***
Розовые двери госпиталя медленно открываются. Блиц идёт рядом с гончей, которой он купил сосалку как награду за страдания. Лучше бы себе купил, потому что выглядел не лучше своих напарников, которые спасали пернатую задницу Гоэтии. Кстати, о напарниках: стоило демону заметить минивэн И.М.Па, как вся его усталость, всё его раздражение мгновенно сменились на некое подобие радости. Они справились. Босс развёл руками и с улыбкой направился к фургону. — Оу, круто! Вы всё-таки смогли справиться с… АУ! Огромная толпа сносит Блица с ног. И как он раньше не заметил их? Они буквально проносятся по бедному демону, ровняя с тротуаром. А стоило только оклематься, как врачи и репортёры мчат обратно в сторону больницы. Блиц прикрывает лицо руками в попытках спрятаться от внезапного нападения. Лишь на секунду открыв глаза, он замечает три пера. Они выглядят чертовски знакомо, но значения рогатый им не предаёт. Не до этого немного. Блиц привстает, провожая бешеную толпу недоуменным взглядом. Не замечает, как рядом появился Мокси, помогая встать. — Э… Сэр… Вы в порядке? — Просто офигенно! — растерянность мгновенно сменяется раздражённостью. — Отличный денёк выдался! К чему весь этот балаган, блять? — Столаса сильно ранили. — Осторожно, с переживанием в голосе, ответила Милли и Блиц тут же переменился в лице. — Столаса сильно… что? — глаза забегали, он отчаянно пытался понять то, что только что услышал. — Как? — демон опустошённо смотрел в толпу. В голове вертелось огромное множество мыслей. Их было слишком много, чтобы различить. Но одна была слишком яркой. Всплыла и неприятной болью ударила в висок: — Его можно ранить? — Внутри что-то оборвалось. Сломалось. Блиц продолжал беспомощно стоять и смотреть в сторону госпиталя. Апокалипсис мыслей стих в ту же секунду: «Его можно ранить»?БЛИЦ
Гробовую тишину, которая сопровождала демонов всю дорогу до офиса, нарушил Мокси: — Сэр… — Я не хочу об этом говорить сейчас, Мокс. — Отрезал Босс, отвернувшись к окну. Он крепкой хваткой вцепился в руль. Милли приобняла мужа за плечи, когда тот поник. Он просто хотел помочь! Поддержать. Они все были на нервах от случившегося. Ох, если бы они пришли пораньше… Когда Принцу ещё не нанесли даже одного удара… Не дожидаясь какой-либо реакции, фургон быстро развернулся и оставил пару в одиночестве. Блиц не позволял себе думать. Вообще ни о чем. Только вот мысли сами лезли в голову. Это было неизбежно. Хотелось всё бросить. Хотелось сбежать. Опять. «Почему? Почему именно сегодня»? — Руки снова сжали руль автомобиля, будто это может чем-то помочь. Луна была единственной причиной, почему Блиц ещё не сорвался и не ушёл в себя. В первую очередь надо её уложить спать, а потом уже закапывай себя сколько хочешь. В принципе, так оно и получилось: дочь закрылась в комнате и постепенно приходит в себя после мучений, а Босс обессилено падает на диван. Он допустил огромную ошибку. Снова. Его собственные думы воронами слетелись над головой: «Это твоя вина», «Столас в больнице из-за тебя», «Ты его не защитил», «Ты бросил его, когда он нуждался в тебе», «Снова бросил», «Столаса сильно ранили»… Бес подскакивает и с истинным испугом в глазах хватается рукой за голову. Страх. Страх, который на пару секунд охватил его, когда он впервые услышал слова Милли. Всплывали самые ужасные картинки издевательств и пыток Страйкера. Гнев. Злость. Ненависть. Блиц сжал кулак в полной решимости, что на их следующей встрече с этим ублюдочным недо-ковбоем он разъебет его наглую рожу. Дал себе обещание, что никто и никогда больше не прикоснется, нет, даже приблизиться не посмеет к Его Величеству. Стоило на секунду представить его мучения, страдания и боль, как сердце неприятно сжалось. «Это твоя вина. Это всё произошло из-за тебя»! — подушка полетела куда-то на пол, когда демон вжался в угол дивана, бормоча без передышки: «Нет, нет, нет, нет»… История повторяется. Блиц ещё не отошёл от самобичеваний после посещения ресторана «У Оззи». «Он принц Гоэтии. У него много денег. У него популярность. У него семья», «Ты тянешь его вниз», «Ты его не достоин», «Ты — никто». — Блиц обнимает свои колени. Он редко дает себе слабину. Он всегда сдерживается. Он же сильный. Он… снова плачет на этом диване. Но ведь можно же всё исправить! Можно поехать к Столасу, поговорить, извиниться. Можно же… Жаль, что сил хватает только смахнуть противные слёзы и написать лишь одно слово с грустным смайликом: «Выздаравливай :(». А ответ не заставил себя долго ждать: «Спасибо, Блиц. Это важно для меня», «Я тут надолго. Если захочешь заскочить💜». Телефон страдает от крепкой хватки, а после благополучно встречается со стеной. Он не может. Не может себе позволить. Как смотреть в глаза Принцу после всего? Сначала использовал, а теперь тот лежит в больнице. От беса одни проблемы. Как пернатый его терпит? Почему? Демон сжимается ещё сильнее, ещё больше закрываясь в себе. Снова убегает от проблем. Снова избегает разговора.СТОЛАС
Столас очнулся в комнате, заполненной цветами, лепестки которых грустно опадали, создавая такую себе атмосферу. Принц чувствовал себя далеко не прекрасно. Ранее он не посещал госпитали по их прямому назначению. Частный доктор вполне справлялся со своей задачей, а тут… О чём вообще говорить, если до этого именно Столас всегда раздавал всем пизды? Всегда приходил на помощь в ту же минуту и демонстрировал всю свою мощь, всю силу и могущество! Оказывается, не такой уж он и непобедимый. Оказывается, и Столаса можно ранить. Оказывается… Как до этого дошло? Как так вышло, что сам Принц Гоэтии будет лежать весь перебинтованный и с гипсами? Так ещё и в полном одиночестве. Самое страшное, что только могло произойти — это находиться одному в такой трудный момент. Хотя нет, даже не это, а эмоциональные качели от общения сБЛИЦ
«Блять! Разве так сложно просто постучать в ёбаную дверь? А стоит ли вообще стучать? Может, просто войти? Или через окно? Блядство»! — отчаянно ругается бес, бродя туда-сюда перед больницей. «Нахуй я сюда вообще вернулся»? — разворачивается и останавливается спустя пару шагов. Ну не может он зайти! Не может себе позволить. И уйти не может. Совесть жрёт? Демона? Не, хуйня какая-то. Блиц надевает безразличную маску, бодро вздыхает и подходит к дверям, которые гостеприимно открываются. Всё шло идеально, пока бес не развернулся и не убежал в сторону, садясь на корточки и хватаясь за голову. Злость. Разочарование в себе. И почему он такой слабак?! Мог же просто написать «ОК» и приехать потом, например, после работы с Милли и Мокси, а в итоге… Снова сидит, поджав хвост. Идея с окном уже кажется не такой уж и бредовой. Посмотрит себе тихо и свалит довольный-спокойный. На пороге показывается та самая бесящая девушка с ресепшена. — О! Мистер О, что Вы здесь делаете? — А? Я… Мне… Я просто… Э… Столас. — Отрезает в конце своей насыщенной кринжом речи и смотрит в ожидании, выпрямившись как по струнке. — Вы к Его Величеству Столасу Принцу Гоэтии? — Блиц кривится от столь официального обращения. И к чему все эти понты? — Так точно. — Смущённо улыбается, выкидывая пару ругательств в сторону. — А Вы кем являетесь Его Высочеству? — она вернулась за стойку, а Блиц растерянно смотрел в одну точку. — Я… — «Мне бы самому знать»… — телохранитель. — По одному взгляду только на обессиленного беса с поджатыми губами можно понять, что ещё больше вреда он Принцу вряд ли причинит. Она выжидающе смотрела на рогатого и указала на правый коридор. — Там одна палата, не заблу́дитесь. Блиц застыл на месте. Прошептав что-то далеко напоминающее «Спасибо», он медленно двинулся в нужном направлении. Потом маялся ещё минут 10, прежде чем осторожно взяться за ручку двери. Громкий вздох, не приносящий никакой уверенности. Бежать уже поздно. Блиц замер, как толькоСТОЛАС
— Блитси! Ты пришел! — больной чуть не заплакал от счастья. Это не сон? Он правда здесь? Он правда пришел? А Блиц замялся. Увидел, в каком состоянии находитсяБЛИЦ
Сердце бьётся в бешеном ритме. Оно вот-вот вырвется из груди. В висках резко отдаёт неприятной тянущей болью. Блиц сжимает в руках телефон с последним неотправленным сообщением. Он не выкинул его в стену? Он не ездил к Столасу? Ему это предвиделось? Как это возможно? Бес испуганно смотрит на кнопку «Отправить». Он не может. Нет. Сообщение стирается. Блиц сворачивается клубочком на диване. А Столас даже и не подозревает, лежа на больничной койке, что пару секунд назад мог получить: «Мне жаль».