Только для нас

      Звёздный экспресс вновь прибыл на станцию, когда-то давно построенную Эоном Освоения. Новая планета представляла собой небольшую колонию, которая была известна поставкой продовольствия и изделий ручной работы.       Химеко довольно улыбнулась, когда Пом-Пом произнесла в громкоговоритель: - «Все прошло хорошо, мы успешно прибыли! Пассажиры Звёздного экспресса смогут покинуть и посетить ближайшую к нам планету вот уже сейчас! Не забудьте прихватить сувениры для Пом-Пом!»       – Наконец то! – почти взвизгнула бодрая Март 7, которая уже и забыла, что 10 минут назад валялась распластанная на полу и сокрушалась, что в который раз не устояла на ногах во время прыжка.       – Кто на этот раз идет в экспедицию? Я думаю, наличие меня и Март в группе не обсуждается? – Келус с легкой ухмылкой встал со своего места и подошел к Химеко и скачущей от нетерпения Март 7.       – Еще бы. Тем более, в последний раз вы остались на экспрессе. Я тоже иду. – Химеко улыбнулась своим друзьям все той же нежной улыбкой. – Слышала, здесь можно попробовать замечательный сорт кофе. Не хочу упускать такой возможности.       Келус повернул голову через плечо и с мольбой в глазах пристально смотрел в глаза Дань Хэна, сидящего на диванчике с книжкой в руках. Щенячий взгляд с трудом поддавался парированию, поэтому молодой архивист с громким вздохом поднялся со своего места и прошагал к группе.       – Ладно, – сказал Дань Хэн, разрешая Келусу снять с себя маску невинности. – Схожу с вами.       Первопроходец моментально оживился, с весёлой искрой в глазах обвел взглядом друзей.       – А господин Вельт? – озадаченно спросила Март 7.       – Он предупредил меня, что хотел бы в этот раз пропустить вылазку и отдохнуть. Последние несколько дней он много чем занимался. Пусть отдыхает. – Химеко наверняка знала, над чем таким ему пришлось работать, но не вдавалась в подробности.       – Ладно, тогда давайте через 20 минут встретимся тут, потом выдвигаемся! – сказала Март 7, грациозно развернувшись на месте и поскакав в свою комнату, чтобы собрать необходимые вещи.       – Я за пять соберусь. – Келус хлопнул Дань Хэна по плечу и молниеносно рванул к себе.       Дань Хэн посмотрел на книгу у себя в руках и, вежливо кивнув Химеко, пошёл в архив. Хотя бы в этот раз с ним будет навигатор, которая поможет присматривать за своими шебутными соратниками.

***

      Безымянные прибыли в местный город-колонию и уже успели прогуляться от звёздного порта до площади. Улица была не слишком оживленной, основная часть народу скопилась в магазинчиках, мастерских и ресторанчиках, если судить по тому, что было видно в их окна. Самое поразительное, что сразу привлекало внимание группы, так это огромное количество зелени, цветов и ярких красок, которыми был наполнен каждый сантиметр улицы, по которой они шли. Климат планеты был почти что тропическим, теплым и влажным, поэтому было неудивительно, что растения так хорошо разрастались.       – Множество звездных эр назад на этой планете поклонялись Эону Изобилия. Думаю, сейчас здесь это уже не практикуют. В базе данных говорится, что тут осталось немного артефактов тех лет. – Дань Хэн подготовился к высадке и выгрузил себе копию файла с информацией о планете на телефон.       – Здесь так красиво! Хочу всё-всё здесь посмотреть! – воодушевлённо произнесла Март 7. В руках она держала свой любимый фотоаппарат, а фотографировать все вокруг начала буквально, как только они сошли с трапа поезда. – Надо наделать побольше фотографий, пока мы здесь! – Она снова начала щелкать затвором, не желая оставить, похоже, ни одной детали окружения не сфотографированной.       – За день мы вряд ли сможем обойти весь город. Я бы очень хотела зайти в местный торговый павильон, но понимаю, что вам, ребята, будет скучно таскаться со мной. – Вздохнула Химеко, уже смирившаяся с тем, что идею посещения рынка скорее всего можно отбросить. – Давайте лучше посмотрим достопримечательности в городе.       – Я бы с тобой сходила, Химеко, хочу купить сувениров! – Сказала Март 7, – Я ещё видела указатель, что тут недалеко есть набережная. Может ещë и туда? Там, наверняка, така-а-я атмосфера. – ехидная улыбочка и взгляд были направлены прямиком на Келуса.       – Да я бы вообще везде пробежался бы, вы же меня знаете! – Келус действительно хотел, чтобы каждый смог посетить то, что хочет. – Дань Хэн, ты куда бы хотел сходить?       Дань Хэн не горел большим желанием толкаться на рынке и рассматривать всякую дребедень, которую торговцы всеми силами попытались бы втюхать ему, как туристу. Комментарий Март об "атмосфере" на набережной насторожил, а в особенности этот взгляд с явным подтекстом, который она бросила Келусу. Похоже, они снова затеяли свою любимую игру, опять хотели подоставать его каким-то новым способом. В свою очередь, на площади открывался прекрасный вид на несколько строений, похожих на музеи или какие-то административные здания, и он сразу их приметил. Наверное, будет лучше, если он позволит друзьям прогуляться по шумным и "атмосферным" местам самостоятельно.       – Видите то здание? Похоже на местный музей, я бы туда заглянул, вдруг там проходят экскурсии. Запишу что-нибудь новое для архива. – монотонно проговорил в итоге свои мысли Дань Хэн, естественно, подсократив до сути.       – Так, в итоге все хотят в разные места… Может нам просто пойти кто куда хочет, чтобы никому не было обидно? – Келус уже пожалел, что ляпнул это, и сам не верил, что ему не будет обидно идти куда-то в одиночку.       – Предлагаю разделиться на пары! – Задорно подхватила Март 7, – И поскольку мы с Химеко обе хотим на рынок, то вам, мальчики, предоставляется уникальная возможность погулять вдвоём.       – Что в этом уникального? – пробубнил Дань Хэн.       – Неплохая идея. – сразу вклинился Келус, активно и хаотично жестикулируя Март, – Я тогда с Дань Хэном в музей. Можно сделать фотографии всяких интересностей. Потом вечером встретимся… вон у того кафе, – Он указал на вывеску с изображением кружечки кофе. – Только, чур, делаем нормальные фотки, а не только селфи, Март!       – Окееей~! Химеко, как тебе идея?       – Мне всё нравится. Очень приятно смотреть, как ловко вы решаете такие задачки. – в словах Химеко содержалась какая-то материнская забота. – Давайте тогда будем на связи, если что-то случится, сообщаем друг другу.       И на этом друзья разделились и отправились в разные стороны. Март 7 и Химеко направились вдвоем в торговый павильон, начало которого уже виднелось на соседней улице. Келус и Дань Хэн развернулись и пошли по краю площади в сторону музея. Какое-то неловкое молчание длилось всего пару минут, прежде чем Дань Хэн сказал:       – Тебе правда интересно сходить в музей? На других планетах ты особого желания не выказывал.       – Конечно интересно! – облегчение от того, что не он начал разговор, читалось в голосе Келуса, – А какая последняя планета имела музей? Мы же прилетаем и сразу надо выполнять невероятно увлекательные поручения, после которых сразу валимся отдыхать. И с утра всё по новой.       – Так ты сам подходишь ко всем, кто выглядит хоть немного чем-то озабоченным. Вот тебе и выдают поручения. – вздохнул архивист. – Если любишь музеи, спрашивай меня сразу. Будет желание – сходим.       Келус на это промолчал, но довольная улыбка сразу возникла на его лице. Он кивнул, зная, что Дань Хэн уловил это движение его головы краем глаза.       Дальше парни шли почти не разговаривая. Периодически Келус издавал странные звуки и возгласы удивления, когда замечал что-то на улице, интересное только ему. Пару раз он приостанавливался, чтобы сделать фото на телефон, но сразу догонял спутника. Хотя он ещё не до конца привык к повадкам Келуса, но Дань Хэн ощущал необычное для него чувство удовлетворенности, что парень рядом с ним с детской восторженностью изучал новые места и объекты, людей и явления. Это было очень похоже на то, как он сам первый раз оказался вне огромного корабля, который считал своим домом, после чего волею случая оказался вместе с Безымянными, чтобы открыть для себя невообразимые просторы Вселенной. С таким же энтузиазмом, как Келус изучает мусорки и подбирает буквально всё, что находит, Дань Хэн решил тогда взяться за ведение архива для Звёздного экспресса. И ни разу не пожалел о своём решении, ведь оно до сих пор приносит ему удовольствие. А делиться тем, что он смог задокументировать с друзьями – ещё большее.       Когда парни подошли к зданию, которое действительно оказалось музеем истории и искусства, перед ступенями музея они увидели стойку, на которой было распечатано уведомление о закрытии части экспозиций в связи с реконструкцией.       – Давай всё-таки зайдем, может там что-то ещё открыто для посещения. – спокойно сказал Дань Хэн.       Келус опять кивнул и немного улыбнулся, пытаясь, наверное, подбодрить друга, хотя вроде бы ничего серьёзного пока не произошло. Товарищи поднялись по каменным ступеням, зашли внутрь, отворяя тяжелую деревянную дверь, и оказались в просторном холле.       Освещение было немного приглушённым. У стен были выставлены освещаемые подсветкой статуи, изображавшие различных Эонов. Схематичные, конечно, но понять кто перед тобой не составляло особого труда. У дальней стены, прямо напротив входа стояла статуя Яоши. Все статуи были выполнены из светлого дерева со вставками из розового, серого или синего отполированного камня, а у подножья каждой стояла небольшая вазочка, хотя только в некоторых из них стояли цветы.       Глядя на все это, Дань Хэн задумался о том, что музей больше похож на храм. Казалось, что учредители музея хотели сказать что-то гостю, вошедшему в этот зал. Напомнить ему о существовании высших сил, которые влияют и направляют каждого обитателя этой Вселенной, будь он ученым, воином или деятелем искусства. И это была правда. Человек и его переживания настолько малы и незначительны на фоне разворачивающихся во Вселенной событий, спровоцированных не только Эонами, но и тем, что даже выше их. А уж его собственные…       Мягкое прикосновение чужой руки к его плечу вывело Дань Хэна из размышлений, последняя мысль оборвалась словно серебряная цепочка. Келус что-то говорил ему, он точно слышал его голос пока думал, но смысл слов не уловил.       – Прости. Немного задумался… необычно тут для музея. – выговорил Дань Хэн, возвращая себе концентрацию.       – Я про это и говорю. Тут статуи всех Эонов! Даже тех, которых я ещё не встречал! – Келус указал на несколько статуй. – Откуда они знают, как они выглядят? И откуда о них вообще узнали? Почему не у всех стоят букеты? – Первопроходец начал засыпать вопросами, но явно не того человека.       – Давай лучше у работников музея спросим, в базе данных это пока не записано. – Дань Хэн слегка улыбнулся вновь разыгравшейся любознательности Келуса.       Друзья подошли к женщине, сидевшей за стойкой и что-то активно набирающей на своем планшете. То, что вошли посетители, управляющая музеем заметила сразу, но, подумав, что, как и все прежние гости, они через минуту развернутся и уйдут искать более весёлое развлечение, продолжила заниматься своими делами. Когда Дань Хэн обратился к ней и спросил, можно ли приобрести билеты, она сразу оживилась и вспомнила все любезные фразы, которые давно уже не использовала. «Наконец то молодёжь решила приобщиться к искусству!» подумала она, распечатала два билетика и передала их Дань Хэну.       – Покажите их хранительнице в следующем зале, она вас пропустит. У нас, к сожалению, идет ремонт. Пока что доступен только зал, посвящённый скульптуре и живописи. Но там есть на что посмотреть, вы не разочаруетесь! – управляющая очень активно пыталась их заинтересовать, думая, что в любой момент может упустить долгожданных посетителей. – Если что-то будет не понятно, спрашивайте у меня или хранительницы.       Дань Хэн и Келус поблагодарили её и направились в соседнее помещение, которое было освещено чуть лучше, чем главный холл. Келус, заметив хранительницу, сразу пошёл к ней, показал билеты и сходу начал засыпать теми же вопросами, что он ранее задавал Дань Хэну. Естественно, добавил ещё пару-тройку вдогонку. Дань Хэн же оглядел зал и сразу направился к экспонатам. Среди них оказались различные статуэтки из дерева не более двадцати сантиметров в высоту, изображавшие цветы, животных, а иногда и Эонов. Статуи из дерева в полный рост также в основном содержали природные мотивы: человеческие фигуры часто переплетались с животным началом и растительностью. Судя по всему, самыми любимыми темами для изобразительного искусства также были именно природные сюжеты.       Дань Хэн внимательно рассматривал экспонаты и читал описание на небольших экранчиках рядом с каждым из них и делал заметки в телефоне. Некоторые особенно примечательные экспонаты он фотографировал.       Келус, закончив допрос хранительницы, быстро пробежался по залу, сканируя всё, что видит. В голове у него уже начинали формироваться новые вопросы к пожилой женщине, сейчас переводившей дух после их разговора. Но потом его внимание привлекла картина в резной чёрно-зелёной раме.       На картине было изображено поле из маленьких белых цветов, тут и там попадались яркие красные цветочки, которые невольно привлекали внимание. Вдаль, пересекая правую часть картины, уходила извилистая река с пологими берегами. Свет на картине был изображен так натурально, что сразу представлялось раннее утро с только что взошедшим солнцем, пробивающимся через густые ещё серые от мрака ночи облака. В дополнение к этой красоте всё поле и река были укрыты легким туманом. Прохладный утренний воздух и мелкие капли росы ощущались на коже сквозь это переплетение красок на холсте. По какой-то неведомой причине Келус оказался заворожен этим зрелищем, как будто он уже видел нечто подобное в этой или прошлых жизнях, если они конечно у него были. Невольный вздох сорвался с его губ.       День Хэн повернул голову на звук и увидел, как Келус с выражением то ли грусти, то ли радости взирает на картину. Он тихо подошел к нему и тоже посмотрел на картину, приковавшую внимание друга.       – Очень красиво… – почти прошептал Дань Хэн, не решаясь вырывать Келуса из транса созерцания.       Келус оторвался от картины, взглянул прямо в глаза Дань Хэна и замер. Дань Хэн тоже смотрел в глаза друга и молчал, почему-то боясь шелохнуться. Келус почувствовал, как во внутренних уголках глаз у него начали формироваться слёзы. Но он не дал им проявиться, несколько раз моргнул, отгоняя их, и выдохнул. Скорбная улыбка появилась на его лице.       – Да, согласен. – тихо сказал он, немного отворачиваясь. Следующая фраза была сказана уже погромче: – Ты всё уже посмотрел?       – На самом деле да, но я хотел ещё кое-что спросить у хранительницы. Ты пока можешь ещё посмотреть картины, если хочешь. – Дань Хэн не стал ждать пока Келус ответит и, тихо шурша одеждой, пошёл в другой конец зала к женщине, внимательно наблюдавшей за посетителями.       Келус снова повернулся к картине с туманным полем и рекой. На секунду ему показалось, что он снова смотрит в глаза Дань Хэна. В груди что-то кувыркнулось, разлилось теплотой. Чтобы справится с чувствами он решил посмотреть остальные картины, но их оказалось не так много, как он ожидал. Поэтому ему не оставалось ничего иного, кроме как вернуться к Дань Хэну, который еще разговаривал с хранительницей и заносил заметки в телефон. Как только Келус подошел, женщина с улыбкой спросила:       – Вам понравилась картина? – кивая, она указала противоположный конец зала. – У неё нет официального названия и автор не известен, но мы между собой зовем ее “Утро на реке”.       – Мне нравится. Если бы я тут жил, то каждый день бы приходил на неё смотреть. – сказал Келус, стараясь не кинуть случайный взгляд на молодого человека рядом с собой.       – Есть предположение, что картина написана очень давно и что это запечатлен левый берег реки, на которой расположен город. – более подробнее начала объяснять хранительница. – Кстати, недалеко от города есть парк, большая часть которого расположена на холме, и вид там напоминает то, что изображено на картине. Там тоже растут такие белые цветы. В это время года по вечерам они ещё и достаточно вкусно пахнут. Если вы к нам надолго, рекомендую сходить туда. Понравится не меньше, чем картина.       Дань Хэн оторвался от печатания в телефоне и посмотрел на Келуса. Тот всем своим существом говорил, что очень хочет увидеть реальное место, которое, по словам хранительницы, было запечатлено на картине. Но сказать об этом не решался, будто стеснялся, что его за эту просьбу отчитают.       – Можете подсказать, как туда дойти? – спросил у женщины Дань Хэн.       – Это не то, чтобы далеко, вашим шагом идти примерно минут 40. Как выйдете из музея, по правую руку от вас будет длинная улица. По ней надо дойти до конца, увидите, где начинается аллея – вам туда. Это уже начнётся парк.       – Спасибо вам большое за помощь. – сказал Дань Хэн и благодарно кивнул. Он посмотрел на Келуса с молчаливым вопросом «Пойдём?», а тот посмотрел на него и сказал: – Ага, – будто услышал его мысли.       Молодые люди попрощались с хранительницей, а затем и с управляющей, и вышли на улицу. Оказалось, что они провели в музее всего около часа. Время уже было после полудня, если судить по расположению светила над их головами. На то чтобы прогуляться в парк и обратно его было достаточно. Поэтому Дань Хэн спросил:       – Пойдём тогда в парк? Мне кажется, что тебе туда очень хочется. Ты аж весь светишься. – Парень шутливо прикрыл глаза тыльной стороной ладони, в уголках глаз отражалась улыбка, которая не касалась его губ.       – Я теперь человек-солнышко. – серьёзно сказал Келус, подхватывая шутку. – Далее прошу обращаться ко мне только по этому имени.       В мыслях Дань Хэн проговорил это «солнышко», обращаясь к воображаемому не Келусу. Моментально смутился, насколько стыдно это звучало.       – Так идем? – и решил не комментировать слова друга.       – Конечно, идем! – Келус пару раз утвердительно кивнул, улыбаясь.       

***

      Первопроходец действительно оживился после выхода из музея, невероятно обрадовавшись, что Дань Хэн почти что сам предложил пойти в парк. Он понимал, что его спутник мог легко прочитать то, что написано у него на лице, часто угадывал то, о чём он думает. Но всё-таки решения что-то предпринимать по этому поводу Дань Хэн всегда принимал сам, и обычно они были в пользу Келуса. В такие моменты тепло в груди усиливалось тем больше, чем дольше он думал над этим. Но долго думать пока что не удавалось, поскольку вокруг него всегда возникали тысяча и одна вещей, которые могли отвлечь его от раздумий и занять своей необычностью и новизной.       Келус и Дань Хэн пошли по улице, о которой им сказала работница музея. Келус снова достал телефон чтобы делать фотографии. Дойдя до аллеи, они оба почувствовали, как вкусно пахнет от скопления растительности, нагретой солнцем. А вступив на аллею и пройдя несколько десятков метров, были ещё больше удивлены прохладе тени и новой порции запахов.       Келус рассматривал всякое по обе стороны дорожки, периодически переводя взгляд на Дань Хэна, словно подзывая его, чтобы что-то показать. Каждый раз Дань Хэн подходил к нему, и каждый раз Келус показывал ему какую-то новую находку: камешек, орешек или листочек интересной формы, цветок, жука со смешными рогами или цветастую гусеницу. Таким образом они шли по длинной аллее, вычерчивая траекторию ползущей змеи. Через довольно продолжительное время они всё-таки добрались до того места, ради которого была затеяна эта прогулка.       Перед глазами друзей открывался вид на просторы, которые поражали своей красотой. Вдаль, насколько видели глаза уходили поля, тут и там разрезаемые узкими полосами лиственного леса. Когда они поднялись на холм и вышли на вытоптанную смотровую площадку, они увидели и саму реку, змейкой уходившей за горизонт. Где-то там она должна была встретиться с начинавшим клониться к закату солнцем.       По краю площадки была установлена старая металлическая ограда, покрашенная в зеленый цвет. Келус подошел к ограде, взялся за неё обеими руками и вдохнул воздух полной грудью. В нос ударил плотный запах цветов, раскинувшихся белым покрывалом по всему холму. Так он стоял и смотрел на поле цветов, реку и лес вдалеке.       Дань Хэн стоял немного позади и по началу тоже разглядывал пейзаж, но вскоре его взгляд переместился на спину Келуса. Ветер перебирал в своих пальцах серебряные локоны парня, уже немного отросшие с момента их первой встречи. От того, насколько это было красивее, чем простирающиеся перед ним виды, у Дань Хэна перехватило дух. Невообразимо хотелось сделать пару шагов и дотронуться до этих волос своими пальцами. Щёки начали нагреваться и, судя по всему, его лицо залилось румянцем. «Всего-то протянуть руку» – упрашивал он себя, но рука даже не думала повиноваться. Всё что он смог – это сделать первый шаг, прежде чем Келус резко повернул к нему голову и впился взглядом в его лицо. От такого серьёзного взгляда жёлтых глаз румянец прилил к щекам с новой силой. В голове начали крутиться глупые мысли, что Келус услышал, о чём он думает. Снова эта сцена, где они смотрят друг другу в глаза, каждый из них не в силах отвести взгляд.       – Давай сделаем фото на память? – наконец сказал Келус, всё также глядя на Дань Хэна.       – Что? – у Дань Хэна от волнения стало сухо во рту. Он не сразу понял, о чём спросил Келус.       – Ты и я. Давай сфотографируемся вместе.       Мысли словно увязли в желе. Дань Хэн кивнул, казалось, спустя целую вечность. Как только Келус понял, что получил согласие, он разжал пальцы, вцепившиеся в ограду мёртвой хваткой, вытащил свой телефон из кармана, одним нажатием запустил камеру и протянул его Дань Хэну.       – Облокотись на перилу и фоткай. Я встану сзади и руки раскину, типа я самолёт.       Дань Хэн взял телефон из рук Келуса и сделал как он сказал, почти не анализируя свои действия. Присев на ограду, он вытянул руку, а Келус уже перескочил через неё, встал сзади и простёр руки в стороны.       – Делай несколько фото, чтобы хорошо получилось. – сказал он из-за спины Дань Хэна.       Дань Хэн поправил направление камеры, чтобы их было хорошо видно и оба полностью попадали в кадр. Стал нажимать на кнопку затвора – маленькая фоточка улетала в галерею. Он уже готовился нажать последний раз. Тут Келус положил обе ладони ему на плечи, а носом уткнулся в его макушку, всё также глядя янтарными глазами прямо в камеру. Тёплое дыхание коснулось кожи головы. Но палец не остановился, и новая фотография была сделана. На миллисекунду она зависла на экране – Келус выглядел на ней драконом, охраняющим своё сокровище, – и снова улетела в галерею. Сердце заколотилось и Дань Хэн снова замер, не опуская руку и не нажимая больше кнопки на экране.       Чувствуя, что Дань Хэн замешкался и не предпринимает попыток удалить фото, Келус снова перескочил оградку и перехватил свой телефон из руки парня. Честно говоря, сердце у него тоже билось очень быстро, боясь того, что Дань Хэн на него начнёт очень сильно ругаться спустя вот уже несколько мгновений. И в равной мере боясь, что не начнёт.       Дань Хэн поднялся, глядя на Келуса, не зная, что нужно говорить в такой ситуации. Он не хотел совершать поспешных действий, да и говорить что-то, что может спровоцировать Келуса на таковые. Друзья так не фотографируются. Оба имели неразделённые до сего момента чувства друг к другу, и с этим фото они были открыты. Теперь осталось лишь Дань Хэну подтвердить, что этот цифровой артефакт, принявший форму фотографии, действительно является отражением его чувств к Келусу.       – Ты больше похож на дракона, чем на самолёт. – проговорил Дань Хэн, пульс всё также отдавался в ушах. – Надо было сразу притворяться драконом.       Улыбка постепенно зажглась на лице Келуса. Сначала радостная, затем к ней будто подлили несколько стаканов нежности. Он с восторгом смотрел на парня перед собой, пока тот неловко медлил, в итоге отвечая улыбкой, большая часть которой осталась в его серо-зеленых глазах, но которую легко улавливал Келус.       Минуту полюбовавшись друг другом, они, как по команде, синхронно отвели взгляд. Спустя мгновение Келус слегка повел рукой, приглашая идти обратно. Дань Хэн снова посмотрел в золотые глаза, понял, что может начать тонуть, и решил принять предложение, двинулся первым. Келус последовал за ним, но вскоре поравнялся.       Парни спустились с холма и снова вернулись на аллею, которая стала ещё более прохладной и тенистой. Они шли молча. Келусу было всё равно, что он может пропустить что-то интересное в кустах у дороги. Он не порывался с места, а спокойно шел рядом с Дань Хэном. Четверть пути прошла в молчании, пока Келус, не выдержав, его не нарушил:       – Можно взять тебя за руку? – он на ходу протянул свою руку и слегка коснулся руки Дань Хэна.       Дань Хэн на это медленно взял руку Келуса в свою и продолжил идти, ничего не говоря. Свой быстрый пульс он ощущал кончиками пальцев. Или это был пульс Келуса? Дальше они шли оба красные – от того, что один предложил взяться за руки, а второй – что тот согласился. Никто не проронил больше ни слова до самого выхода с аллеи, наслаждаясь прогулкой и теплом ладоней друг друга.       Когда они вышли, уже становилось темно, на небе оставались лишь последние огоньки заката. На улице зажглись фонари, в домах и заведениях горел жёлтый свет. Посмотрев друг на друга и согласившись одними взглядами, Дань Хэн и Келус разжали руки и пошли дальше.

***

      Дошли до кафе, где собирались встретиться с девушками, когда уже стало совсем темно, а те их уже ожидали за столиком на летней веранде. Мисс Химеко сидела на плетёном стуле и умиротворённо попивала кофе. У Март 7 стоял наполовину наполненный стакан сока и начатый кусочек торта.       – Ну вы гулёны! Вы все музеи, наверное, облазили! – Март 7 радостно встретила друзей. – Келус, ты фоток хоть наделал?       – Конечно! Все мусорные баки города были тщательно задокументированы, уважаемая Март. – рассмеялся он в ответ, пытаясь позлить Март 7.       – Хорошь ёрничать! Показывай, что видели! – девушка схватила его за руку и усадила в свободное место рядом, с нетерпением ожидая, пока Келус достанет телефон и начнет показывать фотографии.       Дань Хэн обошёл их и сел по другую руку от Келуса, сложил руки на груди и одним глазом подглядывал, что ребята будут показывать друг другу. Если Келус покажет последнее фото, то ему, наверное, придётся покончить с собой прямо на этом месте, думал он. Ребята листали фотки на своих телефонах и вкратце описывали, что происходило во время их создания. Когда Келус долистал до той, где он стоит, раскинув руки за спиной Дань Хэна, Март 7 громко вздохнула:       – Вааа, ты как его уломал так сфоткаться?! – Келус кивнул и заулыбался, это теперь раритет, настоящий шестизвёздочный предмет в его коллекции.       – А вот так! Он мне правда потом телефон не хотел отдавать, вцепился в него прям. – Келус улыбался и поглядывал на Дань Хэна, видя розовеющие щеки. – Ну я потом перестал что-то фоткать, от греха подальше. Вдруг выхватит и удалит.       На этом Келус выключил экран и ловким движением закинул телефон в карман куртки. Март 7 призадумалась, но потом попросила обязательно скинуть ей это фото, чтобы она его закинула на свою электронную стенку. Девушка показала ещё несколько своих фотографий. Затем она вытащила из сумочки два брелочка из дерева. Один был в виде зеленого дракончика, украшенного белыми листочками, а второй – в виде желтого солнца с золотыми лучами.       – Это вам маленькие сувенирчики, надеюсь понравится. – Она протянула руку, предлагая взять кому какой понравится. Дань Хэн расцепил руки и первым взял брелок в виде солнца. Келус взял дракончика.       – Спасибо, Март. Прицеплю где-нибудь к куртке. Будет со мной болтаться. – поблагодарил Келус.       – Спасибо. – тепло сказал Дань Хэн, крутя солнце между пальцев.       Девушка заулыбалась ещё шире, видя, что подарок понравился. Так они просидели ещё пол часа, после чего собрались и пошли обратно на борт Звёздного экспресса. Химеко и Дань Хэн шли впереди, а за ними Март 7 и Келус, которые продолжали рассказывать друг другу о своих впечатлениях после сегодняшнего дня. Будучи уже в общем вагоне, Март 7 подарила также сувениры Пом-Пом и Вельту, после чего пожелала хорошего вечера и пошла к себе.       – Доброй ночи. – пожелал всем Дань Хэн и двинулся в сторону спального вагона. Он услышал, как Келус повторил его фразу, обращаясь к тем, кто ещё остался в вагоне, и пошёл следом за ним.       Когда они переходили в соседний вагон, Дань Хэн почувствовал вибрацию телефона в кармане. Притормозив, он вытащил его и нажал на входящие. Открылся чат с Келусом, где под сообщением от предыдущего дня от Первопроходца «Пошли кушать!» отображалась та самая последняя фотография, которую они сделали вместе. В груди зажёгся огонёк теплоты от одного взгляда на фото.       – Только никому не показывай. – тихо сказал Келус, когда Дань Хэн обернулся к нему.       – Боишься, что застукают? – с каким-то детским вызовом спросил Дань Хэн.       – Нет, но это фото на память только для нас. – Келус склонил голову, улыбнулся, и слегка исподлобья посмотрел в глаза парня напротив, после чего сказал:       – Доброй ночи, Дань Хэн. – и тихим шагом направился к себе в каюту.       Дань Хэн проводил его взглядом. «Доброй ночи, Келус» прошептал он у себя в голове, уверенный, что Келус прочитает и эти мысли.