Дважды два

- Ну и дурдом, они когда-нибудь поставят нам нормальное расписание? – ДонУ нервно чесал затылок и водил тонким пальцем по строчкам расписания, а стоявший рядом Сонгю, скрестив руки на груди, сверлил пол стеклянным взглядом. Надеясь прожечь в нём хотя бы маленькую дыру, Ким не заметил, как ДонУ резко схватил его за руку и потащил в сторону студенческой столовой. В последнее время парнем управлял только автоматически включившийся режим автопилота, не позволяющий выходить за рамки других возможностей, а лишь помогать шевелить ногами и хотя бы иногда умудряться поспать. А ДонУ не был бы ДонУ, если бы вёл себя правильно, по установленным нормальному человеку правилам и не спрашивал вопросов в лоб, на которые другой бы человек обиделся, - Скажи мне, пожалуйста, мой дорогой друг, ты давно в зеркало смотрелся? Ты выглядишь хуже огородного пугала. - Ну, спасибо, а это, пожалуй, самый лучший комплимент за долгое время, - вяло отвечает Сонгю, разминая затёкшую шею длинными пальцами – за долгий период своей затяжной депрессии он привык спать в одной позе, не позволяя себе даже скинуть одеяло при дикой жаре в комнате. Он нехотя мнётся на месте, пока парни стоят в бесконечной очереди, ожидая своей возможности, захватить хотя бы маленький лакомый кусочек, из того, что предлагали сегодня повара. Но ДонУ перехватывает последний вкусный, по мнению Кима, салат, и разочаровано пожав плечами от неизбежного выбора капустного супа, расплачивается за обед обоих – сегодня его очередь, но странно, что четвёртый раз за эту неделю. Аккуратно, стараясь не разлить ярко-красную жирную жижу, налитую в светлую суповую тарелку до краёв, он медленным шагом направляется к столу, где его уже ожидает друг. Ему практически удаётся достичь пункта назначения, но всего в паре метров от стола, кто-то резко толкает бедного парня в плечо, и не удержавший в своих руках злосчастную тарелку, Сонгю выливает всё содержимое фарфоровой ёмкости прямо на себя. Белоснежная футболка и светлые брюки стопроцентно испорченны – можно даже не стараться отстирать этот замысловатый рисунок с ткани, всё равно придётся выбросить. Обернувшись, он сужает глаза в узкие щелки, а на его лицо в ту же секунду приклеивается маска ненависти ко всему миру. Взгляд устремлён на компанию из нескольких человек, во главе которой шли двое истерично гогочущих персонажа – и если память не изменяла, то блондина звали Ким Кибом, а вот брюнета, несколько секунд назад толкнувшего Сонгю, кажется Нам Ухён. Лучшие друзья-придурки, по мнению, Кима, которые вместо того, чтобы нормально учиться, бесполезно проводят время в стенах этого учебного заведения, играя в коридорах института в баскетбол, а вечерами, ищущими новую жертву для издёвок. - Сонгю? – Чан наблюдает, как лучший друг провожает презрительным взглядом банду издевателей над студентами, и только когда те скрываются за дверями столовой, возвращает Кима в реальность лёгким похлопыванием по его плечу. Его взгляд скользит по измазанной жирным супом коже, останавливаясь на когда-то белоснежной футболке, на которой алеет яркое пятно и, закатив глаза, парень хватает свой рюкзак, висящий на спинке стула, выталкивает Сонгю из столовой. ДонУ знает, что Ким – абсолютно и стопроцентно никогда не влезет в какие-либо разборки, даже, несмотря на то, что сейчас издевались именно над ним, и, конечно же, в виду своей особенной порядочности. Дотащив его до мужского туалета, он рывком открывает дверь и втаскивает внутрь помещения несчастного бедолагу, который всю дорогу, сетуя на чёрную полосу в своей жизни, несколько раз успел тихо всплакнуть, - Ну что ты как маленький, Сонгю? – ДонУ нервно что-то бурчал себе под нос, пока оттирал от майки друга жирное пятно мокрой салфеткой, но оно, словно едкая гадость – въелось до самых глубоких волокон и никак не поддавалось чистке. Не выдержав и пары минут, Чан резко выкидывает испорченную салфетку в мусорное ведро и, вымыв руки от жирной суповой субстанции, подходит к Сонгю и дёргает его майку вверх, пытаясь стянуть её с хозяина. Ким не сразу соображает, что его пытаются раздеть, поэтому только спустя несколько секунд в его голове срабатывает защитный механизм и он резко дёргается в сторону, стыдливо прикрывая оголённое тело. - Ты что делаешь-то, ДонУ? – глупый вид Сонгю несколько смешит его лучшего друга, но тот сразу же успокаивается, стягивая с себя рубашку, надетую поверх цветастой майки и суёт её Киму. Сонгю виновато улыбается краешками своих тонких губ и, взяв рубашку друга, пытается надеть её на себя, но руки дрожат от нервов и от небольшого сквозняка внутри помещения, поэтому он не сразу попадает в нужные петли. ДонУ тут же досадно хныкает, закатывает глаза к потолку и вплотную подходит к парню, помогая тому застегнуть злосчастные пуговицы. И в этот замечательный момент дверь в туалет открывается и внутрь беззаботной и практически летящей походкой вплывает тот самый парень, толкнувший Сонгю в столовой пятнадцать минут назад – Нам Ухён. - Ээээ? Что происходит? – выражение лица Ухёна резко меняется, брови забавно поднимаются вверх, а глаза расширяются, словно от дикого ужаса, увиденного перед собой. Его взору представлена картина, написанная маслом: полуголый Сонгю стоит, резко подняв несколько секунд назад опущенную голову, а сам Чан, словно током ошпаренный, так же пялится на Ухёна и держит края своей рубашки, в которой теперь стоял его друг, длинными пальцами. - Ты не то подумал, - оправдывается Сонгю и поспешно кидается к Ухёну, на ходу махая кистями, выражая отрицательный ответ действиям, - Мы ничего не делали, - Пожалуй, на столько глупо себя никогда не чувствовал никто из троих парней, стоявших в полном оцепенении и молчании уже более тридцати секунд. ДонУ вроде пытался что-то выдавить из себя, нервно шевеля губами и пытаясь сосредоточиться, но Сонгю, стоящий рядом, даже не поспешил застегнуть на себе эту ненавистную рубашку, поэтому, как только умная мысль приходила в светлую голову Чана, она тут же улетучивалась, словно туман. - Да тут, пожалуй, я промолчу, - спустя минуту, Ухён всё-таки смог выбраться из внезапного шока, сквозь зубы, процедив последние слова и не дожидаясь ответа, быстрым темпом покинул место общего пользования, зацепив перед этим взглядом маленькие глаза Сонгю. Сегодня нечастному парню везло как утопленнику. Причём почему-то подфартило пару раз, именно тогда, когда рядом находился этот малознакомый хулиган, которого словно магнитом притягивало к Киму, чтобы тот смог лицезреть неловкие моменты из жизни Сонгю. Парни снова остаются наедине, но Ким чувствует сильную неловкость перед другом за столь глупый вид, и дрожащими руками застёгивает несколько пуговиц, нервно кланяясь, шепчет что-то вроде «Извини», хватает свою сумку и быстро сбегает с места своего преступления. *** - Чувствую себя полным кретином, - с выраженным сожалением, Сонгю напряжённо хмурит брови, покусывает губы и тяжёло выдыхает из себя итоговый вывод своего сегодняшнего дня. Теперь, когда Ким наконец-таки оказался дома, он может спокойно проанализировать все произошедшие с ним события за десятичасовой период, пока он находился в стенах любимого института и пятый раз за тридцать минут разочароваться в себе, дойдя до состояния «ниже плинтуса уже падать некуда». Можно, наверное, даже не возвращаться в университет – этот беспардонный спортсмен уже явно всем подряд растрындел одну очень интересную историю, главными героями которой являются Ким Сонгю и его лучший друг Чан ДонУ. И, пожалуй, можно опустить тот факт, что ДонУ сто процентов никак не отреагирует на косые взгляды и тупые шутки по поводу ориентации парня – он-то сам знает, что он натурал. А вот Ким будет явно чувствовать сильнейший дискомфорт, если учесть тот момент, что парень любит мужчин больше, чем женщин уже несколько лет. Да он и не скрывает этого факта – от природы далеко не убежишь, но кимова натура не позволит афишировать то, что должно быть спрятано надёжно и глубоко внутри и показываться только единственному и неповторимому человеку. А эта затяжная депрессия и так выжала все жизненные соки из несчастного парня, превратив его в неспелый овощ, так ещё добавился бонус в виде сплетен за спиной – серьёзная головная боль каждый злополучный час в институте. Но Сонгю любил учиться. У него даже была какая-то невероятная мания к изучению нового материала и каждый предмет, который он изучал, давался ему странным образом, очень легко. И сейчас единственным лекарством, который мог бы помочь забыть все навалившиеся в один миг проблемы – была книга, подаренная лучшим другом на день рождения. Она представляла собой некий сборник из нескольких поэм, и каждая, прочитанная Сонгю поэма, оставляла в нём некое волшебство другого мира. Наверное, поэтому Ким пытался видеть в людях прекрасное и хорошее, закрывая глаза на обиды и предательство этих людей. И по интересному стечению обстоятельств у такого чудика-заучки было всё, о чём мечтает каждый молодой человек в его возрасте. Хорошая квартира в центре города, прекрасные отношения с родителями, у которых был свой бизнес, выдающий об их семье положительные мнения соседей и друзей и самая новая техника, начиная от телевизора, заканчивая смартфоном. Но всё, что было нужно другим, было не нужно самому Сонгю, который хотел быть счастливым человеком, несмотря на то, что отличался от остальных. Сессионная неделя, словно кошмарный сон захватывает каждого студента, не давая ему право ни на здоровый сон, ни на здоровое питание, но Сонгю спокойно переживает её, сдавая свои идеально правильные работы точно в срок и даже раньше. ДонУ больше всего переживает весь процесс мучений, постоянно мучая Кима глупыми и неожиданными вопросами по пройденному материалу, который знает даже первокурсник, и с его помощью успешно набирает средний балл, но вскоре снова расслабляется, настраиваясь на безрассудное времяпровождение на парах. - Эй, ты там живой? – ДонУ был в своём репертуаре, и позвонить после полуночи своему другу для него было абсолютно не проблематично. Парни сдружились с первого курса, можно сказать с самого первого дня, когда ничего не подозревающий, зубрила и скромняга Сонгю умудрился сесть рядом с балбесом и бескомплексным ДонУ, - Я сел делать кое-что из того, что нам сегодня задали, но сразу же понял, что я не осилю это всё без твоей помощи. – Чан поменял тональность своего радостного голоса, чтобы наложить больше серых красок на столь важное событие, заставившее его разбудить Сонгю посреди ночи и немного помолчав, продолжил, - Ты же поможешь мне с этим? - Пффф, куда я денусь, - обречённо вздохнул Ким и, придерживая свой смартфон в левой руке, ловко сдёрнул с себя одеяло и резко поднялся с кровати, на ходу разминая шею свободной рукой. Сна теперь не было ни в одном глазу, и теперь можно было вообще не ложиться, ведь Сонгю – жаворонок и его будильник всё равно сработал бы спустя четыре с половиной часа, - Только скажи мне, пожалуйста, чем ты занимаешься на парах и после них? – Сонгю заглядывает в холодильник и вытаскивает оттуда небольшую пачку сока – лучшее средство для утоления его жажды. - А… Это… Ну у меня были кое-какие дела, - в последнее время Чан стал слишком уж «деловым», и Сонгю знал, что у него за дела – его друг без конца пытался начать отношения с какой-нибудь первокурсницей, но его попытки заинтересовать прекрасную половину института заканчивались как всегда неудачно, но ДонУ не сдавался. Сонгю постоянно удивлялся открытости и дружелюбию своего друга, для которого совершенно не составляло труда спокойно познакомиться с новеньким человеком на улице – Ким же будет жаться, краснеть, чесаться от нервов или невидимых «тараканов», но сказать что-то толковое он точно не сможет. После секундного молчания, ДонУ пересказывает Сонгю сюжет какого-то нового фильма, постоянно отвлекаясь от разговора и перескакивая с темы на тему, но когда часы показывают ровно два часа после полуночи, Ким всё-таки отправляет старшего спать. Он всё ещё сидит посреди своей идеальной кухни и наблюдает за круглыми часами, висевшими над холодильником, когда его неожиданно смаривает и Сонгю медленно сползает подбородком по руке, мягко ложится лицом на стол. Парню впервые за долгое время снятся цветные сны с реалистичным сюжетом, в которых он – главный герой, ищущий какого-то неизвестного ему человека. И вроде бы он его находит, но в этот момент противный пищащий звук резким раскатом проносится по маленькой кухне, и Ким нервно дёргается и поднимается с места своего ночлега и непонимающе окидывает комнату прищуренным взглядом, - Чёртово утро. Благодаря ДонУ, Сонгю узнаёт, что большая часть его гардероба – полнейший старомодный хлам, который стоило бы сменить, прям тут же и прям сразу, но Ким даёт согласие пока только на один современный наряд и останавливает свой выбор на светлых прямых джинсах и чёрной, обтягивающей немного худощавое тело, майке. Теперь улыбка не сползает с лица Чана ежедневно, когда они вместе прогуливаются по университетским коридорам, но при первой возможности, не забывает намекать на обновление всего гардероба. Но всё хорошее редко длится долго и неожиданно появившаяся в столовой, хихикающая над Кимом парочка двух ненавистных всем друзей, портит всё настроение, снова занижая самооценку парня до самого низа. - А вот и наши ребята – голубята, - Ки исподлобья наблюдает, как резко изменяется лицо Сонгю и насколько он снова становится жалким перед ним, когда парни вплотную подходят к столу, за которым сидят Сонгю и ДонУ во время обеда. Ким даже не успевает притронуться к своему заботливо приготовленному своими же руками ланчу, как его плавно уводят из-под носа и ставят на противоположное от Сонгю место, следом туда же приземляется и сам нарушить кимового спокойствия – Ухён. Он ухмыляется, и всё ещё продолжая смотреть на Сонгю, поедает его обед с самым беззаботным видом. А ДонУ устало закатывает глаза и, попытавшись встать со своего места, нервно фыркает, когда на его плечо опускаются две сильных руки Кибома и усаживают парня обратно на место, - А ты куда собрался? Улыбка этого засранца, сидящего напротив, напрягает больше всего, но Сонгю не в состоянии выразить свой протест, особенно когда Ки сидит рядом и обнимает его, положив руку на плечо. Он лишь ждёт окончания этих мелких издевательств над собой и выжидающе смотрит в пол стеклянным взглядом. - Что-то ребята мне не нравится, как вы ведёте себя. Тут попахивает голубятником, поэтому переходите-ка скорей в специальные закрытые школы, для таких как вы, - Кибом больно сдавливает плечи обоих друзей, заставляя Сонгю поморщиться, но ДонУ нервно смеётся и скидывает руку парня со своего плеча. Ки явно нравится эта дерзость и демонстрация своего сопротивления, поэтому он тут же поднимается со своего места и резко хватает ДонУ за воротник его рубашки, - А ты смотрю смелый, да? - Нет, я скорее безрассудный, - гогочет ДонУ и Ки понимает, что связываться с этим парнем – себе дороже – больше времени и нервов потратишь, но толкового ничего не добьёшься. Но вот Сонгю. Над Сонгю, пожалуй, можно в шутку немного поиздеваться - парень будет тупо делать вид, что ничего не происходит, но его самооценка будет опускаться и опускаться. Но друг Кибома резко прерывает его разбушевавшуюся фантазию фактом того, что парням нужно скорее бежать на тренировку, иначе им снова влетит. - Вкусный был обед, - Ухён с нескрываемой издёвкой бросает вилку в пластиковый контейнер и вытирает губы тыльной стороной ладони. Сонгю всё ещё презрительно смотрит вслед удаляющимся парням и как только они скрываются из видимого обзора, плюхается рядом с ДонУ, который как ни в чём не бывало шарится в своём рюкзаке. Киму бы немного такой же уверенности в себе, как у его лучшего друга и тогда все проблемы и с личной жизнью и касательно отношений остальных к его личности были бы решены в два счёта. Но что есть, то есть и Сонгю обиженно косится на лучшего друга, который, уже забыв про свой рюкзак, и видимо, про лучшего друга тоже, мечтательно наблюдает за девушкой, стоящей возле автоматов с напитками. - Я, наверное, схожу в деканат, узнаю про расписание новых занятий, ты со мной? – глупо было спрашивать у несостоявшегося бабника подобный вопрос, который абсолютно его не интересует, поэтому поняв, что ДонУ его давно не слушает, хлопает друга по плечу и покидает злополучную столовую. По пути в деканат, он мысленно прокручивает небольшой диалог с Ки про его ориентацию, которую, пожалуй, стоит спрятать за тысячный замок, пока никто не заподозрил его в увлечении парнями. И его мысли резко прерывает открывающаяся дверь, за которой появляется сам декан, определённо чем-то обеспокоенный. Мужчина спешит вывесить расписание на доску объявлений, но Ким останавливает его на полпути к высокой стене. - Господин Ли, можно с вами поговорить? – Сонгю быстро кланяется под точным углом и улыбается самой открытой улыбкой, но не для того чтобы подлизаться к преподавателю, а просто его так воспитали и эту привычку никак не отберёшь у интеллигентного парня. Смущённо топчась на одном месте, Ким готовил свою речь, касательную увеличения учебных часов на следующей неделе, но Ли Чжун Хи сразу же прерывает ход его мыслей и просит пройти в свой кабинет. - Да, Сонгю, я всё понимаю. Ваше рвение к учёбе – это очень похвально, но проблема в том, что не все ученики нашего университета смогут похвастаться своими оценками на предстоящей аттестации, - мужчина тяжёло вздыхает и, надев очки на тонкий нос, опускает глаза вниз, на лежащие, на столе бумаги. Но вскоре он снова поднимает взгляд на Сонгю, который сидит перед ним на одном из стульев, нервно сжимая лямку своей сумки, и несколько протягивая каждое слово, делает ему предложение, - А что если Вы нам окажите услугу? Вы у нас парень умный, с оценками проблем нет. А у нас есть один новенький ученик, который никак не поддаётся обучению, но ему очень нужно удержаться на среднем балле, хотя бы до аттестации. Мы уже устали бороться с ним – ему кроме баскетбола ничего не нужно, но видно, что парень талантливый и с него ещё что-то можно добиться. Я смогу убрать одну пару в понедельник и одну пару в пятницу, чтобы Вы не задерживались с ним допоздна, но помочь поднять балл ему жизненно необходимо. Сонгю сидел в неком шоковом восторге от услышанного предложения. Если ему решили доверить подтягивание худшего ученика, значит, в нём самом видят образец для подражания. Это, пожалуй, лучшая новость за весь день, которая даже постепенно выселила недавний диалог с Кибомом и Сонгю ни капли, не поколебавшись, соглашается, не зная, что он сейчас практически подписался на контракт с дьяволом. Помощница, сидящая в приёмной оповещает декана о том, что к нему пришёл тот самый ученик, которого он просил вызвать и господин Ли просит впустить его внутрь. Маленькие глаза Сонгю смешно расширяются от удивления, а челюсть самопроизвольно падает на пол, когда он сталкивается взглядом с этим безнадёжным в учёбе товарищем. Слова просто превращаются в какие-то бессвязные звуки, похожие на мычание, а когда Ким резко поднимается со своего места, его сумка с грохотом падает на пол. - Ну, Сонгю, познакомьтесь. Это Нам Ухён, твой новый подопечный. И Сонгю чувствует себя хуже мыши, загнанной в ловушку по своей же глупости. И если бы можно было бы повернуть пару минут вспять – Ким обязательно бы сделал это. Но факт остаётся фактом. Тот самый бестолковый, но подающий надежды ученик – Нам Ухён. Он стоит перед ним и хитро хлопает длинными ресницами, сжав пухлые губы в издевательской ухмылке. Нет, за последнее время это, пожалуй, было слишком удивительное событие для несчастного Сонгю. А если это какая-то шутка, то она явно не очень смешная.