Кокон

— Я скучаю, Локвуд, — Люси положила руку на могильный камень. — Знаю, что тебя здесь нет, но это единственный способ поговорить с тобой. Я совсем одна, и знаю, что ты бы не одобрил бы такого, но мне нужно тебя спасти, — Люси притронулась к абсолютно сухим глазам. Плакать она больше не могла. В последний раз она это делала на похоронах Локвуда, а потом в её сердце что-то словно рухнуло. Все эмоции словно отключились, и это была её защита. Иначе она бы просто сошла с ума. Хотя иногда Люси казалось, что она уже сошла. Три месяца назад… — Нет! — крик Люси был больше похож на вой. Джордж выглядел пришибленным, и не до конца верил в происходящее, а Холли просто стояла и хватала ртом воздух. Пенелопа Фиттис смотрела на агентов с фальшивым сочувствием, а перед ней на столе лежало обгоревшее пальто и рапира — всё, что осталось от их лидера Энтони Локвуда. — Ещё мы нашли его палец, но я решила, что приносить его сюда не лучшая идея. — Он не мог погибнуть, — Джордж попытался взять в руки чашку с чаем, но его руки тряслись настолько сильно, что ему пришлось оставить эту затею. — Увы. Даже удаче мистера Локвуда приходит конец. — И вы думаете, мы поверим, что это случайность? Что Локвуд сам в одиночку влез в дом с Полтергейстом и закидал его греческим огнём? — Насколько я знаю, у вас уже были подобные прецеденты. Я понимаю ваше горе, но это всё, что я могу сделать для вас. Хорошего вечера, — с этими словами женщина поднялась с кресла Локвуда, и степенно покинула гостиную. Едва за ней закрылась дверь, Люси рухнула на колени перед столом и тихо душераздирающе завыла на одной ноте. Джордж попытался успокоить её, но та лишь отмахнулась, пальцами вцепившись в остатки пальто Локвуда. В голове билась одна единственная истерическая мысль: его больше. … Люси вынырнула из своих мыслей и зябко поёжилась — холодный утренний ветер забирался ей под куртку. Впрочем, холод поселился в её груди, казалось, навечно. Она уже много недель не могла согреться. Врач из Фиттис, который осматривал её, считал, что это всё от недосыпа, но сама Люси думала, что этот холод не физический. …После того, как Локвуда не стало, агентство развалилось, что было не удивительно — Локвуд и Компания без их лидера просто не могло существовать. Первое время они ещё пытались держаться вместе, но потом Люси отдалилась. Поглощённая своим горем, Люси постепенно отдалилась от друзей. Она перебралась в убогую квартирку на окраине Лондона, почти перестала есть и спать и мечтала только об одном — не вернуться с очередного задания. В какой-то момент жизнь стала совершенно невыносимой. Люси всё чаще проводила ночи не на заданиях, а дома, в своей постели, глядя в потолок. В один из таких вечеров Люси повернула клапан на банке с Черепом, и тот наконец получил возможность высказать всё, что думал: — Ты совсем свихнулась, Карлайл? Если решила сдохнуть, сначала освободи меня. — Хорошо, — спокойно ответила Люси и поднялась с места. Она затолкала банку в рюкзак и стала обуваться. — Люси? Эй, что ты задумала? Девушка молча закинула рюкзак на плечи и покинула квартиру, не запирая её. До нужного места она добралась довольно быстро. Берег Темзы встретил её запахом тины и сырости. Крутой склон идеально подходил для того, что задумала. — Люси, если ты собралась купаться, то здесь неподходящее место для этого. — Я выпущу тебя, — спокойно произнесла Люси. — Ты что? Люси… — Череп, кажется, не особенно обрадовался её словам. — Не делай глупостей! — И это я слышу от тебя… — горько ответила девушка, доставая из рюкзака молоток. — Обещания надо исполнять, — с этими словами она подняла молоток и несколько раз с силой ударила по банке. Серебряное стекло пошло трещинами и скоро банка лопнула, а призрак вырвался на свободу. — Ну вот. Ты получил что хотел. А теперь, — девушка поднялась с земли. — Мне пора. Двигаясь словно во сне, Люси приблизилась к краю обрыва. — ЛЮСИ! — призрак серого юноши рванул к ней. — Ты что? Ты из-за этого недоумка так страдаешь? Но если ты сейчас прыгнешь… Как ты его спасёшь? Девушка замерла: — Он умер… Его не спасти. — Я не знаю, как сейчас, но когда Марисса… Ах, да, извини, Пенелопа, притащила его шмотки, он явно был жив. — И ты промолчал? — Люси наконец отступила от края и яростно посмотрела на призрака. — Как ты себе это представляешь? Ты ни разу не открыла клапан до сегодняшнего дня! Что мне оставалось? Шарады тебе показывать? Люси без сил опустилась на землю: — Прости, ты прав… Но… Как ты понял, что он жив? — От его одежды и рапиры не исходило энергии смерти. И если ты дашь мне что-то из его вещей, я скажу точно, жив ли он сейчас. Но я больше, чем уверен, что раз Марисса так хотела убедить вас всех, что Локвуд мёртв, значит, он определённо жив и зачем-то ей нужен. — Хватит морозить задницу, — призрак за плечом появился как всегда, неожиданно, но Люси даже не вздрогнула. — Да… Надо вернуться, пока меня не хватились. — Ты уверена, что тебе стоит быть одной сейчас? Не лучше ли обратиться за помощью? Я, конечно, терпеть не могу этих локвудовских выкормышей, но одна ты скоро ноги протянешь. — Нет. Пока не могу. Они ненавидят меня. А значит… Не станут помогать без доказательств. Призрак не стал спорить, однако то, во что превратилась Люси, его пугало. Он бы никогда не признал этого вслух, но сейчас он был готов на всё, чтобы вернуть Локвуда.