Любовь пахнет сиреневыми папиросами.

Спустя время Джисон решил прогуляться до их нового "дома". Идя по дороге и слушая песни "ssshhhiiittt" парень тихонько напевает себе их. Вокруг ни души, лишь шорох листвы деревьев и появляющийся в разных местах стрекотание кузнечиков, эти звуки действительно успокаивали. Спустя какое-то время ходьбы музыка в плейлисте сменилась на грустную. Джисон по привычке начал вспоминать моачные моменты жизни, уходя в инструментал и текст песни.-Кажись я всегда буду одинок..-сказал он и выдохнул пар воздуха, который образовался из-за холодного вечера и теплого дыхания Хана. -Джисон, Джисон, не знал что ты у нас такой унылый.-усмешка. Это был голос Лино. Хан остановился сняв свои наушники и оглянулся, посмотрев назад в сторону парня. Он увидел Минхо, но волосы того были покрашены в грязно-красный цвет. Он удивлённо похлопал глазами смотря на него и залился смехом. -Минхо, кого ты убил своей головой?-говорил он хватаясь за живот от смеха. Когда младший смеялся Минхо подошёл к нему и цокнул. Он закатил глаза прежде чем произнести следующие фразы. -Почему ты думаешь что одинок?-голос был спокоен, хотя были нотки действительного интереса. Он поправил волосы который начали развиваться от леденящего ветра. -Потому что даже инь и янь разделены, как и я с идеальной жизнью.-Хан усмехается натягивая на свою голову капюшон.-А если честно, то внешностью я не вышел, телом тоже. Не думаю что кто-то может полюбить меня.-Он делает тихий смешок прежде чем снова засунуть наушник в одно ухо. Все это время Минхо слушал и наблюдал за действиями парня. -Но инь и янь всегда вместе, не так ли? Разве если бы они были отдельно, не были бы они значениями в жизни? Ну, понимаешь, просто описание предмета, но уже не имеющего смысла без другой половинки. Ведь только если они вместе они создают гармонию течения жизни по своему руслу, верно?-Лино немного вздрогнул из-за ветра, хотя то было и понятно, он находился в тоненькой худи и домашних штанах в клетку. Хан действительно удивился словам парня, тот кажется дал ему немного смелости для того чтобы шагать дальше по "дороге жизни". -Спасибо хён.-сказал Хан и взял того за руку. Он немного сжал ее чувствуя холод чужих пальцев.-Идём в "дом", думаю кто-нибудь из ребят будет там.-он наконец озаряется улыбкой которая могла бы послужить опорой для человеческих, уже гнилых сердец. Минхо раздраженно вздохнул, но руку от парня не отдалил, наоборот, засунул себе в карман, чтобы теплее было. Она была такая теплая и мягкая. Такая драгоценная и маленькая. Будто огромное, но потерянное воспоминание тепла. Ребята шли по тропинке еще какое-то время. Их лица обдувал морозный ветер, хоть и на улице уже давно был май. Что освещало их дорогу, так это были звезды. Кажется, что можно было просто протянуть руку и сорвать их с неба. Спустя некоторое время они все же пришли в место, которое можно действительно назвать домом. Тепло и уют, жареные сардельки у костра и тёплый плед под котором тихо засыпал Феликс на плече Хвана. Тот же фоткал маленького мальчика который жмурился от вспышки света. Тихие смешки раздавались по помещению. Чонин уже был заинтересован в росписи стен. Так сказать граффити, но нарисованные обычной гуашью, которую кажись дал ему Чан. Минхо первым делом присел около костра чтобы согреть ладошки, которые немного покраснели от холода. Он сел на деревяшку, на которой было маленькое покрывало с какими-то героями мультфильмов. Кажется эта вещь принадлежала Айену, ведь он был самый младший в этой компании. Хан присел на рыбацкий стул и начал пожевывать сгоревший зефир, потому что Чан не уследил за ним из-за того что Сынмо и Ян снова начали оскорблять друг друга. Чан был как отец, глава семейства. Всегда и везде успевал, даже помогал Чанбину чинить велосипед, у которого слетела змейка. Сынмин же все это время таскал от куда-то старую, пошарпанную мебель. Кажется что он брал ее с помоек или тому подобное. Но это не важно. Дом являлся не тем местом где ты живешь и у тебя нету кислорода для жизни. Дом являлся нечто больше. Иными словами-дом являлся тем местом, где собираются люди у которых общие интересы, проблемы, и просто они такие разные, но все же их что-то объединяло. Джисон заметил, что Чонин дорисовал какого-то животного. Этот рисунок кажется являлся чем-то подобным на дельфина. Рядом с этим рисунком был чуть по меньше, это была летучая мышь. -Странный подбор рисунков выбрал Чонин.-сказал Хан. Он ожидал что ребята будут кивать в знак согласия, но в ответ тишина. Что скрывают эти рисунки? -Рисунок дельфина обозначает свободу , отсутствие запретов в жизни, и мир снов. Летучая мышь же обозначает реинкарнацию.-сказал Хенджин. Слова были пугающими, словно эти ребята знали больше,чем знал сам мир. -Проще говоря, если смотреть на эти два рисунка вместе, то можно сказать, что жизнь после смерти, не имеет запретов, и что даже после нашей смерти, мы сможем встретиться вновь. Мы узнаем друг друга даже если мы будем сильно отличаться. Мы свободны от жизни, потому что можем противостоять ей нашей дружбой.-усмехается Чан. Он не хотел запутывать Джисона, но кажись дал ему повод на еще больше вопросов. Хан лишь кивнул на это и подсел к Минхо, когда пришел Со. Теперь Чанбин поедал готовые сосиски с шампуров, из-за чего Хенджин бунтовал на счет его рук, которые были в черном масле, которое было на велосипедной змейке. Вновь между ребятами воцарили разговоры. Все они, кажется правда являлись теми которых можно использовать вместо слова свобода. Всем людям нужен отдых, верно? Именно по этому наушник в его ухе с музыкой группой нервы "счастье" спадает. Маленькая голова щекастого парня падает вниз. В руках у Джисона мармеладные мишки, а на его плече сопит Минхо. Лино пахнет сиреневыми папиросами, и чем-то отдаленно сладким. Нервы-счастье Я не хочу искать в сотне других Черты, которых не видел в тебе Ты заменила мне целый мир И я спасу этот мир от всех бед Ты не такая, как все, все не такие, как ты Но мы в друг друге нашли все наши мечты На моём плече засыпает моё счастье Счастье...