—《механизмы》—

      — 《Зябкий, прогнивший до последней дощечки мир- именно в таком мы ведём существование, редкие потоки свежего воздуха мало чем помогают в застроенном ветхими многоэтажками городами. Мы никогда не видели пределы этого мракобесья, каждый день похожий на предыдущий, отсутствие возможности к существованию в этой дыре. Мы- люди нижнего общества, не имеющие доступа к свободному от оков бытия существованию, ежедневно получающие долю того, что было заложено судьбой. Ты-единственный способный, верни его, и будешь на вершине..》, — с такими словами родная мать проводила своего ребёнка в путь, который отнюдь не был близким. Здесь нет сплошной, зернистой дороги, лишь верхушки домов, похожих друг на друга всем, запах, строение, ветхость и прогнившие доски, что, кажется, от одного прикосновения развалятся на кусочки, а то и труху. Он был мал и юн, без осознания своих умений и возможностей. Слабое дитя, чья ноша разделена с механизмом, блуждающим рядом, он не предаст и не бросит, такова его судьба, быть рядом чтобы ни случилось. *** Покинуть города кажется невозможным, ты узник оков системы мёртвого мира, война, разрушившая все живое и былое, деформированные- как их назвали в народе простые люди, стали точкой невозврата. Существа способные к разрушению без веских на то причин, облюбовавшие низших, наслаждающиеся их мучениями в гниющем бытие. Они и есть вершина правосудия, им не по чем законы, умны и в то же время невероятно глупы, раз решили уничтожить то, что было создано человеком, низшей точкой этого мира. Отсутствие множества строений за пределами грязных, узких улиц вызывает дискомфорт, ведь живя в подобии города, ты основательно привыкаешь к нему, даже не имея возможности узреть когда-то величественные монументы, созданные руками человека. Блуждание по сырой от дождя земле постепенно становится невозможным, за пределами города негде укрыться от бушующей погоды, она зла и беспощадна, пробирающий до костей ветер практически сносит с ног — "Лишь бы не замкнуло", — думалось парню, медленно, но верно идущего в заброшенный когда-то, многоэтажный дом, в нем есть крыша и стены, а значит, можно избежать самого худшего. Скрывшись за развалинами, Аллин снимает капюшон, он давно промок, да всяко лучше защищал от бедствия. Парень был слаб от длительного похода, но важность сохранения механизма, как любят тех называть в мире смертном, была высока, его спутник жизни, робот-являлся лучиком некого счастья в рухнувшем от рук деформированных мира. Безжалостно дрожащие руки не давали возможности осмотреть уже старые, повреждённые провода голосовых связок механизма 《038》, что безуспешно пытался говорить со своим создателем, хотя если быть правильнее, не создатель, а его потомок. Настоящий творец давно покинул мир, оставив на плечи сына невыносимый груз отчаяния, но невозможность вернуть реальность была больнее любых травм, полученных за время путешествия. — Ох, провода уже пришли в негодность, Бетс, что же делать будем, новые сейчас вряд-ли найдём, — Аллин отстраняется от робота почесывая затылок, волосы были мокрые и противные от дождя, но туго собранные в хвост, да бы не мешать их хозяину избегать нарастающих проблем. — Можно попробовать заменить их на другие, но тогда я ограничу возможности некоторых телодвижений, — он задумчиво чешет подбородок. Ожидать ответа от сломанного механизма глупо, но важность слушать скрипучий, механический голос доводит до паранойи, она так же важна, как и вода, кстати о ней, дождь, нужно собрать немного воды для дальнейшего путешествия, и попробовать развести огонь. Ночью здесь бродит множество опасных зверей, голодных и деформированных, они-гибриды когда-то существовавших животных, которых можно встретить в редких книгах, заброшенных библиотек. Ещё с прошлого раза остались несколько обрезанных бутылок, найденных где-то в недрах подвалов тех несчастных домов, что так старательно пытались сохранить остатки самих себя, когда-то красиво украшающих планету. Минуло несколько столетий, прежде чем война закончилась, те редкие группы людей были единственной надеждой, деформированные, они не способны восстановить род земной, но способны стереть тех с лица земли окончательно. Те несчастные пару лет спокойствия, оказавшиеся последним лучиком надежды оправдались, франкеры были свержены со своих престолов, отправлены в недра бытия, в те несчастные подобия городов, оставляя на попечение судьбы. Аллин был одним из таких, деформированный, долговязый парень, исхудавший до крайности, угловатый и уставший. Стоило бы пояснить за деформированных, но как быть правильнее-франкеров. Они схожи с человеком внешне, имея при себе длинные руки, от чего и получили свое прозвище, эта особенность важна для создания, ведь франкеры рождены для преобразования душ в механические тела, али возвращения этих самых душ в новые, но уже живые оболочки когда-то существовавших людей. Заостренные уши и чёрные как уголь глаза, имеющие особенность отталкивать от себя любой свет, словно зеркало. Их живучесть была фактором победы, любые травмы являлись пустяками, они не смертельны, нужно уничтожить ядро, для свержения франкера. Сырость помещения была неизбежна, найти здесь что-то сухое казалось невозможным, каждый шорох заставлял браться за оружие, никогда не знаешь, что находится за углом. А там, мирно спящий беженец, он человек, это сразу видно, терпкий аромат чего-то похожего на траву обволакивал спящего человека, он, похоже, здесь совершенно недавно, раз один, и без защиты. — Бетс, кажется, у нас приманка, — тихо вымолвил Аллин, призывая к себе механизм, указывая на мирно спящего человека, для них это как глоток воды, он может сказать местоположение ближайшего города. *** Когда-то, мир наполнили странные люди, они были схожи с эльфами, но длинными конечностями, постепенно меняя форму, приобретая более знакомые черты, длинные руки и заостренные уши. Изначально выведенные искусственно, они были объектами исследования для учёных, что пытались воссоздать особ, способных к быстрой регенерации и нахождению без человеческих потребностей долгое количество времени. Но создали они, только машин для убийства, тех, кто решил создать для себя мир без вреда для здоровья, им не нужен был свет или сон, способные выжить без этого несколько недель, они стали идеальными для погружения под воды, начиная свой план с малого, судна, морская рыба- это все стало резким ударом, что вывел из колеи равновесия множество городов, а то и стран. Постепенно поднимая ставки, франкеры были вынуждены стать приманкой, для совершения планов. Не каждый был согласен на подобное, многие без претензий отправились в недра земли, отбывая пожизненный срок в заточении этих ветхих, многоэтажных домов, и загрязненных улиц. Людям было не понять, каково жить в этой отвратной наполненной зловониями дыре, отсутствие свежего воздуха было катастрофой, даже если не нуждаешься, оно преобладает, накопленная агрессия на людей превысила свою дозу через край, заставив покинуть стены домов, отправляясь в бой. *** — Треск дерева вывел юную особу из глубокого сна, он не сразу осознает что произошло, но видя перед собой долговязую фигуру, сидящую напротив костра, невольно приходится вернуться в реальность, хрипло выдавливая: — Ты кто такой?!, — отсутствие возможности двигать конечностями вводит в панику, как он не заметил этого, давно ли он пришёл, и что ему нужно. — Ну, не нужно так сразу, — ленивый, уставший голос подаёт долговязый, он не человек, паника, пробежавшая по всему телу окатила с головой, перед ним сидит деформированный, падаль, что может убить, уничтожить, лишить и без того короткой жизни. — Что тебе нужно?, — парень цедит сквозь сжатые губы, невольно съеживаясь, боясь за собственную шкуру. — Невежда, — кратко выдаёт Аллин — Ты знаешь что такое тактичность?, — холодный взгляд чёрных глаз падает на бледное, испуганное лицо парня. — Сам не лучше, развяжи меня, — строгим голосом произносит парень, практически срываясь на крик, страх накрывает с головой, как только взгляд небесно-голубых глаз падает на стоящую неподалёку фигуру, это робот, его серый, местами ржавый металл отражает блики, как и эти бездонные глаза, сверлящие взглядом — Кого ты заковал?, — он уже неуверен, испуган, до тошноты противен самому себе. — Ну, развяжу когда, буду уверен в тебе, — Аллин смотрит на Бетс, видя как будто впервые, хотя вместе они уже давно. — Никого, он со мной ещё с моего рождения, если не изменяет память, — Ал не собирается врать, ему нужен этот парень, он выглядит так, словно покинул дом несколько дней назад, а значит, знает дорогу, да и к тому же, деформированных считают монстрами, что безжалостно убивают всех и вся, ему не нужно, чтобы потенциальный проводник сбежал. — Так я и поверил, развяжи уже, — парень пытается выбраться из всех сил, да верёвки плотно связаны, что это за узел такой?! — Развяжу, но дай слово, что не сбежишь, мне нужна помощь, — долговязый парень смотрит в душу, изучая её, пытаясь довериться сидящему напротив. — Тц, хорошо, — он не знает, стоит ли доверять, стоит ли что-то делать, но факт остаётся фактом, лишние движения могут стать концом. — Бетс, — Аллин подаёт тихо голос и механизм приходит в движения, чем он ближе, тем крупнее кажется, его движения не похожи на робота, этим и отличаются деформированные, их изобретения схожи с людьми, они ходят и разговаривают как живые, хотя на деле, так оно и есть. Пересадка души даёт механизму жизнь. Бест снимает верёвку, наматывая на руку, словно того ничего не волнует. — Хорошо, ты свободен, теперь поговорим нормально?, — настороженность Аллина пугает, он и сам не знает чего ожидать от человека, что явно агрессивно настроен, оно и не удивительно, не каждый будет рад связыванию. — Аим, начнём с этого, — парень говорит тихо, хрипло, с нотками страха — Зачем связал? — Аллин, — деформированный говорит с хрипотцой — А ты как бы поступил на моем месте? Я не был уверен, что ты не нападешь, и не нанесешь ранение, — Аллин пожимает плечами, слабо качая головой. — Логично, — Аим рассматривает механизм, в близи он выглядит куда более потрепанным — Что за помощь нужна?, — он не отводит взгляда от робота, ожидая подставы. — Не гляди так на него, ему не нравится, — Аллин качает головой — Мне нужно знать, если неподалёку какой-нибудь живой уголок, — сразу к делу переходит парень. — Есть, но тебе будут не рады. — Да плевать, мне нужна еда, вода и новые провода, — Аллин подходит к роботу, тот сразу садится и даёт возможность для изучения — Видишь ли, — Аллин крутит пальцем в воздухе, от чего у Аима сжимается сердце — Большая часть механизма пришла в негодность, мне не нужен ночлег, я хочу лишь вернуть его былую новизну, — Парень облокачивается на робота. — Для чего?, — Аим скептически относится к его словам, что звучат очень даже убедительно. — Чтобы обновить, сам посмотри, нужна замена, — он качает головой. — Вижу, но для чего он тебе нужен? — Как для чего? Чтобы вернуть ему тело, — звучит даже слишком спокойно. — Тело?.... Я конечно слышал, но разве такое действительно возможно?, — парень удивился. — Да, есть старец, он способен это сделать. — И ты веришь, что он поможет?, — Аим вопросительно приподнял бровь. — Не знаю, я просто хочу вернуть его в былую форму, — его взгляд поник, словно он вспомнил то, что не должен. — Не хочу показаться навязчивым, но это кто-то важный? Он ведь не добьёт нас?, — Аим напрягся, становится не по себе, ведь если этот робот из тех, древнего рода франкеров, то плохи дела, нужно сразу его уничтожить. — Он мой брат, — спокойно выдаёт Аллин — Он не опасен, наверное, не знаю, — пожимает плечами. На это Аллин не может найти ответа, помочь сейчас, это внести вклад в будущее, и скорее всего, не особо приятное — Не стоит так на меня смотреть, мне сейчас это ни к чему, нужна только дорога. — Хорошо, я расскажу куда идти, — Аим не хочет, но это будет шанс на выживание. — Не расскажешь, а покажешь, не дай бог соврешь ещё, — он садится напротив парня — Ты будешь проводником. Аим шумно сглатывает, быть союзником деформированного, и его механизма куда хуже, чем блуждать в одиночестве — И почему же?, — он не узнает своего собственного голоса, тот звучит жалобно и испуганно одновременно. — Потому что мне нужно сделать замену, а ты, судя по всему, хорошо осведомлён об этой местности, — Аллин склонил голову. — И почему же я должен помогать тебе?, — более правильно задав вопрос, он сжался. — Потому что ты боишься меня, а значит, будешь слушаться, логично же, — улыбка Аллина пугает, так, он больше похож на маньяка. И у Аима нет выбора, уже утром ему придётся предать своих, оказав помощь франкеру, он более не сможет смотреть им в глаза, хотя, это всяко лучше того, что он пережил.