За пределами реального времени

Честно признать, самая любимая и обожаемая мной поза для сна, это когда ты лежишь, прижавшись спиной к стене; зарывшись носом в одеяло, расслабленно опустив голову на подушку и думаешь, вдобавок, о каком-нибудь приятном моменте из твоей жизни, ну, или довольствуешься своими бурными фантазиями… Для меня это самое лучшее средство уснуть, особенно, когда нужно сделать это быстро. Ты мигом расслабляешься и постепенно отдаляешься Морфею, так, если повезет, может что-нибудь присниться такое… интересное.

— Так? — Я беру фигурку и переставляю на другую клетку, внимательно следя за реакцией Тилике и понимаю, что же опять не так. Он хмурит брови, и мотая головой протягивает руку к моей пешке. Берет и ставит в другом направлении. — Почему? — Я склонила голову на бок. — Поставив ее здесь ты открыла мне путь к нападению. — Ладонью водит над доской, — видишь, мои могут с легкостью ее окружить и уничтожить? Действительно, она и в правду находилась в максимально уязвимом положении, ну тут я себя не виню, играть не умею. Хочется потянуться и взвыть что это не мое, но увы и ах, без партии он меня точно не оставит.. Реальность улепетывает от меня довольно далеко. А я верю что это сон, и веду себя так отвратительно, словно вот-вот Матрица дернется и спасет мою задницу.. А ведь что ей мешает оставить меня тут? Просто оставить в двадцатом веке мучиться. И плакал мой ВУЗ в столице. Я всю свою жизнь мечтала получить вышку, что бы жить одной и при деньгах, потому что знала истину — никому я не сдалась, и путь мой лежит через карьеру. Клянусь Богом что будь у меня любимый человек, опора которая со мной потому что сама этого хочет, и между нами все взаимно — никакая престижная работа меня бы так не волновала! Я старалась потому что хотела прожить жизнь так, что бы все было не зря. Был выбор.. Либо живу сама, обеспечиваю себя во всем сама, либо опора. Стоп.. А разве был выбор? А может мне предоставили его здесь?

***

Подперевшись локотком об подоконник, Густав устало наблюдал за происходящим в окно. На первом этаже было шумно из-за сестер, которые по всей видимости опять что-то не поделили. Наверное куклу - подметил про себя мальчик. Почему куклу, а не очередную фарфоровую чашечку из старенького стеллажа, а потому что уезжая в город за покупками, мама пообещала каждому за хорошее поведение привезти гостинец. Скорее всего подарок старшей так сильно понравился младшим, что те решили присвоить его себе. А Густаву повезло, потому что девочкам были интересны принцессы, в дорогих платьях и красивых прическах, а не солдатики стоящие смирно и держащие в руках штыки. Он засунул руку в карман штанов, в котором прятал маленького друга. Не смотря на то, что новая игрушка была лучше, качественней и менее потрепанной, ему по прежнему нравился свой деревянный солдатик, который подарил ему один из офицеров. Недолго полюбовавшись им, мальчик поспешил вернуть на место деревяшку. На втором этаже, на котором прятался Густав, было хорошо; теплое освещение и почти что прекрасная шумоизоляция предавали довольно уютную атмосферу. Но не смотря на всю обеспеченность усадьбы, он по прежнему скучал по родному домику в Берлине. Если здесь ты живешь по правилам установленным отцом, которые в отличии от прежних были более странными, то там, в Берлине ты можешь позволить себе почти что все, что не запрещено отцовским законом. Вместо добрых, приветливых соседей и школьных друзей, здесь были злые офицеры, которые в отсутствие отца расхаживали по саду так, словно это их собственность а так же немногословные рабочие - как называла их мама. Ни с теми ни с другими ему общаться не разрешали. Первые могут посвятить подрастающему поколению рейха несколько слов, а потом возможно будут фыркать каждый раз когда ты пробегаешь мимо, но к счастью и возможно везению Густава они иногда в шутку отдавали ему честь и называли майором, относились с уважением к сыну коменданта, он не испытывал их терпение, не знал как на самом деле они будут реагировать, но догадывался.. Да и ему было не так интересно. Вторые же шугались от разговоров, отнекивались на приглашения и вообще избегали его, что Густав стал невольно думать что он страшный. Но если офицеры его не боятся, то почему эти работники в полосатых одеяниях старались вовсе не попадаться мальчику на глаза, неужели те кто носят мальтийские кресты за смелость на самом деле бесстрашные. Но он же не чудовище.. Хотя не все рабочие были такими, он просто не мог не выделить среди них Ксену - довольно ухоженную не смотря на возможности, веселую зеленоглазую девушку, которая каждый раз видя мальчика не могла скрыть своей теплой улыбки. Кстати, в отличии от других она была более разговорчивой, а еще мама не запрещала ему с ней общаться (главное не говорить об этом отцу). Послышался легкий стук в дверь и нежный мамин голос: — Мальчик мой, ты тут? — Мама! - Обрадовался Густав бросаясь к матери в объятья. Женщина потрепала сына по голове и спросила: — Почему ты здесь? Да еще и один? — Жду папу, он скоро придет? Стоило ей вздохнуть как он быстро понял, что целовать их на ночь будет только мама. — У него работа, ты же сам понимаешь.. — Почему он не может поменяться с одним из офицеров должностью, что бы находиться рядом? - Он поднял голову. — Это так не работает.. - Усмехнулась женщина.

***

Уже темнело, и Густав поспешил выбежать на улицу еще до того, как Ксену отправят домой. Не успел он ступить за порог, как мама его окликнула, от чего мальчик испуганно дернулся. — Милый ты куда? — Прогуляться на ночь хочу, можно..? Женщина улыбнулась, словно догадалась о настоящей причине прогулки сына. Подозвав к себе мальчика она накинула на него тепленькую курточку и после этого отпустила. — Ксена! — Густав выпрыгнул из кустов прямо перед ногами узницы. Поднявшись и потрепав свои штанишки, которые уже успели замараться, мальчик бросился в объятья к девушке. По ее изначальному виду не было понятно зла ли или просто расслаблено лицо и Густав немного даже побаивался не той реакции. Но плохие ожидания тут же лопнули как воздушный шарик, когда рука Ксены осторожно коснулась головы мальчика, и так же трепетно провела по волосам. Подняв голову и внимательно посмотрев на девушку, он вопросительно выгнул брови и спросил: — Ты сегодня грустная? А почему? Усталый взгляд явно не говорил о том, что у нее хорошее настроение. После вопроса мальчика девушка улыбнулась. — Грустная? С чего взял? Просто устала немного. — Тут же кивнула в сторону клумбы, возле которой лежали инструменты. Та выглядела странно, словно ее переделывали. — Что с клумбой? — Густав отпустил ее и подбежал к месту утреннего происшествия. — Ты цветы пересаживала? Зачем? Ксена молчала. Скорее всего она не знала причину, но как же работать, и не знать почему? — Папа опять не придет, а если приходит то они часто с мамой в комнате запираются и кричат. — Мальчик сидел на траве, рядом работала Ксена. После его слов она побледнела и спросила: — Ругаются? — Да. — А причина? — Скорее всего папина работа, не думаю что все из-за тебя. Густав не совсем понимал внезапную тревогу Ксены, но скорее всего догадывался что она легко может попасть под руку его отца. — Спать хоть не мешают когда ругаются? Он задумался. В последние разы они кричали довольно громко и тогда Густав просыпался. Бывало даже выйдет из комнаты проверить. Ничего хорошего там не было. — Немного. Ксена подошла к Густаву и присела рядом на траву. — Я несколько лет жила без мамы, меня воспитывала няня пока та искала работу. Забрала она меня примерно в твоем возрасте, на тот момент она уже вышла замуж за другого мужчину.. — Он был офицером? — Густав не хотел ее перебивать, случайно вырвалось, — ой, прости! — Ничего. Казалось она уже было не хотела продолжать эту тему, но мальчик задал еще пару вопросов: — А что потом? Они тоже ругались? Она кивнула.

***

— Фройляйн Ксена, как приятно снова видеть вас, как ваша нога? — Ягерёнок улыбнулся убирая свою курилку. Я обернулась и уже увидела как солдат что стоял все время рядом, уже покинул кабинет закрыв за собой дверь. Теперь тут только Я и Это создание. Меня пригласили на чаепитие, а я почему-то вдруг расслабилась, только потом дошло что меня ждет — будем сплетничать о моем братике. — Взаимно Господин Штандартенфюрер. Иду на поправку. Клаус кивнул, подошел к своему столу, выдвинул стул и жестом "приказал" мне садиться. Ой как мило, какие манеры. — Вы пьете? Ну чай он для меня точно припас, алкогольный, чтобы разговорить как следует. Интересно, как долго я продержусь. — Мне нужно к Ягеру? — Ага отдохнула, здрасте это очередное интеллектуальное изнасилование! Тилике кивнул, ну а чего еще можно было ожидать то? — Не хочу. — И это не намек на то что бы меня насильно туда затащили, — все понимаю, но можно чуть позже? Молчание от собеседника больше было похоже на мысленное благословение.