In the wrong time.

      Развалины неизвестного здания, обломки которого прижимают его, давя на всё тело и мешая дышать. Ему повезло: давят недостаточно сильно, чтобы убить. Ситуация, однако, всё равно неприятная.

***

      Парень с большим усилием пытается открыть глаза, понять, что происходит и где он вообще. Он не помнит ничего. Совершенно. Словно всё, что было в прошлом, стёрли, оставив лишь странную и непонятную пустоту, вызывающую отчего-то тревожность и ощущение неправильности. Единственное, что он точно знает сейчас, — всё его тело болит, ноет из-за неудобного положения, затекло, а мысли в голове путаются, сознание затуманенные, думать сложно, как будто он проснулся после нескольких лет сна. Хотя, скорее всего, так и есть.       Очень постаравшись, русый парень всё-таки открывает глаза. Солнечные лучи неприятно бьют в глаза, но несмотря на то что они начинают слезиться, он не собирается их закрывать или прятать руками, так как слишком хочет понять, где находится, и это желание перекрывает даже желание зажмуриться.       Вокруг него серые обломки какого-то здания, а сам юноша лежит на чём-то, напоминающее больничную кушетку. Подняться у него не получается из-за ноющей боли во всём теле, но понимает, что это всё равно придётся сделать, если хочет понять, где он и как здесь оказался.       В итоге парень больше не способен сопротивляться слабости своего состояния и, потратив все малые силы после пробуждения, снова проваливается в дрёму.

***

      Когда он наконец открывает глаза во второй раз, его не ослепляет резкий яркий свет: видит темень ночи, и тело уже не отдаёт такой сильной тянущей и ноющей болью. Поднимается на койке юноша всё же с большим усилием: долгое пребывание без сознания и потеря всех сил говорят о своём. Зато теперь, приняв сидячее положение, имеет большее представление об окружении. Побитые жизнью остатки интерьера лишь некоторыми деталями указывают на то, что это помещение — какой-то медицинский кабинет. Но всё же нет ощущения, что можно назвать здание полноценной больницей, скорее просто медпунктом неизвестного учреждения.       Кое-как поднявшись на ноги, едва не упав из-за подкосившихся коленей, он, хромая, обходит комнату вокруг, рассматривая обстановку и разрушенную мебель. В голове до сих пор пусто, и мысли сейчас отрывистые, краткие и редкие. Одна из них остаётся неизменной всё это время после первого пробуждения. «Где я?»

***

      Пустые улицы, пустые здания. Пусто, пусто… Абсолютно пусто. Никого нигде нет: за всё время, что парень проходил вдоль улиц, после того как всё-таки вышел из того здания, он не увидел ни одного живого существа. Ну, разве что совсем одичавших собак, к которым подойти себе дороже. Хоть у него и нет воспоминаний и даже идей о том, что произошло, инстинкт самосохранения всегда при нём. Подобные существа парнем избегаются из личной безопасности, ведь то, что они активно грызут с утробным рычанием, не вызывает никакого интереса, лишь отвращение: оказаться на месте ужина этих зверей явно не хочется. Юноша подавляет несколько рвотных позывов от этих мыслей. Хотя стошнит его в любом случае одним только желудочным соком: вспомнить, когда был его последний приём пищи, так же не представляется возможным. Судя по тому, что голод уже начинает терзать, ел достаточно давно. Но пока терпимо.       И что же имеет парень в итоге? Проблемы с памятью, пустые улицы с одними только дикими и устрашающими собаками на них и пока терпимое, но всё же сильное желание съесть хоть чего-нибудь. Если так и продолжится, то эти животные не будут выглядеть так мерзко на вид, а очень даже съедобно. Интересно, найти где-то здесь нормальную еду является чем-то возможным? Как бы сейчас не умереть хотя бы от голода, потому что будет крайне обидно, если простое отсутствие еды сведёт его в могилу.       Но пока всё не дошло до критической точки, и ещё есть достаточно сил, нужно поискать хоть одного живого человека. Ведь где человек, там и еда, логично ведь.

***

      Спустя точно неизвестно какое, но определённо долгое время эти собаки уже и правда кажутся не такими отвратными. Ну, да, немного облезлыми и с бешеными глазами, у некоторых отсутствуют уши или хвосты, да и ростом они крупнее, но это же мелочи, так ведь?..       Парня передергивает от этих странных мыслей, думая, как же мозг плавится от подобной стрессовой ситуации и нарастающего голода. А редкая растительность, которая ему попадается на глаза на пути, не внушает особого доверия: мало ли, какой эффект они окажут. Но больше вариантов пока не видно. Такими темпами питаться росой и солнечным светом будет возможно. Хотя даже тут юноше не повезло: не кажется, что недавно шёл дождь, да и сейчас глубокая ночь.       Всё вокруг одновременно такое знакомое и абсолютно непонятное. Будто чувство дежавю на каждом шагу преследует его, не давая передохнуть от постоянных мыслей. Очертания предметов словно всплывают в памяти резкими и мутными обрывками, но тут же исчезают в никуда.       Был ли он тут раньше? Возможно. Знает ли он это место? Нет. По крайней мере, вспомнить не получается.       Спасибо хоть за то, что он не в каком-то поле или посреди моря: это уже было бы неприятнее, и задача найти хоть одну живую душу усложнилась в несколько раз. А так небольшой на вид городок, только вот пустой, безжизненный.       В этих скитаниях как будто и нет смысла вовсе, с каждым шагом становится всё тяжелее, тело слабеет, теряя остатки сил. Возможно, в скором времени может лишиться сознания в третий раз, но пока терпимо. Нельзя так просто сдаться. Лучи рассветного солнца уже мягко начинают скользить по улицам города, чуть более освещая путь, ночная прохлада уходит на второй план: становится заметно теплее. Лишь бы днём не началась жара. Хотя до дня ещё нужно дотерпеть… Или дожить.       Как только эта мысль проносится в голове русого, сзади слышится угрожающее рычание. Было бы хорошо, если бы он не понял, кто источник вызывающего тревогу звука. Оборачивается, скользнув взглядом чуть внизу и вперив его в нескольких одичавших собак-переростков, идущих на него, явно не чтобы поластиться. В сознании появляется забавная мысль, что это нечестно: ещё совсем недавно именно он был тем, кто грозился съесть озверевших животных, а не наоборот. Ну, вот что не так с этим местом?       Не дожидаясь того момента, когда собаки подойдут ещё ближе и смогут напрыгнуть, парень разворачивается снова и бросается вперёд по улице, не особо даже разбирая куда именно бежит, отдавая на это все свои последние силы. Страх быть съеденным этими мутантами бьёт по вискам, погоня вызывает адреналин в крови, спутывая сознание ещё сильнее, чем было до этого: мысли сменяют одна другую, спотыкаясь друг о друга, перебивая, в основном резкие и рваные на обдумывание направление своего быстрого движения. Куда повернуть, чтобы эти ненасытные псы отстали? Что сделать? Они рядом? Возможно… Он не знает наверняка, лишь слышит сквозь эхо своего гулко бьющегося сердца рычание и топот лап на спиной. Не даёт себе посмотреть назад, дабы не сбить темп и отвлечься. Усталость накатывает с новой силой, заставляя мышцы заныть. Его тело ещё не наполнилось силами и не восстановилось после долгого пребывания без сознания в одном положении, да и обычные человеческие потребности не удовлетворены, и вкупе это даёт о себе знать. В любой момент юноша может упасть. Но он пытается не думать об этом. Лай слышится за его спиной, заставляя страх все нарастать. Он видел как эти твари что-то пожирают и скорее всего если остановится, его может настигнуть та же учесть. Но завернув в ещё один переулок, кровь в его теле застывает. Тупик, дальше некуда бежать. Кажется, как вообще можно оказаться в такой тупой ситуации? Он оборачивается на уже нагнавших его собак и пятится к стене. Но они не заставляют его ждать, напрыгнув, сбивая с ног и прокусив где то под коленом. Сопротивляться нет сил. Даже попытки отбиться выглядят слишком жалко. Но просто так отдаться на растерзание ещё хуже, парень хоть как-то закрывается руками, не допуска клыки животных к лицу. Слышится выстрел. Одна из собак со скулежем отцепляется от него и падает. Другие же, поняв, что и они попадут под удар, забывая о почти добитой жертве, выбегают из переулка. Сам же парень даже не успевает понять, что случилось, только тушка собаки остаётся лежать на нем. У светловолосого даже нет сил убрать её с себя. Его руки изувечены, лицо и все тело расцарапано, а ногу скорее всего сломала пасть животного. Но все же, он жив. Последнее, что он слышит это спокойную поступь, направляющуюся к нему, а после и голос: «Как же жалко ты выглядишь, только не смей ещё и умирать…-» На последних словах его разум мутнеет, парень даже не успел рассмотреть, кто был его спасителем. Сознание наконец отключается. И неизвестно теперь от чего. От ран или изнеможения. Скорее всего все и сразу. *** Уже который раз за это время блондин просыпается с болью. Но на этот раз более терпимой. Хотя резкий запах медицинских препаратов неприятно отдаёт в голову. Он еле как открывает глаза, слыша еле уловимые шорохи неподалёку. Взгляд кое как фокусируется на фигуре неподалёку, которая определённо принадлежит человеку. Он пытается вспомнить, как он вообще оказался здесь. Так. Собаки, «небольшая» пробежка, тупик, выстрелы и…точно человек. Там определённо он был. Парень еле как пытается подняться, но в руках отдаёт резкой болью, из-за чего приходится лечь обратно, прошипев что-то нечленораздельное от боли. И походу, его все-таки заметили. Человек ойкнув, похоже это девушка, выбежала из помещения, скорее всего, чтобы позвать кого то ещё. Если честно парню было все равно. Главное, что он жив, а это уже хорошо. А что с ним сделают это уже не важно. Вскоре в комнату зашло несколько человек, к тому времени блондин уже более как принял сидячее положение, опираясь спиной о стену у края кровати. Зашло двое парней и девушка, скорее всего та, которая была с ним до этого, а парни они потому, что мужчинами их сложно назвать. Возможно они были даже одного возраста с ним. Но одеты были по странному. Это военная одежда? Возможно. Но выглядит неплохо. Один из пришедших подошёл к блондину ближе, первое что бросилось в глаза, так это его огромные и тёмные мешки под глазами, он вообще знает что такое сон? Или перманентная бессонница у него была с детства? А уже потом неестественно пепельный цвет волос. Он с интересом разглядывал для него незнакомца. — Ну, и как тебя зовут, неудавшийся перекус бродячих песиков? — сказал он, ухмыляюсь и не сводят своих чёрных глаз с блондина. Имя? А какое имя? У него вообще есть имя? На молчание беловолосый только презрительно посмотрел на приведённого, — Так и будешь отмалчиваться? Парню было нечего сказать, он не знал, что ответить. Второй парень, который все это время стоял на месте рядом с девушкой и наблюдал, начал что-то записывать. Беловолосый обернулся. — Дорис, ему собаки точно не откусили язык? — он обратился к той самой девушке. — Нет, его лицо почти не пострадало. Взгляд опрашивающего вернулся к блондину — Так, чего же ты молчишь? — Я не знаю, — это первый раз когда парень сказал что-то за все время, он звучал хрипло, даже его горло запершило, что заставило его прокашлятся. Девушка сзади сразу взбодрилась и взяв что-то со стола, подала это «больному», это был стакан с водой. Парень в благодарность только кивнул, потому что говорить снова он не осмеливался. — Не знаешь? — спросил уже долговязый парень, до этого стоящий сзади. — Я… — у него снова запершило в горле, но уже не доходя до кашля, -…ничего не помню. — Что, совершенно ничего? — снова спросил белый, на что ему в ответ только отрицательно покачал головой, было чувство, что скажи он хоть слово и его горло разорвёт на части, — Так ты у нас Нэмо получается? — с издевкой спросил он. — Нэмо? — переспросил до этого упомянутая Дорис. — Вот только не говори мне, что не знаешь, что означает Нэмо… — разочарование послышалось в его голосе, — Ну так что Нэмо, совершенно ничего не помнишь? — Ничего… — прохрипер «Нэмо», — ну…до сегодняшнего дня ничего… — А сегодняшний день это что? — Я…очнулся, ходил, а потом за мной…кхе…гнались собаки… — говорить ему все ещё было сложно, да и это добавляла боли к итак его, явным, ранам. Но вдруг в этот допрос ввязалась Дорис: — Слушай, Яков, он сильно ранен, давай он сначала восстановится и ты продолжить играть в допрос, — она подбодряюще улыбнулась хлопнув в ладоши, на что Яков фыркнул закатив глаза. — Все записал? — обратился он к парню, все ещё стоящему поодаль от всего диалога и записывая что-то. Тот вздрогнул, но одобрительно покачал головой, — славно, пошли отсюда, — и они оба вышли из помещения. Теперь они с Дорис снова одни. — Прости если Яков напугал тебя, — она начала что-то искать на столе неподалёку, — это ещё не все его странности, — она неловко посмеялась, на что блондин приулыбнулся, ну получается хоть кто-то тут нормальный, уже хорошо, — Ох, ну раз ты и правда не помнишь своего имени, можно мне тебя называть Нэмо? — парень не успел как-то ответить, как Дорис его тут же перебила, — нет не так, Омен! Да идеально, — она похлопала чему то своему, продолжая что-то искать. — Итак, Омен, сейчас я поменяю тебе бинты и будешь почти как новенький, тебе ещё повезло, что те звери тебе ничего не сломали, а то последнее время они слишком освирепели. *** Нэмо уже вполне мог ходить, по этому Дорис спокойно отпустила его, продолжая заниматься своими делами, отправив парня в «свободное плавание». Само это место оказалось довольно большим, больше похожим на какую то казарму, хотя обшарпанные бетонные стены не походили на идеальный выбор для такого места, зато надёжно. На стенах иногда попадались какие то плакаты, в которые парень не особо всматривался, ему бы сейчас запомнить само это здание. Немного прихрамывая, он зашёл в одну из комнат. Его взгляду привстал большой обеденный зал, который выглядел приличнее коридоров, здесь уже было видно, что место принадлежало людям. За одним из столов сидел человек, довольно крупного телосложения. Хотя крупного тут мягко сказано, если грубее, то не было понятно где заканчивается его голова и начинается шея. Но он походу заметил неожиданного гостя, что не удивительно, с той громкостью с которой скрипнула дверь, было бы не удивительно даже если бы услышали с другого конца этого места. Упитанный парень добродушно улыбнулся и подошёл к блондину. — Ну что, Нэмо, приятно познакомится, — похоже эту кличку, тот самый Яков разнес всем кому только можно, — я Оливер, — тот протянул собеседнику руку, в знак приветствия, на что Нэмо из приличия пожал её, дружелюбно улыбаясь. — Обо мне уже все здесь знают? — Конечно, когда Яков, ну, тот который болезненно выглядит, принёс тебя это было огромным удивлением, — он почесал рукой свой затылок, — не каждый день в наше время можно встретить человека. — Правда.? Что вообще случилось? — ответа не последовало, Оливер только неловко промолчал, после чего перевёл тему. — Ты уже знаешь тебя решили поместить в общей комнате, ты уже был там? — Нэмо ответил отрицательно, не то, что бы у него было время туда пойти, он даже не знал, что тут есть такая, — тогда сейчас туда и пойдём. Парень покорно пошёл за Оливером, направляясь в упомянутую общую комнату. Скорее всего — это будет спальней. Что в итоге и оказывается правдой, в довольно большой комнате было пять кроватей, отгороженных ширмами, они шли параллельно стенам, три с одной стороны и две с другой, за место третьей кровати со второй стороны стоял, по видимому, общий стол, а рядом с каждой из кроватей были тумбочки. — На данный момент некоторые из наших товарищей ушли на более дальнюю разведку местности, по этому ты займешь кровать одного из них, — он провел Нэмо к кровати, — Ну вот, в скором времени я принесу тебе сменную одежду и чистую постель, а пока можешь ещё осмотреть это место, удачи, — с этими словами Оливер поспешно вышел из комнаты, оставив Нэмо одного со своими мыслями. Он в свою очередь, сел на выделенную ему кровать и начал думать над ситуацией в которую сейчас попал. Он до сих пор не особо знает, кто эти люди, да и по реакции Оливера на простой вопрос об окружающем его мире, тот решил промолчать. Ну и ладно, хочет молчать — пусть молчит, сейчас ему главное восстановится от ран, потому что особой пользы он хоть с информацией, хоть без — не принесёт. Придётся ждать. На удивление голода он сейчас не чувствовал, или это из-за стресса или из-за того, что его возможно каким то способом накормили, не было ничего, что говорило бы о том, что он хочет есть. Не то чтобы это плохо, просто немного удивительно. Можно сказать — приятный бонус. Вся эта ситуация сильно утомляет парня, слишком много нового, чувство, что он за всю жизнь столько не пережил, как за один день. Но все же он решил ещё прогуляться. Ну как прогуляться. Более изучить окружение. В общей комнате он решил не задерживаться, ведь лазить в чужих вещах он не очень хотел. Выходя из комнаты, он снова запутался в коридоре, он хотя и не особо большой, но количество дверей сбивает с толку. *** Все здание изучено вдоль и поперек, так что теперь оно не кажется таким огромным и запутанным. Но все равно приходится немного подумать, перед тем как вспомнить куда и как пройти. На улицу Нэмо ещё не спешил выходить. Вроде и не запрещали, а вроде и не говорили, что можно. К этому времени Оливер уже принёс ему сменную одежду и пастель. Из одежды была та самая форма и что-то напоминающее пижаму. Это место все больше напоминало военную базу. Но в подробности парень пока не вдавался. Да и спрашивать некого, за все время он не встретил никого. Сейчас это место казалось таким же пустынным как и улицы. По этому он пока вернулся в из начальную комнату — общую спальню. Но на удивление Нэмо там не было пусто. Возможно даже к сожалению. Тот самый Яков, о котором он уже достаточно наслышан, стоял около одной из кроватей и искал что-то. Неизвестно, как он попал сюда незаметно, возможно так тихо ходит. А ещё есть вариант через окно, которое тут единственное на всю комнату. Было бы интересно посмотреть на то, как носитель марианских впадин под глазами пытается залезть в комнату через окно. Хотя на это было бы даже жалко смотреть, ведь парень выглядит слишком уж болезненно. На время этих раздумий, Нэмо и не заметил, как герой его мыслей уже как некоторое время в тишине наблюдает за ним, уже давно потеряв интерес в том, что искал. — Ну и долго ты будешь стоять столбом? — эти слова вывели парня из раздумий, он даже успел вздрогнуть от неожиданности. К сожалению мечтания об Якове на оконной раме пришлось отложить на потом. — Я просто не заметил как ты сюда зашёл, вот и думал… — А что, ты должен знать о каждом моем шаге? — Яков выпрямился, смотря презрительно на своего собеседника, — мне теперь тебя информировать обо всем? — Конечно нет, — теперь Нэмо в первый раз чувствует себя на столько неловко, как будто он сделал что-то неприлично и его публично порицают за это. Да и эти бесконечно чёрные глаза, смотрящие прямо в душу, не давали ему расслабится. Он чувствовал себя загнанным в угол зверьком, но всеми своими оставшимися силами пытался этого не показывать. Чувство, что его сейчас станут грызть во второй раз, хотя раны с первого ещё не затянулись. На фоне внутренних метаний Нэмо, Яков выглядел апогеем спокойности, он взглядом пытался уловить каждую эмоцию парня на против. В итоге он вздохнул, подойдя ближе к Нэмо. — Ну ты и странный конечно, не буду врать, — он обошёл Нэмо, останавливаясь позади него, и положил свою руку к тому на плечо, только сейчас парень заметил перчатку, в которой была та, — я не думал, что ты вообще очнешься, хотя скорее и не надеялся. Но поздравляю с необычайной живучестью, хотя факт, что ты вообще в то время был жив удивляет. Немой вопрос застыл на лице Нэмо, он не знал, что случилось и, что сейчас происходит вокруг, а эти намёки на то, что он вообще не должен был быть жив — ничуть не помогают. Яков на это только снисходительно пожал плечами и вышел из комнаты, бросив на последок только то, что бы он и не смел подходить к чужой кровати. Как будто он собирался.