Дочь Ириды

      Проснуться в полвосьмого от сопения соседки. Сесть, забыть свое местонахождение и испугаться. Вскочить и исчезнуть в душевой, где Аманда Бакстер вчера благополучно забыла "Квентина Дорварда", а позавчера "Унесенных ветром". Выйти на завтрак, обсуждая грядущий захват флага(домик Гермеса против домика Ареса) и на ходу, с помощью все той же начитанной Аманды Бакстер, сочинять послания домику Афины и домику Гефеста, домику Апполона и домику Деметры(жаль, что единственный жилец домика Посейдона еще не приехал!). Главное - проделать все быстро и тихо.       Так начинается вторая неделя Эмми Смит в лагере. Она научилась стрелять из лука, хотя ей, конечно, далеко до детей Апполона. На этой неделе она решила поучавствовать в гонках на каноэ. В лагере очень много смеются, но это не совсем искренний смех, призванный отвлекать от страха. И Эмми прекрасно это понимала: в воздухе витало напряжение, которое уменьшилось во время признания тринадцатилетней Беатрис дочерью Деметры, а потом снова скакнуло вверх, когда пришла весть о появлении "Царевны Андромеды". Даже короткий миг счастья омрачил враг!       Радостный гул сменился оглушительной тишиной. Коннор Стоул вполголоса объясняет Эмми, что значит появление корабля Кроноса, что идет к Нью-Йорку.       На военном совете домиков слово берет Чарли Бекендорф, сын Гефеста. Он просит отправить его вместе с Перси, сыном Посейдона, чтобы взорвать корабль вместе с его обитателями. - Чарли, не надо! - шепчет Силена, его девушка. - Вы можете погибнуть! - но сын Гефеста непреклонен и Силена, смирившись, лишь просит: - Обещай, что вернешься! - Обещаю.