Зеркальное Отражение или Архидьякон в 21 веке.

Как и указала Надежда Михайловна, Клод нашел Катю на окраине поселка. Его голову терзали страшные мысли, всюду мерещилась эта темная надпись на латыни. Он и сам не знал, что сказать девушке при встрече. Первой его реакцией был неподдельный шок, который он испытал еще при разговоре с покойной Матерью Катерины. Тогда мужчина решил, что девушка рассказала ей всю правду. Это его успокоило. Катерина была не из тех людей, кто будет раскрывать тайны всем подряд. Осторожность, холодный ум и логика в действиях девушки восхищала бывшего священника. –Но надпись и книга с таким названием и содержанием! –обеспокоенный архидьякон ходил взад-вперед вокруг сосны. Незнакомка не оставляла его. Она спокойно парила в воздухе, словно на крыльях. Для мужчины ее образ и присутствие были маленькой тайной, в которую девушка не желала его посвящать. Затем в голову священника влетела мысль немедленно потребовать объяснений у Катерины, но ее тут же сменила другая, включающая в себя нотки здравого смысла и возможного исхода: –Нет, это неправильно!–размышлял он вслух– Сейчас не время... Ей очень тяжело. Бедная девушка! После смерти Микале она чуть не умерла, теперь ее Мать...Сейчас не время...–повторил Клод–Думаю, я должен сам изучить эту книгу, это может быть просто совпадение, игра слов, вымысел...–мужчина мысленно заставлял себя поверить этому, но в реальности он хватался за голову. Священник перевел взгляд на девичий силуэт, плавно качающийся на качелях в легком платье салатового цвета: –Катя!–мужчина оперся о ствол дерева и неотрывно посмотрел на девушку–Ее чувства важны мне. Когда я смотрю на нее, я не могу сдержать улыбки. Своей жизнерадостностью она оживила меня, я вновь почувствовал себя человеком рядом с ней.–Клод тяжело вздохнул–Откуда в ней столько силы и мужества улыбаться сквозь такую тяжелую жизнь? Улыбаться, глядя смерти в лицо. Смеяться, сквозь слезы и боль. Она стала мне так дорога...–он отвел взгляд от девушки и прижался всем телом к сосне. –Я полюбил ее!–признался сам себе священник, устремив взор на Катерину. Полупрозрачный силуэт захлопал в ладоши и восторженно запрыгал. *** –Как же давно это было!–я качалась взад-вперед на старых ржавых качелях, вспоминая давно ушедший, но такой родной и любимый детский городок. Но теперь все будет по-другому. Неужели, я стала сиротой в 24 года? Больше не будет разговоров с Мамой, я никогда ее не смогу обнять, услышать ее голос вновь. Как это тяжело! И что мне делать дальше? Как жить? Я раскачалась посильнее и посмотрела на милые деревенские домики. Раньше, сидя на этих качелях, я много размышляла о Клоде, его времени, мечтала о нем. Даже сейчас, изучая взглядом простой сельский пейзаж меня заполняли видения из романа. –Мой поселок, а чем он не Двор чудес? Ничего в нем не меняется с годами: люди все такие же: воришки есть, алкоголики, бездельники, обманщики. Чем они не те знаменитые бродяги из романа? Только выглядят все на новый лад, почище что ли. –Тогда кто я во всей этой истории? Сирота, мечтательница и готовая пожертвовать самым дорогим ради любимого. Ответ очевиден–Эсмеральда! –Как сейчас вижу это, вот она выходит на площадь босая–я спрыгнула с качели и сняла туфли–стелит коврик–воображаемый коврик упал на траву. –И начинает танцевать под звуки своих же хлопков и бубна,–я начала плавно двигаться и хлопать в такт–но я бы добавила песенку, думаю ария цыганки из мюзикла подойдет. Мое легкое платье начал подхватывать ветер, оголяя ноги. Руками я плавно колыхала подол своей юбки и кружилась вокруг себя, звучно напевая песню: –Bohémiennе, Qui peut dire où je serai demain (Цыганка, Кто знает, где я буду завтра?) –Вот и я этого не знаю–я распустила свои волосы и плавно закрутила бедрами. –Bohémiennе, Qui peut dire qui j'aimerai demain (Цыганка, Кто скажет, кого я полюблю завтра) –Но я люблю только Клода! И сегодня, и завтра, и всегда! –Bohémiennе, C'est écrit dans les lignes de ma main (Цыганка, Это написано на линиях моей ладони) –Судьба так считает, чтобы это не было. Что ж, я с этим согласна–я круто развернулась и продолжила танцевать. –Je n'ai plus ni père ni mère (У меня нет больше ни отца, ни матери) –Вот и у меня нет! – продолжила я петь куплет. –Дивная песенка! Я обернулась на голос и увидела перед собой мужчину. Его русые волосы взъерошились от ветра и облепили всю его фуражку, а его отутюженная рубашка сверкала в лучах солнца и была легонько прикрыта тужуркой, которая была застегнута только на одну пуговицу. К моему удивлению, этому человеку очень шла военная форма. –Вам-то какое дело! Идите своей дорогой!–фыркнула я. Мужчина рассмеялся: –Кать, разве ты не узнала меня? –Вы думаете, что я знаю в лицо каждого человека, который проходит мимо меня? Вас я впервые вижу! –Да ладно! Не мог же я так сильно измениться! –он снял головной убор. Но в ответ от меня прозвучали сверчки. Я понятия не имею, кто это! Оставьте сейчас меня все в покое! –Сашка Шишкин! –представился военный–Ну, узнала? –Нет. –Мы с тобой в детском садике в одной группе были, ты еще моей невестой была, помнишь?–он рассмеялся– В венке из одуванчиков мы с тобой венчались, а Светка говорила писклявым голосом, чуть гнусавя: –" Властью, данной мне этой синей куклой и косолапым мишкой..."–мужчина спародировал детский голос и сложил руки, как-будто он держит книгу и читает невидимый текст. –Да, что-то такое припоминаю...–дошло до меня, наконец. Эх, и давно это было...мне годика четыре было. –А я тебя сразу узнал, ты стала такой красивой! Прям глаз не отвести! –Спасибо,–смутилась я–а ты смотрю решил военную карьеру сделать. –Да, после армии я с головой окунулся в службу, уж до старшего лейтенанта дослужился–он погладил рукой свои погоны и устремил взгляд на меня. –А что ж не до КАПИТАНА?–съязвила я и принялась разыскивать свои туфли в траве. –Пока рано еще–он встал у меня перед глазами и перегородил мне путь. Не нравится мне этот товарищ. –Катя, я слышал о вашем горе, мне очень жаль. Я всей душой соболезную тебе. –Твои соболезнования приняты–прослезилась я– Я до сих пор не могу это принять, мне очень тяжело...–я обнаружила свою обувь и стала ее надевать. Мужчина не отводил от меня взгляда пока я обувалась. –Прости, но мне нужно побыть одной–круто развернулась я и сделала пару шагов. –Я хочу жениться на тебе!–крикнул Саша мне в спину. Здасьте, приехали! Мне не послышалось? Он серьезно? Это заставило меня остановиться и застыть в полном шоке от услышанного. Эт че такое я не поняла? –Что за аттракцион невиданной щедрости?–ответила я–То, что мы когда-то в далеком детстве играли в жениха и невесту еще не значит, что мы станем ими спустя двадцать лет! –Я много лет наблюдал за тобой! Помню каждый твой приезд сюда из столицы, я тайно любовался твоим прекрасным личиком, твоей фигурой, но не решался с тобой заговорить. Я люблю тебя! Теперь ты осталась совсем одна и я хочу заботиться о тебе! Будь моей женой!–театрально проговорил он и полез ко мне обниматься. –Любви захотел значит, Шишкин!–зашипела я и вырвалась из его хватки– Я тебя впервые вижу! Ты кто вообще такой? Вот что, недокапитанчик, ты получишь от меня только шишкосушилкой по голове! –от этой наглости я вскипела. –Katrin, monsieur, n'est pas fille a soldats! (Катерина не солдатская девка!)– крикнула я ему на прощание и убежала через деревья в сторону дома. –Пф, а то я–Эсмеральда, я как Эсмеральда!–сказала себе под нос Незнакомка. Она одобрительно кивнула головой, щелкнула пальцами и человек в солдатской форме исчез. *** Со всех ног я неслась домой, как ошпаренная. Какая наглость! Я не могу прийти в себя от этой ситуации. Я что вещь что ли, что так мною распоряжаться? Отвратительно! –Ох ма...–споткнулась я о выступающей корень сосны и шлепнулась на землю. –Боже, как больно!– перевернулась я на бок и скорчилась от жуткой боли в руке. Тут я заметила Клода, наблюдавшего за всем этим театром одного актера, что из меня вышел. Он взял мою руку и помог мне встать. –Ты все это слышал?!–опомнилась я, полностью проигнорировав сильную боль. –И даже видел. –Теперь ты, наверное, обиделся на меня. Мне не стоило...не знаю, что на меня нашло. Я не должна была такое вытворять!–занервничала я и покраснела. –Как я могу злиться на тебя!–ответил Клод и нежно обнял меня. Я прижалась к нему и заплакала. –Люблю тебя, Клод!–тихо проговорила я сквозь всхлипы. Девчушка завирищала от радости и растворилась в тени деревьев.