Флудилка (Игра)

      Пронька ворвался в темноту под шум собственного вдоха. Крутанулся вокруг себя и только убедился в том, что находится в глубокой темнотище, хоть глаз отключи - ни черта не изменится!       И почти сразу понял где он. Из кладовки, переделанной в комнату понёсся поток нестройной искорёженной брани.       Алефтина Арнольдовна, нажавшая на кнопку "разбудить", там, с внешней стороны двери только чуть-чуть приподняла левый уголок рта, а потом долго-долго и молча слушала. До тех пор, пока запертый пропеборг не выдохся.       А потом выпрямила спину и тихонечко ушла.       Всласть наговорившись, он подлетел к выключателю, который теоретически должен был зажигать в комнате свет. Должен был, но не сегодня. За сегодняшнюю повинность наказание ему усилили - выкрутили лампочку.       Прохор тихонько прорычал и начал делать то, почти единственное, что сейчас мог. Слушать.       Он слушал долго. Слушал, как палезатор, наконец накупавшись пошлёпал в свою комнату, как пела помпом в коридоре, как рифф-старший, договаривался учить играть риффа-младшего, как постепенно затихал и в конце концов, затих дворец и как под самую дверь что-то подкатилась и грубый низкий голос сказал:       - Чё, завтрак туриста, допрыгался? Ну ты шпрот, ваще уёбок, шнырь, херов, хорошо, что коробку твою отобрали, теперь учат!       Пропеборг подлетел прямо к самой двери, даже обшивку на ней чиркнул пропеллером и, кажется, невпопад, заговорил:       - Зо мной был зерномекх! Где он? Голос тоже, кажется отвечал невпопад:       - И правильно, что тебя в карцер засунули! За тебя, карася недобритого, всякая шелупонь к нам налезла! Хер зелёный и хуйня неместная! - Голос недобро гыгыкнул. - И вскроют их скоро за тебя, таранку!       - Кхак два?! - Опешил пропеборг. - Зо мной один был! - Он успокоился, думать надо было быстро. Нельзя, что бы монстр снаружи стоял там слишком долго - заподозрят. - Ладно, передай взё Микхе. Зкхажи жто меня зрочно нужно дозтавать отзюда! А зерномекха ещё зкорее! Он не идз нашего мира! Нельзя допузтить, жто бы они его разрезали!       - Вот и сиди там теперь, бычок в томате! - Огрызнулся собеседник напоследок и, кажется, укатил.