Сборник зарисовок

      Квартал красных фонарей встречал полумраком, едким дымом от благовоний, шумом, криками и многочисленными взглядами. Кто-то смотрел, мысленно угадывая вес твоего кошелька, кто-то с похотью, завлекая уединиться, а кто-то оценивающе, прикидывая, сколько можно выручить монет за твое тело или органы. Се Лянь был частым гостем этого забытого Богами места, поэтому давно привык ко всему здесь происходящему. Он грациозно двигался среди толпы людей, огибая их и сворачивая по узким улочкам, целенаправленно и привычно двигаясь к конкретной цели.       Отворив массивную, покрытую черным лаком резную дверь, альфа вольготно прошел вглубь помещения и остановился рядом со служанкой, которая низко поклонившись жестом пригласила его пройти за ней. Они довольно долго спускались по извилистой лестнице, пока наконец не достигли арки, занавешенной плотной тяжелой тканью. Отодвинув один ее конец перед Се Лянем, служанка вновь поклонилась. — Прошу, хозяин ожидает Вас на месте. Помещение в которое он попал казалось небольшим, но Се Лянь прекрасно был осведомлен, что это не так, ведь прямо из него, прямиком в подземные камеры вела скрытая от посторонних глаз дверь. — Мой дорогой друг, как я рад Вас видеть!  Из-за полупрозрачной ширмы показался невысокий полный мужчина, елейным голоском он принялся осыпать гостя комплиментами и все время кланялся, выражая притворное почтение. — У меня сегодня мало времени, ближе к делу. — Не удосужившись даже поздороваться, Се Лянь смерил работорговца хмурым взглядом и тот спохватился, активно закивав и указав на ширму, за которой виднелась чья-то стройная высокая фигура. — Конечно, конечно! Сегодня я приготовил для моего друга кое-что особенное, вы точно не останетесь равнодушны к этому экземпляру! — С этими словами бета схватился за конец прочной увесистой цепи и потянул на себя, вынуждая того, кто был скован ей и все это время скрыт от чужого взора показаться из-за ширмы.  Почти до хруста сжав челюсть, Се Лянь смотрел на невероятно прекрасного изящного юношу, чья кожа была бела как снег, черные, словно вороново крыло волосы заплетены в слабую косицу и перекинуты через плечо, фигура стройная и изящная, даже худощавая. Из одежды на омеге не было ничего, кроме золотистого пояса на бедрах, с которого свешивался красный лоскут ткани, едва прикрывающий гениталии. Торговец рукоятью плети ткнул его подбородок, вынуждая поднять опущенную голову и показать лицо. На Се Ляня посмотрели два разноцветных глаза – правый, словно сверкающий на солнце рубин, а левый черный, как бездонная пропасть. Альфа готов был поклясться, что в жизни не видел никого более прекрасного, чем этот очаровательный омега, но виду не подал.  — Хорошенький. Сколько ты за него хочешь? Тысячу золотых? Услышав названную цену, торговец мерзко рассмеялся альфе прямо в лицо. — Тысяча золотых?? Друг мой, это не просто омега, это самый настоящий самородок, да за таких как он устраивают целые аукционы, а я так уж и быть предлагаю его вам прямо так, как одному из любимых постоянных клиентов, а вы за мою любезность надо мной смеяться вздумали?  Закатив глаза, Се Лянь едва сдержал порыв раскрошить бете череп о ближайшую стену. — И что особенного в этом омеге? Хитро прищурив свои маленькие глазенки, мужчина похотливо облизнулся и поспешил продемонстрировать, кончиком плети он медленно приподнял тряпицу на бедрах юноши, открывая взору нежную, покрытую темным пушком вульву. Се Лянь едва не поперхнулся от смущения (или восторга), но все же сумел сохранить нейтральное выражение лица и лишь заинтересованно хмыкнул, приподняв тонкие брови. — Что ж, ты сумел меня удивить, этот экземпляр действительно весьма редкий и дорогой. Я готов потратиться, назови свою цену. В предвкушении потерев сухие ладони друг о друга, торгаш широко улыбнулся, оголяя два ряда кривых зубов. — Моя цена, мой дорогой, почтеннейший друг – сто пятьдесят тысяч золотых.  Глаза Се Ляня слегка округлились от шока. Он, безусловно, располагал такой суммой, но даже для него она была весьма внушительной и неприятно била по кошельку. Он кинул взгляд на замершего омегу, и к своему удивлению обнаружил, что тот смотрит на него исподлобья. Этот полный страха и отчаяния взгляд проник в самое его сердце и болезненно кольнул. Се Лянь понимал, что таких, как этот омега выкупают только самые ужасные и мерзкие извращенцы, и если этого не сделает он, то юноша достанется одному из них. С ним будут вытворять страшные вещи, пока наконец он не надоест или не сломается. В конце концов, исход один, его выбросят словно поломанную куклу или изведут до смерти. Все дело в том, что существовало крайне редкое необычное отклонение, при котором мужчина-омега рождался с женской вульвой вместо члена, как это должно быть в норме. Жизнь этих несчастных с самого рождения была под угрозой; их продавали собственные семьи работорговцам, их выставляли на аукционах как диковинки и интересные игрушки, их жизнь была похожа на ад, и они были совершенно бессильны что-либо сделать с этим. Не долго думая, Се Лянь дал свой ответ, ведь он ни за что не простит себе, если позволит этому цветку увянуть в чьих-то грязных лапах. — По рукам, я его выкупаю.  Радостно хлопнув в ладоши, торговец засуетился, предлагая гостю присесть за стол для подсчета монет. — Замечательно, с вами как всегда приятно иметь дело, Господин Се!

~

      Они вернулись в резиденцию Се Ляня глубокой ночью, когда небо уже вовсю застилал звездный сверкающий ковер. Альфа сразу после выкупа накинул на омегу свой плащ, в который тот укутался словно в кокон, следуя за ведущим его новым хозяином. Зайдя в просторный главный зал, Се Лянь первым делом освободил запястья и лодыжки юноши от кандалов, на что тот немного удивленно на него посмотрел. — Все хорошо, больше тебе нечего бояться, здесь тебя никто не тронет и не обидит. Ты в безопасности. — Нежно улыбнувшись растерянному омеге, Се Лянь мягко усадил его на кушетку и указал на стол, заполненный легкими вечерними блюдами и закусками. — Ты наверняка очень голоден, поешь, а потом тебя проводят в купальню. Не волнуйся, там тебе со всем помогут беты. После этого, если ты не будешь чувствовать себя сильно уставшим, тебя переоденут и приведут ко мне.  С этими словами альфа подарил юноше еще одну мягкую улыбку и развернулся, скрываясь в одном из коридоров резиденции.        Когда позже после купальни юношу привели к нему в покои, Се Лянь не смог сдержать облегченного вздоха, видя одетого, сытого и румяного от горячего пара омегу. — Проходи и присаживайся, не стесняйся. Кивнув, омега сделал именно так, как ему сказали, вот только.. Альфа никак не ожидал, что вместо того, чтобы сесть в мягкое кресло, юноша устроится на полу возле его ног. — Что ты, что ты! Я имел в виду кресло.. На него вновь растерянно посмотрела пара разноцветных глаз. Только когда омега неуверенно пересел, Се Лянь наконец смог выдохнуть с облегчением. — Как твое имя? — Сань Лан, но хозяин может дать мне любое имя. — Не называй меня так, мое имя Се Лянь,  и мне очень приятно познакомиться с тобой, Сань Лан. Я задам тебе несколько неудобных вопросов, если ты не против?  — Конечно, хоз.. Се Лянь. — Сколько тебе лет и как ты оказался у работорговца?  Опустив взгляд, Сань Лан принялся теребить пальцами край своего халата. — Мне 18 лет. Когда мне исполнилось 15, в нашу деревню пришел мужчина, который за гроши покупал омег. Родители продали меня ему, даже не раздумывая. Мужчина оказался тем самым работорговцем, у которого вы меня выкупили. Меня обучали три года, прежде чем выставить на продажу.  По мере рассказа, Се Лянь все сильнее и сильнее сжимал деревянный подлокотник, пока в какой-то момент тот не захрустел под его напором. История омеги была похожа на истории большинства, кого он уже приютил под своим крылом, точно так же выкупив у работорговцев. Было ужасно больно от осознания, что самые родные люди были способны на такое предательство, они готовы были за копейки продать собственное дитя, при этом прекрасно понимая, что его ждет в будущем. — Сань Лан, забудь о всем плохом, что было с тобой в прошлом, больше ты не будешь страдать, обещаю. В моей резиденции много омег, которых я точно так же выкупил у плохих людей. Ты можешь остаться здесь, однако, я всегда даю право выбора. Если ты хочешь полной свободы, то я помогу тебе, перевезу в безопасное место, где ты сможешь начать жизнь с чистого листа, обеспечу крышей над головой, помогу найти работу и дам средства на первое время. Но я не в коем случае не прогоняю, если ты пожелаешь остаться в резиденции. Я обеспечу тебя полностью оплачиваемой работой, здесь ты будешь в безопасности под моим присмотром. Если тебе нужно время, чтобы обдумать и принять решение, мы перенесем этот разговор на другой раз.  Юноша внимал каждому слову этого невероятно альфы, едва сдерживая слезы благодарности. После всего, что он пережил, ему сложно было поверить в то, что существуют такие добрые люди, которые не стремятся причинить тебе вред. Но этому альфе хотелось верить, его запах успокаивал и обволакивал с ног до головы, легкая улыбка на губах казалась искренней, а медовые глаза смотрели спокойно и с теплотой, в них не было той привычной грязной похоти, с которой обычно мужчины смотрели на омегу. — Позвольте мне остаться с вами и в полной мере отблагодарить за доброту и спасение. Это единственное, о чем я сейчас мечтаю. 

~ 

      Се Лянь был очарован. Прошло несколько месяцев с тех пор, как в его доме поселился еще один омега. Когда Сань Лан принял решение остаться с ним, альфа решил дать ему работу поближе к себе, ведь волновался о том, что у такого редкого самородка могут возникнуть проблемы.  Вот только, как оказалось, единственной проблемой для омеги мог стать его же спаситель.  Се Лянь по уши погряз в этом утонченном юноше, который встал на должность его личного слуги. Каждое утро Сань Лан будил его, приносил завтрак, делал прически, помогал подобрать наряд и выполнял другие простые обязанности. Когда скованность и страх прошли, оказалось, что юноша очень умный и интересный собеседник, слегка кокетливый и абсолютно очаровательный! Влюбляясь все сильнее и сильнее, альфа решил потихоньку начать оказывать Сань Лану знаки внимания, совсем ненавязчиво намекая на свою симпатию. В его руках была власть, но Се Лянь бы ни за что не принудил никого из своих подопечных омег. Все они были благородны ему, некоторые проявляли к нему интерес как к партнеру и даже делали намеки на желанную близость. Иногда альфа соглашался, но сразу обозначал, что не стоит ожидать большего.  Но с Сань Ланом большего очень хотелось..       В один из вечеров омега привычно устроился за спиной Се Ляня, распуская его прическу. Его пальцы нежно ласкали уставшую кожу головы, расслабляя и посылая по телу табуны мурашек. — Гэгэ, могу я задать немного личный вопрос? — Конечно, спрашивай что угодно.. — На самом деле, альфа так сильно расслабился под напором умелых рук Сань Лана, что едва ли не мурчал и готов был хоть целый мир к его ногам кинуть. — Сегодня в столовой я случайно услышал разговор других омег, они шептались о том, что у тебя скоро наступит гон.  — Ммн, это так.. — Как долго он обычно длится? Просто хотел бы узнать, дадут ли мне какую-то другую работу на этот период. Не хотелось бы сидеть без дела.  На мгновение в поплывшем разуме альфы мелькнула мысль о том, что Сань Лан мог бы присоединиться к нему во время гона, но он быстро отмел эту мысль, обозлившись на самого себя. — Если я один, то обычно около недели, если с кем-то, то дня три. Я хотел дать тебе отдохнуть в эти дни, ты уверен, что не хочешь? Руки, что уже успели переместиться на шею Се Ляня и теперь массировали ее, на мгновение замерли, но потом продолжили свой путь, спускаясь на широкие плечи. — ..В этот раз гэгэ есть с кем провести гон?  — Нет, придется немного помучиться. — Альфа сказал это без какого-либо намека, с легким смешком, поэтому никак не ожидал, что к его уху внезапно прижмутся, ласково шепча. — Зачем же мучиться, когда у гэгэ есть верный слуга, готовый помочь? Я прекрасно замечаю все твои знаки внимания и подарки, этот альфа так мил в своих ухаживаниях, что я совсем потерял голову..  Через чур резко обернувшись и едва не столкнувшись носами с омегой, Се Лянь как-то виновато посмотрел на него. — Ах, мне жаль если своими ухаживаниями я заставил тебя думать, что ты обязан идти на такое, я ни в коем случае тебя ни к чему не принуждаю и ты вовсе не..  Его рот накрыла теплая нежная ладонь, бесцеремонно прерывая поток извинений. Омега покачал головой и медленно убрал руку, чуть неуверенно прижимаясь к альфе. — Гэгэ меня ни к чему не принуждает, это мое искреннее желание. Позволь мне показать свою преданность в полной мере, позволь любить тебя и быть любимым в ответ..  Смотря в разноцветные глубины глаз юноши, Се Лянь не нашел в них хоть каплю лжи и с улыбкой приобнял его, плотнее прижимая к своему теплому телу. — Уж поверь, с тем, чтобы любить тебя я отлично справлюсь. Не теряя больше времени на разговоры, они встретились на полпути и слились в мягком чувственном поцелуе.

Вкусный бонус.

      Пальцы беспорядочно цеплялись за шелковые простыни, спина изогнулась дугой, пока сильные руки заботливо придерживали поясницу. Откинув голову с очередным громким стоном, Сань Лан двинул бедрами навстречу удовольствию, которое ему так долго и старательно дарили.  Се Лянь с восторгом наблюдал за метающимся по кровати омегой, при этом не забывая погружать язык глубже меж его гладких влажных складочек, с упоением лаская все чувствительные места. Обласкав вход, альфа с нажимом провел кончиком языка до набухшего клитора и тут же всосал его губами, на что получил не слабый пинок в спину. — Ааах, гэгэ!! Рыдания, стоны и неконтролируемые из-за постоянный волн удовольствия движения омеги побуждали Се Ляня стараться только усерднее. Он буквально пожирал истекающее сладкими соками лоно возлюбленного, утыкаясь носом в колючие волоски на лобке и сам едва не рычал от возбуждения.  Вдоволь подразнив чувствительную бусину, Се Лянь оторвался и широко мазнул языком по всей вульве, глотая очередную порцию смазки. — Если ты сейчас так сильно течешь, что же будет в течку.. Жду не дождусь.  Сань Лан на это лишь фыркнул, зажимая голову альфы меж бедер и рукой подталкивая его ближе к своей изнывающей киске, намекая поменьше болтать и занять свой рот чем-то полезным.  В ответ на такую выходку, альфа совсем перестал его щадить, принимаясь за дело основательно, лаская беспощадно и даже немного грубо. Вскоре омега понял свою ошибку и взвыл от переизбытка чувств, его всего затрясло когда оргазм резко прошиб его, он задыхался, пока Се Лянь придерживал его, помогая пройти через это. Когда последние волны удовольствия схлынули, Сань Лан раскинулся на кровати, абсолютно выжатый и удовлетворенный. Его альфа был просто невероятным и он так сильно его любил, что едва не расплакался. — Ах, выглядишь таким затраханным, а ведь я еще даже не входил в тебя сегодня.. Исправим?