выходной

      — Так, фрукты взяли, игрушки положил, любимые сказки тоже... Вроде, вы готовы!       Кавех счастливо улыбнулся, вручая тяжеленный портфель в руки Тигнари. Через минуту на порог выбежали два ребенка, одетых в пижаму-слоника и пижаму-жирафа.       — Знаешь, мы согласились присмотреть за Широм и Пиром только лишь потому, что вы наши друзья... — Тигнари принял "груз", от чего его плечо тут же скосилось, и с неким сожалением посмотрел на блондина. — И ещё мы надеемся, что в девять вечера вы сами приедете к нам.       — А у вас почему не получится? — не то чтобы Кавех любил нагружать друзей и заставлять их приезжать к ним и рушить свои планы. Скорее, из чистой заинтересованности и обеспокоенности.       — У нас с Сайно вечерний банкет в компании, и мы бы хотели поехать туда сразу.       — Уже ночной, получается..       Тигнари с ухмылкой посмотрел на Кавеха. И это ему говорит знаменитый тусовщик Академии, однажды прогулявший целую неделю сессии, дабы натанцеваться и напиться в клубе. Почему-то пару лет назад его совсем не смущали слова "В два ночи у нас вечеринка", да и он в основном был инициатором и виновником торжества.       — Пять лет назад у тебя не было понятия "поздно", "ночь" или "мы спим".       — Хах, наверное, я просто забыл про отдых... — с нескрываемой грустью проговорил мужчина. Как давно он уже не отдыхал? Не расслаблялся в ванной? Не пил малинового безалкогольного пива или того же вина?       — Ты скоро? — прозвучал голос за открытой дверью, и Тигнари в ту же секунду зашевелился.       — Ладно, нам уже нужно ехать, — взгляд был опущен на детей, дергающих друг друга за ушки пижам, маленький хобот и хвостики. — Шир, Пир, пойдемте. Обещаете слушаться дядь Тигнари и Сайно?       — Да! — заулыбались мальчики и запрыгали на месте.       — Давайте, мы с папой будем по вам скучать, — Кавех сел на корточки перед детьми и чмокнул каждого в маленькие носики. Дети, улыбнувшись ещё шире, протянули маленькие ручки и обвили ими шею родителя.       Через минуту дом опустел. В прямом смысле опустел. Мотор машины на улице стих — Сайно и Тигнари уехали с Широм и Пиром к себе домой, а два уставших отца остались наедине. Впервые за три года! Больше не было разбросанных игрушек, лего и фигурок по полу, больше не было упавшей еды или "неожиданных" пятен от фломастеров на стенах, больше не было разлитой воды в ванной и полностью выдавленной зубной пасты забавы ради. Больше не было... на один день. Точнее, на двенадцать часов! Но вряд ли дети приедут полными сил и энергии в девять вечера. Хотя кто их знает..       Кавех ещё долго смотрел в окно, глупо улыбаясь и пялясь вдаль. Он махал сыновьям ещё две минуты после их уезда, и уже в следующую секунду соскучился и подумывал, а не позвонить ли Тигнари и отменить их "сделку"? Но стоило ему вспомнить долгожданные минуты спокойствия, как это желание тут же пропадало. Нужно отдохнуть... хотя бы день без детей, криков, смеха и плача.       Направляясь в комнату, откуда выбежали Шир и Пир, точнее, в их спальню, на одной из кроватей блондин обнаружил раскинувшегося в позе звезды супруга. Напоследок сыновья знатно вытрясли из него последние нервы, от чего сейчас он лежал и, походу, даже не дышал. Надеть на них новые пижамы оказалось ещё сложнее, чем снять.       — Они уехали, — хихикнул Кавех, подходя ещё ближе. В ответ ему была тишина. Мужчина также задумался, не умер ли его муж от внутреннего нервного срыва или ещё какой-нибудь бурды. — Алло-о, они уехали, мы в доме совершенно одни!       — Ох.. — наконец хоть какой-то сигнал от, как подумал Кавех, трупа. Седовласый приподнялся на локтях и, ещё не осознавая, в каком мире, когда и где находится, устало посмотрел на супруга. — Они заставили меня дать "клички" их животным..       Аль-Хайтам, однажды в детстве пожелавший двойню в будущем, сейчас всеми своими частями тела, книгами, деньгами, домом и знаниями готов клясться, что сделал ошибку, когда "случайно" сказал так своим родителям. Нет, он до безумия любил Шира и Пира, но иногда... они невыносимы. Ну, например, зачем нужно было рисовать в неинтересных, скучных и серых папках кораблики, динозавров и машинки? Подумаешь, папа потратил целых пять дней на заполнение всех документов, а когда открыл их, то увидел настоящее произведение искусства? Или упавший ноутбук.. в унитаз. А может, разбитая бутылка дорогого коньяка, когда-то подаренная аль-Хайтаму королевской семьей? Это мелочи, ведь нет ничего важнее счастья детей, ведь так?       Как бы они с Кавехом не пытались "держать планку" и не позволять детям слишком многого, у них никогда не получалось. Просто смотря на их обиженные личики, у обоих таяло сердце и они, противореча своим же поставленным запретам, кивали, разрешали что-то взять или что-то сделать. Ладно там Кавех, но аль-Хайтам, выросший в довольно-таки строгой семье? Как он сумел докатиться до такого и стать тем, кого он порицал, будучи подростком? Теперь они стали той самой семьей, на которую все злобно смотрят из-за слишком активных детей, и нужно было что-то менять...       Бывали и случаи, когда они наказывали Шира и Пира, ведь у каждого поступка есть свои последствия. Когда дети разбили драгоценную вазу, привезенную из далеких краев, сам Кавех не сдержался и серьёзно поговорил с ними, после чего они весь день сидели в своей комнате и боялись лишний раз выйти в коридор. Когда они слишком сильно постучали по клавишам ноутбука и нечаянно пролили вишнёвый сок на клавиатуру, аль-Хайтам поставил их в угол в своём же кабинете(дома) и заставил стоять там и молчать, пока он не закончит делать проект. А делал он его довольно-таки долго из-за мокрых клавиш и уже глючащего устройства. В итоге он отпустил детей спустя час, но даже во время ужина они старались помалкивать, не обсуждать какую-нибудь сказку или сделанное ими дело.       Пару раз Кавех пробовал научить их математике, но рисование давалось им легче. Это оба родителя поняли, когда увидели огромный за́мок на белоснежных обоях в коридоре. Тогда они серьёзно задумались, а не отдать ли их детей в художественную школу и заранее убрать не только режущие предметы, но и краски. Один раз они уронили мыло на пол, из-за чего Кавех чуть не поскользнулся. Точнее, он поскользнулся, но, благо, сзади проходил аль-Хайтам, тут же сообразивший и поймавший супруга.       А Шир и Пир внешне вообще не были похожи на непослушных детей. Ангельские лица, невинные взгляды и очаровательные улыбки. Только узнай их поближе или проведи с ними один день, как тут же поймёшь, что связался с дьяволятами во плоти. И у кого из их родителей были такие черты характера? Кавех, максимум, вредничал и упрямствовал, а аль-Хайтам любил капать на мозги и припоминать прошлые ошибки. Но это ведь было давно... А дети будто бы взяли от них самые отрицательные качества характеров. В остальном всё было хорошим: дети добрые, щедрые, сообразительные, не дадут в обиду не только себя, но и друзей с площадки, всегда помогут и поиграют. Оба близнецы. Волосы у них приобрели забавные оттенки — серые с золотыми кончиками, а глаза были оранжево-красными, как у Кавеха, чем он до сих пор благодарен сыгравшей в его пользу генетике.       Иногда же различить Шира и Пира казалось невозможным. Мальчики любили посмеяться и полностью повторяли действия, манеру речи и поступки друг друга. Один раз аль-Хайтам сам запутался и назвал Шира Пиром, а Пира Широм, из-за чего дети нарочно выкрикнули: "Ты ошибся!", тем самым вводя в ступор не только его, но и пришедших гостей. Конечно, были некие моменты, по которым аль-Хайтам и Кавех отличали детей: первое — Шир отважнее и активнее Пира, всегда старается быть первым во всём и не боится поставленных перед ним задач, Пир же немного побаивается и отрицательно кивает головой, второе — Шир всегда рисует зелёные машинки, а Пир красные, они даже берут карандаши этих цветов, третье — Шир всегда забегает в спальню родителей первым, а уже потом прибегает Пир. Получается как-то так...       А их история любви вообще была за гранью реальности. Он — важный и серьёзный, настроившийся парень на светлое будущее, планирующий добиться больших высот, построить свою компанию и прославиться на весь мир. И он — любитель повеселиться, случайно поступивший на бюджет, тот самый студент, у которого в сумке найдётся и бутылка алкоголя, и потерянная ручка, и тетрадка со школьных времен, и шпаргалки... Как они столкнулись? Да на одной вечеринке, организованной Кавехом! Тогда он напился в хлам и начал флиртовать с надутой и разрисованной куклой хозяина дома, а аль-Хайтам, сжалившийся над пьяной тушей, согласился довести его до спальни, в которой на него "обрушился" весь выпитый алкоголь. Частенько, когда Шир и Пир спрашивали о знакомстве их родителей, те нелепо отнекивались. Ну не могли же они сказать: "Ваш папа был настолько пьян, что блеванул прямо на футболку вашего отца"! Пусть уж лучше думают, что всё случилось как в сказке. Остаётся вопрос — как же они из этого(акцидента на вечеринке) смогли сделать это(полюбить друг друга, пожениться и родить детей)? Тигнари и Сайно даже знать не хотят, но верят, что сам Господь Бог то ли решил пожалеть две невинные души, то ли посмеяться, — свёл их вместе.       — Неужели мы одни сегодня? — рука аль-Хайтама легла на талию Кавеха и притянула к себе, желая поцелуя.       Их когда-то страстные прикосновения губ к губам теперь заканчивались обычными чмоками. Утром, когда супруг уходил на работу, Кавех мог позволить себе только это, а под вечер они слишком выматывались, чтобы ещё губами шевелить. А при детях они не могли в открытую целоваться. Боялись, что подадут плохой пример или..?       Кавех, конечно же, нежно коснулся устами щеки аль-Хайтама, а потом прижался к полуоткрытым губам. Поцелуй получился сдержанным, словно Шир и Пир находятся в соседней комнате и зайдут в любую минуту. Из-за этого оба чувствовали себя неловко. Ведь если так будет продолжаться и дальше, то от их отношений ничего не останется, кроме как привязанности и давних чувств друг другу, а также обязанности перед детьми. Нужно было срочно что-то менять! За три года они... и супружеский долг не смогли исполнить...       — Я закину сейчас все грязные вещи в стиралку, быстро приготовлю обед и.. мы можем... развеяться?       — Ты же не имеешь в виду танцы в клубе или "жёсткую вписку"?       — На которой мы играли в шахматы, потому что приехала моя мама? — заулыбался Кавех и ткнулся носом в щеку супруга.       От прошлого Кавеха не осталось и намёка. Как только они начали встречаться, он на долгое время попрощался с вечеринками, тусовками и клубами, а когда поженились — так вообще. Говорить про беременность даже смысла нет. Аль-Хайтаму всё равно нравился Кавех, каким бы он не был. Он любил его искренне, всей душой, всем сердцем и мозгом, который уговаривал его не принимать извинения блондина после той самой вечеринки.       — Но твоя идея мне нравится! Как насчёт кино? Когда мы в последний раз куда-то выезжали вдвоём?       И правда, когда?       — Я не против. Пойдём на какой-нибудь ужастик, где ты заснёшь на середине фильма, а я буду хвататься за твою руку, — без капельки издевки произнес Кавех, принимая положение сидя.       Идея ему действительно понравилась. Прям как в молодости. Конечно, сейчас они по-прежнему свежи и молоды: двадцать девять и практически тридцать, но оторваться "как раньше" тоже хотелось, хотя оба понимали, что "как раньше" уже не получится.       — Я посмотрю афишу. А с готовкой можешь не напрягаться, я сам приготовлю.       Понимая, сколько времени Кавех тратит на готовку, уборку и присмотр за детьми, аль-Хайтам чувствовал себя не очень. Да, он тоже работает круглыми сутками и у него, кстати, получилось исполнить все свои мечты, но больше всё равно устает Кавех. Осенью он планирует выйти из декрета, вернуться в свое архитектурное бюро, а Шир и Пир пойдут в садик. Это стало мечтой блондина, хотя когда-то он мечтал ничего не делать и просто сидеть дома. Готовить аль-Хайтам в любом случае любил, и получалось у него довольно-таки неплохо.       — Люблю тебя, — прошептал Кавех на ухо супругу и чмокнул чувствительное ушко. По телу аль-Хайтама пробежал табун мурашек, а игривый взгляд и осветившая улыбка лицо метнулись в спину мужа.       — Мне посчастливилось выиграть эту жизнь...