Воспоминания

🎞️ СЕЙЧАС 🎞️

      Два часа ночи, и уже наступила суббота. Чонгук ехал в такси домой, то расстёгивая, то застёгивая пуговицу на рукаве рубашки. Он отчаянно пытается не думать ни о чём, чтобы не усугубить своё состояние. Хотя куда может быть хуже, когда он буквально утратил желание жить и не понимает, что ему осталось вспомнить или осмыслить, чтобы наконец очнуться и осознать, что жизнь продолжается, что жизнь есть и она прекрасна – или, по крайней мере, так будет через некоторое время. Наверное, в таком состоянии не стоит анализировать себя и свое поведение. Но тогда как понять, что же ты сделал не так? Что же ты, чёрт возьми, натворил на самом деле, что всё привело к концу? Каким же ты был не в своих глазах, а в глазах уже чужоголюбимого человека?       Мысли сыпались одна за другой, а воспоминания били прямо в сердце, не давая ему успокоиться.       Закрыв глаза, он вновь видит его руки, мелькающие в темноте его сознания. Вместо привычной музыки в такси доносится бархатистый, родной, низкий голос, заполняющий всё его нутро.       Всё его существо не желает отпускать этого человека – и именно это помогает ему бороться с бешеным сердцебиением, дрожащими руками, сбитым дыханием, головокружением и навязчивыми мыслями о суициде.       Он воспроизводит и проматывает снова и снова, будто старую кассету, свои воспоминания. Он боялся, что, пока его мысли скачут, как плёнка в старом магнитофоне, остальные воспоминания безвозвратно стираются. Это не он вспоминает в хаотичном порядке и что-то просто на время забыл, а что этого просто нет, что мозг успел стереть навсегда. Он старался запечатлеть каждую деталь, чтобы никогда не потерять их – ведь только так можно было всё исправить.

Воспоминание 🎞️ #2:

      Чонгук уже час сидел, просматривал профиль Кима Тэхена, и сомневался, стоит ли писать после вчерашнего знакомства и пытаться что-то разъяснить – хотя, собственно, что тут ещё можно разъяснять? Он придал этой ситуации слишком большое значение. До этого момента ему никогда не приходилось целовать других альф, поэтому небольшое напряжение и неловкость всё ещё терзали его, а теперь, оглядываясь назад, он удивлялся тому, что тогда его выбор был осознанным. Он не ощущал от того альфы феромонов, способных принудить – это было чистым желанием его внутреннего альфы, и это поражало его.       В Инстаграме у Ким Тэхена было 100К подписчиков, 12 фотографий, а в описании указана ссылка на неизвестный сайт. Тэхен, наверное, был единственным из друзей Чимина, которого Чонгук до сегодняшнего дня не мог найти в соцсетях, поэтому он пытался узнать о нём побольше. Однако информации оказалось крайне мало – ни отметок локаций, ни подробностей, а на сайт в шапке профиля он так и не перешёл. Вернувшись к своему профилю, Чонгук усмехнулся: его сетка фото в профиле была полной противоположностью – он собрал отличный сет для «Пинтерест» под запрос «bad boy total black boyfriend material». Вернувшись в профиль Кима, альфа подписался и заблокировал экран, не ожидая взаимной подписки.       Через мгновение телефон завибрировал, и на экране появились уведомления от Чимина:       — Утра! Ты как? Всё в силе?       — Привет, конечно!       Сообщения отправил Чон мгновенно.       Альфа подскочил, тут же забыв о вчерашнем дне, и направился проверять, не сбились ли настройки фотокамеры и корректно ли отформатированы картриджи, чтобы не тратить время на исправления. Затем он аккуратно сложил в сумку большую часть объективов и линз, которые могут понадобиться в работе.       Чонгук был фотографом, хоть и не считался профессионалом: у него был сертификат и достойное портфолио, но работы с брендами или журналами ещё не было. Именно поэтому поставленная цель не давала ему сидеть сложа руки – она двигала его к лучшему будущему. Альфа не любил использовать людей или полагаться на чужие связи, но этот шанс на миллион не мог быть упущен. Взвесив свои силы, Чонгук понял, что справится, и не отказался.       Отец Чимина возглавлял фирму по производству одежды премиум-класса, и в этом сезоне им требовался новый цифровой каталог для сайта и соцсетей. Это был не просто магазин с вещами – для коллекции приглашались известные лица Южной Кореи, чтобы привлечь новую аудиторию. Честно говоря, Чонгук так и не понял, как Чимин сумел договориться с отцом, но он был безмерно рад и искренне благодарен. Чуть позже он подумает, чем сможет отблагодарить за оказанное доверие.       Чонгук не будет единственным фотографом на площадке, так как каталог масштабный, что немного успокаивало и слегка снижало ответственность. Однако ответственность всё равно лежала на нём, ведь это был единственный шанс проявить себя. Если его фотографии не понравятся или он налажает, потраченные средства на моделей, гримеров, стафф и режиссёров окажутся напрасными, а его авторитет пострадает.       После тщательного обдумывания предстоящего рабочего дня, он решил одеться так, чтобы было и комфортно, и соответствовать ситуации. Образ сложился из преимущественно чёрной одежды: крупные кроссовки, джинсы, оверсайз-футболка и сине-чёрная рубашка в клетку, выступавшая единственным цветным акцентом. На выходе он накинул куртку, кепку и взял большую сумку с техническим снаряжением, не забыв про маску. Пару раз он брызнул духами, которые лишь подчёркивали его природный, свежий и бодрящий аромат.       В такси он быстро натянул серебряные серьги-кольца, словно омега, собирающийся на свидание. Но он просто такой человек, который следил за своим стилем – выглядел опрятно, с легкой брутальностью, и это не могло не привлекать одобрительные взгляды прохожих.       Въезжая в район Ганнам, он любовался современными «стекляшками» — так он ласково прозвал стеклянные небоскрёбы. Он мечтал жить в подобных зданиях. Недавно он даже рассматривал район Сонгпа, где рядом располагался Олимпийский парк: красивые высотки, удобная инфраструктура квартала и протекающая неподалёку река Ханган вызывали в нём отголоски ребёнка: он вырос в Пусане, около моря в низкоэтажной застройке недалеко от высоток, но мечтал жить где-то там высоко и ближе к небу. Район, в котором сейчас живёт Гук в Сеуле, не радует его профессиональный глаз эстетикой. Но пока что может себе позволить, то и снимает. На самом деле альфа мог и не переезжать из Пусана, но посчитал, что жизнь в Сеуле будет интереснее и разнообразнее.

🎞️🎞️🎞️

      Съёмки шли уже шестой час подряд, и, если говорить откровенно, альфа был измотан. Будучи единственным фотографом без ассистента, что значительно осложняло работу, он понимал, как тяжело моделям выполнять работу в столь сжатых сроках – им не давали ни минуты на отдых или даже поход в уборную. Как только он приехал, всё было готово: Чон пробежался по площадке, проверяя наличие всего необходимого для съёмки – от модификаторов света до их взаимодействия с камерой на тестовых снимках – а затем аккуратно разложил дополнительные аксессуары, чтобы не тратить время на их поиск в сумке.       Другие фотографы абсолютно не мешали его работе, он-то думал, что здесь будет аншлаг. И неясно с чего, ведь не маленькая корпорация, и он был осведомлен. У каждого фотографа была своя ниша в огромном помещении с нужным фоном и людьми в данном пространстве. Каталог планировался масштабным, поэтому то, что сделает Чонгук, то и пойдет в обработку и в каталог. Тут он и осознал все масштабы ответственности своей профессии и данной ситуации. Однако лёгкий мандраж тревожил его лишь до того момента, пока камера не оказалась в руках. Все его сомнения и переживания тут же рассеялись, и он полностью погрузился в работу.       — Чон Чонгук! 15 минут перерыв, — крикнул администратор после очередных часов работы, и позирующая модель быстро ретироваласьушла с подиума.       Наконец, альфа может выдохнуть и присесть. Будучи спортивным и выносливым, он чувствовал, что завтра будет без задних ног.       Чонгук лениво взъерошил свои чёрные волосы, опустил камеру на стол и протёр глаза. К нему тут же подбежал менеджер с ноутбуком, чтобы подключить карту памяти и оценить восьмичасовую работу, между делом намекая, чтобы Чонгук отошёл и не мешал.       Прогуливаясь вдоль белой стены в поисках подходящего места для отдыха, он даже не мог поднять глаз, думая только о том, что ему срочно нужно попить воды. Минус сегодняшнего дня в том, что у него не было ассистента – обычно он есть у профессиональных фотографов или у тех, кто работает по контракту с брендом – а Чон был здесь лишь как одноразовая акция, поэтому выглядел довольно убого на фоне остальных.       — Чонгук?       Чон сначала подумал, что ему показалось, и продолжил путь к дивану, который был уже в двух шагах от него. Но тут тёплая рука легла на его плечо, и Чон, что было ему совсем не свойственно, резко дернулся и обернулся – его нос тут же уловил знакомый аромат бергамота.       — Тэхен? — удивлённо спросил он, уставившись на альфу. — Прости, я подумал, что мне показалось.       Тэхен понимающе кивнул, слегка улыбнувшись и протянул ему холодный кофе в прозрачном стаканчике с чёрной трубочкой и зелёным сиропом на дне.       — Это для тебя. Детка не позвонил, так что я сам пришёл, — отшутился Тэхен, слегка взболтав стаканчик, от чего льдинки зазвенели и привлекли внимание окружающих.       Альфа, не веря своему счастью, протянул руку, чтобы взять стаканчик, и прошептал благодарности, успев сделать лёгкий поклон, абсолютно проигнорировав то, как его назвали. В такой ситуации он и деткой очень даже был рад побыть.       — Я очень рад, — сказал он уже более уверенно, спустя пару глотков.       В этот же момент Чонгук заметил, как стильно был одет Тэхен, насколько аккуратно уложена его прическа и лёгкий макияж подчёркивал его черты. Сложив несколько фактов, он с нескрываемым интересом произнёс:       — А, ты модель? — спросил Чонгук, садясь на диван позади него и глядя снизу вверх.       — Да. Я тоже не знал, что ты здесь будешь.       Вранье. Всё Тэхен знал.       Чонгук тут же вспомнил, как сегодня подписался на его аккаунт и до сих пор не проверил, взаимна ли подписка, вспомнил, что у альфы было немало подписчиков. Выходит, он своего рода популярен в Сеуле, раз пригласили в качестве модели. Но почему же раньше он не мог найти Тэхена в Инстаграме, и почему Чимин молчал об этом?       — У тебя тоже перерыв? — спросил Чонгук, делая глоток кофе, в котором он заметил мятный сироп, и улыбнулся сам себе.       — Вообще нет, у меня работа только начинается.       — А у какого ты фотографа?       — У Ли Хо, в третьей нише.       — Ааа, — Чонгук задумчиво потянул время, пытаясь вспомнить, но тут и думать нечего. Ли Хо был известен – очень крутой фотограф, до которого альфе как до луны. ООн ведёт курсы, открыл собственную студию и уже несколько лет работает с брендами, что вызвало у Чонгука легкое раздражение от собственной неуверенности.       — Ладно, хорошего вечера, Чонгук, мне снова бежать нужно, — сказал Тэхен.       — Хорошей съёмки, — ответил Чон, поднимая стаканчик, в котором льдинки звенели от легкой тряски.       Чонгуку предстояло ещё три часа работы, после которых он уже будет свободен. Эти мысли очень грели его, несмотря на то, что он мечтал получить подобный опыт, ведь он не машина, и составлять такой график было не по-человечески.       После короткого перерыва альфа вернулся к менеджеру, который всё ещё работал на ноутбуке, и Чонгук решил не задавать лишних вопросов о состоянии своих фотоснимков.       — Чонгук, — позвал менеджер, — у вас очень хорошие работы. Честно говоря, по секрету, мы не ожидали от вас чего-то путного. Сложно выбрать, какие фотографии пойдут в каталог – все прекрасны, — сказал менеджер с искренней улыбкой, а Чон, хоть и был рад, но старался держаться профессионально, лишь кивнув головой.       — Я рад, — тихо ответил он.       — Кстати, почему вы не делали перерывы? Теперь все модели вас чуть боятся, — смеялся менеджер.       — Так ведь не отпускали, — Чон заметил, ощущая, как напряжение всё ещё сковывает его, ведь его окликнули только спустя восемь часов работы.       — Да, вокруг вас витает такая аура, что мы лишний раз боялись подойти, — добавил менеджер, а Чонгук в ауте. — В этой нише вы главный – только вы даете указания моделям и их ассистентам относительно отдыха, перерыв и прочего. Да, нужно было уложиться со всеми нарядами, выданными на сегодня, но это не значит, что без перерыва можно работать бесконечно.       — Простите, мистер Ли, я правда не знал, — промолвил Чонгук, чувствуя, как напряжение всё ещё поднимается.       — Не извиняйтесь, – ответил Ли с подмигиванием, — себе же лучше сделали. Вы убили двух зайцев сразу: и фото золото, и с работы уйдёте раньше. У вас осталось ещё три образа на сегодня. Расслабьте бразды правления, — сказал он и ушёл со своим ноутбуком.       Чонгук, всё ещё пребывая в лёгком оцепенении, решил не менять свой стиль и продолжил съёмку в том же ритме, при этом больше общаясь с моделями и их ассистентами, чтобы снять напряжение в коллективе. Через час, закончив съёмку, он пожал руку всем, поблагодарил за усердную работу и ушёл собирать камеру с аксессуарами, передавая флешку с новыми фотографиями менеджеру Кан. В голове царил туман, ноги гудели, а руки подрагивали.       Вдруг, когда Чонгук уже собирался покинуть площадку, его внимание привлёк знакомый голос:       — Чон Чонгук? — спросила модель, которого он отпустил полчаса назад. — Я бы хотел, чтобы вы провели для меня индивидуальную фотосессию, — продолжил Минхо, улыбаясь, и протянул телефон.       Чонгук, не вполне понимая, клеится ли к нему омега или его просто оценивают по работе, взял телефон и быстро вписал номер, подписав его своим именем – этот омега мог пригодиться для портфолио. В студии находилось множество полезных связей, но сегодня он упустил почти все возможности, и вот хоть одна из них сама постучалась к нему.       Забрав телефон обратно, омега поблагодарил и сказал, что обязательно свяжется с ним, и быстро ушёл. Внезапно у Чонгука возникло желание побродить по студии, он решил не мешать остальным, отбросив эту мысль. Окинув взглядом свою уже пустую рабочую зону, он почувствовал аромат бергамота и вспомнил о Тэхене, поэтому, собравшись с силами, направился к выходу мимо его ниши.       Во время съёмок эхом разносились бесконечные щелчки камер, время от времени мелькали фотовспышки, ассистенты бегали от моделей к оборудованию и обратно, а визажисты сосредоточенно наносили макияж. И разговоры, много разговоров. Чонгуку нравилась эта атмосфера – она напоминала ему о том, что его работа живёт своей жизнью.       Проходя мимо четвертой ниши, он замедлил шаг и заметил, как в третьей нише Тэхен сосредоточенно работал перед камерой, меняя позы каждые три секунды. Его профессиональная уверенность и слаженность работы, подкреплённая помощью двоих ассистентов, внушали Чонгуку тихое восхищение – он невольно старался запомнить каждую позу, чтобы потом дать совет своим моделям, если понадобится. Постояв ещё пару минут, он решил уйти и последний раз взглянул на альфу, который, заметив его, приложил руку к уху, изображая телефон –отсылка к вчерашнему дню, от которой Чонгук невольно рассмеялся. Не давая ответа, он натянул хлопковую маску на лицо, скрывая улыбку, и вышел.