One Night Between Before and After

      Видеть то, как Ни-ки отдаляется от Сону, было поистине душераздирающе. Потому что Сону видит все моменты, когда Рики так сильно хотел просто обнять его, попытаться рассмешить, позаботиться о нем, и он также видел, когда младший заставлял себя не делать этого. Его нерешительность, когда он говорил с Сону, касался его, смотрел на него.          Это было душераздирающе, потому что они были так близки. Так близко к чему-то реальному. Что-то значимое для них обоих. Любовь было трудно найти. Особенно учитывая то, кем они были и чем зарабатывали на жизнь. Быть айдолом тяжело, это утомляет и истощает. Найти реальную и значимую связь с кем-то было почти невозможно. Было, пока после их дебюта Сону действительно почувствовал, что влюбляется в своего младшего участника.    Все шло так хорошо. Сону даже был уверен, что в какой-то момент Рики ответил взаимностью. Они не боялись прикасаться друг к другу, Ни-ки всегда был так добр к Сону. Он заботился о нем, подставлял ему плечо, в которое он мог поплакаться, заставлял его смеяться, делал его счастливым.           Старший чувствовал, как их отношения становятся глубже. Особенно, когда они оба становятся старше и мудрее. Нишимура больше не был таким крошечным, милым, очаровательным, невинным ребенком. Он был таким мудрым, большим, привлекательным мужчиной. У него определенно был скачок роста, теперь он был выше шести футов. И Сону определенно не был очаровательным и неуклюжим мальчиком, которым он был, когда они встретились. Он был элегантным, мечтательным и сексуальным парнем, который мог только совершенствоваться.          Невинные объятия превратились в ночные в темноте. Комплименты превратились в бесстыдный флирт. Невинные прикосновения превратились в отчаянные руки, блуждающие по телам друг друга. Это было так красиво.          И тут начались обвинения. Ни-ки - буллер. Ни-ки доставляет Сону неудобство. Ни-ки всего лишь непослушный подросток.          И Ким попыталась сказать Рики, что все это неправда. Что эти люди не знали его, что они не понимали их отношений друг с другом. Тем не менее, Сону ничего не мог сделать, кроме как смотреть, как Нишимура отстраняется от него. Он сидел на противоположной стороне стола во время их трансляций, почти не смотрел на него, когда тот говорил, и почти не реагировал на его шутки.    Он перестал приглашать Сону к себе в комнату по ночам, перестал флиртовать, отчего тот краснел.          Сону хотел бы, чтобы он не имел это в виду, но он ненавидел этих так называемых "фанатов". Тех, кто утверждали, что защищают его от любого вреда. Тех, кто утверждали, что любят его. Ким никогда в жизни никого не ненавидел. Он поклялся никогда никого ненавидеть. Но он ненавидел их. Он ненавидел их за то, что они сломили дух Ни-ки. Его прекрасный дух. Он ненавидел их за то, что они заставляли Рики думать, что Сону неудобно рядом с ним.          Он сделал все возможное, чтобы снова сблизиться с Ни-ки. Он попытался спросить его, могут ли они жить вместе, но Ниши отказался. Он попытался пройти в его комнату без приглашения, но младший лишь ответил, что слишком устал.    Боже, они были так близко. Так близко. Почему? Почему фанаты должны были разрушить ему всё?          Все эти мысли и вопросы крутились в его голове, как игрушечный паровозик. Они не давали ему спать. Стало немного лучше, но Ким все ещё чувствовал колебания всякий раз, когда Ни-ки был рядом.    Сону тяжело вздохнул. Он не мог продолжать так. Он не мог продолжать притворяться, будто все в порядке, хотя на самом деле это было совсем не так.          Ким скинул одеяло и вышел из своей комнаты. Он был немного удивлен, увидев, что в гостиной горит свет. Он подошел и увидел Ни-ки, сидящего на диване. Он сидел, опершись локтями о колени.         Нишимура поднял глаза и увидел Сону, стоящего в коридоре. Когда глаза Ни-ки встретились с глазами Сону, они оба поняли, что происходит. Барьер трескался.          Скрытые слова и чувства переполняли его, а стены Ни-ки были такими крепкими.   Рики снова посмотрел на свои руки и не сказал ни слова.    — Почему ты не спишь? — тихо спросил Сону, боясь разбудить других участников.    — Ты видел Твиттер? — спросил Ни-ки, игнорируя вопрос Кима. — Они называют меня плохим, потому что я не посмеялся над твоей шуткой о Сонхуне-хёне. — Он рассмеялся, но в этом не было ничего смешного. Это было недоверчиво. И не зря. Их поклонники никогда не будут довольны. — Ну и что? Я прикалываюсь над тобой, и я грубиян, но потом я не смеюсь над твоими шутками, и я буллер.   — Мне бы очень хотелось, чтобы ты не слушал их, Ни-ки. — почти умоляюще сказал Сону. — Они не знают тебя так, как знаю я.   Рики прикусил нижнюю губу, как будто не верил Сону. — Что, если они правы?    Ким тут же покачал головой. — Нет, это не так.   — Хорошо, но что если да? Похоже, они думают, что всё, что я делаю, заставляет тебя чувствовать себя некомфортно или расстраиваться. Очевидно, это так, иначе бы они так не думали.          Сону не мог сдержать слёзы, подступившие к его глазам. Потому что Рики не мог ошибаться. Единственное, что сейчас его расстраивало, так это то, что младший до сих пор считал, что Ким его не любит.    — Это неправда, Ни-ки. Прекрати так говорить. — умолял Сону, подходя и садясь рядом с младшим. — Они ошибаются. Они так ошибаются. Ты не заставляешь меня чувствовать себя неловко. Я не думаю, что ты плохой. Рики, ты самое прекрасное, что когда-либо случалось со мной. — Сону признался, не обращая внимания на слезу, катящуюся по его щеке. Он схватил руку Ни-ки и положил её себе на колени. — И единственное, что ранит больше, чем наши фанаты, говорящие такие вещи, — это то, что ты в них веришь. И я бы очень хотел, чтобы ты не верил. Потому что я не верю.   Сону увидел, как заблестели глаза Нишимуры. И его сердце разбилось ещё больше.    — Я ненавижу то, что они заставили тебя думать, что ты стал таким. Ты не буллишь меня, и ты не грубиян. Ты гораздо больше, чем это. Ты — прекрасная душа, которая сделала меня таким счастливым за последние несколько лет. Ты самый нежный, самый добрый и самый милый мальчик, которого я когда-либо встречал. — Сону плакал, протягивая руку, чтобы коснуться щеки Рики. Сердце Сону забилось, когда Ни-ки прикоснулся к его щеке. — И я правда скучаю по тебе. Я скучаю по тому, что у нас было, по тому, что у нас почти было.    — Я тоже скучаю. — прошептал Ни-ки, закрыв глаза и все еще прижимаясь к Сону. — Я так боялся, что они были правы. Последнее, чего я когда-либо хотел, это причинить тебе боль. А потом они начали говорить такие вещи, и я не мог не поверить им.    — Меня не волнует, что они говорят, Ни-ки. Я просто хочу, чтобы мы вернулись. — Сону тихо плакал. Он наклонился вперед и обнял Рики, наконец почувствовав себя как дома, когда тот ответил взаимностью на объятия.          Они слегка отстранились друг от друга, но невидимая сила удерживала их рядом. Их лбы соприкоснулись, и они потерлись носами. И они знали. Они знали, что это всё ещё здесь. Чувства, невысказанные слова, связь. Фанаты не могли разрушить это. Они не могли.         Руки старшего нашли опору по обеим сторонам лица Ни-ки, и Рики не мог оторвать руки от талии Сону.    — Я не понимаю, как они могут говорить такие вещи о таком прекрасном человеке, как ты. — прошептал Сону, нежно поглаживая большими пальцами щеку Ни-ки. Его голос становился тише с каждым словом. — Потому что ты такой, такой красивый. И я бы хотел, чтобы ты это увидел.          Нишимура зажмурил глаза, вероятно, чтобы слёзы не катились по его щекам. Но ему это не удалось, потому что они всё равно упали.          И как будто месяцы и месяцы отчаяния друг по другу, наконец, настигли их, потому что ни один из них не мог остановить то, что было неизбежно. Они поцеловались. Их губы плотно прижались друг к другу, и вдруг все снова стало хорошо. Все встало на свои места, и они снова были в порядке.          Сону сильнее прижался губами к губам Ни-ки, а тот ещё крепче обвил руками талию Сону. Наконец, после столь долгого времени они были вместе, как будто они были на седьмом небе от счастья. Это было похоже на то, как будто в развитии их отношений произошел скачок скорости. Это замедляло их, но никогда не могло остановить.