#проискусство

Коснись меня невинную с моей душой порочною

Проси меня, чтоб жизнь твою я сделала безночною

Смотри в глаза прозрачные, смотри в глаза бездонные

Водой холодной полные

Водой ненастоящею.

Я не сдержала обещание о скором возвращении и осталась в замке на ночь. На целых восемь часов забыть о терзающих и беспокойных мыслях, а рядом только он – это ли не счастье? Я была нужна, как и этот мужчина - убаюкивающий своим спокойствием и обжигающий теплым дыханием плечи - мне. По Тому скучалось, он даже пришел в мой сон. Неслышно постучался и присел на нашу с Фенриром кровать и долго-долго смотрел на нас по очереди. А я молча изучала черты его умиротворенного лица. Больше ничего не происходило. Нам совершенно точно требовалось поговорить. Без драмы в стиле страстных испанских разборок, а тихо, без шума и желательно, без свидетелей. Он бы все понял и...ну уж нет, он бы все равно не отпустил меня. Если становится слишком просто, это автоматически превращается не в его историю. А что если я, Фенрир и Том... С этим монологом в голове глаза распахнулись, опять возвращаясь в реальное время. Было утро, и казалось, что солнечное – свет так и норовил проникнуть через шторы, изредка колышущиеся в разные стороны от ветра. Окно оказалось приоткрыто – возможно мужчина просыпался ночью. Тело слегка пошевелилось и перекатилось на спину. Рядом никого не оказалось, простыни приятно холодили кожу. Значит их покинули давно...но куда он отправился в таком еще не окрепшем состоянии? Я спешно поднялась, поправляя на себе свитер и пошла к лестнице, ведущей вниз. С каждым шагом до меня доносились все более четкие звуки возни на кухне, а еще шепот. Или...пение? Остановившись в дверном проеме, я не поверила своим глазам. Мужчина, облаченный в чистую, но как и всегда официальную одежду – брюки, белую рубашку, защищенную фартуком в "бабушкином" стиле, перекладывал яичницу и поджаренную колбасу на тарелку, параллельно потянувшись к кнопке включения на кофемашине. В один миг к ароматам только что приготовленной еды добавился еще и приятный запах молотого кофе. - Как раз успел вовремя... – краем глаза Фенрир отметил мое присутствие и мягко улыбнулся. – Хотел принести тебе все это в кровать, но...раз уж ты спустилась сюда...прошу к столу. - Ты с ума сошел. – я лишь повела плечами и неторопливо подошла к нему, легонько касаясь рук. Присмотревшись к тем местам, где еще вчера красовались темно-бордовые синяки и ссадины, теперь я не могла отыскать даже намека на их след. - Не нуди, мамочка, регенерация – самое большое достоинство оборотней. Мы можем быть при смерти или, скажем, истекать кровью, но на следующий день выглядеть даже здоровее своей первоначальной версии. Здорово, неправда ли? Главное, не давать нам аконитовое зелье. Кстати, не забудь мне напомнить потом отправить в благодарность лекарям несколько бутылок отличного коллекционного виски. Уверен, что они еще те ценители спиртного. – он поставил сковороду на дощечку и развернулся ко мне. Пальцы приятно очертили округлость моих плечей, с которых успела произвольно сползти тяжелая шерстяная ткань. - Хмм...надо найти тебе что-то более....привлекательное, хотя...если сорвать с тебя этот мешок...будет даже лучше. - Эй...ты правда хорошо себя чувствуешь? – его флирт заставил в одно мгновение биться сердце чаще, но мое беспокойство быстро затмило его. - Гермиона... – он выдохнул и резко притянул меня к себе, – Как еще мне доказать тебе, что я уже...полон сил и готов на великие дела, м? – подавшись вперед, его губы, едва касаясь, прошлись по моей щеке. Влажный язык начал прокладывать дорожку до уха, согревая следы горячим дыханием. Я так и замерла на месте. - Видимо...завтрак откладывается?.. – его хриплый, низкий тембр вызвал табун мурашек по всему телу, заставив пальцы собрать мягкий хлопок на груди. Я не успела даже осознать, как оказалась посаженой на край стола. Мужчина аккуратно развел мои бедра в стороны и сделал последний шаг, минимизируя расстояние до нельзя. От него исходил приятный аромат цитрусового парфюма с нотами горчинки и свежести моря - невероятное сочетание, которое хотелось поглощать в себя и элементарно запоминать. Я потянулась к нему, оперевшись предплечьями о груду мышц, скрываемых за тонким слоем одежды. Долой дурацкий фартук в цветочек. Сорвать, ведь под этим невинным рисунком кроется сбивающая с ног сила. А далее, и благоухающий, накрахмаленный, идеально сидящий по фигуре кусок ткани. Не вынимать пуговицы из петель, а грубо дорваться сразу до самого личного, незримого для остальных, но такого манящего и знакомого до последнего шрама. Он здесь, я здесь...где без малейшего стеснения воплощаю свои фантазии в реальность. Губы сцеловывают невесомую нежность, ту, что можно лишь почувствовать, и в которой я так нуждалась. Его пальцы водят по моим бедрам, задирая свитер все выше и выше. Внизу живота от каждого касания затягивается тугой, томный узел. Скрестив ноги вместе, я подтянула тело Фенрира к себе и начала терзать легкими укусами его рот. - Тише... – он отвечал также пылко, шаря по спине в поисках края моей одежды, чтобы избавить меня от нее, – У кого-то наконец прорезались острые зубки, м? - За такое долгое время не только зубки, но и...коготки... – все, терпение сошло на нет и пальцы буквально за одно движение разорвали на нем абсолютно новую рубашку, открывая вид на привлекательную мужественную грудь, в некоторых местах все еще покрытую тоненькими следами рубцов. - Настоящий храбрый львенок. Дыхание сбилось и слилось воедино с его, когда руки потянулись к брюкам оборотня. Приспустив их на бедра, я на несколько секунд замерла. Том. Его кабинет. Рабочая поверхность стола из красного дерева. И никого больше. Лишь мы. Поиграем? Я не спеша опустилась на прохладный мрамор, прислонив запястья у камню с обеих сторон. Это был вызов. Хочешь – бери. И он возьмет. Как пожелает. Прикрыв глаза, меня охватила пульсирующая, до легкого покалывания, волна предвкушения скорой близости. Звякание пряжки ремня. Моя закушенная губа. Едва слышное рычание. Прерывистый выход и вдох. Теперь я знаю, что кухню можно использовать не только для того, чтобы приготовить еду, но и для более интересных целей. Теплая ладонь рядом с моей талией в качестве опоры. И резкое погружение в уже полностью готовое принять его тело. Эйфория. Страсть, слепящие слезы счастья. Так не может быть...но должно не заканчиваться. Он соскучился. Я ловила это по раздававшимся по помещению звукам. Нечто низменное, порочное, но такое наше. Потерявшись в сладкой и обжигающей неге секса с человеком, которого любила...я не сразу заметила, как его движения с бешеных перешли на более замедленные. И даже быстрый, инородный звук, точно выстелившая хлопушка, не смутил слух. Но когда его тело, осторожно наклонилось в мою сторону, накрывая своим, я неожиданно распахнула глаза, встречая уже полностью серьезные напротив.

God and his priests and his kings

All were waiting

All will wait

As it goes over

And between heaven and hell

As it dawns soon

As it dawns

Over and over.

Over.

Cold.

Cold.

- Мы больше не одни. Я посмотрела влево и наткнулась на до боли знакомую фигуру, замершую в проходе. Желваки напряженно ходили, не мигающий взгляд был адресован будто мне лично, а плечи немного опущены. - Том, ты... – я попыталась подняться, но тяжелый корпус Фенрира не давал мне этого сделать. Он все еще был во мне, но больше не двигался. - Неужели твой дружок Дэннис тебя не достаточно развлек, что ты решил сменить локацию? Реддл нахмурился еще больше. Неприятно принимать поражение, да еще и такое явное. Я кое-как смогла оттолкнуть от себя Сивого, спрыгнула со стола, натягивая платье как можно ниже, будто бы это помогло избежать стыда. Мельком заметила, что мужчина рядом без особого энтузиазма тоже застегнул брюки и теперь стоял расслабленно просверливая непрошеного гостя. Щеки горели, даже проверять не требовалось. А в следующий миг и вовсе не пожалела, что смогла оказаться вновь в вертикальном положении. Брюнет в считанные секунды подлетел к мужчине, и схватив поварской нож с соседней столешницы, замахнулся на Фенрира. Мой оглушающий, предостерегающий крик, который оказался уже не кстати. Ладонь оборотня, схватившаяся за край, чтобы удержать равновесие. И острие кухонного прибора для нарезки мяса, что теперь скрылось из виду в теле мужчины. Края расстегнутой белой рубашки стремительно начали окрашиваться в кровавый цвет. Я пыталась отвести Тома подальше от его пораженного "врага", ударяя кулаками всюду, куда только могла дотянуться, пока тот сопротивлялся. - Что ты наделал? Фенрир! Как ты мог? О, Господи... Замершая ухмылка на красивом лице сейчас выглядела зловещим ответом. Не ненавистью, а нашедшим себя возмездием. Но потом, если бы я была внимательнее, то заметила как губы дрогнули и плотно сжались в одну линию – странный прищур, точно изучающий нечто, что заметил лишь один из нас троих. Невиданное. Сивый хотел что-то сказать, но режущая боль брала всю концентрацию на себя. Реддл и сам едва держался на ногах, состояние шока от своего поступка наконец достигло своего пика и он сдался, отойдя в сторону. Я повернулась к оборотню, и схватив полотенце со стола, попыталась аккуратно достать нож из его живота. Кровь хлынула фонтаном. - Черт...как много... Плотно прижимая полотенце к ране, я смогла выдавить из себя единственное верное поручение: - В спальне наверху около кровати шкафчик с зельями. Быстро! Глаза цвета растопленного шоколада и блестящие от слез цвета каштана после дождя столкнулись в жестокой схватке, где я надеялась выиграть. Непоправимость, которую я не смогла предугадать, но так надеялась исправить. Мужчина послушался, и пошатываясь, все же вышел вон. Быстрый бег по лестнице. Я молила, чтобы он успел. - Держись...зажми вот здесь...все будет хорошо...только...держись.

***

Some of them want to use you

Some of them want to get used by you

Some of them want to abuse you

Some of them want to be abused.

Приглушенный желтоватый свет, исходящий от лампы в гостиной. Все обошлось, но в ноздри до сих пор ударял металлический запах чужой крови, которой была пропитана и моя одежда. Мужчины сидели по разным сторонам , точно повздорившие друзья. Ведь они ими и являлись...или мне хотелось так думать. Неужели это все из-за меня? Тогда мне не нужна такая любовь, пошло все к дьяволу. - Ты мог убить его... - Гермиона... - Нет, замолчи...ни слова больше. – я поднялась с дивана и подошла к Тому, сидящему в кресле и оперлась о подлокотник, – Ты осознаешь, что чуть не совершил преступление, о котором скорее всего бы пожалел в дальнейшем? - Мне и сейчас жаль. - Что? И это все? Больше ничего не добавишь? - А что ты хочешь еще услышать? Он трахал тебя прямо на моих глазах, а я должен был стоять и смотреть? – Реддл слегка повысил голос и прожег насквозь решительным взглядом, пронизывающим и сочащийся ненавистью. – Каждое его поддерживающее действие, каждая брошенная фраза, которая была адресована мне, точно выброшенный белый флаг сочувствия от неразделенных чувств...ложь. Он всегда хотел тебя...и желал, чтобы твой выбор всегда был в его пользу и только в его. Том знал как делать больно без приложения особых усилий и как запросто стереть все логичные мысли из головы. Закрыть рот в молчании, не зная как продолжить разговор. Доля правды в его словах была...но все же он размышлял не совсем точно. Я опустилась перед ним на корточки и дотронулась до лежащей на колене руки, положа свою сверху. И снова тупой вариант поддержки. - Послушай меня...Я люблю тебя. Это честно. Я ощущаю это всем сво... - Поэтому ты не пришла как обещала, а осталась здесь? Не обманывайся, не надо. - Не продавливай свои гребанные идеи! Фенрир был присмерти, он вытащил вас всех, приняв удар на себя. И вот как ты сумел отблагодарить? Ничего лучше не придумал?– возмущению не было предела, внутри все закипало от несправедливости. Всю нашу перепалку третья пара ушей степенно слушала, но в итоге их обладатель решил подать голос: - Надеюсь, меня ты не станешь отчитывать, если я вмешаюсь в ваш «семейный» диалог? - Что? – вопрос, прозвучавший одновременно от меня и Тома раздался, будто гром посреди ясного неба. Оборотень поерзал, устраиваясь поудобнее и продолжил: - Сначала я думал, что мне показалось, и я бы остановился на этом суждении, если бы... - О чем это ты? - Дослушай, Гермиона. Ты стояла к нему спиной и не видела того, что видел я. На какой-то короткий миг я заметил как на тыльной стороне твоей ладони, дружок, отобразился какой-то рисунок. Когда ты меня ударил, он вдруг стал четким, но затем полностью испарился...У тебя же нет татуировок? - Никогда и не будет...это мерзко. - Весьма странное отношение к такому виду искусства, ну да ладно...Тогда задам еще один вопрос. Скольких оборотней ты убил за свою жизнь? Том задумался, но в конечном счете отрицательно покачал головой. - Ни одного. - Совсем? А в особняке, когда мы держали оборону? Там их была куча. - Я только защищался, но не убивал. Егерей – да, но не волков. Я наносил им удары, ранил, но не насмерть. - Не замечал ничего необычного? Меток, каких-то посторонних рисунков на теле? - Я был в перчатках...не понимаю к чему ты клонишь. – новая волна раздражения зарождалась в Реддле, но я вовремя заметила это и сжала его руку. - Просто...я уже видел подобное однажды...Мне не тридцать лет, как может показаться со стороны – оборотни живут не одну сотню лет, если все идет гладко, так что...мне не показалось это странным. Разве что это повторилось с таким как ты. - С каким это? - Со смертным, я это имел ввиду. Я выпрямилась и вернулась на свое прежнее место подле Фенрира. Странные размышления привлекли мой интерес. - Ты хочешь сказать...что это какое-то проклятие? - Скорее дар. И обладающий им, его хозяин может даже не знать о нем. Просто жить и ждать, когда тот проявится. Том позволил себе наконец расслабиться и теперь его спина наконец коснулась спинки кресла. - Дальше. - Ходит легенда о том, что существовали люди, которые носили в себе ген так называемого охотника. Именно он придавал им особую силу, готовую сломить любое существо, сразить любого волшебника. Издавна все считали, что миром в конечном счете будет править волк. Он взойдет на трон тогда, когда другие не будут ожидать этого. В его руках будет уникальное оружие, которое будет готово уничтожить всех и вся на своем пути, и спасти живущих от гибели сможет именно человек, обладающий подобным геном...охотника. К слову...причем здесь этот самый охотник. По преданиям при каждом убийстве волшебного существа, а именно, оборотня, на его теле будет проявляться часть рисунка – некая карта, по которой будет возможно отследить нечто, что поможет обезвредить в дальнейшем и этого волка, пожелавшего устроить Ад на Земле...Мне казалось, что это просто сказки, которые рассказывают детям на ночь, но...кажется именно это происходит с нами сейчас. Вдруг ты один из...таких? - Стоп...Грин-де-Вальд конечно всеми фибрами души рвется к власти, но он всего лишь верховный маг, не более... – я нахмурилась, смотря в одну точку перед собой, а затем переместила глаза на Фенрира. В его взгляде будто бы читалось отрицание. - Или...вы кое-что не знаете. - Нет... - Он не просто один из самых могущественных волшебников своего времени...но и волк, который смог обуздать в себе способность обращаться каждую луну. Теперь он такой же как я – ликантроп. Заключил когда-то сделку с темным магом, что провел соответствующий обряд по приглушению волчьего гена. Но он тщательно скрывает это. Как вы думаете он сбежал из особняка, когда ранил меня кинжалом? Подобный всегда замечает подобного себе...я все-таки находился бок о бок с ним слишком долгое время. - Я видел свет...возможно банальное перемещение. - Или он хотел, чтобы ты был в этом убежден. Есть версия, что Грин-де-Вальд ушел через окно...как и я с тобой тогда...когда ты за мной пришел. А еще...в его арсенале как раз есть мощное оружие из вышеупомянутого сказа... Я прикрыла ладонью рот в немом ужасе. Получается, мы все это время гонялись за тем, кто мог уничтожить каждого из нас даже глазом не моргнув. - Я...встречала ее описание в... - «Сказки Барда Бидля», все верно. Каждый из нас рос на этой истории. Наивная детская книжонка, от нее и пошла та легенда. - Когда вчера ты обмолвился про палочку, я не поверила. Подумала, что ты пошутил, ведь ее считали долгое время пропавшей без вести. Получается...никто не знает, что она уцелела? - Все так считают и считали, я в том числе. Пока Грин-де-Вальд сам не сболтнул о ней. И этим выдал все свои уязвимые стороны. Раструби об этой новости по миру и сотни волшебников ринутся на его поиски с целью перехвата. Поэтому...чем дольше об этом никто не будет знать, тем лучше для всех. И вот в чем вопрос...если ты и правда избранный, Том...и легенда так долго искала героя... – мужчина подался корпусом вперед, опираясь о собственные колени, – ...готов ли ты будешь противостоять соблазну и мощи такого невинного с виду предмета, как эта палочка? И готов ли идти до конца, чтобы во что бы то ни стало стереть этого ублюдка со Света раз и навсегда? Когда-то молочный шоколад превратился в темный и горький. Я видела как постепенно его пальцы начали сжиматься в кулаки, а скулы будто стали острее. Никто не ожидал услышать то, что прозвучало за последние десять минут в этой комнате. Точнее, я и он – мы просто были не готовы. А может Фенриру просто показалось...ведь если нет, то где-то впереди уже начинала маячить новая опасность. Она жестоко играла с нами, не давая время на передышку и на защиту. Звенящая тишина. Секунда. Две. Три. Я не успела понять, как родной мне человек уже самостоятельно принял роковое и не обсуждающееся ни с кем решение. - Что я должен делать? Мои глаза захлопнулись раньше, чем последняя буква была выпущена любимыми губами в свободный полет. Сивый вздохнул, не то облегченно, не то безысходно. - Для начала...придется запачкать руки...кровью.