Тёмная энергия души

— Ало-ало, это психбольница? — Катька орала в телефон так, что его пришлось отодвинуть подальше от уха. — Здравствуйте! Психиатрическая клиника имени святого дьявола слушает вас! — Срочно! Заберите мою душу из этого ада и спасите моё тело! — Мы выезжаем, но только за отдельную плату! — Я заплачу вам своим сердцем! — Заплатишь! Конечно, заплатишь! Но не сердцем, а душой! * * * На выходных отправились с друзьями в кино на только-только вышедшую очаровательную американскую комедию. Фильм, конечно, смешной, наверное… но мы не заметили. Протрещали всё время до, во время и после фильма. Наш план-максимум это под предлогом «а давайте сходим куда-нибудь» действительно сходить куда-нибудь, но всё время потратить на последний новости, сплетни, мысли и предложения. А еще нам срочно нужно запечатлить этот день. Великий день встречи. Поэтому мы пофоткались в метро, на улице, в кино и снова на улице. Прошлись по магазинам, где я соблазнилась на милое голубое платье, юбка которого удлиняется спереди назад. Между прочим, очень долго искала нечто именно такое, так сказать необычное, ведь на сегодняшний день мода это одинаковые платья с вставленными резинками по окружности. А в высшем обществе мода это что-то совсем уж несуразное. Куда делись милые платья пятидесятых? И, наконец, когда ноги дали о себе знать зудящим чувством усталости, мы забрели в первое попавшееся кафе. Снаружи ничего необычного, но внутри оно содержит какую-то свою атмосферу. Приглушенный свет и синие шторы успокаивают и позволяют распределиться по телу такому чувству успокоения, словно ты сидишь дома, все твои дела сделаны, и сейчас уже ничего не тревожит, только предвкушение чего-то приятного немного будоражит, и от того теплеет в груди, и тепло это дальше бежит от центра тела к его периферии и даже достигает пальчиков ног. — Так, что у нас здесь есть? — Катя заискивающе постукивает пальчиками по столу. — Есть блинчики! — вскрикивает довольная Юля. — Солнышко, ну не можешь же ты питаться только блинами… — самое удивительное, что Юля умудряется в каждом заведении найти и заказать именно блины, хотя порой есть более интересные блюда, которые было бы предпочтительнее попробовать. — Милая моя, я себя ни в чем не ограничиваю. И считаю, что для настоящей счастливой жизни мы не должны себя в чем-то ограничивать в принципе. — А я хочу нормально поесть… Здесь есть паста. — Да, Алёна, макароны это твоя жизнь… — И между прочим, не просто макароны, а паста. Паста с уткой! — как можно более мечтательно произношу последнее слову, и пробегаюсь глазами по напиткам, — а может мы возьмём что-то покрепче, чем просто чай? — Лично я только за, — Катя поправляет свои длинные волосы не менее длинными ногтями. Её красоте можно только позавидовать, ведь и то и другое ей досталось от природы, — только не говори, пожалуйста, так, словно мы обычно чай завариваем до состояния чифира. — Катюнь, ты у нас настоящий бухарик, — Юля смеётся, но мы-то знаем, что даже к её любимым блинчикам бокал вина пойдёт на ура. Можно сказать, что наша компания довольно разношерстная. Катя стройная, высокая, знает себе цену. Она сильная девушка и порой может дать жёсткий отпор любому мужику. Собственно, многим представителям противоположного пола такие дамы нравятся, вот только Катю пока никто не зацепил. Мечтает создать собственную компанию, даже есть идеи по направлению её деятельности, но пока что трудится под предводительством своего отца и параллельно учится. А вот Юля её полный антипод. Она много смеётся и улыбается, зачастую максимально несерьёзна. Слегка полновата, но ей это скорее идёт, чем портит, тем более Юля не стесняется и всегда умеет выйти красиво из ситуации. Даже в одежде одна из них предпочитает тёмные тона, а вторая лёгкие жизнерадостные наряды. У Юли лёгкая рука: она великолепно готовит и выращивает настоящие цветущие сады. И если второе это всего лишь хобби, то первое заставило её выучиться на повара, довольно перспективного повара, с возможностью работы за границей, что сегодня она критично отвергает. Боится. Кстати говоря, Юля в жизни и на работе это два совершенно разных человека. В свои молодые года она уже успела добиться должности сушефа, а это, между прочим, возлагает определённые обязанности, в том числе и руководящие. Поэтому на работе она предельно собрана и почти не смеётся. Иногда её и за человека принять сложно. Её работой можно объяснить и выбор блинов в каждом заведении. Девушка считает, что это не просто то самое произведение, которое сложно испортить, но и по его приготовлению можно судить о качестве работы как таковой. Уж как она это делает, мы с Катей искренне не понимаем, но и не вмешиваемся в чужое мнение. — Так я ведь не по своей воле, это жизнь меня заставляет… — Да-да, как и всю страну в целом, — я наклоняюсь к ней как можно ближе, чтобы мой таинственный шёпот разнесся только над нашим столом, но это не мешает нам громко рассмеяться. День медленно перетекает в вечер, а бурные разговоры уходят в обсуждение мужчин и женщин. Ни о чем более возвышенном мы говорить просто не можем хотя бы потому, что сейчас слишком весело, чтобы говорить и чем-то серьёзном. Мы доплетаем до моего злополучного парка, ведь девочки решили любезно проводить меня, и садимся на ближайшей к дороге скамейке. — …и вот вы представляете?! На что он вообще рассчитывал? — Катя рассказывает про очередного ухажера, который так и остался всего лишь ухажером, — Вот я считаю, если тебе девушка понравилась, так добивайся её! А не вот это «ну раз ты не хочешь, то и мне не надо». — Подожди-подожди, а если он прав? — В смысле прав?! Ты на чьей стороне, Юля? — Ну конечно на твоей. Но ты сама подумай. Ведь если он знает, что не нравится тебе, то зачем ему терять время? — Так в этом и вся суть. Если бы я ему действительно сильно нравилась, то он бы так просто не отступился. То о чем ты говоришь, это логика слабаков. — Или наоборот сильных личностей, — я встреваю посреди разговора, и оба недоуменных взгляда обращаются в мою сторону, — ну смотрите. А что, если он действительно имеет к тебе сильные чувства, — я тыкаю в сторону виновника этой болтовни, — но из-за того, что ты к нему пассивна, он как бы перешагнул через это и пошёл дальше. То есть парень не стал зацикливаться на девушке, что не хочет с ним отношений, и в то же время дал свободную дорогу и себе, и тебе. — И все равно, я считаю, что не так уж и нравлюсь ему… Это скорее увлечение, а мужики падки до такого. — Не, в твоих словах тоже есть логика… — И мы никогда не узнаем, какого конкретно варианта он придерживается, — Юля подтверждающе кивает и растирает красные ладони. — Знаете, а я тут недавно поздно домой возвращалась и упала. А потом ко мне мужик подошёл, пытался помочь, а оказалось, что он пьяный. Приставать начал… — Приставать?! И что? Ты одна была? Кто-то помог? И почему ты так поздно гуляешь? — Юля, успокойся, пожалуйста, — Катя стреляет своими чёрными глазами в сторону подруги, и меня пробивает на смех, — эй, ты чего? Неужели ещё алкашка не выветрилась? — Да я не поэтому. Он когда приставать начал, я ему такой хук справа засандалила! — мы начинаем хохотать на всю Ивановскую, — а знаете, что самое ужасное? Он на следующий день в нашем офисе объявился… — Что?! — девочки синхронно удивленно вздохнули. Вот, что значит дружба со школьной скамьи! — Оказалось, что он новый руководитель моего отдела. И он меня запомнил! — Серьёзно? — А как он мог запомнить тебя? Ведь то был вечер, да? Темно, да и он пьяный… — Кажется, Катерина снова включила Шерлока. Иногда мы её так и называем, а когда девушка предпочитает канотье и пальто, то получается своего рода французский Шерлок. — Я тогда с родителями обедала, шапку не надевала, а когда ударила его, мы под фонарём стояли. Лицо просто было разглядеть. — И как? Он уже как-то показал себя? — Юля говорит и одновременно подносит свои руки к губам, выдувая на них тёплый воздух. — Да, и это было ужасно. Во-первых, он мне точно дал понять, что просто так это мне с рук не сойдет. Во-вторых, на этой неделе он докопался до моего внешнего вида. Причём очень грубо! Буквально унизил при коллегах. А в-третьих, вы же знаете, чем я занимаюсь, да? Так вот, теперь он хочет, чтобы я за неделю усвоила половину того, что изучают фармацевты. А я буквально не в зуб ногой во всем этом. По-честному сижу и зубрю, но понимания нет. Так стыдно стало. — Ты глупая? Он к тебе приставал, унизил, а тебе стыдно?! — Катюх, не верещи, ты же знаешь, что в моей голове тараканов больше, чем адеквата. — Он хоть симпатичный? — Юля, ну какое это имеет значение, если он изначально по поступкам урод? Да ещё и злопамятный, — Катя вскакивает со скамейки и начинает расхаживать по сторонам. — Ну знаешь… мало ли… — Юля, ну не всем же здесь встречаться-перевстречаться надо. Мыслишь, как турецкий сериал. — А я люблю турецкие сериалы! — Девочки, девочки, успокойтесь. Не разглядела я пока в нем красоты. Мне бы проблем не поиметь теперь. — Ты смотри, если что, звони в срочном порядке! Хоть ночью! — Катя напутственно трясёт указательным пальцем перед моим лицом, а Юлька ей поддакивает, — Да-да, мы обязательно поможем! Ровно на этой позитивной ноте мы и разошлись. А дома пришлось выслушивать кошачий концерт по поводу того, что хозяйка я так себе и не должна была оставлять бедную кошку одну на целый день. Но после примирительного ужина Ева успокоилась и по-доброму чавкнув, ушла спать на кровать. Всем этим существам нужно одно и тоже: еда-лоток-постель. Собственно, люди ушли недалеко. Большинство живёт именно в такой режиме и даже не задумывается, что может сделать не только себя лучше, но и целый мир. Сомнения-сомнения-сомнения и целая куча самых разнообразных страхов и предубеждений вечно мешают нам не просто нормально жить, а достигать немыслимых результатов... По итогу, несмотря на пару выпитых коктейлей, спать мне совершенно расхотелось, поэтому я собрала всю волю в кулак и села за то ужасное теоретическое задание, которым меня наградил Данилевский. Ещё вчера я разделила весь материал на отдельные темы, так что сегодня уже можно начинать нормально читать необходимую литературу. Но как только экран ноутбука оповестил о своей полной загрузке, сразу высветились новые сообщения на почте. Там я нашла всю сегодняшнюю фотосессию. И когда Катя успевает так оперативно скидывать фотографии? А ещё высветилось одно очень интересное сообщение. От, так называемого, Георгия Михайловича. Алёна Дмитриевна, добрый вечер! Прошу отправить мне отчёт по антигипертерзивным препаратам за последние полгода. Желательно, как можно скорее, то есть до начала новой недели. С уважением, Данилевский Г.М. Пришло: суббота, 04:13 Смешной такой. Как можно скорее я могу только лечь в кровать. Неужели он вообще не спит? Если письмо пришло в четыре утра, значит, он его сам так поздно отправил. В век технологий я ни за что не поверю, что электронное письмо будет гулять по интернету сутки и только затем найдет своего получателя. Это ведь не голубиная почта! Тем не менее мужчина явно утро с вечером перепутал. И как он себе это представляет? Конечно, на дворе декабрь, и уже очень скоро мы должны будем сдавать отчёт за последний квартал. Все бы ничего, но ему-то это необходимо прямо сейчас, а будучи дома я ничем помочь не могу. Пишу ему краткий ответ, что в данный момент задание выполнить невозможно в связи с рядом причин, в том числе и выходного дня, о чем кричит мой мозг, но я тактично молчу об этом и вписываю более приземленные вещи. Пытаюсь вернуться к тому делу, что на меня повесил Данилевский, но долгое время в голове кипела единственная мысль, что вообще-то это несправедливо и нечестно, и ни разу не является моей истинной работой. И когда от статистики я перешла к медицине? В реальности всё гораздо проще. Берёшь цифры и прогоняешь их по формулам, а потом делаешь соответствующие выводы. Тем более в отделе есть ребята, знающие фармакологию и умеющие собирать эти данные, но нет, он заставляет этим заниматься меня! Нам ведь нужно всё усложнить! И ведь отличный предлог — разобраться в деятельности компании, не придерешься! Статья. Ещё статья. И ещё одна статья. Антагонисты… стимуляторы… рецепторы… влияет на почки… сердце… кофе… ещё статья… чай лучше кофе… эндотелиальная дисфункция… это что такое? Отвлекаюсь на часы. Поздновато, но если сейчас не сделаю, то потом снова буду страдать, как в минувшую пятницу, когда я элементарно не успела поспать. В очередной раз делаю глоток зелёной жидкости и отвожу взгляд в окно. На часах три часа ночи. Для кого-то три часа утра. Это как пойдёт. Потираю глаза и снова возвращаюсь в мир поиска… Замечаю новое письмо на электронной почте, которое, как ни странно, пришло пару минут назад от Данилевского и гласит, что все отчёты должны быть дополнительно скопированы на мой домашний компьютер, чтобы в любой момент я могла бы отправить его величеству всю информацию, которую он пожелает. Хотя в это уже наступившее воскресное утро мне хочется отправить не информацию, а самого Данилевского куда подальше. Но я, конечно, принимаю более разумное решение и просто игнорирую наглого начальника, что вот уже второй день вместо сна предпочитает работать. Объявляю читальню на сегодня закрытой, считая, что сделала всё, что хотела. Несомненно, могла и больше, но всё равно сделала достаточно. Иду в кровать и с улыбкой засыпаю.