Проблемы Рэндала

Когда последнего члена семьи Айвори покинула надежда, пришло время всем дружным строем пойти в детскую. Себастьян, как очень важный элемент обучения вернётся в свою колыбель, хотя имел шанс закрыться в спальне; помимо него в этих розовых стенах будут и Нион, и Ниен, и Рэндал, и даже Лютер. Нион смирился - рубашка ему даже немного нравилась, поэтому и запас духовных сил имелся вопреки всем трудностям. Он что-то шепчет Ниену на ушко, поглаживает по крепкому плечу, но чаще, всё-таки, терпит всё это. Ниену стыдно. Безумно стыдно и неприятно снимать любимый свитшот и джинсы, оставаясь в трусах и шапке; он чувствует себя как в самом деле маленький котёнок, которого властные человеки хотят отмыть, высушить и бантик на башку прилепить. На пару секунд он проявил надежду - сорочки, которые хранились у Штерн, были небольшими и на Ниена не налезали никакие, кроме самой самой большой, белой в цветочек. Как было бы хорошо, если бы своими упругими мышцами можно было совсем не влезть в такую одежду и остаться вне игры... Ах, мечты. - Давайте разделимся на команды. - Предлагает Штерн, отходя к голубой стене и подзывает к себе сыночка. - Первая команда - я и Себастьянчик. Вторая же - Мастер Лютер, его котики и Рэндальчик. Я делаю, а вы повторяете. Сложность лишь в том, чтобы подобрать подход к каждому ребёночку. Кажется, Лютер слушает её на полном серьёзе. Он хочет показать себя как отличного хозяина, хочет доказать самому себе, что всё ещё готов к переменам и новым техникам. Заботливая мама легонько одёрнула край сорочки сына, говоря, что первым шагом станет избавление от привычных трусиков. - Поверьте, трусишки вам в таких играх не нужны. В комнате стояла ранее незамеченная кушетка. Именно туда Лютеру нужно было положить всех своих детей, чтобы запеленать. Все необходимые предметы лежат в тканевом кармане пелёнки, поэтому старший Айвори почти без труда вспомнил о своём опыте, сориентировался и первым делом запаковал в подгузник Рэндала. Нельзя сказать что тот был сбит с толку - наоборот, что-то странное и забавное в этом процессе было. Лютер пару секунд видел промежность брата, так что последний даже порозовел лицом. Дальше на очереди Нион. Штерн стоит за спиной ученика, иногда направляет его руки в правильную сторону, обхватывая пальцами запястья. Она напоминает, в какую сторону и что загибать, что где соединять и где припудрить кожу коточела тальком. Как же это стыдно для Ниона - к счастью, его утяжку снимать не стали, но всего обгладили и ненамеренно заставили постыдиться своих, к сожалению, "женских" органов. Вот и подошла очередь Ниена! Мать больше не может управлять Лютером, ведь хочет чтобы тот повторил всё по памяти... К тому же, не хватало очередного эмоционального взрыва у кошечки. Тёплые хозяйские руки ровно и почти механически делают всё быстро и правильно, за что получают небольшие аплодидисменты. Ниену не впервой быть голым перед Лютером, но всё это... Смущало. Рядом жуткая тётя, глупыш Рэндал и оба сверлят бесстыдным, почти злорадным взглядом. Они и правда становятся похожими. Ниен умел терпеть. Пара стыдных минут, и вот он уже в этой ватной подушке, прикрытой сорочкой. Можно выдохнуть. Настало время особенного времяпровождения - котятки и Рэндальчик должны были действительно почувствовать себя маленькими детьми, которые ничего не умеют и только желают огромной любви. - Помни, Лютик, что ляляшенье - это не просто про впадание в детство, это ещё и огромная забота и любовь. Ты должен усыпить в них взрослых, - говорит Штерн. Кажется, что единственный, кому это действительно нравилось, или как минимум забавляло, был Рэндал. Ему было прикольно в подгузнике сидеть на пуфике, тыкая пальцами бедного Себастьяна, которому авантюра мамы совсем не нравилась. Он вжал в себя своего плюшевого мишку, стараясь уворачиваться от назойливого "друга" в очках. - Мы могли бы покормить их, - предложил Лютер, посматривая на огромный набор детского питания самых разных вкусов.

***

Детишки расселись на удобных пуфиках, ожидая кормёжки. Штерн решила помочь своему подопечному, начав на пару с Лютером кормить всех детишек. Она предложила, что они могут открыть две баночки детского питания вместо четверых и кормить по очереди каждого крохотной ложечкой. - За маму! - кормит Ниона женщина, давая тому в ротик капельку яблочного пюре. Нион послушно съел. - За папу, - говорит уже мужчина, кормя Рэндала. С Рэндалом тоже проблем не было, кроме того, что он сказал: - А это типа безопасно, что мы жрём из одной посуды? Ложка же одна. - Не переживай, вы все тут чистенькие и здоровенькие, - сюсюкается Штерн. - За папу, - Лютер решил покормить Себастьяна. Тот тоже послушно проглотил. - За мамочку, - улыбается громадная дама, пытаясь покормить Ниена. Тот нехотя открывает рот, глотает и кривится. - Что такое, малька? - Почему вся детская еда это какой-то сладко-рвотный понос, который на ощупь даже походит на этот пресловутый понос? Если бы Штерн могла, она бы дала щелбан вредному коту за то, что портит всю игру своими недовольствами. Вместо этого, она потянула того за щеку и немного потрясла. - Чего-о-о ты-ы такая вре-е-е-дина-а-а? - вздыхает мамуля. Ниен сделал максимальное отвращение на лице за такие нежности. - За это полагается ещё одна ложечка, ну-ка! Так, потихоньку-помаленько, они всё же кушали. Нион вполне спокойно принимал ложечки с детским питанием, за что его по голове гладил Лютер. Рэндал хихикает, что-то невзаимно шепчет Себастьяну, делающему вид, что АБДЛ ему не нравится, Лютер, кажется, уже отстал от них, и когда закончил кормить послушников, подошёл к Ниену. - Котёнок мой, не нервничай. - Просит он, заправляя прядь кошачьих волос за маленькое ушко. - Давай я сам тебя покормлю. Ты же любишь Папочку Лютера, киса? - Да... - Гораздо тише бубнит розоволосый, глядя с недовольством на мастера. Он хочет, чтобы это закончилось, но никто не поддерживает его в этом. - Вот и хорошо. Если тебе уже хватило, давай закончим... Рэндал улыбается, выхватывает из руки Штерн баночку от пюре и при помощи пальца доедает остатки. Похоже, ему и Ниону взаправду хорошо - последний в этом даже признался шёпотом на ушко Мастеру. - Кто хочет спатьки? - Стараясь пристрастить к игре Ниена, Штерн идёт на уступок и даёт всем шанс отлежаться с новыми мыслями. Она поправляет простынку в люльке, кладёт туда одного лишь Себастьяна. - Пойми, Рэнчик, ему сложно заснуть! Он у меня такой волнушка, совсем не уснёт в паре. Прости, давай я тебе сделаю... Палатку! Да, соберём вместе комнату из подушек. Рэна это устраивает - он, радости полные штаны, сам начинает мастерить фасад из множества разнокалиберных приспособлений для сна, забывает, что ему кто-то должен помочь, поэтому справляется спустя некоторое время. - Котята, а вам же удобно будет спать вместе? - Штерн нависает над сидящими в креслах Нионом и Ниеном, слегка щурит глаза от улыбки и таки разрывается от желания их укротить. Она сдвигает в одну кучу два огромных кресла, на которых даже поместилась бы сама, и притаскивает ватное одеяло шириной в два с лишним метра. Спустя несколько минут все затихли. Себастьян возможно уже спит, Рэндал ворочается в самодельной пещере, а коты прилегли поближе друг к другу. А что если у неё получится? Штерн много думает о коточелах весь сегодняшний день. Как их приручить? Как сделать их послушными и благодарными? Скорее всего, они не станут доверять большерукой тёте, а вот Лютеру - да. Она давно знает каков их хозяин в деле; сосредоточенный, милостивый, но строгий и требовательный. Его отцовский потенциал так велик! Стоит лишь направить этот самый потенциал в нужное русло - БДСМ-сессии, это, конечно, нужно, но когда-то твой партнёр точно почувствует голод по нежностям. Всем рано или поздно нужна будет новая доза именно родительской любви. С другой стороны им незачем разделяться. Штерн готова обучать Лютера и дальше, готова всё делать вместе, ведь их отношения - нет, не романтика, а наставничество. Правильное, разумное и дозированное наставничество. - Детки, а может вам прочитать сказку?.. - у Штерн были свои мотивы для такого. Она хотела показать деткам, что такое любовь. И не через самый лёгкий способ. - Сказку? Балдёж, давай! - высказался Рэндал, поудобнее располагаясь. Нион с Ниеном просто валялись, никаким образом не реагируя на предложение Штерн что-то им прочесть. Лишь Ниен что-то фыркнул, а Нион вздохнул. - Лютик, давай ты им прочтёшь! У меня есть набор сказок, специально для непослушных деток, - произнесла Штерн, сделав два широких шага и начав копаться в шкафу. - Я их сама пишу! - Хм, звучит интересно, - Лютер подошёл к Штерн. Они двое там о чём-то пошептались, отчего старший Айвори странно улыбнулся, глянув одним глазком на лежащих котят и братца. - Значит, для непослушных деток. Хорошо. Мастер берёт самодельную и ничуть немаленькую книгу, присаживаясь на стул рядом. Себастьян спросонья потягивается, услышав слово "сказка", и спрашивает: - Мам, а что за сказка? - Лютик, давай прочтём им сказку про маму-кошку и непослушного котёнка, - улыбка Штерн больше не выглядит настолько безобидной. В этот момент Себастьян широко распахивает свои глаза, вскакивает и пялится на маменьку. - Только не эту сказку! - восклицает он, а в его глазах чуть ли не ужас. - Какую угодно, прошу, только не эту! - А что такого в сказке может быть? - задал риторический вопрос Рэндал. - Это ОЧЕНЬ грустная сказка, - объясняет Себастьян, укрываясь как можно плотнее. - Я, когда её впервые услышал, рыдал громче, чем скрежет гвоздя по стеклу. - А зачем нам грустная сказка? - спросил аккуратно Нион. - Хотят нас разжалобить, - вздыхает Ниен, уже хотя потянутся к карману за сигаретами, но вспомнил, что под плотной сорочкой только подгузник. Штерн подходит к малышам, делая то опять за два широких шага. - Это важный атрибутик наших игр! Просто попробуйте, - женщина бережно даёт в ручку каждому цветную пустышку. Рэндал покрутил ту в руке, прищуриваясь и с интересом взял в рот, начав грызть. Нион молча сунул себе в рот, а вот Ниен просто держал. Ему хоть и хотелось чем-то занять рот, но точно не соской. - Сказка не начнётся, пока все малыши не будут сосать пустышки, - строго сказал Лютер. - Лютик, нельзя так строго! Но в целом да, ты прав. Ниеньчик, котёночек, пососи ради папочки! - нежно заговорила женщина. Её предложение звучало очень странно, но Ниен быстро сдался, нехотя сунув ту в рот. И вот, началась сказка. Про маленького котёнка, который потерял маму. В начале всё было спокойно. Рассказывалось об очень непослушном котёнке, который дрался со своими собратьями, кусал маму за хвост и никогда ту не слушался, хотя она всегда по вечерам его бережно вылизывала, прижимая к пушистому и тёплому пузику. Себастьян затыкал уши, делая вид, что ничего не слышит. Рэндал внимал весь сюжет, даже вынимая соску, чтобы что-то уточнить и спрашивать, в духе: "А какого оттенка был котёнок?" Нион с Ниеном держали строгое молчание, держа в зубах пресловутые пустышки. Затем котёнок потерялся, убежав играть от мамы слишком далеко. Описания потерянного и испуганного котёнка первыми пошатнули Ниона, напомнив ему о своей семье, из которой тот сбежал. Тот шмыгнул, упираясь лбом об Ниена. - Это всего лишь сказка от сумасшедшей тётки, не плачь, - пытался утешить того коточел, но получалось не очень. Затем пошли описания, как тот пытался найти маму. Путал прохожих кошек со своей, громко мяукал и того чуть не задавила машина. Рэндал расчувствовался, обнимая одеяло. Себастьян же уткнулся в подушку, тихо мыча и пытаясь вибрацией заглушить себе этот рассказ. Ниен был СВЯТО уверен, что концовка будет хорошей. На то это и сказка, ведь так?... Так же?... Когда Лютер произнёс, что котёнок сидел в подвале, мокрый, голодный и холодный, Ниен ещё держался. Но потом: - Котёнок умер от разрыва своего маленького сердечка, в страхе за свою жизнь. Он никогда больше не увидит маму, и мама больше никогда не увидит его. Кошка ходила, мяукала, звала своего сорванца, но не знала, что того уже нет на свете. Так она и пройдёт по всем улицам города, пока не поймёт печальную кончину своего малыша, такого глупого и наивного. Конец. -... Лютер поднимает глаза на своих детишек. Рэндал, Себастьян и Нион рыдали весь остаток сказки, но вот Ниен... под конец его губы искривились, соска выпала и он сказал: - Д-дерьмовая сказка, - и в тот же момент честно заплакал. Бинго. Штерн перестаёт улыбаться когда сказка начинается. С каменным лицом она не такая жуткая, как раньше, зато эти перемены не впустую. Последние строчки уже не влияют на ранимую натуру авторессы, хотя, признаться честно, первые пару раз даже ей было очень больно читать свою собственную сказку. Эта посиделка с котиками Лютера прямо таки засияла после того, как из шкафа была взята книга. Довольная собой, в финале она подходит к люльке, чтобы поцеловать Себастьяна и начать успокаивать его. - Рэндальчик, солнышко, иди к нам. Так и образовалось два лагеря. Штерн, Себастьян и Рэндал, и Лютер с коточелами. - Лютик, я думаю котята не отреагируют на мою поддержку. Давай я помогу детишкам, а ты им? Лютер и сам хотел так поступить. Немедленно он подходит к своим партнёрам, обнимает своими нежными, горячими руками, сверху укрывая всех троих этим огромным одеялом. - Ниен, всё хорошо. Я рядом, ты можешь выразить эмоции, это будет правильно. Нион, всё в порядке, я буду с вами двумя. Слыша, как Штерн активно расцеловывает лицо краснющего от стыда и слёз Себастьяна, Лютер понимает, что ему это делать тоже не запрещено. Он целует котиков в щёки и лбы, он гладит их по щекам и стирает слёзы, шепча что-то доброе. Возникла новая идея. Хозяин кладёт руки на затылки Ниона и Ниена, прижимает их к своей груди со словами о том, как сильно их любит. Эту сессию они запомнят надолго.