Зеркальное Отражение или Архидьякон в 21 веке.

"Запись в дневнике от 1 мая 2012 года. Как же давно я сюда не писала! Практически два месяца! Но мне уже гораздо лучше! Я ожила, воскресла, как феникс из пепла. И все благодаря Клоду! Наши бесконечные разговоры обо всем на свете принесли свои плоды–мы стали очень хорошо понимать друг друга. Я показала ему город, в основном центральную его часть и наш район, в котором мы живем. Клод научился ориентироваться в нашем мире и даже самостоятельно перемещаться в нем пешком, на автобусе и на метро. Я горжусь им! Теперь мы вместе учим языки. Я обучаю его русскому, он меня–греческому. Начали мы наши занятия с изучения алфавита и написания букв, а теперь уже учим редкие слова и расширяем наш архив знаний! Клод уже практически свободно говорит на нашем языке, ему только осталось избавиться от легкого иностранного акцента и он будет "русским". Что же касается меня, то пока получается неплохо, но надо больше заниматься. С его объяснений я начала хоть как-то понимать этот язык. Признаюсь честно, раньше мне удавалось заучить только пару фраз, суть которых я моментально забывала. Как же хорошо, что в моей жизни есть такой человек, как Клод! Мы с ним подружились! Но я до сих пор не могу поведать Клоду его печальную историю из романа. Просто не могу! Это причинит ему боль да и мне тоже. Еще раз пережить его смерть от руки Квази я не смогу. Помню, тогда я около полугода не могла выйти из состояния опустошенности, когда впервые прочитала роман. Из-за этого меня мучает совесть. Каждый раз я рвусь сказать ему правду, рассказать о нем, своей увлеченности им, но останавливаюсь и держу рот на замке. Мне стыдно скрывать это от него! Конечно, я понимаю, что дружба–это прекрасно, но даже ей приходит рано или поздно конец. И этот конец я наблюдаю практически каждую ночь. Если меня воспоминания о своей безответной любви к Мише покинули– их заменили новые, счастливые и о Клоде, то с Клодом дело обстоит не так красочно, как у меня. Каждую ночь в своих кошмарах он все еще видит Ее. Он рвется к Ней, восхищается Ей, говорит с Ней и страстно Ее желает. Он мучается спустя столько времени и никак не может отпустить Ее. Он умоляет бежать с ним из Парижа, из этого ужасного города, но Она всегда отказывает ему и уходит на Гревскую площадь, где принимает смерть от виселицы. После пробуждения Он винит себя в Ее смерти, замыкается в себе, плачет и метается в разные стороны от безысходности. Как мне тяжело просто смотреть на это! В такие моменты я стараюсь успокоить Его, поговорить с Ним, обнять Его, отвлечь, но это помогает только днем, а ночью Она вновь приходит в Его сны и мучает Его. А я не могу спокойно спать. Зная это, я сторожу Его сон. Но с каждой ночью мне становится все тяжелее смотреть на Него, меня накрывают давно забытые, но такие приятные чувства! Я не могу долго их сдерживать! Это невыносимо! И в одну из таких ночей я сдалась..." *** —Стой! —Не уходи! —Останься со мной! —Иди ко мне! От крика я открыла глаза, мой сон сняло моментально, как рукой. Рядом лежал Клод и что-то бурчал себе под нос. Он весь покрылся испариной, покраснел, ворочился в разные стороны и скидывал с себя одеяло. —Опять Она ему снится—спокойно сделала вывод я и встала с кровати. Из ванной я принесла холодное полотенце и начала протирать им его лицо. —Как же тебе плохо, я вижу это—я положила полотенце на его лоб. Клод перестал дергаться и спокойно лег на спину. —Тяжело любить того, кто НИКОГДА тебя не полюбит–я провела рукой по его пылающим щекам и остановилась. Теперь Клод лежал абсолютно без движения и в полном покое. Неужели, это действительно Он? Грешный священник, упавший в омут безграничной любви и страсти, суровый архидьякон, ударивший ножом в спину соперника, мой кумир, идеал, несбывшаяся мечта, моя любовь, мой огонь запретной любви, мой литературный герой, существующий на самом деле и теперь находившиеся так близко... Я склонилась над его лицом и запечатлила на его губах такой долгожданный для меня поцелуй. Поцелуй из прошлого, но совершенный в будущем. В ответ он заворочился, обхватил меня руками и углубил мой поцелуй. От его губ мне не хватало воздуха, меня бросило в жар, захотелось зарыться в его волосах своей рукой, прижаться к нему, почувствовать тепло его тела, ощутить его в себе.. Клод был настойчив, его поцелуи такие страстные и желанные. Его руки исследовали мое тело и остановились на талии. Он прижал меня к себе и зажал мертвой хваткой. От испуга я вырвалась из его обьятий и отстранилась от него, тяжело дыша. —Эсмеральда!—крикнул Клод и вновь задрожал. —Дура! Какая же я дура!— моя тень исчезла из комнаты.