Дважды два

- И что ты решил? – спрашивает ДонУ, не спеша, перемешивая в высоком стакане алкогольную жидкость. Напиться и расслабиться, после победы, как хотелось, не получилось – Сонгю не может отпустить свою грусть и забыться, поэтому Чану остаётся только тяжёло вздохнуть и продолжить слушать изливания лучшего друга. - Я, наверное, всё-таки полечу, - отвечает Сонгю, едва касаясь тонкими пальцами краёв бокала шампанского. В руках победа, в сумке золотая награда, но счастья и радости, которых ожидал парень, совершенно не наблюдалось, - По одной причине. - Знаю я твою причину, - улыбается ДонУ, тыкая по экрану пальцами, набирая сообщение в Твитер, - Если ты считаешь, что так для тебя будет лучше, то почему бы и нет. - Только, что делать с котом? – пугается Сонгю, рассматривая кончики своих пальцев, - Как я его оставлю одного? - Кот? Тебя только твой кот волнует? – спрашивает ДонУ и недовольно морщится и тут же ошарашено смотрит на друга, - И ты что, назвал его Кот? - Я не знаю, какое имя ему дать, - отвечает Сонгю, пожимая плечами. Фантазия не работала. - Давай назовём его Гога? – спрашивает ДонУ и громко смеётся, падая на плечо Кима. - Сам ты Гога, - отвечает Сонгю с улыбкой. Кого, кого, а лучшего друга ему там точно будет не хватать, - Поедешь со мной? - Хах, удивляешь ты меня, Ким Сонгю, - ДонУ откладывает телефон в сторону и поворачивает голову в сторону друга, - Закончу здесь свои дела и махну к тебе. - Договорились, - улыбается Сонгю, чувствуя как горький комок грусти застрял в горле – здесь он оставит практически всё, что было главным в его жизни, - Я буду скучать по тебе. - Блин, прекращай, а то я разревусь прямо здесь, - хохочет ДонУ, прижимая к себе своего непутёвого друга, который тихо всхлипывал на чужом плече.

***

- Неожиданно, правда? – спрашивает ДонУ, пока они с Ухёном сидят на одной из лавочек на детской площадке, - В принципе я так и знал, что он не скажет тебе об этом. - Действительно, неожиданно, - отвечает Ухён, опуская взгляд на свои ботинки. Он теперь точно был уверен, что сердце не подводило – искренность эмоций зашкаливала, поэтому ему было просто необходимо увидеться с Сонгю. - Кстати, есть предложение, - внезапно произносит ДонУ, возвращая чужое сознание из пут туманных мыслей, - На следующей неделе я уезжаю к родителям на период каникул – мама дико хочет побывать в Диснейленде, поэтому я не могу отказать ей в этой прихоти. Да, признаться, я бы и сам не прочь там побывать, - смеётся Чан, заражая своей радостной улыбкой грустного Ухёна. – Так что смотри. Я уеду на пару недель, моя квартира будет свободна, и если ты будешь в ней жить, то это будет волшебно. Потому что просить своего соседа, который забывает постоянно поливать мой кактус, я уже боюсь, поэтому я даже тебя не спрашиваю, а констатирую факт того, что ты переезжаешь жить ко мне! Ухён удивляется и широко распахивает глаза. Что? Человек, который должен ненавидеть Ухёна, предлагает ему помощь? - Эээ? – единственное на что способен удивлённый парень – это выдать из себя пару звуков, похожих на мычание. - Бэээ, - отвечает ДонУ и продолжает смеяться, - Пошли за твоими шмотками, а то я уже замёрз. - Так. Еда там, ванная там, а ты будешь жить здесь, - какой-то мотор в одном месте у ДонУ всё-таки есть и он, раздевшись, кидает чужую дорожную сумку на пол в гостиной и тут же тянет удивлённого красотой Чановского жилья Ухёна в его новую комнату, - Вот твоя комната. Глаза Нама ползут на лоб от увиденного – чистая светлая комната с высоким потолком и длинными окнами, открывающие панораму на весь ночной Сеул – это просто царские хоромы. В комнате очень много света. Ухён на цыпочках проходит к окну, приподнимает тонкий тюль и тут же охает от невероятного вида. - Ничего себе, в жизни такой красоты не видел, - выдыхает парень, захлёбываясь от восторга. На весь размер комнаты лежал мягкий кремового цвета ковёр, а между окнами стояла двуспальная кровать из тёмного дерева, возле, а напротив кровати - огромный шкаф-купе с огромным зеркалом. И вся комната ярко освещалась различными лампами, которые на ниточках свисали с потолка. - Согласен, - отвечает ДонУ, улыбаясь, - Я долго копил деньги на эту квартиру, пока работал у отца на фирме, но хотел именно её, потому что… Да тут понятно почему, - смеётся Чан и раздвигает светлую ткань в сторону, чтобы можно было без проблем насладиться видом ночного пейзажа. - Ты? – Ухён удивляется услышанному – оказывается не всё он правильно понял, - Ты работал? - Хах, а ты всё-таки думал, что мы на готовеньком живём? – спрашивает ДонУ, - Не получится. Чтобы было что-то, нужно добиваться этого самому, а не козырять родителями. Ухён понимает, что все, о чём он думал и над чем смеялся – неправда. Эти люди знают, цену деньгам и сами создавали для себя комфорт и уют. - Есть хочешь? – громкий голос прерывает мысли и Ухён дёргается от неожиданности. - Да, пожалуй, - отвечает брюнет, следуя за голосом, исходящим из кухни. Последний раз парень ел утром и то, потому что подфартило на работе, а так денег катастрофически не хватало, чтобы можно было позволить себе питаться полноценно. - Сейчас всё будет, - улыбается ДонУ, включая телевизор на своей идеальной кухне – просторная комната, красивые столы для посуды и барная стойка изыскано сочетались с полом, на котором лежал белый крупный кафель. Напротив барной стойки стоял стеклянный обеденный стол и стулья с высокими спинками. На столе стояла квадратная стеклянная ваза, в которой стояли цветы с длинными стеблями. - ДонУ-я, - Ухён мешкается, перед тем как задать вопрос, - Он что-нибудь говорил про меня? - Только то, что больше не хочет тебя знать, - отвечает парень, аккуратно разрезая овощи для салата. - Понятно, - тихо шепчет Нам и прячет свои мокрые глаза, закрывая их руками. Он не хотел плакать, особенно при ДонУ, но сил уже не было. - Ты чего, реветь собрался? – ДонУ подлетает мгновенно и сразу же убирает руки от чужого лица. Вокруг одни плаксы, - Не смей реветь, мы же что-нибудь придумаем, - Но его голос прерывает чьё-то недовольное мяуканье возле ноги Ухёна и парни опускают взгляд на рыжее лохматое чудо, которое встав на задние лапки, просило еды. - О, Гюгенция, ты проснулся, - радуется ДонУ, и, отложив нож в сторону, направляется к холодильнику, чтобы достать кошачьей еды, - А я забыл про тебя совсем. Ухён мило улыбается, наблюдая, как Чан возится с наевшимся лохматым котом, который по своему окрасу напоминал медные волосы Сонгю. Хотелось потискать кота, но парень боялся, что животное тоже сбежит от него и, улыбнувшись, повернулся лицом к барной стойке, на которой ДонУ снова резал овощи. Но мягкий и пушистый зверь сам забрался на колени Ухёна и беспардонно улёгся на них спать, несмотря на удивлённые взгляды обоих. - Йа, Гюгенция! - воскликнул Чан и обиженно надул пухлые губы, - Ты даже ко мне на руки идти не хочешь, а тут, надо же, умудрился даже спать залечь на незнакомых ногах! Во, наглость-то! - Хах, не ругай кота, хоть кому-то я нравлюсь, - тихо шепчет Ухён, мягко почесывая рыжие ушки и щёчки персика. У парня никогда не было домашних животный, поэтому он даже не имел представления как надо с ними обращаться, но вроде кормить и любить было бы достаточно? – Стоп. Гюгенция? – усмехается Нам и ласково гладит толстые лапки мурчащего комка. - Это я придумал, - радуется ДонУ и гладит себя по голубым волосам, - Оригинально, правда? Почти как Гю… - Эээм… Очень, - отвечает Ухён и начинает тихо смеяться от накатившей волны радости и уюта. В его жизни такого никогда не было, поэтому эта новинка очень даже радовала несчастного неудачника. Когда ты один в большом городе, совершенно лишённый идей, погрязаешь в депрессии и тоске, тебе и пейзажи не кажутся прекрасными и люди не счастливыми и погода плохая и вообще у тебя на всё находится сразу тысяча различных причин. Сонгю кутался в мягкий свитер, сидя на лекциях по средневековой истории, даже, несмотря на уютное расположение его стола в центре аудитории, в которой было тепло и светло. Парень аккуратно провёл пальцами по волосам цвета меди и, дописав последнее слово, сказанное преподавателем, переместил взгляд на окно, за которым в сумеречном свете ночного города падал снег. Этот город был настолько чужд, что Сонгю пугался лишний раз выйти за порог своей временной квартиры. - Прочитайте несколько параграфов, чтобы на следующем занятии мы могли обсудить с вами этот материал, - мысли Сонгю разрушает голос мужчины среднего возраста в клетчатом коричневом костюме, который энергично записывает на доске различные буквы и цифры. Ким несколько переживал, что ему предстоит изрядно попотеть, чтобы понять чужой язык, традиции и общение с людьми этой страны, потому что даже по приезду он уже успел совершить массу ошибок. Теперь парень ездит только на метро, ест только в одном кафе и покупает продукты и вещи срочной необходимости в соседнем магазине, боясь снова потеряться в городе, который никогда не спит. По коридорам проскальзывает громкий звон, означающий окончание лекции и все студенты и преподаватель, сидевшие в аудитории, быстро собираются и покидают её, кроме рыжеволосого парня, который задумчиво рассматривает ночной пейзаж. Он думал о том, как проходит жизнь в нескольких километрах без него. Нужно было начать жить заново, но всё было настолько сложно, что Сонгю путался на самом начале развязки плотного узла. Парень медленно поднимает свою руку с деревянной парты и с любопытством начинает разглядывать каждую линию, нарисованную на ладони. Второй рукой он обводит каждый палец, вспоминая чужие прикосновения на светлой коже, а затем, сплетая обе руки в замок и опустив их на парту, сверху кладёт голову и тихо плачет от болезненного покалывания в сердце. Ухён ведёт себя скованно, находясь в чужой квартире такого размера. Никогда в жизни он не жил в подобной роскоши, которая теперь сдавливала с нескольких сторон несчастного парня. Он лежал в гостиной на кремовом кожаном диване, а рядом, развалившись на его животе, лежал толстый рыжий комок, который видел уже двадцатый сон, когда сам Ухён страдал от бессонницы уже пару дней точно. По огромному монитору крутили очередную мелодраму, и Ухён закатывает глаза к потолку, когда сцена поцелуя затягивается, и главные герои медленно ползут в спальную комнату. ДонУ уехал два дня назад, приказав убираться дома, поливать его кактус, который он странным образом боготворил, и кормить Гюгенцию, что Нам точно выполнял на пятёрку и даже немножко больше. В голове крутилось необычайно огромное количество различных мыслей, страхов, сомнений, желаний и стремлений, но Ухён старался погрузиться хоть в какое-нибудь событие, крутящегося на экране сюжета, пока его мысли не прервал телефонной звонок. Пришлось аккуратно вылезти из под тяжёлого кота, который даже не соизволил проснуться от того, что Нам сбежал от него, и быстрее шагать к телефонной трубке, которая лежала где-то на кухне. - Алло? - ДонУ-я, привет! Ты живой там? А как Кот? А как квартира? Ты когда приедешь? – слишком много вопросов и слишком мало ответов огромной бомбой взорвались в голове брюнета, когда он услышал родной голос на другом конце телефонной трубки. Ему словно перекрыли воздух, и парень скатился по стенке, закрывая глаза – из глаз катились крупные слёзы счастья, и дико хотелось кричать, - Ты умер там от счастья? Ответь, а? А то я из автомата звоню и… - Сонгю, это я, Ухён. На разных концах света в одно время, словно избавившись от старого груза и тяжких сомнений, одновременно сгенерировали два сердца и начали стучать с двойной скоростью. Чужой город приобрел все краски цветной палитры, а в чёрно-белый фильм стал не таким уж и скучным. - Ухён? – радостный голос Сонгю сразу же стал тихим, но не потерял прежней радости, став чуточку мягче, - А где ДонУ? - Он уехал к родителям, - отвечает Ухён, прикрывая телефонную трубку ладонью, чтобы заглушить свои всхлипы и попытаться подобрать нужные слова для разговора, который он ждал два месяца. - Ах, да, он, кажется, говорил мне об этом, - отвечает Соню, не скрывая разочарования от своего же поведения. Сейчас между ними огромное расстояние в тысячи километров и Ким отдал бы всё на свете просто оказаться в одном часовом поясе с этим человеком, - Ну хорошо, тогда я позже перезвоню ему. Ухён молчит, ожидая, что Сонгю всё-таки положит трубку, не сказав ни слова, но парень лишь молчит, словно подбирая то, что действительно следовало бы сказать уже давно. - Сонгю? – тихий шёпот Ухёна мягко скользит по слуху и остаётся в голове, словно эхо. - Да? - Я скучаю, Сонгю.

***

Кому-то для счастья достаточно выиграть огромную сумму денег, кому-то стать знаменитым, кому-то написать шедевр, который докажет все способности человека, а кому-то для счастья просто нужно счастье. И можно перелететь весь земной шар, но не найти того, чего хотелось, даже не догадываясь, что тот человек, который нужен, живёт рядом. Шансы не даются просто так, тем, кто их действительно заслуживает. И когда ты пытаешься не следовать тому пути, который тебе предназначен, когда-нибудь настанет тот момент, когда придётся встретиться с тем или иным человеком снова, потому что именно так должно было быть изначально. Ухён судорожно мнёт свои худые пальцы, мечась из одного угла квартиры в другой, пока пытался собраться с мыслями и дать себе хоть какой-нибудь ответ. Под ногами крутится Кот, просящий еды, а Нам будто не слышит ничего, кроме родного голоса в голове, продолжает анализировать последние события своей жизни. Парень дёргает головой в разные стороны, надеясь, что весь мусор, скопившийся в голове, сам свалится в мусорное ведро и ему не придётся разгребать его снова, но ничего не происходит и брюнет, схватив полотенце, резко бежит в душ, зная, что только прохладная вода поможет освежиться. Но странное стечение обстоятельств и как только Ухён намыливает голову, во входную дверь начинают звонить и стучать, словно в доме начался пожар. - Кто там? – утонувший в пене Ухён, обматывает вокруг бедёр полотенце и, поскользнувшись на мокром кафеле, бежит открывать дверь. Он даже не спрашивает у незнакомца кто он и зачем пришёл, потому что забыл и тянет дверь на себя. И тут все действия после происходят как в замедленной съёмке старого клипа о любви. На пороге стоит его лохматая рыжая любовь, обмотанная шарфом вокруг пальто до самых глаз, в светлых джинсах и высоких чёрных ботинках. Лицо Ухёна довольно расплывается в улыбке, и парень облокачивается на дверь и усмехается вслух. - Чёртов Ким Сонгю, да ты мне уже в миражах видишься… Дальше происходит неожиданное. «Мираж» Ухёна срывается с места, перелетает через порог, и шумно захлопнув дверь, толкает мокрого от душа Нама на пол, падая сверху, словно они не виделись вечность. Брюнет никак не может прийти в себя и только утыкается носом в открытую шею Сонгю, вдыхая родной аромат туалетной воды, и закрывает глаза. Он довольно мурлыкает ему на ухо, всё ещё боясь открыть их, рассчитывая на то, что это может стать причиной «ухода» его миража. Не хватало и вечности, чтобы понять, как он не может существовать без этого человека, совершенно безболезненно и всё ещё хватаясь на нереальность, Ухён прижимает к себе холодное тело, чувствуя, как сам он начинает загораться изнутри. Дыхания, кажется, не хватает, и снова открыв глаза, буквально на секунду, парень обнаруживает, что всё происходящее – не плод его воображения, а самая настоящая реальность. И только одно «но» - время остановилось и казалось, что стекло, закрывающее циферблат разлетелось на тысячи осколков, которые летели мимо, но Нам снова и снова зарывался пальцами в рыжие волосы и мягко тянул на себя. - Ты… Реален или я схожу с ума? – лишь на шёпот было способно пересохшее горло и парень нервно облизывает сухие губы и всматривается в родное лицо, медленно стягивая красный шарф вниз, - Я не могу поверить, прошло так много вре… Но фраза растворяется где-то в тишине спальной комнаты или разбивается о плотные стены гостиной и Ухён не договаривает её, чувствуя, как настырные пальцы Сонгю сильно впиваются в его влажную кожу плеч, а настойчивые губы целуют всё сильней и сильней. Он практически растворяется в этом поцелуе, который он ждал, кажется, вечность, но не до конца потерянное сознание заставляет его перевернуться и оказаться сверху его «миража», когда сам Ким широко улыбаясь и мило щурясь, стягивает с себя своё пальто, летящее в какой-то угол. Ухён продолжает улыбаться и снова целует Сонгю, чувствуя, как по каждому нервному окончанию разливается приятная судорога и напряжение, которое чувствуют уже двое, необходимо было как-то снимать. - Неужели прямо здесь? – шепчет Ухён и тихо стонет, когда его влажное тело соприкасается с телом Кима, который медленно стягивал с себя тёмные джинсы, - Мы замёрзнем. - Не замёрзнем, - также тихо отвечает Сонгю, цепляясь пальцами за край полотенца Нама. Ему уже было действительно наплевать на то, что он уже практически обнажённый лежит на ледяном полу прихожей и даже на то, что он буквально недавно отошёл от простуды. Ухён согреет. - Сонгю-я, я не смогу терпеть это долго, - стонет Ухён, чувствуя, как ловкие пальцы Кима побежали вниз по обнажённому телу, а прикосновения стали настойчивей. Сонгю сходил с ума от этого контраста ледяного пола и его разгорячённого тела и стонал с каждым толчком всё громче, забывая, что нужно дышать. А Ухён практически потерял заданный вначале темп, набирая скорость, понимая, что останавливаться, сейчас действительно не стоит. - Я тоже, - громко стонет Ким, чувствуя, что по телу разливается приятная дрожь и медленно тянет Нама на себя, который в ту же секунду срывает свой голос, выкрикивая имя Сонгю. Ещё чуть-чуть и парень устало падает сверху, всё ещё прижимая горячее тело к себе, поглаживая медные пряди, которые блестели от света настенной лампы. Тишина давила со всех сторон, но разговаривать не было сил, потому что слова, наверное, были бы лишними сейчас. Но Сонгю первым прерывает всю идиллию каким-то странным нервным смехом, которого тут же пугается Ухён. Парень удивлённо поднимается с чужого тела и, нависая сверху, подозрительно изгибает бровь и всматривается в лицо Сонгю. - Ты с ума сошёл? - Господи, его фотография! Мне теперь до конца жизни будет стыдно смотреть ему в глаза! – Ким смеётся практически взахлёб и Ухён совершенно не понимает ничего, из того, что пытается ему сказать Сонгю, пока тот не указывает тонким пальцем куда-то за спину Нама. Ухён всё также подозрительно смотрит, но всё же решает оглянуться и тут же встречается взглядом с улыбающимся лицом ДонУ, который изображён на фотографии в зелённой рамке. Лицо парня тут же краснеет от стыда и превращается в камень. - Чёрт.

***

- Я дома! – кричит хозяин радостного голоса, который разливается по всей квартире, заставляя двоих притихших парней, которые задремали на диване за просмотром телевизора, резко проснуться, - Есть кто живой? - Не кричи так громко, - тихо шепчет Сонгю, хватаясь за голову. Прошла неделя после его возвращения обратно и как раз после того раза, как они с Ухёном «провалялись» на полу, он снова простудился, - Голова болит. - Нормально вообще, - удивляется ДонУ, улыбчиво осматривая свои апартаменты, - Вообще-то я у себя дома. - О, ДонУ, с возвращением! – отвечает Ухён, резко поднимаясь с мягкого дивана, и тут же кидается к Чану, чтобы обнять его, - Долго же ты. - Ну, так, вы будто мою маму не знаете… Кстати, с примирением что ли? - ДонУ-я, - резко произносит Сонгю, заставляя Ухёна и ДонУ перестать смеяться и обратить внимание на Кима, - Пожалуйста, сделай кое-что, о чём я тебя сейчас попрошу? Ну, давай, попробуем, - несмело отвечает ДонУ и присаживается на кресло, стоящее рядом. - Убери свою фотографию с коридора, пожалуйста, - шепчет Сонгю, снова опуская глаза от смущения куда-то в пол. - А что с ней не так? – удивляется ДонУ и вытягивает шею вперёд, чтобы разглядеть ту самую фотографию в коридоре, - Нормальная же фотография? - Да, но ты… - Сонгю нервно кусает губы и мнёт длинные пальцы, сложив руки за спиной, - У тебя там… Волосы плохо лежат, - протараторил Ким, рассмешив Ухёна, который несмело ковырялся на полках с книгами, делая вид, что он вообще не причём. - А, волосы? – ДонУ всё так же удивлённо встаёт со своего места и движется по направлению к источнику обсуждения. Он недолго рассматривает свою фотографию, вглядываясь в каждую деталь, а потом несколько раз неуверенно проводит пальцами по рамке и всё-таки, убирает её со стены. - Да мы сделаем лучше, не переживай, - улыбается Сонгю, наблюдая как ДонУ продолжает разглядывать фотографию, - Совместную. - Да, ладно, не так важно, - оживляется Чан и кидает изображение самого себя в какой-то ящик из коридорного шкафа, - Вы есть хотите? А Гюгенция живой вообще? - Живой, - смеётся Сонгю, - Он на твоей кровати дрыхнет… И хватит называть его так! - Хаа, а мне нравится, - ДонУ громко ржёт на всю кухню, пока дожидается свиста своего чайника, - И вообще он тоже заценил, - Чан всё ещё ржёт и тыкает пальцем на ничего не понимающего Ухёна. - А, сдружились что ли? – усмехается Сонгю и утыкается носом в плечо рядом стоящего Нама. – А знаешь, нам пора наверное? Ухён пожимает плечами и довольно обнимает Сонгю за плечи, пока ДонУ наливает кипяток в свою любимую кружку, ещё пару минут и парень проходит мимо влюблённой парочки в гостиную, а чуть позже Сонгю уже мнётся в прихожей, натягивая своё пальто поверх серой толстовки. Нам же быстро одевшись, что-то лихорадочно тыкает по экрану смартфона и непрерывно улыбается. - ДонУ-я, закройся за нами, мы вечером вернемся, чтобы вещи забрать, - кричит Сонгю, поворачивая ключ в дверном замке, - И его, мы тоже забираем, - Ким довольно тыкает пальцем в сторону рыжего кота, который поев, вальяжно развалился на светлом ковре, толстым пузом кверху, - Обжора.

***

- И что мы теперь будем делать? – Ухён медленно отталкивается ногами от заснеженной земли и взлетает в воздух, сидя на детской качели, пока Сонгю стоит рядом, уперевшись спиной о желёзную опору разглядывает носы своих ботинок. Всё было накатано, словно снежный ком, а времени на размышление было очень мало. - Я не знаю, - шепчет Сонгю и шмыгает красным носом, зарываясь лицом в плотный, чёрный шарф, - Всё как-то быстро и… Ухён резко спрыгивает с качели и подбегает к Киму, прижимая его к себе. Ему уже приходилось однажды слышать подобное, а потом его любовь просто уехал в другую страну. Теперь он точно не позволит ситуации повториться. - Так, ещё раз такое услышу, я тебя посажу под замок, - шепчет Нам, прижимая дрожащее тело своего друга к себе, - Ты замёрз? - Да не очень, - отвечает Сонгю и прижимается тёплыми губами к мягкой щеке Ухёна, - Но можно и домой, - уже с улыбкой отвечает Ким и, взяв чужую холодную руку в свою горячую, ведёт Ухёна в сторону дома своего лучшего друга. - Гааа, знаешь что слышал? – громко произносит ДонУ, пока раскладывает тарелки с подноса на стол в студенческой столовой. - Ну, удиви меня? – усмехается Сонгю, уныло ковыряясь вилкой в тарелке. Парень снова вернулся к привычной жизни в Сеульском университете, и всё вернулось на свои места. Ну…почти всё. - На прошлой неделе отец Кибома приезжал и похоже у парня-то теперь проблемы, - ДонУ ржёт так громко, что все сидящие рядом, резко оборачиваются и начинают живо перешёптываться между собой, - Он его переведёт в другой университет, хахаха! Я просто счастлив! - Ты что кричишь-то? – тихо шепчет Сонгю и испуганно причет лицо за длинными пальцами, - Не хватало, чтобы все сейчас сбежались сюда. - Короче, он начудил чего-то и его так отчитали при всём университете, что было слышно на каждом этаже, - Чана уже было не остановить. Он истерично смеялся и на первой и на второй паре и даже тогда, когда парни распрощались и разошлись по разным сторонам. А Сонгю лишь останавливается на углу и разглаживает складки на своём пальто, зарываясь носом в свой красный шарф, пока стоит, дожидаясь объекта своего сумасшествия. Наверное, давно стоило задуматься и о счастье и о том, чтобы успокоить свои нервы, но только сейчас Ким смог, наконец, задышать полной грудью. Видимо, Ким Сонгю нашёл своё счастье. Несколько секунд на то, чтобы вдохнуть свежий воздух и парень тут же задыхается от волнения, почувствовав чужое прикосновение на своей руке. - Идём? Наконец, я закончила этот фф, потому что последние главы давались очень сложно и вдохновение действительно потеряло меня. Надеюсь, читателям понравилось, а если нет - буду стараться в своих следующих работах. А вообще... Любите друг друга, несмотря ни на что. Не важно, родные это или близкие друзья, просто каждый день проявляйте маленькую капельку любви для них :3 С прошедшими праздниками^^