Крик

После довольно убедительного панического телефонного звонка Деймону по прямой линии, которую он вам дал, в особняке Таргариенов появляются копы. Тела офицера Коула и Ларис Стронг забирают для вскрытия, помещают в мешки для трупов, в то время как Джейса укладывают на носилки, чтобы отвезти в больницу. Он дурашливо машет вам, Эйгону и Эймонду и показывает большой палец, уезжая на машине скорой помощи. Вы и братья сидите на крыльце особняка, залитые кровью, измученные и все же возбужденные. Никто вообще не высказывал никаких подозрений в твой адрес, вместо этого легко поверив, что во всем виноват этот подонок Ларис. Эймонд целует тебя в щеку, говоря, что собирается отправиться в дом Джейса и рассказать Нире и всем остальным о том, что произошло, оставляя тебя наедине с твоим лучшим другом. Ты кладешь голову на плечо Эйгона, улыбаясь, когда он кладет свою голову на твою, обнимает тебя, мягко сжимает твое плечо и спрашивает: “Ты в порядке, ангел?” “Я действительно не знаю, ” бормочешь ты, “ я вроде как хочу просто принять душ и проспать следующие пятьсот лет”. “Просто погрузись в полную спячку, как маленький медвежонок”, - поддразнивает Эйгон, заставляя тебя задыхаясь рассмеяться, когда ты киваешь: “Хорошо, ангел, пойдем примешь душ”. “Ты имеешь в виду, типа, - ты делаешь паузу, “Вместе? Мы лучшие друзья, разве это не своего рода, ” ты делаешь паузу, “ Переход границы?” “Мы убивали вместе, и я трахал твою задницу, я думаю, границы уже были перейдены, принцесса”. Ты раздраженно хлопаешь его по груди, но встаешь, позволяя ему отвести тебя в душ. Ты смотришь, как Эйгон включает воду и снимает с себя одежду, открывая тебе дюйм за дюймом свою алебастровую кожу, ранее безупречную, но теперь покрытую синяками и порезами от событий последних двух недель. Ты тоже раздеваешься, заходя в душ рядом с ним, вздыхая, когда теплая вода касается твоей кожи. Ты удивляешься, когда Эйгон сразу же не пытается прижаться к тебе. Скорее всего, он начинает мыть ваши волосы шампунем. Вы понимаете, что ваш лучший друг иногда может быть удивительно заботливым, когда он втирает шампунь в кожу головы, прежде чем позволить вам смыть его. Мгновение он неловко стоит перед тобой, обводя взглядом каждый дюйм твоего обнаженного тела. Ты понимаешь, что Эйгон ждет, когда ты сделаешь первый шаг. Ты улыбаешься и притягиваешь его к себе, чтобы поцеловать, нежно прикусывая его нижнюю губу. Он тихо смеется, открывая рот, и два ваших языка синхронно движутся друг против друга. Эйгон нежно прижимает тебя к стене душа, поднимая твои ноги, чтобы они обвились вокруг его талии, когда он толкается в тебя, не сводя с тебя глаз все время, пока он двигает бедрами, заставляя тебя стонать, произнося его имя. Его рот находит один из твоих сосков, посасывает его, ухмыляясь, когда он скользит камешками по его языку. Ты запускаешь руку в его волосы, мяукая его имя, когда он начинает прижиматься своими бедрами к твоим все быстрее и быстрее. “Так сильно люблю тебя”, - бормочет он, когда его член касается твоего сладкого местечка, заставляя тебя резко выдохнуть, “Нуждаюсь в тебе. Всегда буду.” “Я тоже люблю тебя, Аэг”, - стонешь ты, достигая своего пика вокруг него, пропитывая его длину свидетельством своего оргазма, вскоре после этого Эйгон изливается в тебя со стоном твоего имени. “Я думаю, у нас все получится”, - тихо говорит Эйгон, убирая мокрую прядь волос тебе за ухо, “Ты, я, Эм, Джейс”. “Я тоже так думаю”, - ты улыбаешься ему, когда он целует тебя в лоб. Позже в тот же день ты лежишь в постели между Эйгоном и Эймондом, ожидая новостей о Джейсе из больницы, когда слышишь, как Деймон зовет, входя в дом. Вы трое немедленно отпрыгиваете друг от друга, не желая, чтобы он что-то заподозрил, в панике смотрите друг на друга. Он заходит и предполагает, что вы трое просто смотрели фильм, быстро кивая вам, пока он жует… Пончик с кремовой глазурью "Криспи"? Коробка с ними у него в руке? Ты с любопытством смотришь на него: “Пончики?” “Я думал, ты не такой полицейский”, - огрызается Эймонд, устало глядя на своего дядю. “О, это чтобы отпраздновать ... я имею в виду, в память о Кристоне”, - говорит он, дочиста облизывая пальцы, - “Понятно? Кристон Коул? ”Криспи Крим"?" Когда вы трое просто смотрите на него с отсутствующим выражением лица, он вздыхает, оставляя несколько пончиков для вас, прежде чем проворчать и уйти: “Я не знаю, почему я вообще беспокоюсь”. Вы трое разражаетесь смехом, когда слышите, как закрывается дверь, вас охватывает чувство катарсиса, когда вы понимаете, что все это хорошо и действительно закончилось. Когда Джейс возвращается, он присоединяется к вам троим на кровати, вы все лежите кучей, сражаясь за то, кто выберет сегодняшний фильм. “Будет только справедливо, если Джейс получит, ” указываете вы, - Он был в больнице, и Aem положила его туда”. “Ты когда-нибудь позволишь мне смириться с этим, банни?” Эймонд ухмыляется, ущипнув тебя за бок. “Неа”, - хихикаешь ты, глядя на Джейса, когда он быстро целует тебя в губы, вставая, чтобы вставить потрепанный экземпляр “Хэллоуина” в видеомагнитофон. И мне кажется, что ты именно там, где должен быть, с этими тремя мальчиками, которые настолько преданы тебе, что готовы убить за тебя. Готов умереть за тебя, если понадобится. И вы понимаете, что более чем готовы сделать то же самое, когда начинаются титры, и вы слушаете, как они втроем начинают свои бесполезные комментарии о том, насколько Майкл Майерс превосходен, по мнению Эймонда, в то время как Эйгон настаивает на Фредди Крюгере, а Джейс - на Джейсоне Ворхезе. Да, к этому определенно можно привыкнуть.