, что девочка конкретно спросила про неё. Теперь и женщина потеряла дар речи и даже не придумала что сначала ответить, хоть и вдохнула, открыв рот. — Нуу.. Пирожочек мой, как бы.. В общем.. Я по женщинам, дорогая. — неловко посмеявшись, ответила Лидия, — и я давно уже встречалась с одной и сейчас мы как-то снова начали общение.. Посмотрим, к чему это приведёт. — впоследствии от волнения она только улыбалась и подпирала голову руками, потирая их, пытаясь успокоиться. — Нифига, вот это у нас шведская семья.. Ничего не скажешь. — покачав головой, ответила девушка. — А вообще.. Как ты себя чувствуешь, зная теперь всё это? — осторожно спросила Лидия, от чего даже Рустам поднял голову, обращая взгляд к Фиме. — Хм? Я? Да не знаю. Когда узнала впервые от Азаана, то было как-то неприятно. Всё-таки, я привыкла как-то уже.. Но потом поняла, что препятствовать тоже не могу. Зачем вас насильно сводить? Это не приведёт ни к чему хорошему. А я счастлива с вами так, как сейчас есть. И мне это ничуть не мешает. Вы заботитесь обо мне, уделяете внимание и я это очень ценю. — покивав головой, уверенно сказала Серафима, от чего Рустам и Лида даже заулыбались, облегчённо выдохнув, — да и тем более, Азаан довольно забавный, поэтому против него я тоже ничего не имею. Он старается. Даже мне что-то выделить старается, какое-то своё внимание и время. А вот про твою, ма, ничего не могу сказать. Пока не виделись с ней. Но если что, то приводи, познакомимся. Мне же тоже интересно, кто будет с тобой. Такие слова были сильным успокоением и облегчением. Всё-таки хорошо, что девочка уже довольно взрослая и её это не сильно пошатнуло. Тем более хорошо, что ей вполне по душе партнёр Рустама, а вот Лидии потом придётся ещё познакомить Лилию с девочкой поближе. Выходной у девочек и Майорова прошёл спокойно. Сегодня родители наконец-то признались своей приёмной дочери о их личных жизнях, но та, как оказалось, уже давно предполагала и недавно узнала от Вознесенского, чему взрослые были очень удивлены и теперь другу семьи грозила немалая взбучка. Но это оставили на потом. Для начала, всё же день близился к завершению, после ужина все обитатели квартиры в хрущёвке устроились на диване, смотря и слушая вечерние новости. Пускай они были и не очень интересными и все молчали, они просто наслаждались тем, что чувствовали друг друга рядом и это было для них одним из самых лучших времяпровождений по вечерам. Они частенько так делают, особенно когда все дома. Но, внезапно, у Рустама зазвонил телефон, что прервало их идиллию и девочки посмотрели на единственного у них мужчину, который, приподняв густые брови, достал маленький кирпичик из кармана и присмотрелся к названию контакта, а затем ответил, а Фима и Лида начали прислушиваться, тем более, раз Майоров никуда не ушёл, значит это был кто-то близкий, скорее всего Вознесенский. — Мм? Нет, говори. Я? Сижу с девочками, у тебя как? — поглядывая то в экран телевизора, то на сожительниц, он продолжал разговор, — мне завтра в день. Ну я знаю. — после этого последовала небольшая пауза, а затем он промычал и ответил, — Ммм… ладно, хорошо, заезжай. Гудани, когда подъедешь. Мгм, давай. На этом Рустам скинул звонок и убрал телефон, вздыхая. Девочки в это время заинтересованно посмотрели на него, повернув к нему головы. Это было синхронно и очень забавно, от чего Майоров даже сначала пытался строить серьёзное лицо, как обычно, но потом усмехнулся. — Чего вы так на меня уставились? — выпрямившись, следом он согнулся, локтями уперевшись в колени. — Нуу.. Ждём пока ты расскажешь что происходит. Интересно же. — Лидия сначала отводила взгляд, а после перевела его на мужчину, усмехаясь. — Ты с Азааном разговаривал? Он хочет тебя сегодня украсть? — ухмыляясь, Фима говорила очень загадочно, что даже смутило Рустама и он слабо покраснел, отводя взгляд. — Да ладно вам. Чего там интересного.. Он заедет за мной, да, сегодня у него переночую. Завтра вернусь поздно вечером, я в день. — выдохнув, он сказал всё это, а затем скрестил руки на груди и снова откинулся на спинку дивана. Девочки лишь загадочно усмехнулись, а Лидия условно «переглянулась» с Фимой. Это немного напрягло Майорова, он себя чувствовал подростком, одноклассники которого искали лишь бы где поддеть. Но у девушек не были ничего подобного в голове, всё-таки сами были уже взрослыми, но им было всё равно интересно и даже волнительно то, что у Рустама есть отношения, тем более, что такие необычные. Тем не менее, ещё какое-то время они сидели, как и до этого, а потом звонок раздался ещё раз и Анисимович поднялся с нагретого места, отправляясь взять с собой пару вещей и переодеться. Только после этого он прошёл в прихожую, где брызнул на себя одеколоном, а затем поймал девочек за тем, как они приближались к нему аки кошки, но те лишь обняли его, после чего посмеялись. — Успехов тебе, Рустам, приятного отдыха. — похлопав по плечу, Красноокова говорила очень подозрительно. — Давай, давай, рассказывай там как пройдёт всё. Если Святозарович тебя обидит, то ты говори, мы обкашляем вопросики. — о, эта Майоровская манера речи, Фиме было у кого учиться и сейчас этим она смущала самого Рустама, который лишь потрепал обоих по голове и посмеялся. — Ладно-ладно, не переживайте так за меня. Я справлюсь, уж с ним точно. До завтра, булочки. — забрав свой комплект ключей, он взял небольшую сумку и покинул квартиру, закрыв за собой дверь на замок. Спустившись по лестнице, он вышел на улицу, где увидел поданную карету и её хозяина, который вальяжно курил кубинскую сигару, опираясь на арку. Пересечясь взглядами, оба мужчин не сдержались от ухмылок, после чего сблизились. Вознесенский, опустив руку с сигарой, слегка повёл носом в сторону Майорова и принюхался к нему, усмехаясь. — Ты даже одеколоном воспользовался, неужели решил немного подготовиться к нашей встрече? Хочешь в ресторан? — улыбаясь, говорил Азаан, беря руку собеседника и поднимая тыльную сторону к своим губам, целуя её, что смущало Рустама, заставляя отводить взгляд, но после тот выдохнул и убрал руки в карманы, подойдя так близко, что упёрся плечом в плечо Святозаровичу. — Настроение было пахнуть немного иначе. Не всё тебе пользоваться дорогими крутыми одеколонами… ещё и сигарами кубинскими хвалишься.. Ну ты даёшь. — сначала он принюхался так же к партнёру, но, почувствовав всё тот же любимый одеколон и те самые нотки его запаха, он цокнул и отошёл на пол шага, немного шоркая подошвой по асфальту. — Извини-извини, хочешь её со мной докурить? Они крепкие до жути, чувствую, что мне её будет много. — неловко посмеявшись, он потёрся щекой и носом о висок Майорова, после чего поднёс конец сигары к его губам, предлагая так затянуться. Рустам не стал долго выпендриваться, как только предложили, то он втянулся прямо с рук партнёра, после чего наверх выдохнул белый дым и посмеялся. — Слушай, а неплохие сигары. Поди у Шамана брал? — он заинтересованно посмотрел на собеседника. — Ага, у него самого. — усмехнувшись, тот ответил, после чего продолжил осматривать партнёра с ног до головы. — Круто.. Давно на них смотрел, но он такие цены задирает на них. Но теперь понял, что заслуженно. Действительно неплохое курево. — постепенно так он докуривал сигару, периодически делясь с Азааном. Как только остался только небольшой окурок, то они выкинули его в урну и сели в машину, впоследствии отправляясь на квартиру директора похоронного бюро. Было уже довольно темно, стояла летняя, ясная и довольно жаркая погода, но с уходом солнца становилось довольно прохладно, хотя сейчас это было не так важно, ибо в машине было тепло, а в квартире тем более можно согреться. В столь поздний час на дорогах уже едва ли можно встретить автомобили, поэтому Вознесенский и Майоров быстро долетели по ночному городу в место назначения, потом поднялись на нужный этаж, после чего прошли в апартаменты Святозаровича, где разулись и прошли на кухню. — Чай, кофе, вино, мартини, виски, коньяк? — огласив довольно длинный список, пускай и неполный, Азаан всё равно удивил гостя сегодняшними предложениями, от чего тот даже притих на какое-то время, задумавшись. — Мм.. Может по рюмке коньяка? Не более, всё же завтра на работу. — пускай немного неуверенно, но Рустам предложил выпить, после чего подошёл ближе к хозяину квартиры. — Хорошо, согласен. Мне тоже завтра рано. — посмеявшись, тот открыл бар, откуда достал соответствующие рюмки и напиток, постепенно открывая его и разливая. После этого он убрал бутыль на место, достал фрукты, в лице яблок, бананов, винограда, апельсинов, помыл всё, а затем сделал нарезку, красиво уложив на плоской тарелке. Рустам всё это время как зачарованной наблюдал за «магией», которую творил Азаан. Это умиляло последнего, поэтому после того, как всё было готово, тот внезапно поцеловал в висок первого, от чего он вздрогнул и даже отшатнулся, придя в себя. — Ну, ну, ты не впадай в такое задумчивое состояние, — посмеявшись, сказал Вознесенский, давая в руки гостю тарелку с нарезкой, — пойдём на диван, там посидим. Покивав, Майоров крепко взял тарелку и ушёл в гостиную, где устроился на мягкой мебели, к нему присоединился и Азаан, который захватил с собой обе рюмки с алкоголем. Усевшись на диване, хозяин включил телевизор, чтобы бубнил на фоне, а затем взял свою стеклянную тару, поднимая. — За наш чудесный вечер, Рам, и за тебя, любимый. — сказав своеобразный тост, тот сделал небольшой глоток, чувствуя, как коньяк приятно греет горло и растекается ниже, отдавая необычным послевкусием. После этого Вознесенский закусил долькой апельсина и яблока. — И за тебя, Ази. — добавил к тосту партнёра Майоров, после чего проследил за тем, как тот пьёт и повторил. Что было самое интересное, так оказалось куда вкуснее, да и коньяк был дорогим, скорее всего, на такой Рустам в магазинах и не смотрел бы, но, благодаря Азаану, мог попробовать, что было приятно. Так они молча выпивали. Майоров был тих, потому что много думал о коньяке и том, как поведение в, казалось бы, простых вещах, у него и Вознесенского было таким разным, а второй был нем, как рыба, просто потому что ему было нечего сказать, особенно когда Анисимович его чуть ли не пожирал глазами. Постепенно рюмки были пусты, да и фрукты подъелись. Всё было вкусно. Приятное завершение вечера, тем более, что сейчас они лежали друг на друге, смотря зомбоящик, хотя даже не вдумывались в происходящее там. В голове Рустама протянулась какая-то цепочка мыслей, которая привела к тому, что он вспомнил про тот самый пакет, который Азаан некоторое время назад купил в сексшопе, но так и не ознакомил его с содержимым, сказав: «я буду знакомить тебя постепенно». Сейчас Анисимович понял, что ему такая фраза ничуть не нравится, ведь они уже занимались сексом и не один раз, а про тот пакет Святозарович и не вспомнил. — Эй, Ази.. — подал голос Майоров, слегка поворачивая голову, чтобы посмотреть на партнёра. — Мм? — тот сделал тоже самое, опустив взгляд на гостя, который устроился щекой на его груди. — Так что в пакете? — со спокойным лицом спросил Рустам. — В каком пакете.. — Азаан даже растерялся, пытаясь понять про какой пакет вообще идёт речь и какое там содержимое и знает ли он об этом. — Бля, не придуривайся. Я про тот самый спрашиваю.. Который из сексшопа. — немного нахмурившись, уточнил Майоров, выдыхая. — Ааа.. Ты про этот… а чего это ты про него вспомнил? — немного наклонив голову и подняв одну бровь, уточнил Вознесенский. — Да так.. Слышь, не переводи тему. Давай рассказывай. Ну или.. Показывай что ли что там… — последнее было сказано не очень уверенно, но всё же Рустам не отрицал того, что и посмотреть было бы интересно. — Нуу.. Тебе обязательно прямо сегодня край всё это знать? Мы так хорошо сидим.. Я бы вообще спать пошёл уже. — немного протягивая некоторые гласные, говорил Азаан, бегая взглядом по комнате. — Эй, я на тебе сейчас использую мой приём для вывода на чистую воду. Мне тут одна булочка сказала, что на тебе он прекрасно сработал. И ты выпалил всё, что надо и не надо было. — нахмурившись, Майоров решил надавить на партнёра, всё же интерес был сильным. — Аа.. Блин блинский… неужели сегодня всё узнал?? — заметавшись и заволновавшись, сказал Вознесенский, после чего вздохнул, — ладно-ладно, не используй на мне свои приёмы, я не смог у Серафимы его выдержать, а у тебя сразу раскроюсь.. — Да, узнал. Мы решили рассказать Фиме о том, что у нас с Лидией в личных жизнях происходит, а она, оказывается, от тебя уже всё знает. — сначала Рустам говорил так, словно был недоволен, но потом смягчился, — но всё же это оказалось даже очень к месту. Она успела успокоиться и принять это, поэтому, когда я сказал, то она уже не волновалась, сказала, что ты забавный и принимает тебя. — он сказал, отведя взгляд, но затем вернулся к предыдущей теме, — так, а ты с темы меня не сбивай и не заставляй приём использовать. Рассказывай давай про содержимое. Сначала Азаан молча внимал словам Рустама, а потом улыбнулся, когда услышал от него про то, что Фима его принимает. Это было очень приятно и успокаивало. Теперь он знает мнение девочки о нём. Но вот затем он вернулся к первой теме и снова стало неловко. — Слушай.. Ну может не надо, а?.. — он тихо подал голос. — Надо, надо. Ну или показывай сразу. — упорно продолжал настаивать Рустам, хмурясь, смотря на партнёра. — Да я даже покажу, то там без пояснений не обойтись.. Ладно, давай договоримся, что остановимся сегодня на одном элементе, ладно? — Азаан попытался найти компромисс, видимо, как по привычке на работе. — Ух ты, гляньте-ка на него, решил условия свои выставить. — как будто обращаясь к кому-то, сказал Рустам, но затем потёр переносицу, — слушай, мы, всё-таки, не чужие люди. Не беспокойся, что бы там не было, я приму это, и приму все стороны тебя, ладно? Мне просто правда интересно что же ты такого купил. И это.. Может помочь узнать тебя и твои предпочтения поближе… — под конец он уже говорил гораздо тише, видимо, ему стало даже неловко. Это заставило Вознесенского улыбнуться, а затем поцеловать партнёра в лоб, который смутился ещё больше. Тем не менее, выдохнув, первый поднялся с дивана и отправился в комнату, жестом зазывая за собой Майорова, который хвостиком прошёл в соседнее помещение. Уже там он сел на кровать, в то время как Святозарович достал пакет из шкафа и, открыв и глянув в него, покачал головой и несколько раз цокнул, предвкушая то, как будет сейчас всё это объяснять. — Да хватит тебе уже причитать, давай шустрее, нам ещё надо успеть поспать, ночь не резиновая. — недовольно буркнув, сказал Анисимович, после чего сел на кровати по-турецки, а затем уже, когда партнёр устроился рядом, попытался заглянуть к нему в пакет, но не получилось. — Ладно-ладно, сейчас, не торопи меня так сильно, а то я итак переживаю.. — немного возмущённо произнёс Азаан, на что Рустам даже притих и взял его за руку, поглаживая большим пальцем по тыльной стороне ладони, показывая своим видом, что всё хорошо. Это успокаивало Вознесенского, поэтому он в следующий момент выдохнул и залез в пакет, сначала доставая оттуда какие-то кожаные ремни, они были тонкие, но их было много и вообще целиковая конструкция пока не представлялась в голове Майорова. — Начнём с чего-то менее вызывающего и более поддающегося пониманию.. — задумчиво сказал сам себе Азаан, после чего расправил эти ремни. Оказалось, что здесь два комплекта портупей, ремни были разные, одни потоньше, но их было больше, а другие были толще, но их, соответственно, было меньше и они казались брутальнее. Рустам очень заинтересовано стал разглядывать данные вещицы, даже одну взял в руки, начав оглаживать пальцами ремни. — Хм, выглядит неплохо.. Но это как? Это что? — посмотрел на партнёра, протянув ему комплект. — М? Ну, это портупея, Рам, тебе.. Показать как она надевается? Хорошо. — покивав головой, Азаан снял с себя пиджак, ведь так и остался в костюме, как приехал с работы, затем ослабил галстук и отбросил его в сторону к верхней части костюма. Взяв портупею в руки, он надел её, а затем начал постепенно подтягивать все ремешки, которые начали подчёркивать его фигуру и прижимать рубашку к телу. Майоров следил за всеми действиями рук партнёра как очарованный, ему, почему-то, очень нравилось то, как ремешки начали обтягивать торс Вознесенского, да и в целом даже с белой рубашкой это смотрелось привлекательно. — А.. Это.. Она только на рубашку надевается или..? — сглотнув, подал голос Рустам, пододвигаясь ближе к партнёру. — Ох, Рам, конечно нет, её можно надевать ещё и на голое тело. — неловко усмехнувшись, он протянул вторую портупею своему любимому, ожидая, что так её наденет он. Майоров покраснел сильнее, но всё же взял портупею и положил себе на колено. У него оказалась как раз та, ремешки которой были толще и брутальнее. Тем не менее, мужчина снял с себя футболку, а затем накинул ремни, немного дрогнув от холодных металлических клёпок и колец. Пусть ремней было меньше, но Рустам не понял куда их затягивать и как, после чего попросил помощи партнёра, который, в свою очередь, довольно улыбнувшись, с удовольствием подтянул портупею так, что между ремнём и кожей Майорова едва ли осталось место. Даже вдохнуть было тяжеловато, но Рам решил не жаловаться, а лишь с интересом осмотрел себя. — Воу, необычно. — он задумчиво буркнул, после чего поймал на себе взгляд партнёра, который едва ли удерживался от того, чтобы сожрать его, — ты.. В порядке? — Я да, в полном. — улыбнувшись, он подлез к Рустаму, приблизившись к его лицу, чем снова заставил его смущаться и даже отводить взгляд, — не знаю как тебе, но я ни капли не жалею о покупке, она так тебе идёт и очень хорошо смотрится. — улыбаясь, говорил Вознесенский, постепенно пальцами поддевая ремешки на теле партнёра, что выходило с трудом из-за натяжения, но очень будоражило всё его нутро, которое трепетало от такого сексуального вида Рустама. Тот, в свою очередь, что-то смущённо бубнил в ответ, но не отталкивал. Наконец-то вернув взгляд к Азаану, он продолжил уже вблизи рассматривать его портупею, которая пусть и хорошо смотрелась на рубашке, но без нее было бы куда лучше, верно? Поэтому, в следующий момент Майоров берёт любимого за запястья, останавливая его, а затем приближается к его уху. — А сам покажешься в портупее, но без рубашки? — он произнёс это вполголоса, своим спокойным басом, который заставил Вознесенского продрогнуть, а мурашки побежать по его телу, вследствие чего он не смог бы отказаться, даже если хотел. Поэтому в следующий момент он ослабляет ремешки, снимает портупею, а за ней рубашку, откладывая последнюю в сторону, а потом возвращает ремни на своё тело, затягивая их так же, как и у Рустама. Он, в свою очередь, пока наблюдал за партнёром и пускал слюни, поймал себя на мысли, что Азаан, который был пухлее, благодаря натянутым ремешкам, которые поджимали кожу, создавали небольшие складочки, смотрелся как колбаса вязанка. От этого он не смог сдержать смех, после чего Вознесенский засмущался и непонимающе посмотрел на партнёра. — Чего смешного?? — с забавным непонимающим лицом тот придвинулся к Майорову, положив руки ему на колено. — Прости, прости, я просто.. Я посмотрел на твои складочки, — улыбаясь, Рустам в этот момент руками промял кожу партнёра около ремешков, чем заставил и его посмеяться от щекочущего ощущения, — и потом в моей голове пронеслась мысль о том, что ты похож на колбасу вязанку. — после этого мужчина тихо засмеялся, обнимая любимого за талию и прижимая к себе. Сначала и второму было смешно, но затем, услышав про колбасу, он возмутился и посмотрел на него, схватив его руками за ремешки на плечах. — В смысле колбаса?? Я что, настолько толстый??? — теперь Вознесенский был действительно обеспокоен, ведь это оказалось для него серьёзным замечанием. — Нет, нет, правда нет, и не вздумай загнаться, будто я тебя перестану любить или что-то такое… — не успел он закончить, как его перебил партнёр. — Ты меня бросишь из-за этого??? Но я хожу в зал! Занимаюсь три раза в неделю после работы! Я стараюсь над собой! — начиная трясти Рустама за плечи, Вознесенский постепенно переходил к истерике. — Так, Ази, детка, — схватив его за щёки, Рустам заставил его слушать, — Я такого не говорил. Всё хорошо, не беспокойся. Это мне ничуть не мешает. Я рад, что ты работаешь над собой, ты молодец и вообще это здорово, слышишь? — Слышу, слышу.. Хорошо.. — подуспокоившись, он сделал глубокий вдох и выдох, после чего положил ладони на руки Рустама, поглаживая их пальцами, а затем задумчиво отведя взгляд. — Ты же мне веришь, правда?.. — осторожно спросил затем Майоров, приподнимая голову партнёра на себя. — Верю, верю, не беспокойся. — усмехнувшись, он приподнялся, беря обе его руки в замок, а затем коротко целуя в губы. Отстранившись, они снова посмеялись, после чего порешали, что пора бы уже и лечь спать. Конечно, содержимое пакета было очень интересным и загадочным для Рустама, но тот доверился словам партнёра о постепенном его изучении, поэтому в скором времени они сняли портупеи, убирая их на место, до лучшего времени, а затем и легли в кровать, засыпая. Ребята наконец-то сблизились, нашли друг друга и теперь не чувствуют себя так одиноко.