Единственная. Новый мир.

Вышло всё как-то быстро. Вот: у меня совещание, я отчитываю начальника отдела рекламы (за что, уже и не вспомню сейчас). Затем, прямо посреди бурного монолога резко сильно разболелась голова. Решено было быстрее закрывать лавочку и отправляться домой, на остров, где завтра должна была собраться вся моя стая. Сначала, правда, нужно попасть в квартиру, а уже потом отправляться на долгожданный отпуск. Как можно скорее закончив все дела, вызвала водителя. Из-за пробок в квартиру приехала под ночь. Голова болела так, что котлы в аду показались бы тёплой ванной. Но, несмотря на своё состояние, уснуть у меня получилось практически сразу. Сегодня же я проснулась от трели птиц. Как бы я не шастала рукой в поисках надоедливого будильника, я не могла ничего найти, кроме мягкой и немного влажной на ощупь травы. Словно я сейчас на какой-то поляне, просыпающейся туманным утром. Сонный мозг никак не хотел воспринимать новую информацию. И просыпаться тоже не хотелось. Только не найденный не выключающийся будильник вынудил открыть глаза. Ещё не совсем понимая, что же не так, я словно в бреду осмотрелась вокруг. Высокие деревья, верхушки которых ещё не было видно из-за тумана, не казались мне знакомыми. В том смысле, что на моём острове, именно таких деревьев нет. Там каждое деревце подмечено кем-то из моей стаи. Сейчас бы посмеяться над той ситуацией, но то, что я оказалась за ночь в чужом для меня месте, немного нервировало. Может, это парни так решили пошутить? Застали меня вчера сонной и решили отомстить, отвезя в какую-нибудь глушь... Нет, совесть бы не позволила отправить своего альфу в какую-то дыру. Сейчас бы запаниковать, крича и бегая по лесу, что меня бросили, и я вообще не знаю, где я. Но это будет слишком необдуманно. Во-первых, это опасно тем, что привлечёт ко мне много лишнего внимания местного зверья, а кто здесь бродит, я не знаю. Во-вторых, это ничего не даст, я могу лишь сорвать голос или заблудиться. Втягивая воздух, я ни на что не надеялась, ведь похититель явно знал мою особенность, раз использовали специальный транквилизатор (или, может, дозу лошадиную случайно дали). Но мои опасения не сбылись. Я точно уловила запах постороннего и довольно свежий. Легкий утренний туман мог хоть немного, но ухудшить этот след, однако он был чёткий. Что-то с нотками хвои и орехов. Аромат мне явно понравился. А вот это ещё более странно... Пока шла вперёд, старалась вести себя максимально тихо и осторожно, наблюдая за каждым случайным шорохом или лёгким дуновением ветра. Солнце уже показывало полдень, когда я вернулась на свою поляну. Моя, потому что я на ней очнулась всего несколько часов назад! От гнева ударила по стволу первого попавшегося дерева. Вдоль дерева пошла трещина, а я почувствовала отрезвляющую боль. Как я раньше не могла понять, что это ложный след? Он был слишком чётким! Я вроде как альфа, да ещё и ведущая за собой самую процветающую стаю, но повела себя как настоящая дура! Однако от этого замечания ни на секунду не легче. Осмотрелась ещё раз. Никаких примет присутствия человека. Совершенно чистая поляна. Лишь этот дурманящий голову приятный чужой аромат. Покачав головой, словно это может помочь, я постаралась подумать о насущных проблемах и игнорировать этот запах. – Соберись, дура! Это тебе не на поле кулаками махать в знакомом лесу, – вслух произнесла я, чтобы хоть как-то собрать мысли в кучу. И именно после этой речи мой желудок дал о себе знать, не кормленный со вчерашнего спешного обеда перед совещанием. Плюнув на всё, я обернулась в волка. Надо было сделать это ещё раньше. В нос тут же ударили усилившиеся запахи, что своей яркостью могли бы с ног свалить непривычных. Но не меня. Хотя такая концентрация диких ароматов даже меня на мгновение вывела из колеи. Волчицей своей я могла гордиться по достоинству. Эта красавица смело и легко брала верх над любым альфой, словно играя. Она крупнее, сильнее, быстрее и намного более ловкая, чем кто-либо другой. В принципе, и я от неё не отстаю. Так же играючи побеждаю любого альфу в его человеческом лице. Но главное моё достояние - это моя компания. Уже девять лет я являюсь главным руководителем самой крупной сети компаний. В основном мы занимаемся скупкой акций более мелких предприятий. А в остальном – производством различной продукции в разных городах и странах, обеспечивая людей мелким бытовым товаром, а также нужными в современном мире рабочими местами. Моей главной опорой в жизни я бы назвала своего брата. В отличие от меня, он уже десять лет счастливо женат и воспитывает дочь и сына, являясь прекрасным примером счастливой семьи для меня. Стоит упомянуть, что его дети, и я тоже, – последние и единственные истинные оборотни. Точнее, я – покусанная истинная альфа, а его дети – истинные мои беточки, первые за много столетий рождённые оборотни. Поток мыслей прервал пробежавший передо мной заяц. Причём бежал он с такой скоростью и безбашенностью, что я от удивления присела. И тут же встала, направляясь в сторону, откуда этот заяц рванул. Что у меня чисто женское – это любопытство. Даже голод отступил на второй план, уступая новому интересу. Должен же был этот заяц от чего-то удирать с такой-то скоростью. И там даже может быть более крупная добыча, чем какой-то заяц. Долго теряться в догадках мне не дали. Между двумя деревьями рычали друг на друга два серых волка. Не крупнее моей волчицы, но любому бете, если не страх, то опасение внушили бы. Их напряжение сгустилось вокруг практически на осязаемом уровне. Явные очертания сильных мышц, слегка вздыбленная шерстка, боевой настрой... Послышался хруст. Я так увлеклась этими двумя альфами, что сама не заметила, как подошла вперёд. К счастью для меня и к их стыду, эти двое были настолько увлечены друг другом, что даже не подумали посмотреть в мою сторону. Втянув запах, поняла, что этих альф я ещё не встречала. Странно. Я ведь знаю альф со всего мира, если не ошибаюсь. Или меня завели в такую дыру, что здесь есть альфы, которых я в жизни не видела? Пока эти двое не учуяли меня, я решила унести свои лапы подальше, медленно отходя назад. Мало ли, что у них ещё там есть в запасе. А я пока совсем ничего не понимаю, чтобы пытаться лезть в непонятную мне ситуацию. Тихо добравшись на достаточное расстояние от тех волков, я побежала в сторону от них. Успокоилась я только под вечер. Видимо, потрясения этого чудного дня сказались на мне именно таким образом. Бежала я от тех волков до самого вечера, забыв даже о том зайчишке. А ведь неплохо было бы подкрепиться... Остановилась я как раз потому, что на минуту задумалась над тем, почему же я бегу. И, важнее того, куда? Теперь, напиваясь из озера, я стараюсь осмыслить, куда же, чёрт подери, меня занесло. В голову мне ничего не приходит. Сказала бы я ещё утром, что в лес какой-нибудь большой, но нет. Я точно знаю всех альф до единого, а тех я видела впервые в своей жизни. Я точно знаю хотя бы примерный запах большей части мест обитания и лагерей оборотней. Запахи этого места были мне совершенно незнакомы, даже малейшего отклика в памяти не вызывали. Ничего не могу понять. Так захотелось в эту секунду свернуться клубочком и оказаться рядом с братом... Чтобы он меня обнял и утешил, сказав, что всё будет хорошо или, если слишком плохо, что всё образуется. Мне не хватает сейчас его уверенного "всё будет хорошо"... Я скосила глаза налево, заметив там движение, и уставилась на выскочившего из куста зайца. Пару секунд мы играли в гляделки, ещё не определившись, что нам делать дальше. Поняв, что я всё ещё голодна, я рванула за ним. Подгоняемая тем, что скоро стемнеет, я поймала зайца в считанные секунды, поставив свой рекорд. Съела зайца в облике волка, чтобы не заморачиваться готовкой. На полный желудок, скатиться в отчаяние хотелось уже не так и сильно. Теперь главной мыслью было – устроиться на ночлег и найти местечко побезопаснее, раз уж здесь бродят какие-то альфы. Убегая, о своих следах не особо думала, но сейчас прозрачно ясно, что выследить меня легче любого зайца в лесу. Запах свой скрывала до озера, где я переплыла его вдоль и нашла небольшое и достаточно уютное местечко для ночлега. Немного пробежалась вокруг, чтобы проветриться и подсушить шерстку. Ночи – они где угодно ночи. Опасные, холодные и слишком тёмные. А значит, должно быть прохладно и человеком мне спать нельзя. Устроилась я с мыслью о том, что завтра всё обязательно образуется. Иначе и быть не может. А если не образуется само, я добьюсь этого самостоятельно.