шаг влево.

— Вон отсюда, — холодно, но с надрывом произносит Дань Хэн. — Ну почему сразу вон, котик? Блейд делает глоток пива и закуривает. Он смотрит жалобно, но в глазах сразу читается притворство. Притворство, к которому так привык "котик". — Потому что ты не появлялся дома неделю и вернулся угашенный и с засосами на шее, — шипит Дань Хэн. — Ты хоть осознаешь, что мы не соседи по комнате, а в отношениях, идиот? Может хватит забывать об этом каждый раз, когда очередная шалава в клубе предлагает тебе на пару снюхать дорогу? — Ну зайчик, — тянет Блейд, — иди ко мне, хочешь я тебя поцелую? Это был последний раз, обещаю. Хочешь я всё это брошу? К психиатру схожу, покончу с наркотой и алкоголем навсегда! — Ты каждый раз это говоришь. Ты мерзавец, Блейд. Когда ты уже исчезнешь из моей жизни? — Ну зачем так резко, котёнок? Давай поцелуемся, всё забудем, выпьем по бутылке гаража и снова будем любить друг друга. Пожалуйста. — А как же твоё "брошу алкоголь"? — С тобой алкоголь совсем другой. Дань Хэна все эти слащавые речи сводят с ума. Он не может ничего сделать с этим. Снова и снова он ведётся на всё это. Идиот. Придурок. Губы сливаются в грубом поцелуе. Блейд лезет в чужой рот всё глубже и глубже, заставляет задыхаться и сильнее цепляться за его плечи. Дань Хэн плавится. Хочет всего Блейда, пусть и в последний раз, потому что потом он точно его бросит. Наверное. Скорее всего. Быть может. — Чего ты хочешь сейчас, а, милый? — шепчет Блейд на ухо. Дань Хэн нервно сглатывает. — Отсоси мне. — За такое полагается своя плата, котёнок. — Завались. Блейд чмокает уголки губ и опускается на колени. Ширинка. Боксеры. Рот на вставшем члене. О Господи. Дань Хэн кусает губы, вжимается в стену, тихо стонет, мелко дрожит и закатывает глаза. С противным Блейдом, который как курение или наркотики — его невозможно бросить, всё так а-ху-ен-но. Он водит языком по члену так, что невозможно дышать. Дань Хэн кончает. — Я трахну тебя так, что к нам будут стучать соседи, — заявляет Блейд. Дань Хэн в миг оказывается на кровати и тяжело дышит. С него слетает домашняя футболка с кемами , и точно такая же летит с Блейда на другой конец кровати. Из парного у них только эмо-футболки и психические расстройства. Поцелуи в шею, шёпот в уши, и Дань Хэн, который уже не может терпеть. — Хватит с нежностями, Блейди-и, трахни меня уже. — Умоляй, котик, — усмехается Блейд. Он ведь шутит, да? Смазка оказывается на его пальцах, и он медленно вводит в Дань Хэна сразу два. Тихий стон. — Ну же, громче! Или мне придётся помучить тебя. Зная Блейда, "помучить" он может серьёзно. Дань Хэн боится. Им обоим это нравится. Парень стонет громче и насаживается на чужие пальцы, заставляя Блейда довольно ухмыльнутся. Тот двигает ими намного быстрее до тех пор, пока Дань Хэн не выдавит: — Тра-ахни меня, пожалуйста, Блейди, умоляю. Блейд растягивает презерватив по члену и входит. Он даже даёт парню привыкнуть, но вскоре начинает двигаться быстро, выдавливая из Дань Хэна громкие стоны. Крепкая рука оказывается на шее того, и, боже, Блейд душит так, что становится страшно за собственную жизнь. И, Господи, последнего это жутко возбуждает. Вообще, секс с Блейдом всегда был чем-то немного страшным, потому что тот явный псих садист. Шлепок по бедру — Котёнок, не стесняйся быть громче, ты же не хочешь, чтобы я снова тебя шлепнул. Не будь таким сдержанным. О Господи. — Бле-е-ейд, пожалуйста! Пожалуйста, быстрее! Я так тебя люблю, пожалуйста, не останавливайся и не бей меня снова... АУЧ! Снова шлепок. — Зайчонок, не смей тут ныть. Я тоже тебя люблю. О Господи. — Блейд! Дань Хэн кончает и Блейд изливается следом за ним. Они молчат около пятнадцати минут. Как же мерзко. Как же жалко. Все их недоотношения держатся исключительно на сексе. Дань Хэн обязательно поплачет об этом потом. Потом, когда Блейд уйдёт трахать очередную шалаву. А сейчас их губы сливаются в поцелуе. Грубом и почти бесчувственном. Дань Хэн разочарован. Он явно заслуживает другого человека. Куда более нежного и искреннего. Блейду плевать. Он абсолютно никого не любит, но играет слишком хорошо. Горе-актер.