7 способов понравиться парню

Йен собирается устроить Микки потрясающее свидание. Они вместе уже как неделю, и всё это время Йен пребывает в состоянии блаженства. Он никогда не думал, что наличие другого человека в жизни сможет сделать его целостным. И счастливым. Пиздец каким счастливым. Они с Микки буквально не отлипают друг от друга на работе, проводя всё своё свободное время вместе. Мэнди даже стала малость ревновать, но Йен посвящает её в некоторые подробности, поэтому, в целом, она довольна. А теперь, спустя ещё пару дней, и сама не прочь присоединиться к Йену и Микки в курилке, либо же составить им компанию для вечернего похода в бар. Однако, есть лишь одна граница, которую они ещё не преступили. Секс. Но, кажется, что Йену это и не нужно. Конечно, он хочет Микки до безумия, до трясучки в коленках и до боли в животе, но секс не стал основополагающей в их отношениях. Превыше всего чувства. Поэтому Йен желает сделать всё красиво и правильно. Опять, обратившись за помощью в интернет, среди сотен идей для свиданий Йен выбрал всего лишь одну. Свидание-пикник на крыше. В голове Йена это выглядит очень романтично… если опустить тот факт, что апрель в Чикаго — не самый тёплый месяц. А вечерами прохладный ветер продувает до самых костей. Но отказать себе в удовольствии расстелить клетчатый плед и притащить корзинку с фруктами, вином и сэндвичами он не мог, поэтому всё же принял решение отвести Микки на крышу какой-нибудь высотки. Йен просмотрел прогноз погоды на целую неделю и, по словам метеорологов, самым тёплым на этой неделе будет вечер пятницы. Четырёх дней должно вполне хватить на остальные мелочи, например, на то, чтобы примерно прикинуть в голове меню или на то, чтобы придумать, как попасть на крышу. Но Йен с этим разберётся.

***

Во вторник Йен подлавливает Микки на выходе из офиса, когда тот собирается провести свой перерыв в курилке, и заталкивает обратно в теперь уже пустующее рабочее пространство. Здесь находится лишь пара человек, кто заканчивает обработку телефонных заявок, и те, кто носит с собой обед из дома, предпочитая не стоять в очереди за сэндвичем и кофе по весьма завышенной цене. Микки, кажется, уже привык к спонтанным решениям Йена и всегда согласен провести перерыв так, как хочется Галлагеру. — Что случилось? Безумно очарованный своим партнёром Микки не может держать руки при себе, когда рядом находится Йен, поэтому хватается, поглаживает и цепляется за своего парня всегда, когда ему предоставляется возможность. Поэтому Милкович позволяет себе положить руку на грудь Йена, большим пальцем касаясь воротника рубашки и немножко оттягивая его в сторону. — Ничего, я просто соскучился, — Йен засовывает руки в карманы штанов Милковича и слегка подтягивает его к себе. — Ну так может ты хочешь провести сегодняшний вечер вместе? — Микки понижает голос и немного склоняет голову на бок, взглядом пытаясь поймать взгляд Йена, который всё время ускользает от него. — Да, то есть, нет. Сегодня никак не получится. У Дэбби свидание и она попросила меня посидеть с детьми. Йен врёт, но не совсем. У его сестры действительно сегодня свидание, но она просто ещё не в курсе, что Йен намеревается сидеть с Фрэнни. Просто если сегодня он пойдёт к Микки, он трахнет его на всех поверхностях и всех плоскостях, и тогда о романтическом первом свидании можно будет забыть. Микки расстраивается; это видно по его выражению лица, но всё равно старается не подавать виду. — Детьми? Множественное число? — Ага. Фрэнни и сын того парня, с которым Дэбби пойдёт на свидание, — Йену больно видеть лицо Микки и ещё больнее ему врать, но это всё ради их идеального свидания. — Ладно, чемпион, я курить. Идёшь со мной? В голове у Йена появляется картинка их последнего перекура в туалете и то, как Микки обхватывает губами сигарету. Его члену это зрелище нравится даже больше, чем самому Йену, поэтому сейчас срочно нужно сконцентрироваться на чём-либо гораздо менее сексуальном. Например, чьих-нибудь сиськах. Но, казалось, что с таким периодом воздержания, как у Йена, даже чужие сиськи могли стать немного привлекательнее, чем они есть на самом деле. — Я не могу, — практически рычит Йен. Микки смеётся и, приподнимаясь на носки, прижимается крепче к Йену, шепча на ухо: — А теперь представь, что иногда я курю голый. Йен исходит проклятиями, пока Микки, смеясь, покидает офис. — Да пошёл ты, придурок! — кричит Йен ему в спину, после чего слышит ещё более громкий смех. Этим вечером Йен едет в дом Галлагеров в совершенно подавленном настроении, осознавая, что собственноручно лишил себя секса с Микки. И только от одной мысли об этом у него болит сердце. И член.

***

В среду Микки заталкивает Йена в курилку-туалет и очень настойчиво прижимается губами к губам, а рукой к члену. Но, к своему удивлению, встречает преграду в лице Галлагера. Йен не отталкивает его, но и ответной реакции тоже не наблюдается. — Йен, ты в порядке? Боже, Йен чувствует себя таким уебаном, отказывая Микки, да и самому себе в удовольствии. — Да. Просто это как-то… не особо правильно, — и это было совершенно не похоже на правду. — Слушай, я что-то не так сделал? — глазах Микки обида и отчаяние, но он всё ещё старается держать себя в руках. — Нет. Ты замечательный, просто… Йен тупит в самый неподходящий момент и, как на зло, в голову не приходит ничего. — Можешь не продолжать, я понял. Микки вылетает из туалета раньше, чем Йен понимает, что вообще только что произошло. А произошло одно — он опять поступил, как мудак.

***

Весь вечер среды Микки не отвечает на сообщения, а в четверг утром приходит с опозданием и работает, не поднимая головы вплоть до самого обеда. Йен смотрит на него с видом побитого щенка, оборачиваясь каждые 10 минут, чем изрядно бесит Мэнди. — Господи, вы сойтись не успели, а уже срётесь? — шепчет она Галлагеру, когда ставит клиента на удержание. — Мы не ссоримся, — мямлит Йен себе под нос. — Мне насрать, что вы там делаете. Просто поговори с ним и решите уже это. Ты отвлекаешь меня от работы. — Извини, — говорит Йен и отворачивается с ещё более жалостливым видом. — Боже, — театрально вздыхает Мэнди, — давай я что-нибудь сделаю. Хочешь, я приглашу его в бар? Выпьем пива, я свалю, вы поговорите. Йен светится и кивает множество раз, чтобы Мэнди поняла, насколько это хорошая идея. Девушка закатывает глаза, жестом показывает Галлагеру отвернуться и закрыть рот, а затем вновь приступает к работе.

***

Микки согласился идти в бар не сразу, но Мэнди не отъебётся, пока ты не сделаешь то, что ей нужно. Так что лучше сразу пойти у неё на поводу и не тратить время на бесполезные споры. Они приходят в бар, где Гарри отмечал свой День рождения и сразу садятся за столик. Бармен приносит им пиво и сладкий алкогольный коктейль, после чего Микки тут же делает несколько больших глотков из бутылки. Его плечи расслабляются, он тяжело выдыхает и принимается ногтем колупать влажную этикетку. Первым затянувшейся паузы не выдерживает Микки: — Ну? — Что? Мэнди упорно делает вид, что она пригласила Микки обсудить что-то очень важное, а не сидеть, выискивая глазами Галлагера. — О чём ты хотела поговорить? — А, ты об этом, — нужно срочно что-то придумать, пока рыжую бестолковую задницу где-то носит, — ну я хотела поговорить о… тебе. — Обо мне? — искренне удивляется Микки и даже поднимает свои глаза на коллегу. — Ну, да. Как тебе наш коллектив? Все ли тебе нравится? Может обижает кто? — Мэнди, ты издеваешься надо мной? — Микки не верит своим ушам. Наконец, за дверью бара показывается рыжая голова, а затем и всё тело протискивается в тёмную духоту бара. — О, ну всё, я пошла, — Мэнди хватает свой коктейль со стола, чтобы пойти к барной стойке. — Что, блять, происходит… — Привет. Не успевает Микки договорить, как перед ним предстаёт Йен, улыбаясь во все 32. — Да вы издеваетесь надо мной, — Милкович выскальзывает из-за стола, бросая несколько купюр на стол, — эй, Мэнди, увидимся завтра! — Микки? Милкович не обращает внимание на ахуевшее лицо Йена, просто проходя мимо него к двери. И даже когда Галлагер хватает его руку, он всё равно вырывается и выходит на улицу. Как только Милкович переступает порог бара, он достаёт пачку сигарет и зажигалку, однако пальцы не слушаются, и он так и не может поджечь сигарету. — Какого чёрта, Микки? Микки молчит, безуспешно пытаясь заставить зажигалку работать. — Почему ты не хочешь со мной разговаривать? — взвывает Йен, становясь напротив него. — Я не обязан этого делать. Микки мечтает о никотине, дабы поуспокоить нервишки, иначе он сейчас просто взорвётся. — Ну мы вроде как пара и должны разговаривать, чтобы решать проблемы, нет? — Тебе показалось. Микки жалеет о сказанном в ту же секунду, когда лицо Йена теряет всю злость и настойчивость. Уголки его губ медленно опускаются, а глаза стекленеют. — Я не это хотел сказать, прости, — Милкович опускает взгляд и чешет ногтем бровь, не находя смелости посмотреть Йену в глаза. — Что произошло, Микки? — Я вроде как разозлился. — На меня? Микки не хочет говорить. Не хочет показывать, что рядом с Галлагером он — неуверенный в себе подросток. — Сначала на тебя, а потом на себя. — За что? — А ты бы не бесился, если бы твой парень не хотел тебя трахать? Лицо Йена удлиняется, а глаза округляются. Он застывает с открытым ртом. — А с чего ты это вообще взял? — Ты отказываешься ехать ко мне, не даёшь себя трогать. Я не маленький мальчик, Йен. У меня есть потребности. Йен закрывает лицо руками и тихо смеётся со всей абсурдности ситуации. — Господи, Милкович, — он подходит и берёт в руки лицо своего парня, — ты такой идиот. А я просто мудак. Я так сильно хотел устроить тебе идеальное свидание, что обидел и заставил сомневаться в себе. Йен опускает голову и тянет Микки к себе, дабы наконец-то прильнуть к таким желанным губам парня, по которым он скучает 24 часа в сутки. — Ты даже не представляешь себе, как сильно я хочу тебя трахнуть. Просто я не хотел ничего испортить и зациклился на свидании, чтобы сделать всё правильно. — Ты и правда мудак, Галлагер. Микки улыбается и обхватывает ладонью затылок Йена, углубляя поцелуй и засасывая в рот его верхнюю губу. — Завтра в 7. Я заберу тебя. — Мы с моими синими яйцами будем тебя ждать. И тебе лучше молиться, чтобы мне понравилось, Галлагер. Йен мычит и спешит вновь возобновить дурманящую череду поцелуев с самым лучшим мужчиной в мире.

***

Йен забрал Микки ровно в 7. Он приоделся и даже одолжил машину у Кева, чтобы ещё больше произвести впечатление на Микки. Однако, кажется, Милкович настолько одурманен Йеном, что больше уже некуда. — Потрясно выглядишь, — говорит Микки, едва успевая выйти из многоэтажного здания. Он окидывает взглядом Галлагера с ног до головы и соблазнительно играет бровью, а затем прикуривает сигарету. — Ты тоже. Йен втягивает носом дым и немного опускает голову, чтобы чмокнуть парня в губы. Он очень сильно волнуется и, как обычно, это написано прямо на его лице. Рыжий выхватывает у Микки сигарету и в несколько затяжек докуривает её, после чего бросает на землю и растаптывает носком ботинка. — Нервничаешь? — Очень, — отвечает Йен и открывает дверь перед Микки. Он ждёт, пока всё тело Милковича окажется в машине, прежде чем обойти её и сесть самому. Йен везёт Микки прямо в их офис. Оказалось, что договориться с охранником, чтобы он пропустил тебя на крышу проще простого, если вы уже знакомы. Так что пятьдесят баксов и милая улыбка сделали своё дело. А ещё их здание было достаточно высоким, чтобы другие высотки не загораживали вид ночного города. — Мы едем на работу? — тихонько посмеивается Микки, узнав знакомый район. — Ага, типо того. Оборачиваясь на него, Йен улыбается и, протягивая руку, сжимает бедро парня. Это необходимо, дабы вернуть осознание реальности. Но его сердце всё равно выпрыгивает из груди от нетерпения и страха перед предстоящим событием. Хотя Микки, кажется, совершенно спокоен. Он смотрит вперёд и иногда покачивает головой в такт песне, а ещё крепко сжимает руку Йена, лежащую у себя на ноге. Они поднимаются на лифте на самый верхний этаж, затем минуют пару коридоров, выходя к лестнице, ведущей на крышу. — Дамы вперёд, — Йен открывает дверь для Микки, пропуская его первым. Галлагер потратил целый час на то, чтобы сделать всё красиво и правильно. Блять, он даже нашёл этот сраный клетчатый плед и расстелил его прямо на ровное горизонтальное покрытие крыши. Однако, посчитав, что одного пледа недостаточно и их задницы могут замёрзнуть, притащил из дома ещё несколько подушек и раскидал их сверху. Плетёную корзинку найти не удалось, но зато в рюкзак поместилось всё необходимое: вместо заявленного вина — пиво, а вместо сэндвичей с тунцом и рукколой — бутерброды с сыром. — Нихуя себе, — шепчет Микки и улыбка расцветает на его лице. Йен всё ещё смущён и совершенно не знает, как себя вести. Это его первое свидание, которое организовал он сам. Так что ему бы очень не хотелось облажаться. Галлагер переплетает их пальцы и тянет за собой к пледу, после чего усаживается на подушки. Он достаёт две бутылки, открывает их, а Микки медлит, не в силах отвести взгляд от огней города. —Это ещё не полностью стемнело. Посмотришь, какая красотища будет через час. Реакция Микки — лучшая похвала, поэтому Йен расслабляется и мысленно гладит себя по голове. Он проделал действительно хорошую работу. Милкович улыбается, застенчиво чешет нос, а потом всё же усаживается на подушку рядом с Йеном и скрещивает ноги перед собой. Он делает пару глотков пива, пока не замечает кое-что. — Это что, та рубашка, в которой ты был в мой первый рабочий день? — Ты помнишь? — у Йена глаза лезут на лоб. Микки, видя такую реакцию, смеётся и берёт бутерброд. Он откусывает краешек и, прожевав, произносит: —Ну, я не слепой, а ты не такой беспалевный, как думаешь. Я сразу понял, что ты запал на меня, — лицо Йена краснеет и это безумно забавляет Микки, так что он решает продолжить, — ты мне тоже сразу понравился. Боже, лицо Йена злое, растерянное и удивлённое одновременно. Он застывает с бутылкой пива около рта и не может пошевелиться. — Какого хуя, Милкович? Ты целый месяц просто смотрел, как я страдал? — О, прекрати. Если бы ты был на моём месте, ты бы тоже не удержался. Надо было видеть тебя со стороны, — Микки прекращает смеяться и его щёки наливает румянец, — ты был слишком милым и застенчивым. И, к слову, я практически решил выложить тебе всю правду и прекратить твои страдания, но потом ты начал активные боевые действия, поэтому я передумал. Это просто не может быть правдой. Йен не мог быть настолько слепым, чтобы не видеть этого. Микки так искусно водил его за нос, что Галлагер совершенно ничего не понял. Он такой придурок. Йен надувается, отворачивая голову от Микки. — Если честно, я думал поговорить с тобой после той вечеринки, когда я вызвал тебе такси. Но потом… ты сам знаешь. Ты смотрел на меня, не отводя взгляд, показывал свою татуировку на боку, и даже подослал ко мне Мэнди. Ты так сильно старался мне понравиться, что я влюбился в тебя чуть ли не сразу, — Йен ещё больше отвернул голову, напоминая Микки маленького ребёнка. — Эй, Галлагер, я тут в чувствах тебе объясняюсь. — Я знаю. Просто чувствую себя идиотом. Микки разворачивает любимую рыжую голову к себе и мягко целует. Он кладёт руку на щеку Йена и мягко поглаживает щетину. —Для меня никто и никогда не делал ничего подобного. Никто не пытался из кожи вон вылезть, чтобы понравиться мне. Никто не приводил меня на крышу, чтобы выпить пива и посмотреть на ночной город. Только ты, — он переводит взгляд на губы Йена, а затем вновь возвращает его к глазам, — и я чертовски влюблён в тебя, Йен Клейтон Галлагер. Йен замирает. Время вокруг них останавливается, будто во всём мире сейчас существуют только они. Йен медленно моргает, не в силах оторвать взгляд от глаз Микки, а затем подаётся вперёд и впивается в его губы. Они синхронно откидываются на подушки, лежащие позади, больно ударяясь зубами, но никто из них не обращает на это внимания. Микки зарывается пальцами в волосы Йена, притягивая его к себе ближе и наклоняя его голову, чтобы углубить поцелуй. Он тяжело дышит, а потом стонет, когда Йен кусает его за губу и сильно сосёт, выпуская изо рта с мокрым звуком. Жаждущие губы спускаются ниже и целуют куда-то под челюсть, а член болит под напором Йена. Галлагер не тратит время на рубашку Микки, сразу переходя к тому, чтобы попытаться расстегнуть штаны. Пальцы не слушаются и путаются, поэтому он просто проникает рукой под пояс штанов, а затем и под трусы, и резко сжимает член Микки в руке. Последние остатки самообладания пропадают, когда Милкович стонет ему в рот, притягивая руками ближе его торс. Йен кусает его за губы и за язык, они тяжело дышут и не могут перестать целоваться. Йен поддерживает свой вес одной рукой, а второй держит Микки, большим пальцем аккуратно массируя головку. Он закрывает глаза и пытается сконцентрироваться на своих действиях, чтобы с позором не кончить в штаны. Но весь его план летит к чертям, когда Микки засовывает руку ему в штаны и тоже начинает ему дрочить. Поза неудобная и движения рук сковывает одежда, но никто из них не собирается жаловаться. Это лишь быстрая дрочка на крыше из-за нахлынувших чувств, а настоящим сексом они могут заняться позже. Йен стонет Микки в рот, и стон тонет в поцелуе, а затем ещё в одном. Он хочет попросить Микки остановиться или крепко сжать член на несколько секунд, дабы отсрочить окончание, но не успевает. Тело и член Микки напрягаются и замирают, пока он кончает с языком Йена во рту, его рукой в штанах и его волосами между пальцами. Это настолько прекрасно, что Йен кончает в ту же секунду, как Микки начинает стонать. Йен смещается на бок и они продолжают лениво целоваться, нежась в послеоргазменных ощущениях. Микки водит рукой по спине Йена, легонько почёсывая его ногтями через рубашку, отчего он практически проваливается в сон. — У меня в портфеле есть салфетки, но мне так лень за ними подниматься. Микки приподнимает голову и видит портфель недалеко от себя. Он тянет его на себя и передаёт Галлагеру. Йен достаёт салфетки и они вытираются, всё так же лёжа на спине. — Я так сильно спешил к тебе в бар в ту пятницу. Мысли о тебе вытеснили всё в моей голове, и я совершенно забыл про отчёт. Ходил и переживал, как дурак. Думал, что ты совсем меня не замечаешь. Микки внимательно слушает, а затем приподнимается на локте. — Прости. Йен протягивает руку и мягко поглаживает бледную щеку парня, а затем притягивает его к себе за шею и нежно целует. — Ничего. В любом случае, я счастлив, — Йен улыбается и зарывается рукой в чёрные мягкие волосы, — И… Микки? Я тоже пиздец как сильно влюблён в тебя. Они тянутся друг к другу одновременно, мягко касаясь губ и оставляя этот поцелуй нежным и трепетным, лишённым всякой страсти. Просто поцелуй, наполненный такой любовью, на которую они способны. — Знаешь, на что похоже это созвездие? — тыкает пальцем в небо Микки, когда снова ложится рядом с Йеном. — На член? — догадывается он. — Блять, как ты это понял? Йен смеётся и переплетает их пальцы. — Давай дадим ему название, — предлагает Милкович и Йен одобрительно кивает, — как тебе «Огромный Хуй Йена Галлагера»? Сокращённо — ОХЙГ. Йен прыскает со смеху и тычет Микки под рёбра, отчего Милкович практически начинает визжать, как девчонка, и откатывается в сторону. — Заткнись нахуй, — строго говорит Йен ему в губы, когда ловит Микки и наваливается на него всем телом. Микки закрывает рот, так и не успев ничего сказать, и счастливо улыбается, а потом берёт в руки лицо Йена и крепко целует.