Твой ночной кошмар

Дождь беспрерывно льёт, сталкиваясь с провалистым асфальтом и образовывая громоздкие лужи, что смешивались с, пролитым местами, бензином. Через подобные водоёмы приходилось перепрыгивать, в чём, к сожалению, и заключалась вся Россия. Зато кругом глаз мозолили новые и технологичные здания, на месте которых когда-то стояли исторические памятники. Рыжеволосый молодой человек шагал в сторону своей обители, когда расфокусированный взгляд наткнулся на мужчину, что облокотился спиной об сырую колонку дворов. Одежка его насквозь промокла, а щетина выглядела крайне неопрятно. Прохожий замер, сжав горло бутылки шампанского крепче. —Эге. Вы там живой, сударь? — ответа не последовало, отчего рыжий впрямь засуетился, опустившись в грязь коленом и дотронувшись до плеча развалившегося мужчины. Тот наконец пошевелился и даже открыл глаза, подав всевозможные признаки жизни. Рыжеволосый же напрягся, очередной раз сведя брови к переносице. Очи у очнувшегося были будто стеклянные, тем не менее до боли знакомые. Словно он их уже видел. И видел большое количество раз. *** Табачный дым, растворяющийся во дворах приютов. И два мальчишки, сидящих бок о бок и зажимающих в зубах излюбленные сигареты. Затяжки получаются неумелыми, один из них, рыжий и веснушчатый, кашляет, едва не задыхаясь в никотине. Вдалеке раскатываются, будто майский гром, шаги воспитательницы. —Волков, Разумовский! — возмущённо восклицает женщина, с намёками на истеричные нотки в голосе. — А ну-ка, ребятушки, мы что здесь, курим? Пока гостья, внезапно пришедшая в их место, кричала и вещала лекции о вреде курения, парниша с тёмными волосами, Олег Волков, переложил в хрупкую ладонь потрепанную пачку курева и клык, висящий на чрезмерно длинной и дешёвой верёвочке, нечто похожий на подвеску, что красовалась на груди у самого Волкова. Разумовский, Сергей Разумовский, с собачьей верностью и благодарностью смотрит на своего товарища. Тогда Серёжа ещё не знал, что Олега он больше никогда не увидит, ведь после этого Волкова безжалостно перевели. Очередное курение стало для руководства последней каплей. *** Курение загубило их дружбу, точно также, как губит жизни. Встретившись с глазами, что когда-то были способны отдать за его жизнь всё, Сергей пришёл в тупик, схожий с каменной стеной. И он готов был биться об неё в кровь и мясо, лишь бы растянуть облегчение и радость, что охватили его в тот же момент. —Олег? Неприятный мужчина прищуривается, рассматривая нарушителя его покоя. —Серёжа? — ласково и осторожно, вперемешку и хрипло, слетает с его уст. В следующий момент, домой идут они вместе. Горячий чай, шоколадное печенье и чудесная компания, в форме Олега Волкова, а не подобранного котёнка, как это бывает обычно. Хотя, откровенно говоря, взъерошенный и согретый Волков впрямь чем-то походил на представителя упомянутого вида. Парниши же сидели на кухне и вспоминали моменты из раннего детства, нескрываемо ликуя. —А я помню, как у старшиков курево тырил и своим продавал, чтобы в прилавке несчастном купить тебе тот кулон дешёвень... — молвит Олег, когда рыжий его прерывает, роясь под рубахой и доставая тот самый клык. —С тех пор он ко мне и прирос, Волков. Слово за словом, и на обоих накрывает усталость. Разумовский уделяет другую спальню давнему приятелю, дабы его не смущать, да и спать вместе — уж как-то по-гейски. Однако очень скоро Сергей просыпается от дрожащего своего тела, стекающего с него пота после очередного кошмара, и мужчины, прижимающегося к его спине. Он мягко, бережно гладит плечо рыжеволосого, когда тот беспокойно выдыхает и вновь прикрывает замученные очи. Но, кажется, спокойно уснуть этой ночью не предназначено для него судьбой и вскакивает он от комка в горле. В темноте ощущает на себе взгляд Олега и сбивчиво бормочет: —Горло... Спи пока. Серёжа в самом деле идёт прокашливаться в ванную, в то время, как Волков бредёт на кухню. И... И хватается за нож. Рыжик ничего не подозревает, склоняясь над раковиной и выплёвывая, непонятные для него, красные сгустки. Он ужасается скорее от неожиданной крови, чем от Олега, подошедшего взади. И всё равно, зрачки его метаются, когда Волков укладывает свою ладонь на талию Разумовского, вдыхая запах рыжих волос. Серёжа уже было открывает рот, дабы произнести хоть что-то, но не успевает. Тонкое лезвие ножа со смертельной точностью перезает горло прежде, чем слова слетают с его уст. *** Новости всё утро крутят одну только строчку: «В своём же поместье был убит Сергей Разумовский». Никто не знает и, должно быть, никогда не узнает, что внезапной причиной его гибели стал Волков, некогда побывавший на войне. Никто, даже сам Сергей, никогда не узнает о том, что зрелище, которое он лицезрел при розни — вызвала серьёзные для него последствия, в виде психологических травм. Никто никогда не узнает и того, как трепетало сердце Разумовского, когда крепкая, мужская ладонь оказалась у него на талии.