Екатерина Николаевна
28 июля 2023 г., 00:28
Прошла неделя.
Итак, сегодня Кира с Максом были заняты приготовлениями к знакомству с Екатериной Николаевной. Кира думала в чем ей стоит идти. Более насущный вопрос: Как заставить Макса снять его видавшую виды серую футболку и такого же цвета штаны. — Милый, у тебя имеется какая-нибудь одежда на выход? Обещаю, костюм сегодня надевать не будешь. Макс рассмеялся и ответил: — Насчёт вопроса: ну, это как посмотреть. Я планировал на знакомство надеть новые шорты брючного типа и майку. А костюмы я ещё с юности ненавижу. Кира посмотрела на Шустова подняв обе брови: — Ты пойдёшь к маме в рубашке с коротким рукавом. И в шортах — так уж и быть. А на ноги — сланцы. Парень прикрыл глаза и вздохнул: — Ладно, хорошо. Кира лишь мило улыбнулась. Немного подумав, добавила: — Если ты, фактически, готов… Давай тогда поедем мне что-нибудь выберем? Мои старые вещи сгорели вместе с жизнями родителей, так что из одежды у меня только то, что на мне сейчас и несколько папиных вещиц. Ну или, на худой конец, твои футболки. — Тогда поехали, — сказал парень. —Хотя, перспектива того, что ты носишь мои вещи мне даже немного нравится. Но сейчас не об этом. Ты готова? — Да, я могу ехать.***
Кира с Максимом пробыли в магазине одежды примерно сорок минут, прежде чем выбрали ей красивое платье бордового оттенка на молнии сзади, с декольте. И конечно, про обувь не забыли: нашли пару туфель бежевого цвета. Кира была очень довольна покупками. — Теперь нужно придумать, что мы возьмём в качестве гостинца к маме. Ладно, приедем домой я приготовлю что-нибудь.***
Кира с Максом вернулись домой и девушка сделала мясо в духовке и салат. На часах было пол четвёртого. Кира легла на диван и утонула в царстве Морфея. Ей снился кошмар: Макс в лесу. А лес горит и он не может выйти. И дух его идёт на радугу. У девушки текут горькие слезы боли, гнева и бессилия. Земцова всхлипывает, не просыпаясь и чувствует, что кто-то трясёт её за плечи, пытаясь разбудить. Она снова не просыпается и всё ещё горько плачет, приговаривая: — Нет… Нет… Нет… Ты не мог умереть, только не сейчас… Не тогда, когда я ношу под сердцем нашего ребёнка… Нет… Чьи-то руки усердно продолжают трясти Киру за плечи и та, наконец открывает глаза, красные от слез. Первое, что она видит — Шустова перед собой, его обеспокоенный взгляд, в котором читалось понимание того, что произошло в её сне. — Любимая, всё хорошо. Это просто дурной сон. Я с тобой. И умирать пока я не собираюсь. — Пообещай мне две вещи, пожалуйста. Парень ответил, даже не задумываясь: — Всё, что угодно, Лучик. — Никогда не оставляй меня и будучи после «задания» всегда возвращайся в наш дом. Уголки губ Максима приподнялись в улыбке и сказал: — Обещаю. Кира поднялась с дивана и ушла в ванную комнату — умыться. Собираясь идти переодеваться, девушка крикнула Максиму делать тоже самое. Надев платье и поняв, что сама она застегнуть его не сможет, позвала парня: — Макс, помоги платье застегнуть пожалуйста. Он сам уже, к счастью, переоделся и подойдя к Кире, застегнул платье. — Спасибо большое, — поблагодарила девушка. — Пожалуйста, — только и ответил парень. Он был так не многословен лишь по одной причине — волна возбуждения прокатилась по его телу, от простого действия в сторону Киры. Надев всё, что было запланировано и прогнорировав это чувство, он взял еду, приготовленную Кирой, и они наконец вышли из дому, сели в машину, предварительно положив блюда на заднее сидение. О возбуждении они оба вспомнят по возвращении домой.***
Пять часов вечера, подъезд Екатерины Николаевны.
Набрав на панели на двери нужные цифры, та открылась и Максим, придерживая её пропустил Киру вперёд, зайдя после неё, как истинный джентльмен. Поднявшись на этаж на лифте, Шустов и Земцова дошли до нужной квартиры и постучали. По ту сторону двери послышалось: — Бегу, бегу. Прозвучал заветный щелчок замка и граница между подъездом и прихожей в квартире мамы растворилась. На месте этой самой границы теперь стояла красивая улыбаюшаяся женщина лет пятидесяти с небольшим. — Я уже вас заждалась, мои милые, — сказала Екатерина Николаевна, поочерёдно целуя обоих в макушки. И только одному богу известно как ей удалось поцеловать Максима в макушку, не вставая на цыпочки и не прося его чуть-чуть опустить голову, но сейчас не об этом. Зайдя на кухню и присев за стол, и приступив к трапезе началось знакомство. И множество всяких вопросов, как от Киры, так и от мамы по типу: «Как вы познакомились?», «Чем вы любите заниматься?» и так далее и тому подобное. Ну и куда же без знаменитого: «Я когда-нибудь понянчу внуков или нет?» И ответ на него, от Максима: «Мамуль, не переживай, мы усердно этим заняты.» На что взгляд девушки был пропитан долей смущения и обещанием проделать сказанное парнем. А теперь вопрос: какое знакомство с мамой обходиться без детского альбома и постыдных смешных историй? Правильно, таких знакомств не бывает. — Здесь Максику четыре года и он нашёл на то время очень дефицитные конфеты, наелся так, что никогда не ел этих конфет после того случая. Екатерина Николаевна показывала фотографию мальчишки лет трех-четырех, лицо и светлые кудряшки которого были перемазаны шоколадом и каким-то сладким джемом, но тот был полностью доволен таким положением дел. Кира увидев эту милую фотокарточку заливисто рассмеялась. Чуть успокоившись, спросила, обращаясь Шустову: — Я так понимаю, конфеты были вкусные, да? — Конечно. Можно было и не спрашивать. – с улыбкой ответил он. Мама показала другое изображение: на нём был юный парень лет шестнадцати, рядом с ним мужчина лет сорока с небольшим и женщина по возрасту примерно как мужчина, с короткими волосами. У мужчин в руках было по ведру, в каждом из которых было много рыбы, но самой крупной была треска, на вид примерно килограмма три, не меньше. А женщина стояла между ними и приобнимала каждого из них. — А это мы все вместе поехали в Архангельск на рыбалку. Эту поездку мы запомнили на долго, — с добротой во взгляде сказала мама. — Максим очень долго уговаривал нас с отцом съездить с ним и развеяться. Ни он, ни я не пожалели, что согласились. — Ладно, мам, поздно уже, — сказал Шустов. — Мы наверное домой поедем, да, милая? На самом деле на часах было уже около десяти вечера, а Максиму внезапно написал Соколов: «Завтра приезжай в Штаб.» Вот и всё, что было написано в сообщении. Это не на шутку насторожило парня. — Да, конечно, любимый. Всё в порядке? — спросила Кира с беспокойством в голосе. — Да, конечно, — сказал Максим. — Спасибо за чудесный вечер, мама. — на прощание поблагодарила девушка, вызвав улыбку исполненную счастья и гордости за будущую невестку и сына. –Не за что, дети мои, – просто ответила женщина. – Это вам спасибо, что навестили. Всё трое встали из-за стола и направились к выходу из квартиры. Екатерина Николаевна снова поцеловала детей, но теперь уже в щеки и провела до машины. Максим сел на водительское сидение, а Кира на переднее пассажирское сидение. Пока Максим выруливал с парковки, Земцова махала рукой, как бы прощаясь с мамой и говоря ей: до встречи. Они ехали домой в комфортной тишине, успокаивающей мысли и разум. Войдя в дом оба переоделись и сразу легли в постель. Первая фраза по приезде домой была: – Меня завтра утром вызывают в штаб. – просто сказал Шустов. – Так вот почему ты сказал мне, что всё в порядке. Ты не хотел, чтобы я нервничала и чтобы нервничала мама, да? – догадалась Кира. –Да, но сейчас я понял, что лучше рассказать тебе сегодня, чтобы утром мой отъезд не был неожиданностью. Не могу сказать точно, сколько меня не будет дома, но я обязательно буду с тобой связываться. – Хорошо, я поняла. Ты помнишь о своём обещании, данном мне? – проговорила девушка срывающимся голосом. – Да, любимая, конечно. И я сделаю всё, что угодно, чтобы сдержать его. – клятвенно заверил Максим. Он действительно сделает что угодно, чтобы сдержать обещание. – Я так тебя люблю... – тихим голосом сказала Кира. – Я очень хочу тебя поцел... – договорить она не успела. Его губы накрыли её губы страстным поцелуем, но они оба слишком устали для большего и просто целовались, пока царство Морфея вместе с усталостью не взяли верх и они не уснули в объятиях друг друга.
